О носочках и мужиках

      — И когда Гельмут вот так на носочки встаёт… — вдохновенно вещает Джеймс.        — На цыпочки, — машинально поправляет Наташа.        — А?        — Надо говорить «на цыпочки», — поясняет она, указывая в сторону Джеймса остриём ножа, будто подчёркивая своё утверждение. На самом деле она проверяет ровность заточки, но можно и совместить.        — Но там же нет никаких цыпочек. Только носы обуви, только без обуви, босиком... И это миленько, поэтому «носо-чки».        — Если он при этом босиком, тогда уж «на пальчиках», — морщится Наташа и сразу следом хмурится. — Почему мы вообще обсуждаем твоего мужика?        — Ну, ты спросила, как у меня дела... — с ухмылкой тянет Джеймс, намекая на то, что готов пересказать весь разговор от начала до конца.        — Не-не-не, второй раз я на это не попадусь. Просто скажи: «у меня и моего мужика всё хорошо», и никаких подробностей.        — Ладно, — Джеймс кивает, — уговорила. У меня и моего мужика всё хорошо, но никаких тебе больше подробностей.        — Молодец.       Наташа треплет его по макушке — свободной рукой, потом ухмыляется.        — Носочки ему купи. Чтобы босиком по дому не шлялся. В его возрасте это не полезно.        — Хорошо, — соглашается Джеймс.       И просыпается.