II

— Я не хочу разводиться… — раздался голос Кунсайта, резанув по нервам Рей своим спокойствием и уверенностью. Девушка замерла и, казалось, все вокруг стихло: даже порывистый ветер успокоился, лишь пузырьки шампанского продолжили вырываться из бокала. Сердце застучало тревожно и громко: мужчина произнёс противоположное тому, что хотела предложить она сама — подать на развод, как можно скорее, возможно, даже завтра. — Ты сколько выпил? — Рей заставила себя улыбнуться и посмотреть в глаза Кунсайта, в которых не было ни намёка на усмешку. Надеясь перевести всё в шутку, девушка добавила: — шампанское действует на тебя совершенно удивительным образом… — Прошу, выслушай меня, — попросил Кун, жестом призывая к молчанию. Мужчина потёр двумя пальцами лоб, словно разглаживаясь несуществующие морщинки, вздохнул и приблизился к жене. — Почему ты всего за несколько часов изменила своё мнение по поводу отпуска, ведь ты была так взбудоражена этой идеей? И хотя я спрашиваю тебя напрямую, но, зная о твоей привычке не отвечать на неудобные вопросы, то уверен, что не получу ответа… — Кунсайт посмотрел на Рей, но та молчала, лишь подтверждая этим сказанное. Девушка скрестила руки на груди и с силой вцепилась пальцами в край шерстяного пледа, словно ей стало невыносимо жарко. — У меня есть три варианта. Первый: ты узнала, что бессонница и кошмары связаны со здоровьем и тебе срочно нужно лечение. Второй: ты осознала, что в компании отца дела идут не так хорошо, и ты не успеешь занять желаемый пост до истечения срока, согласно нашей договоренности. И третий: ты боишься совместной поездки из-за того, что это может усложнить наши отношения. — Кунсайт замолчал, давая Хино возможность опровергнуть или подтвердить его слова, но та медлила с ответом. Сделав глоток шампанского, мужчина облокотился спиной о перила и продолжил говорить: — я не знаю, какой из этих вариантов верен, но всё сводится к тому, что ты боишься безоговорочно довериться мне из-за нашей договоренности о браке с определенной заранее датой развода. Поэтому я задался логичным вопросом: зачем нам разводиться? Пускай между нами и нет секса, но нам хорошо вместе, и ты не сможешь с этим спорить. Мы доверяем друг другу, относимся с уважением, наши цели и взгляды на жизнь совпадают… и получается, что нам повезло много больше, чем другим семейным парам: мы начали отношения с того, к чему многие приходят лишь на старости лет — много понимания и никакого секса… — Кунсайт, умоляю, прекрати, — взмолилась Рей, делая шаг вперед и вставая напротив мужа. Брюнетка закрыла глаза и с силой сжала веки, стараясь вернуть самообладание: она бы соврала самой себе, если бы сказала, что подобные мысли не приходили в её голову. Однако если Рей имела привычку витать в облаках, то Кунсайт был тем, кто твёрдо стоял на ногах. — Ты прав: у нас практически идеальный брак, но неужели тебе не хочется любви? Настоящей, всеобъемлющей? Когда чувства заполняют тебя изнутри: твой мозг, твоё сердце… стоит лишь увидеть человека… — У меня была такая любовь, — сухо произнёс Кунсайт, прерывая столь страстный монолог девушки, — и должен сказать, что это полное дерьмо, — на лице мужчины появилось отстраненное выражение, а в голубых глазах — холодная отчужденность: так случалось, каждый раз, когда речь заходила о Мичиру Кайо. — И позволь тебе напомнить: сколь скоро исчерпали себя браки некоторых наших знакомых, заключивших союз по большой любви, — нарочито растягивая последние два слова, с насмешкой произнёс Кун. Мужчина одним глотком допил шампанское и отставил пустой бокал на широкие перила террасы. Взгляд Рей невольно зацепился за солнечные блики, весело играющие на тонком стекле бокала и рассыпавшиеся разноцветными искрами. Однако в следующее мгновение резкий порыв ветра скинул бокал с террасы и тот упал на ровно постриженную траву газона, разрушая магию момента. Словно очнувшись от забытья, Рей перевела взгляда на Кунсайта, с интересом наблюдающего за ней, и заговорила, стараясь не обращать внимания на появившуюся хрипотцу в голосе: — Я не знаю, что на тебя так повлияло: свадьба лучших друзей, напомнившая нам обоим чего мы лишились, вступив в фиктивный брак, или чувство безграничной ответственности за меня, но, клянусь всеми богами, ты ошибаешься сейчас! — Рей подошла к мужу и бездумно коснулась лацкана тёмно-синего пиджака. На безымянном пальце сверкнуло тонкое обручальное кольцо из белого золото, точно такое же, как было и на руке Кунсайта. — Кун, я каждый день благодарю судьбу за то, что рядом со мной оказался такой сильный и добрый человек, — заговорила Рей, стараясь вложить в свои слова все те чувства и эмоции, которые переполняли её сердце. — Клянусь, мне иногда казалось, что без тебя я бы сошла с ума, но сейчас ты подменяешь понятия. Поверь, я не та женщина, с которой тебе суждено провести жизнь. Я верю, что скоро ты встретишь ту, которая предначертана тебе судьбой, и она будет совершенно не похожа на меня… — Хорошо, — покладисто кивнул Кунсайт, однако Рей, знающая мужчину довольно близко, инстинктивно напряглась, чувствуя подвох. — Если я подменяю понятия, то ответь мне, что такое любовь? — Философы и поэты всего мира безуспешно бились над этим вопросом, а ты ждёшь ответа от меня? — быстро нашлась девушка, иронично изогнув левую бровь. — Мне неважно мнение философов и поэтов, — Кунсайт выпрямился, отойдя от перил, и расстояние между ним и Рей сократилось до минимального, вынуждая девушку отступить на шаг назад, — что ты вкладываешь в понятие «любовь»? Кроме уважения, близости душ, доверия… если решишь добавить физическое влечение, то это тоже между нами есть, в противном случае мы бы не переспали десять лет назад и уж тем более ты бы не вышла за мужчину, который был тебе противен, — договорив, Кунсайт победно взглянув в темные глаза Хино, в которых он увидел блеснувшие опасные огоньки. Все доводы девушки разбивались о ледяную стену логики Куна, так и не достигая цели. Чувствуя себя в ловушке, Рей с неясным чувством восхищения осознала, почему у Кунсайта настолько хорошо идут дела в бизнесе: мужчина сумел не только вернуть компании отца было влияние, но и многократно усилить его. Однако вместо гордости за мужа девушка ощутила бессилие: возникло детское желание закрыть глаза и затопать ногами. — Позволь мне пригласить тебя всего на три свидания, — произнёс Кунсайт достаточно быстро, чтобы успеть предупредить вспышку гнева со стороны Рей, — всего три, — мужчина поднял ладонь вверх и загнул большой палец и мизинец, словно в подтверждение своих слов, — если твоё мнение останется неизменным, клянусь, я отступлю и больше никогда не подниму эту тему. Кунсайт на секунду прикусил щеку, стараясь сдержать улыбку, которая без сомнения показалась бы Хино самодовольной: мужчина был уверен в своей правоте и хотел доказать её. — Хорошо, — резко выдохнула Рей, словно воздух жёг её легкие, — я соглашусь, если ты повторишь это предложение после того, как выскажусь я. — Слушаю, — согласно кивнул Кунсайт, вновь опираясь спиной на перила и всем видом показывая свою заинтересованность. Однако их разговор прервали: дверь, ведущая на террасу распахнулась и вошла неброско одетая женщина. На немолодом, красивом лице появилась улыбка облегчения, когда она увидела замужнюю пару, ведущую явно интересный диалог. — Прошу прощения, что прерываю вас, но господин Кацудзи ищет своего шафера, — произнесла организатор свадьбы. — Подойду через мгновение, — посмотрев на женщину, пообещал Кунсайт, и когда дверь вновь закрылась, произнёс, глядя в темные глаза жены, — нам стоит вернуться на праздник, но пообещай: вечером мы закончим этот разговор. И лишь после того как Рей согласно кивнула, Кун, согнув руку в локте, предложил её спутнице, и семейная чета вернулась в зал. Кунсайт, вынуждено оставив Хино одну, направился вглубь зала, стараясь как можно скорее разыскать Нефрита, а девушка, на ходу поправляя платье, поспешила к выходу из зала, догадываясь, где она сможет найти Минако. В голове Рей крутилась мысль, которую девушка безуспешно пыталась прогнать, словно боясь, что стоит ей оформиться и опасения станут реальностью: возможно ли такое, что к Минако Айно уже вернулись воспоминания? Ведь Сейлор Ви пробудилась раньше Сейлор Меркури и Сейлор Марс. И свадьба с Лордом Нефритом не стечение обстоятельств, а осознанный выбор между прошлым и настоящим? Рей не ошиблась: Мина неспешно переодевалась из белоснежного наряда для церемонии в платье, приготовленное для дальнейшего праздника. Минако ловким движением сняла фату и вытащила шпильки из причёски, и её золотистые волосы рассыпались по спине густым каскадом. — Какой же кайф, — протянула Мина, запуская пальцы в волосы. Рей со стороны наблюдала, как девушке помогают облачиться в белое платье, расшитое золотыми нитками и бисером. Минако легко присела, отведя одну ногу назад, и ей на голову легла бриллиантовая диадема в оправе из белого золота, заменяя фату. В каждом движении Айно сквозила особая грация и сдержанность, характерные королевским особам. — Ты похожа на принцессу, — не сдержавшись, произнесла Рей, с нежностью глядя на подругу. — Я знаю, — призналась Мина без лишнего кокетства. На лице сияла лучезарная улыбка, а в синих глаз горели искорки счастья. Хино подошла к подруге и, крепко обняв её, словно ребенка, уткнулась носом в волосы, чувствуя нежный, цветочный аромат парфюма. И в этот краткий миг абсолютного покоя Рей осознала, что не посмеет произнести ни единого слова о далёком прошлом, грозившемся перемолоть её жизнь и жизни друзей в прах, искренне желая сохранить то хрупкое счастье, которое Нефрит и Мина создали своими руками. Однако вместе с сиюминутным чувством облегчения в сердце Рейаны зародилось смутное чувство вины. *** Официальная часть праздника окончилась грандиозным фейерверком, и молодожёны под аплодисменты гостей покинули зал, однако едва пара вышла из отеля, направляясь к поданному автомобилю, замелькали яркие до боли в глазах вспышки фотокамер. Минако ловко юркнула в салон машины, и следом Нефрит опустился на кожаное сидение. Негромкий хлопок закрывающейся двери, и наступила спасительная тишина. Чёрный автомобиль отъехал от отеля и, быстро набирая скорость, заскользил по ночным улицам городам. Нефрит приоткрыл окно автомобиля, позволяя ветру трепать свои волосы, и прислонился виском к стеклу, наслаждаясь столь ценными минутами, воспоминания о которых, без сомнения, будут сопровождать его всю жизнь. Внезапно раздался громкий раскат грома и небо озарила ослепительная вспышка молнии. Мужчина расслаблено прикрыл глаза и жадно втянул ноздрями влажный и тяжелый воздух, который бывает лишь перед дождем. Прогноз метеорологов все-таки сбылся: ясный солнечный день уступил место осенней непогоде. Нефрит посмотрел на Минако и, желая порадовать её, предложил: — Госпожа Кацудзи, — с наслаждением произнес Нефрит, словно пробуя слова на вкус, и ему очень понравились, как они прозвучали, — не желаешь прогуляться, пока не начался дождь? — М-м-м, — деланно задумчиво произнесла Минако, прикусывая нижнюю губу, и в тон мужу ответила: — я вынуждена отказаться, господин Кацудзи: мои ноги невыносимо гудят, и, кажется, я скоро перестану их чувствовать, — девушка приподняла подол платья и показала ножку, обутую в туфельку из лаковой кожи на высокой, тонкой шпильке. — К тому же, — Мина посерьезнела и с опаской покосилась на приоткрытое окно, — я не люблю грозу: в детстве я пряталась в шкафах или в комнате родителей, едва заслышав шум. С годами страх прошёл, но даже сейчас, когда я остаюсь одна дома, закрываю окна в дождь, опасаясь шаровой молнии, — девушка неловко улыбнулась, пряча за улыбкой смущение. — Правда? — удивлённо переспросил Нефрит, нажимая кнопку стеклоподъемника. Минако робко кивнула, наблюдая за тем, как мужчина осторожно снимает туфли с её ног и мягко кладет на свои колени. — Как вышло, что я не знал об этом? — спросил Нефрит с неясным напряжением в голосе, мягко массируя ступни девушки. — Потому что это неважно: грозы случаются не так и часто, а страх перед ними остался в детстве, — пожала плечами Минако, невольно прикрывая глаза от удовольствия. Неф покладисто кивнул и посмотрел в окно, продолжая разминать уставшие ноги девушки. Вечернее небо разрезала надвое ещё одна молния, и по крыше автомобиля с глухим стуком забарабанили первые капли дождя. «Я люблю грозу, — раздался в голове Нефрита тихий, мелодичный голос, — всякий раз когда начинается дождь и слышен первый раскат грома, я замираю и смотрю вверх, словно молния должна осветить небо для меня». Мужчина в точности помнил эту фразу, и точно знал, кому она принадлежит — его невесте. Брови на красивом лице мужчины слегка нахмурились, а синие глаза сузились: напрягая память, Неф силился вспомнить обстоятельства, при которых прозвучала эта фраза из уст Минако, еще не зная, что память предала его, насмешливо подменив воспоминания.