Часть 1

      Эрик устало поморщился, потëр виски. Позволил себе зажмуриться и замереть лишь на мгновение, после чего встал.       По коридорам разлетался до зубного скрипа знакомый оглушительный звук. Когда-то от него по телу ползли мурашки, хотелось спрятаться под столом и кричать, а потом бежать и искать виноватого... Опыт показал, что в ста процентах случаев виноватый оказывался мертвым ещё до того, как прозвучит сигнал тревоги, а попытки спрятаться почти всегда приводили к летальному исходу.       Когда такие ситуации стали восприниматься им абсолютно спокойно? Эрик не мог сказать. Но на пустое волнение не осталось моральных сил уже давно. Пускай новые сотрудники лаборатории и смотрели на него с укором, взглядом выражая, что нельзя с таким нездоровым спокойствием воспринимать трагедии. А Эрик просто не обращал на это внимание. Так было проще во всех смыслах.       Нет, он, как и другие, даже не думал сдаваться и опускать руки. В конце концов, разве продолжал бы и дальше тут работать в таком случае? Те, у кого не оставалось сил справляться с вечным напряжением, уже давно покинули это место. Силой здесь не держали никого, каждый работник — доброволец. И каждый знал, насколько велика на этой территории опасность для жизни.       Подхватив кислородный баллончик с полки и на ходу надев маску, Эрик медленно приоткрыл дверь и осторожно выглянул в коридор.       Пусто.       Впрочем, эта часть лаборатории всегда была малолюдной. Основная работа кипела ближе к центру здания, а расчëты, которые Эрик проводил последние месяцы, практически не требовали наблюдения за образцами. Общение же с коллегами он старался свести к минимуму. Неизвестно, кого из них не станет в следующий просчëт. Заводить друзей, а после болезненно переживать их гибель, больше не хотелось. Эрик работал здесь с самого начала, и мало кто из первого лабораторного состава выжил. Ещё меньше человек захотели продолжать работу спустя несколько напряжëнных месяцев. Почти все оставшиеся, как и Эрик, старались оградиться от пустого общения. В конце концов, меньше болтовни — больше дела. Тогда, возможно, работа быстрее даст ощутимые результаты.       Но, поскольку никого поблизости не было, оказалось не у кого подробнее узнать о том, насколько всё плохо в этот раз.       Эрик поморщился, помедлил, но всё же вернулся в комнату за рацией.       Сигнализация, уже наверняка оповестив всех сотрудников, отключилась.       А в эфире был хаос. Как он и ожидал. Сколько не инструктируй людей, в первый раз всем до смерти страшно — повезло тем, кому не буквально. И всё же крики, разводящие лишь большую панику, Эрик считал излишними. Поменяв волну, он снова выглянул в коридор.       По-прежнему пусто.       — Есть кто? — позвал Эрик в рацию, осторожно шагая вдоль стены, почти прижимаясь к ней боком.       Ответ раздался спустя пару секунд:       — Да. Кажется, это была пятая камера. Леонид смог сбежать, но ничего толкового от него узнать пока не получилось. Остальные скорее всего мертвы.       — Понял. Спасибо. Иду туда.       — Я тоже, — раздался второй голос. — Но буду с задержкой. Снова пробили стену. Придётся обходить.       Пробили. Эрик остановился и посмотрел на потолок, выравнивая вмиг сбившееся дыхание. Грудь сдавило страхом, но получилось быстро взять себя в руки. Крутившийся на языке вопрос озвучили до того, как он снова смог спокойно говорить:       — Несколько? Паршиво. Сколько?       — Кажется, двое. Но свежие, поэтому будет особенно трудно.       — Про второго Леонид не сказал. А я и подумать не мог.       — Всё бывает впервые. Иногда — к сожалению. Ещё и систему в этот раз поломали не так локально, как обычно. Дышать уже нечем, а прошло лишь несколько минут.       Эрик последний раз глубоко вдохнул и ответил, резко сворачивая в другой коридор:       — Понял. Спасибо за информацию. Пойду через техническую шахту. Попробую восстановить уровень кислорода оттуда.       — Будьте осторожны. Я останусь с новичками.       — Правильно. Вряд ли они сейчас смогут хоть что-то сделать, чтобы защитить себя. Слышала эту панику.       Эрик в знак согласия молча покачал головой. Сохранение отдельной частоты для остатков изначального состава всё же было хорошим решением. Однако беспокоило, что двое из пяти на связь не вышли.       Эрику казалось, что он уже давно привык к периодическим смертям коллег. Он понимал, что однажды и сам может допустить летальную ошибку. Но всё равно было тревожно от мысли, что их станет ещё меньше.       Лаборатории ведь нет и двух лет.       И пускай главные умы, вопреки собственному желанию, находятся на другой, безопасной территории — ведь их потеря угрожает существованию планеты — рабочий персонал необходим здесь в количестве, достаточном для поддержания корректной работы всех систем.       И, конечно, сами исследования не сможет проводить любой энтузиаст, готовый жизнь положить на спасение родной планеты.       — Остальные не появлялись? — спустя пару коротких коридоров тишины не выдержал и спросил Эрик.       — Нет, — ответил задумчивый голос. — Я думаю, они в порядке. Но не взяли рации.       — Надеюсь, — сам себе вслух ответил Эрик, вставляя ключ в дверь подсобного помещения.       Не заперто.       Медленно надавив на дверь, он осторожно заглянул внутрь.       Несколько полок были опрокинуты, многие вещи потоптаны и чем-то заляпаны. Свет не работал — скорее всего разбита лампочка.       Отступив назад в коридор, Эрик достал из кармана небольшой фонарик прежде, чем вернуться и рассмотреть пятна.       Иссиня-зелëные, почти чёрные. Не кровь.       — Это Эрик. Нашёл следы, — на общей частоте сказал он в рацию. Шум немного подутих, но его услышали не сразу и пришлось повторять. — В шахтах может быть опасно. Иду проверить.       В ответ раздалось несколько согласных реплик, и Эрик вернулся на более спокойную частоту.       — Могу зайти со своей стороны. Кажется, здесь пока чисто, — через пару минут раздался женский голос.       Эрик, тем временем осторожно освободив проход к распахнутой в шахту дверце, осторожно заглядывал внутрь.       — Если они оба могут быть тут, — тихо ответил он. — Иначе не стоит рисковать.       — Пока никого не нашли, — сквозь шум пробился мужской голос. — Только-только удалось успокоить панику и организовать людей. До этого выходил в коридор, чтобы ответить вам.       — Молодец, быстро ты. Эрик, я к шахте. Где заходишь? Проверю с противоположной стороны.       Более точно обозначив своё местоположение, Эрик забрался в шахту и закрыл за собой громко скрипнувшую дверцу. Спокойнее, когда меньше вероятность сюрпризов за спиной. А вот потом её стоит смазать.       Здесь мягкий свет без перебоев шёл со всех сторон — рассмотреть окружение можно было без проблем. От входа вниз, к проводам, тянулся тёмный след. У самого края прохода было пятно крови и размазанный отпечаток пальцев. Тела не было.       Эрик обеспокоенно прислушался.       Тихо.       Кто бы тут ни был, он умудрился ранить сбежавший образец. И сумел пережить это. Как минимум — не умер сразу.       Взгляд скользнул по одному из экранов. Уровень СО2 — 80%. Эрик тихо выругался: всë было ещё хуже, чем он опасался. Справиться с образцами при таком низком содержании кислорода в воздухе будет очень непросто. Если некто, побывавший тут ранее, ещё жив — это окажется не иначе, как чудо.       Или отличное открытие.       Два свежих образца сумели создать себе необходимый уровень углекислого газа. Пускай ненадолго, но этого времени наверняка хватило им, чтобы из рассыпающейся на куски массы снова стать чем-то относительно плотным. Плотным и шустрым. Эрик не знал, как именно они сейчас выглядят — образцы изменчивы и могут принимать разные формы. Впрочем, ничего конкретного и понятного людям. Всегда — лишь набор тëмных конечностей. Эти существа в здоровом состоянии могли перемещаться по любой поверхности и легко разъедали всё органическое, после обычно поглощая.       Их цели не были ясны, но Эрик считал, что в них и нет какого-то особого смысла. Существовать и поддерживать своё существование — что может быть банальнее и проще? Никакого заговора против человечества.       Однако сейчас они существовали на их планете, за счёт их жизней, приводя в упадок их инфраструктуру. Ведь, не найдя пока способа бороться с попавшей к ним откуда-то извне жизнью, людям только и оставалось, что поддерживать уровень кислорода на планете максимально высоким. Производство упало до минимума, транспортное сообщение практически исчезло. Всё, что загрязняет воздух, сейчас буквально несло смерть.       Повезло, что обнаружить эту слабость существ удалось довольно быстро. Жаль, что выявившему её парню не повезло. Смертельно раненый, он оставил очень важные записи, давшие начало исследованиям в этих лабораториях. Тогда никто ещё не знал, что в состоянии распада эти вялые существа могут концентрироваться на короткое время, совершая быстрые и точные движения. В хорошем состоянии они стремились найти пропитание, в плохом — сделать окружающую среду максимально благоприятной для себя. И можно было бы сказать, что существа эти максимально примитивные и не способные к чëткому мышлению...       Только как они, интересно, сумели изменить содержание СО2 в целом лабораторном комплексе?       Эрик не верил в случайности. Даже если цели этих существ были простые, сами они могли оказаться куда сложнее. А учитывая, что предпочтительное питание для них — плоть разумных существ... Не хотелось верить, что они от этого становились разумнее.       Впрочем, не стоило исключать, что всё это «счастливое» стечение обстоятельств, при котором механическое нарушение работы систем привело к таким результатам.       Эрик не спешил подходить к краю прохода. Изначально он не планировал встретить здесь кого-то на своëм пути. Сбежавшие образцы должны были ещё оставаться неподалёку от места, где их держали. Забраться в шахту, проверить уровень СО2 и напрямую исправить его содержание в воздухе, если потребуется — просто и безопасно. Но если образцы всё же тут, один на один Эрик будет с ними совершенно беспомощен. Впрочем, он умел бегать и уклоняться. Не самый полезный навык для человека его профессии, однако пару раз лишь благодаря этому он и выжил. Потому впредь регулярно тратил время, не позволяя телу потерять форму.       В конце концов, пока не придумано способа ранить образец без громоздкого лазерного устройства, а поймать и задержать — непростая задача.       Эрик мельком глянул на дверь из шахты, вспоминая тëмные пятна на полу.       Возможно, чьи-то исследования дали положительные результаты. Это было бы хорошо — уже почти два месяца им не удавалось получить хоть сколько-нибудь значимой для спасения планеты информации. От такого в вечно напряжëнной обстановке у новых сотрудников невольно опускались руки, а на голом энтузиазме далеко уехать ещё никто не сумел. Эрик воспринимал отсутствие продвижения спокойно, но мысль о возможных изменениях в сложившейся ситуации приносила удовольствие.       Впрочем, надеяться на хорошее было слишком рано.       Два свежих образца на свободе. 80% СО2 в воздухе. Кто-то раненый поблизости.       Внимательно осмотревшись, Эрик осторожно подошëл к краю прохода и заглянул в шахту. Как он и ожидал — никого. Слишком тихо для чужого рядом присутствия.       Торопливо спустившись по узкой вертикальной лестнице, Эрик подошёл к экрану и с помощью магнитного ключа открыл рядом панель управления. На изменение данных потребовалось меньше минуты. На восстановление необходимого состава воздуха придëтся не меньше пяти. На начало распада образцов...       Эрик задумался, пытаясь вспомнить подобные случаи. Во всей лаборатории содержание СО2 повышалось редко. Впрочем, даже у свежего образца сил держать форму хватит не более, чем на пятнадцать минут.       Долго.       Эрик совершенно не представлял, что будет делать, если столкнется с теми, кого ищет. Тоскливо усмехнувшись, он покачал головой. Придётся, как обычно, разбираться на месте.       Закрыв панель управления, Эрик прислушался — по-прежнему тихо. Вариант, куда направиться дальше, был лишь один — в этой части здания шахта только начиналась.       Стараясь шагать как можно тише, Эрик продвигался вперëд. На самом деле, едва ли издаваемый при ходьбе шум мог стать причиной привлечения образцов. Как показали опыты, им подобных не интересовали звуки. Впрочем, пока не удалось понять, менее они к ним восприимчивы, или же просто ничего не слышат. Попытки аккуратно вскрыть темные массы для осмотра ещё ни разу не дали удовлетворительных результатов.       Шахта была широкая и светлая, в ней было бы хорошо видно любые следы. Но пока Эрик видел лишь серебристую оплëтку соединëнных в толстые трубы проводов вдоль прохода. Ни крови, ни тёмных пятен — больше ничего. Это настораживало, но не настолько, чтобы развернуться.       Он понимал: всё было либо очень хорошо, либо слишком плохо. И необходимо было выяснить наверняка.       — Проклятая клякса! — раздался возмущëнный женский голос откуда-то спереди. Следом прилетела ещё пара нецензурных слов. Эрик облегчённо выдохнул и ускорил шаг. Шахта, повторяя форму здания, периодически скрывала что-то за поворотом — вот как сейчас. В груди появилось всеми силами забытое чувство раздирающего беспокойства, но ещё пара шагов — и картина происходящего сложилась почти воедино. Пара деталей решали не столь многое.       — Виктория? — подходя ближе, позвал Эрик. — Как ты?       Женщина неторопливо обернулась на голос — со стороны могло показаться, что слишком уж нерасторопно в подобной ситуации, однако по лицу её было видно, что даже такое неспешное движение причиняло боль.       — Лучше всех! — громко отозвалась она и, отняв правую руку от рëбер, показала большой палец. В левой Виктория держала странно поблескивающий металлический шест длиной где-то полтора метра.       Эрик с сомнением нахмурился и указал рукой себе за спину.       — Я там следы видел. Видимо, подробности знаешь ты.       Виктория довольно хмыкнула и снова прижала руку к тëмному пятну на одежде. Поверх серой футболки на рёбра была туго намотана изорванная на лоскуты неопознанного цвета ткань. Предупреждая вопросы, женщина легко провела пальцами по пятну, поясняя:       — Да, меня там знатно о стену приложили. Представляешь? Я его ткнула, он меня отбросил и давай убегать. Иду следом, и только в шахте понимаю, что получила открытую рану. Возвращаться не было времени, да и травма не серьёзная, но эта тварь всё равно так шустро смылась, что...       — Ты его ранила? — перебил Эрик, подавая женщине руку. Он знал её ещё до совместной работы в этих лабораториях и прекрасно понимал, что если вовремя не остановить, Виктория может говорить долго и содержательно обо всëм подряд.       — Скорее немного поцарапала. Не получилось как следует прицелиться, почему мне вообще именно эта швабра под руку попалась? — Виктория раздосадованно повела рукой с шестом. — Но! Представляешь? Получилось! Если бы эта сраная клякса не начала конечностями размахивать, я бы её...       — Ты же помнишь, как тяжело поймать свежий образец? — тяжело вздохнув, напомнил Эрик. Прямо по направлению по-прежнему ничего не было видно, но в этом коридоре из шахты было несколько выходов.       — Чёрт, — буркнула Виктория. — Конечно, помню. Ещё первого помню. Он ведь тогда... — она замолчала ненадолго и вернула тему к более актуальным вещам, кивком указывая на шест: — В общем, пока это добро не высохло, у нас есть шанс загнать гада обратно с минимальными затратами ресурсов и сил.       — Гадов, — со вздохом поправил Эрик. Оптимистичный настрой Виктории поражал его не меньше, чём её невероятные способности и внезапные открытия.       — Что? О. Вот же... — снова выругавшись, она всунула свой шест в руки Эрику и остановилась. — Подожди. Тут еще немного есть. Лучше приготовить.       Взвесив полученное оружие на руках, Эрик зачем-то заметил вслух:       — Тяжелый. Это не швабра.       — Да и, — часть фразы Виктория невнятно пробормотала, придерживая зубами край висевшей на плече сумки, — с ним. Главное, что для протыкания годится. Вот, держи, а это мне отдай.       Покладисто приняв в руки небольшую пластиковую бутыль, Эрик вернул шест хозяйке.       — Ты притащила с собой целую сумку барахла. А рация где? — несмотря на то, что несколько минут назад он сам не хотел её брать, Эрик без зазрения совести позволил проскользнуть в своём голосе упрëку.       — Там, где хорошо рифмуется, — грубо ответила Виктория и, задев его плечом, пошла чуть спереди.       — Постой. Не спеши так, ещё и раненая, — поморщившись, позвал Эрик.       — Я в норме. Просто было тяжело встать.       — Я так и понял. Но что прикажешь мне с этим делать? — стараясь не отставать за удивительно бодро шагающей Викторией, поинтересовался Эрик.       — Пить не советую, — ответила она. — Состав не очень. А вот как выберемся отсюда, стоит обработать что-то, подходящее для атаки и обороны. Эта жидкость помогает проникать в ткань этим тварям. Либо облей раствором саму эту гадость. Скорее всего, так они не смогут ничего растворить.       — Скорее всего?       — Ага. Всё так. Не успела проверить.       — К слову о составе, — опомнился Эрик. — Поздравляю. Твои идеи как всегда впечатляют.       — Ещё бы, — довольно хмыкнула Виктория. — Как раз шла первый раз опробовать.       — Да тебе просто ужасно повезло, что это подействовало.       — О, нет, — непривычно серьёзным тоном не согласилась она. — Это не везение. Это недели изнуряющей работы.       Эрик понимающе покачал головой. Действительно, подобный прогресс в изучении этих существ — очень важный рывок. Теперь есть надежда продвинуться вперёд во многих направлениях.       Если, конечно, излишне активные молодые образцы не перебьют сейчас весь их дружный коллектив, особенно саму Викторию.       — Может, я пойду первым? — на всякий случай предложил Эрик.       — А, не переживай, — отмахнулась та. — Ты же знаешь: я делаю достаточно понятные для других записи о каждом своём исследовании. А вот что бы делал ты, столкнись с ними? Сам же говорил... Налево?       — Давай, оттуда подойдет Алиса.       — Ага. Так вот, ты видел весьма говорящие следы, но все равно ломанулся сюда. Совсем отчаялся?       — В случае чего убежал бы да позвал остальных, — спокойно ответил Эрик, пожав плечами.       — Ха! Ну да, рабочая тактика.       — Более чем.       — Это не Алиса там спереди?       Завернув за угол и увидев знакомую фигуру неподалёку, Эрик машинально чуть сощурил глаза.       — Похоже на то.       — Непохоже, чтобы она шла к нам.       — Я здесь, и я вас слышу, — не выражая голосом и каплю недовольства, отозвалась Алиса. — Причём довольно давно. Посмотрите сюда.       Виктория чуть ли не бегом направилась вперёд: не знаешь — и не подумаешь, что ранена. Эрик с опаской двинулся следом.       — О-о-о! — раздался восторженный вскрик коллеги, добравшейся к цели раньше. — Не, ну ты посмотри, куда он спрятался! Ничего, сейчас мы тебя вытащим.       — М, так это твоя работа? Впечатляет, — Алиса с уважением покачала головой. — Хорошо, что вы подошли. Я уж и не знала, что делать. Вроде и страшно, а вроде и не шевелится. Вроде и позвать кого-то надо, а вроде и одну эту гадость оставлять не стоит — мало ли.       — Продолжаю удивляться, как вы с таким подходом к работе пережили первый раз, — беззлобно проворчал Эрик и вздохнул, разглядывая спрятавшийся в углублении стены раненый образец. Выглядел тот так, будто спит или находится без сознания. Чуть подрагивающий комок темной материи с двумя прикрытыми глазами и колотой раной на месте предполагаемого третьего.       — Твой подход — выгонять коллег на утреннюю пробежку, чтобы у них было больше шансов в случае чего. Очень по-научному, — отведя взгляд в потолок, заметила Алиса.       — Где ж ты оставил свои лапки? — с садистской улыбкой пугающе-ласково спросила Виктория, едва не залезая в нишу к образцу. — Как же ты теперь собираешься убегать?       — Полагаю, для перестраховки следует транспортировать его обратно как положено, — чуть подвинув коллегу и склонившись, внимательнее разглядывая рану, сказал Эрик. — Хотя и не похоже, чтобы он в ближайшее время собирался шевелиться.       — Эти твари слишком непредсказуемые, — согласилась Алиса. — У меня есть мешок для строительного мусора.       Эрик закатил глаза и с трудом подавил тяжёлый вздох. На самом деле он давно смирился, привык и понял, что любое их предложение проще поддержать, чем оспорить. К тому же, иной раз полнейшее безрассудство оказывалось самой гениальной идеей за несколько недель. Но всё равно безумно захотелось вернуться в свой кабинет к спокойным расчетам.       — Оно его не должно разъесть, даже если очнëтся, — добавила Алиса спустя пару секунд. — Я заказывала, тщательно выбирая состав.       — Ладно, — согласился Эрик. — Давай сюда.       — Одного нашли, грузим и на место, — сообщила Алиса в рацию, не вдаваясь в подробности. Оттуда наперебой начали что-то спрашивать, но она оборвала связь и спрятала рацию в глубокий карман удивительно чистого халата. Из другого кармана она достала чёрный блестящий свëрток. — Что ж. Приступим.       — Интересно, где второй, — помогая раскрыть пакет, задумчиво пробормотал Эрик.       — Пусть приходит, — воинственно подкинув в руке импровизированное копьë, заявила Виктория. — Не придётся за ним бегать.       — Продолжишь так себя вести с ранением, и бегать уже не сможешь, даже если захочешь, — хмуро отозвался Эрик, понимая, что сильно приукрашивает.       — Что с тобой? — на мгновение оторвавшись от перемещения существа в пакет, Алиса вопрошающе вскинула брови.       — Да вот, — Виктория неопределенно махнула рукой. — Начинает казаться, что пора выходить на эти утренние пробежки. На форму никогда не жаловалась, но что-то явно засиделась в кабинете.       — Ты последнюю неделю не выходила из помещения, — Алиса грустно улыбнулась, завязывая пакет и позволяя Эрику забрать его. — Не тяжело?       Эрик отрицательно мотнул головой.       — Как видно, не зря. Ах, свежий воздух, жди меня! — мечтательно протянула Виктория и потянулась, болезненно морщась после этого.       — Ну-ну, полегче, — Алиса успокаивающе погладила коллегу по плечу. — Сейчас разберемся с этим, и я тебя осмотрю.       — Идите сразу, — не согласился Эрик. — Давай только поменяемся. Не очень удобно будет открывать бутылку с этой штукой в ру...       — Фиг тебе, — оборвала его Виктория. — Найди свою швабру. Не дам.       — Ну да, трофей же. И как я мог, — Эрик незаметно закатил глаза и поудобнее перехватил в руках пакет с образцом. Тот был легче, чем он ожидал — вероятно те самые "лапки", о которых говорила Виктория, были переработаны ради скорейшего заживления, но ничего не получилось. Если так, то это ещё одна хорошая новость.       — О! — уже на выходе из шахты опомнилась Алиса. — А с кислородом что? Кто-нибудь ситуацию поправил?       — Не переживай, уже должен прийти в норму.       — Отлично! — не медля, она сняла маску, добавляя. — Терпеть их не могу.       — А кто любит, милая? — улыбнулась Виктория.       — Не стоит, — нахмурилась Алиса. — Потеряешь однажды сознание, разгуливая без соблюдения мер безопасности, потом не жалуйся.       — Да когда я вообще жаловалась? — искренне удивилась Виктория.       — А вот стоило бы иногда... — тихо вздохнула Алиса, скосив взгляд на прикрытое ранение.       — Не до того нам. Сама понимаешь.       — Ты всегда была такая.       — Предлагаю вам предаваться воспоминаниям где-то в более чистом и безопасном месте. Желательно в медкабинете.       — Эрик — зануда.       — Но он прав. Стоит...       — Да-да, — Виктория в качестве капитуляции подняла руки.       — Вот вы где! — из ближайшего коридора на встречу выбежали два человека. Недовольных, уставших, потрëпанных человека.       — М? А чего? — лениво отозвалась Виктория, поворачиваясь к ним. Эрик был уверен, что её лицо было сейчас максимально хитрым. Сняв маску, он тяжело вздохнул и приветственно махнул рукой.       — А на связи быть надо, вот что! Мы думали, вы уже всё! Первого беглеца поймали, а второго — ни следа. И вы молчите. Хоть Алиса на связь вышла, но других даже слушать не стала. Разве так можно?       — Ну-ну, Ник, не кипи. Сам ведь рацию не взял, я всё знаю, — миролюбиво произнесла Виктория. — Пойдемте, я столько интересного расскажу, что сразу забудете о том, как ругаться на меня.       — Это должно быть что-то очень стоящее, — недоверчиво хмурясь, отозвался Ник.       — Поверьте, она не шутит, — не сдержался от комментария Эрик и улыбнулся. — Только до медпункта её доведите.       Не дожидаясь ответа, он торопливо направился к комнате с образцами.       Впервые за несколько недель настроение ощутимо улучшилось. Впрочем, изобретение более простого способа вскрыть тех, кого не удалось уничтожить и приходится изучать — новость по-настоящему впечатляющая.       Люди встретили гостей из космоса достойно. Не растерялись, приняли все возможные меры для отстаивания собственных жизней. Теперь же надежда так же достойно от этих гостей избавиться лишь окрепла.       А Эрик постарается и сделает свой вклад в общее дело максимально полезным.