Олицетворение абсолютной случайности

- Этери, с этим, определенно, надо что-то делать!- раздается от дверей кабинета. Женщина поднимает глаза и встречается с искристой смешинкой в глубине голубого взгляда. Сергей Викторович театрально прижимается к косяку, опираясь на предплечье левой руки, держащей медаль и грамоту. У нее только что закончились тренировки, прогоняли с Аделией и Камилой короткие программы. До старта оставалось всего ничего. Сама она планировала собираться и ехать наконец домой, да отвлеклась на рутинную текучки. И так погрузилась в околотренировочные бумажные заботы, что не услышала поворота ручки и не заметила появление коллеги в дверях. Дудакова сегодня, в общем-то, тут и не ждали. У него юниорский этап. Они с Данькой уже грустно поржали на эту тему: Дуд шуточно сетовал, что все загранкомандировки с юниорами достались Глейху, а он только в прошлом году начал радость свободного выгула в пампасах за бюджетные деньги вкушать, так все и кончилось. - Дуд, это молодым у нас дорога,- потрепала его по плечу Этери,- а нам с тобой почет и нижняя полка в поезде. - Да, мне надо было мир посмотреть, определиться с жизненными установками,- тут же поддержал Даня. - Я, может, тоже хочу на мир смотреть и установки определять,- фыркнул Дудаков. - Сережа, родина большая, определяйся внутри нее,- еще раз похлопала по плечу товарища блондинка. Итак, Дуда тут никто сегодня не ждал после утренних тренировок. А он пришел. Стоял и изображал из себя героя старого кино. Женщина даже невольно залюбовалась. Было у суетливого Сережи временами такое: встанет, замрет и хочется задержать этот миг идеального попадания в совершенное состояние. Вот как сейчас: прижался губами к тыльной стороне ладони, в которой на ленточке болтается медалька, и глаза смеются. Голубые, прозрачные, как вода в озере в середине лета. - Что и с чем нам надо делать, Сереж?- улыбнулась в ответ. - Что-то определенно надо делать с тем, что я Этери Тутберидзе,- печально покачал головой мужчина.- Душа моя, надо мной коллеги смеются! Я не помещаюсь в твой прекрасный образ! - В следующий раз пальто надень. Никто вообще разницы не заметит!- всхохотнула старший тренер. - Думаешь?- недоверчиво протянул Дуд.- Мне кажется, даже в пальто они заподозрят неладное! - Не попробуешь, не узнаешь,- усмехнулась Этери. - А попробую - узнаю?- вопрос зазвенел в воздухе натянутой струной. Вырвался сам собой. Был странным и неуместным. Был правдой. - Ты же не попробуешь,- повела плечами, будто освобождаясь от чего-то мешающего.- Закинь медаль и грамоту в шкаф. Завтра придумаю, куда разместить. Потянулась в кресле, не обращая внимания на товарища, который звякал кубками на полках. - Все! Надо домой!- выдохнула блаженство от вытяжения усталых мышц и поднялась. Обогнула стол, потянулась к плечикам на которых висело пальто. Из-за плеча поверх ее ладони легла мужская рука. - Давай помогу!- под пальцами Сергея было горячо, сердце вздрогнуло и привычно было поставлено на ровный ритм. Молча убрала руку, давая мужчине проявлять галантность. - Как откатали?- вопрос больше для себя, чтобы скинуть внезапно упавшее состояние тревоги с плеч. - Опять тулуп в каскаде нормально не выкрутил,- опускает ткань пальто ей на плечи и не убирает руки, позволяя им течь по ее рукам. Хочется спросить, что он делает и зачем позволяет то, что позволяет, но Этери молчит вслушиваясь в движение пальцев по ткани пальто. - Ты знаешь, я очень хочу попробовать,- негромко раздается за спиной. - Что?- лишний вопрос, ответ на который известен. Ладони, лежащие на локтях, быстро разворачивают женщину лицом к мужчине. Близко близко светятся глаза цвета замерзшего озера. - Я хочу узнать… Все ближе и ближе. Уже можно разглядеть бороздки темных вкраплений на светлой радужке, серо-синий ободок вокруг нее, горячее дыхание с губ в ее губы. Не он сделал последний шаг. Этери это знает. Она про себя знает намного больше, чем может показаться. И даже знает, сколько длилось ожидание этих губ, целующих ее. Когда оплетает руками мужскую шею, знает. Когда в ответ на его объятие прижимается плотнее, чем он ее обнимает, когда чувствует как на спине раскрываются две широкие ладони, защищающие ее сердце и душу. И даже когда отступает, разрывая два кольца рук, все равно все знает про себя. Все понимает. Понимает, что этим не закончится, если он не закончит сам. А значит, будет второй поцелуй, третий, будет ночь, будет утро, будет больно и зло рваться душа к тому, к кому нельзя. Потом будет усталость. Потом понимание, что все заканчивается и выбирают опять не ее. - Мне кажется, я не хочу быть Этери Тутберидзе,- качает головой Дудаков. - Что так?- чуть искривляет губы. - Этери Тутберидзе не верит мне. И думает обо мне бог весть что,- склоняет голову набок, вглядываясь в черные зрачки. - Она думает не о тебе,- не соглашается женщина. - А жаль,- горько усмехается Сергей.- Мне казалось, мы поладили. - Поехали по домам, Сереж,- заканчивает неудобный разговор блондинка.- Этери Тутберидзе устала. И хочет покоя. - Зря она так,- но ближе не подходит, давая право отступить и испугаться женщине. Вместе идут по коридору шаг в шаг. Молчат. Прощаются на стоянке. Сергей ловит ее за руку и целует в центр ладони: - У Этери Тутберидзе всегда есть шанс передумать, если она захочет. - Не захочет,- качает отрицательно головой. - Не спеши с отказами, душа моя,- чуть улыбается, отпускает женскую руку и уходит в сумрак вечера.