Менестрель

Я вам пел как будто сто сотен раз, Никогда в глаза не смотрел. Оттого узнали вы лишь сейчас, Что волнует мою свирель. А она воспела любовь-тоску, Ваших глаз изумрудный мох. И сшивалась песнь — к лоскуту лоскут, И в молчании таял вздох, И меня вы взяли, отдавшись мне, На поляне, под сенью древ. Я сто первый свой написал сонет, Срифмовав «полюбив-сгорев». Был измят и стар тёмно-синий плащ, Складки — словно изгибы рек. Сочинил тогда я десятый плач, Вы — свершили свой первый грех. Я вернулся к вам на свою беду, Забывая про долг и честь. Угасая, тая, почти в бреду, Сколько я вам успел прочесть? Король нынче лично судил меня. Воровство — вот его вердикт. Что украл я? За что же меня казнят? «Сердце ли из твоей груди?» В это утро казни гудит дворец, Шёпот твой — из конца в конец. «У королев, милый мой певец, Не бывает совсем сердец». 20.08.17