Одиночество

      В комнате горел тусклый оранжевый свет. Я лежал на кровати, укутавшись в одеяло и обняв подушку одной рукой. По квартире разливалась тишина.       Я пролистывал одну анкету за одной. Брюнетка, блондинка, рыжая, шатенка. На меня смотрели лишь пиксели экрана. Пальцем влево, пальцем вправо — давно заученные механические движения. Иногда на мой лайк отвечали взаимностью, и я старался завести разговор. Делал комплимент аксессуару, обращал внимание на описание в профиле, пытался находить общие темы. Какое-то время диалог шел, и мне казалось, что наконец удалось заинтересовать человека. Но в один момент все рушилось, и девушка исчезала, будто бы никогда и не существовала. Тогда в голову заползали параноидальные мыслишки: что я сделал не так? Может и не надо было проявлять столько внимания? Может я сам по себе не интересный? В конце концов я забивал и списывал все это на бессмысленность такой формы знакомства.       Но телефон отложить я все равно не мог. Он поглощал в себя, так как был, по сути, единственным предметом, который захватывал мое внимание. Выходя из приложения для знакомств, я машинально заходил в другие приложения, где так же равнодушно листал ленту. Так проходили полчаса, час, десятки часов.       Я встал с кровати и направился на кухню с телефоном в руках. Мой взгляд был прикован к экрану, а ноги осторожно лавировали между стен, раскрытыми дверьми, и стульями. Левой рукой я открыл холодильник, отчего кухня озарилась белым светом. Из еды на полках лежали только пластиковые коробочки готовой продукции: готовить сам я не мог из-за постоянной усталости то физической, то ментальной. Не выпуская из рук телефон, я достал какую-то котлету с картофельным пюре, отклеил прозрачную «крышечку» с упаковки, и положил в микроволновку.       Пока еда грелась, я присел на стул и уткнулся в телефон. Я смотрел короткие видео. Время от времени из меня выдавливался смешок, что хоть как-то разрезало непроглядную тишину в квартире. Я наконец оторвал глаза от телефона и всмотрелся в окно.       Привстав и подойдя к нему, я глядел на идущих по улице людей. В основном они шли в паре, либо держась под руку, — то были парочки, либо идя под боком друг у друга, — то были либо подруги, либо друзья, либо отец с сыном, мать с дочерью. Смотря на них, я ощущал холод, отчего мое тело даже вздрогнуло. Из микроволновки прозвучал громкий звук. Я достал еду, взял одну вилку и нож, и уселся ужинать. Телефон поставил в горизонтальном положении, облокотив его на стакан, в котором был налит апельсиновый сок. Включил себе какое-то видео, и начал есть. Чавк, чавк, глоп, глоп. Я ел в кромешной темноте. Лишь только экран телефона светил в мое ровное лицо. Люстру мне не хотелось включать, так как она освещала пустые стулья и слепила глаза.       Пару месяцев назад мне исполнилось двадцать три года. День рождения я никак не отмечал, так как и пригласить мне было некого. С друзьями у меня не заладилось еще с детства, с родителями контакт был как-то утерян: когда я рос в их доме, отношения между нами складывались достаточно холодно и отдаленно, а когда я переехал в свою квартиру, общение и вовсе оборвалось. Меня не сильно это заботило, поскольку, как мне кажется, теплая связь с отцом и матерью у меня так и не образовалась. Тем не менее, это сильно мешало мне в детстве.       Я положил последний кусок котлеты в рот и водрузил обе руки на стол, продолжая смотреть видео. То был стендап одного известного комедианта. Через тридцать минут его представление закончилось, и я встал из-за стола. Выкинул пустые упаковки в мусорку и зашагал обратно в комнату.       Раньше хоть мог сказать «спасибо» за еду, приготовленную матерью, а теперь и этого лишился. Но, по сути, такая форма общения была единственной между нами. Да… в детстве я долгое время переживал по этому поводу, поскольку в то время, как мои ровесники делились своими впечатлениями от семейной поездки, или же хотя бы просто имели возможность прийти домой и найти там поддержку, я существовал в этом мире один. Возникла какая-то проблема — решай сам, захотелось провести время вне дома — твои, и только твои, хотелки. Они даже не удосуживались поинтересоваться, есть ли у меня друзья. А таковых не было, потому что я никогда не мог влиться ни в один коллектив. Интересов у меня было немного, только лишь читал какое-то время своего детства, но и это никому из окружения не было нужно, так как парней это не интересовало, а к девчонкам подходить я стеснялся. Боялся, что засмеют, либо же просто проигнорируют.       Я улегся в постель и вгляделся в сумеречный потолок.       Один и тот же маршрут: от комнаты до кухни, от кухни до комнаты. Иногда он прерывался на то, чтобы зайти в туалет справить нужду с телефоном в руках, конечно же, и вернуться обратно в кровать. Выходил из квартиры я нечасто, только лишь тогда, когда в урне под раковиной собиралось достаточно мусора, чтобы его запах стал невыносимым, и мне захотелось от него избавиться. Работа была у меня удаленной, и в основном я сидел за ноутбуком либо за столом, либо на кровати. Я понимаю, как глупо и однообразно все это звучит, но такова моя жизнь. Я понимаю, что для того, чтобы с кем-то познакомиться, завести дружбу или отношения, необходимо хотя бы выйти на улицу и заговорить. Но у меня нет для этого сил. И, вероятно, желания.       Мой взгляд перешел на телефон, лежащий по левую сторону от меня.       До чего же призрачным и одиноким стал человек с появлением интернета. Своим существованием он заключил его в четыре стены, снарядил целым миром внутри его ограниченного мира. Общество этому подчинилось и даже нашло тысячу, если не миллионы, преимуществ, которые упрощают жизнь человеку. Со множеством таковых я спорить не буду, поскольку и вправду интернет позволил нам стать более осведомленными, различными способами сэкономил нам время и так далее. Но по какой-то неведомой мне причине очень мало людей отмечает его негативные стороны. Как минимум то, что человек теряется в этом новосозданном виртуальном мире и отходит от реальной жизни. Они как будто забывают, что сами-то существуют в реальности и их тела не в состоянии переместиться в сети. Их мозг начинает жить в отрыве от тела, но ведь такая тенденция — самоубийственна.       Я взял его в руки и зашел в мессенджер. Никто, абсолютно никто не написал мне за последние пару дней. На экране красовались лишь новостные каналы, каналы с мемами. Мне вообще казалось, что мессенджер и не нужен мне вовсе. Ну, а зачем он мне, если я сам никому не сдался. Для того, чтобы оставаться в курсе всех мировых событий? Бред, просто вопиющий бред. К чему мне знать, что происходит в мире, если в моем собственном завывает монотонный холодный ветер?       Вдруг я ощутил, как по всему телу начал расползаться огонь. Как только он достиг рук, я бросил со всей ярости телефон об стену. Мне захотелось кричать. Я вскочил с кровати и начал метаться по комнате, распространяя свой гнев на все, что попадалось мне на глаза. Увидя стоящий на столе стакан, я подбежал к нему, взял в руки, и со всей силы швырнул на пол. Осколки от него разлетелись по всей комнате и впились в правую пятку. В исступлении я вскричал и начал бить руками по шкафу, по стенам, по голове. Мои ноги стремительно зашагали на кухню.       Вся посуда полетела в разные стороны, разбиваясь вдребезги и разрезая тишину. Я не мог уже ее терпеть, она была противна мне, давила на голову, на череп, на сам мозг. В моменты тишины, перед тем как очередная тарелка разбивалась о пол, я ощущал, как она расползалась и впивалась острыми лезвиями в мои извилины. Из меня вырывался крик:       — УЙДИ ОТ МЕНЯ, УЙДИ, ПРОШУ, Я НЕ МОГУ ТАК БОЛЬШЕ, НЕ МОГУ.       Разбив все, что было на кухне, я вернулся к себе в комнату и повалился на кровать, уснув от истощения.       Проснулся я от яркого солнечного света, что ударял мне по глазам. Моя голова раскалывалась. На лице была слеплена гримаса отвращения и боли. Я огляделся и увидел последствия вечерней потери рассудка. Я положил руку на комод, пытаясь захватить телефон, но не нашел его. В углу комнаты я увидел его лежащим экраном вниз. Поднявшись с кровати, я аккуратно зашагал в его сторону, стараясь не наколоться на осколки. Поднял его, — он был разбит, — и разблокировал, увидя время: 10:48. Проспал начало рабочего дня.       — Господи, какой же я идиот! Взбесился не пойми от чего…       Я вышел из комнаты, держась за голову, и прошел на кухню, где картина вчерашнего вечера была еще хуже. На цыпочках я пробрался к коробке с медикаментами, и взял спазмолгон. Выпил и вернулся обратно за ноутбук. Пока он включался, я смотрел в телефон и проводил по разбитому экрану пальцами. Зашел в одно приложение, затем в другое. Вдруг оказался в приложении для знакомств и начал пролистывать одну анкету за одной. Обратив взор к окну, я проговорил вслух:       — Что со мной произошло вообще? Ни с того, ни с сего… Кажется, я заболел.