Глава 3

ГЛАВА 3

02 августа 1991 года, вечер, где-то в Лондоне. Северус Снейп, мастер зелий, профессор зельеварения и декан факультета Слизерин в Хогвартсе, думал. Попрощавшись с Поттером, он переместился в одну из своих лондонских квартир, чтобы побыть какое-то время в одиночестве, прежде чем встречаться и докладывать Дамблдору. Таких квартир у него было четыре, в разных районах Лондона. Причем, если в двух квартирах его знали хотя бы консьержки, то в двух других он не появлялся через вход никогда, только аппарацией. И ни разу дважды подряд в одну квартиру. Приняв душ, Снейп переоделся в домашнее, налил себе на два пальца скотча и, присев в кресло у стилизованного камина, задумался. Поттер не шел у него из головы. Что-то с ним было не так. Какая-то постоянная неправильность ощущалась при общении с мелким поганцем. А ведь, что казалось бы сложного? Вызволить недоноска из магловской тюряги, пройтись по магазинам и попрощаться с ним до осени. Но мысли не оставляли. Опытный ментальный маг, Снейп прикрыл глаза и погрузился в свою память, почти покадрово рассматривая произошедшие вчера и сегодня события. И вот! Он нашел! Во-первых, очки Поттера. Это точно не очки. Точнее не очки для коррекции зрения. Скорее всего, артефакт. Но какой, для чего? И откуда он у мальчишки, который якобы ничего не должен знать о волшебстве? И вот тут возникает, во-вторых. Поттер очевидно знает о мире магов, причем не просто слышал, а явно не новичок. И он ведь почти провел его! Если бы не менталистика, хрен бы чего вспомнил. Реакции, выражение лица… А как он вел себя у Олливандера?! Парень явно не первый раз держал в руках волшебную палочку! Что же теперь делать? Если рассказать все Дамблдору, как есть, Поттер очень быстро лишится большей части своей памяти и превратится в послушную директору куклу. Но, если не говорить директору, то надо обязательно переговорить с Поттером. Ладно. Директор ждет с отчетом завтра к полудню, значит, с утра он снова у Поттера. Заодно и ключик вернет, щипач недоделанный. Снейп усмехнулся, допил виски и отправился в спальню. Последние трое суток выдались тяжелыми, надо выспаться, а то его не только Поттер проведет. 02 августа 1991 года, вечер, Лондон, Косой переулок. Гарри без проблем вошел в банк и направился к тому же гоблину, к которому обращался Снейп утром. - И снова, здравствуйте, уважаемый! Я бы хотел поговорить с компетентным специалистом, по поводу наследства рода Поттер, - обратился к гоблину Гарри. Гоблин молчал почти полминуты. Затем его тонкие губы раздвинулись, обнажив два ряда белоснежных, острых зубов. - Что конкретно юный господин хотел бы выяснить? До безвременной кончины вашего отца, именно я вел дела рода Поттер. Меня зовут Грипхук. - Мне бы хотелось выяснить, на что еще, кроме детского сейфа, я могу рассчитывать. Как мне всем этим воспользоваться и кто, собственно, сейчас несет ответственность за малолетнего меня. Грипхук закашлялся. Потом с интересов взглянул на наглого человеческого детеныша. - Что ж, юный мистер Поттер. Не соблаговолите ли пройти со мной в переговорную комнату, там нам будет удобнее разговаривать. - Конечно, уважаемый Грипхук, я готов следовать за вами. Второй раз за сегодняшний день, Грипхук слез с высокого стула и направился к дверям в дальнем конце зала. Выбрав одну, он отворил ее и жестом пригласил Гарри проходить. Они оказались в небольшом, уютном кабинете с массивным столом, двумя креслами, камином и большим шкафом у стены. - Присаживайтесь, юный господин, - гоблин указал на кресла и они уселись у стола напротив друг друга. - Я правильно понимаю, что вы хотели бы вступить в права наследства? - Уважаемый Грипхук! - Гарри улыбнулся, - Мне одиннадцать лет и я понятия не имею о том, что я имею или не имею. Помогите мне разобраться. Гоблин побарабанил по столу пальцами с длинными когтями. - Мистер Поттер, я готов помочь вам. После смерти вашего отца, все финансы вашего рода, кроме вложенных в ценные бумаги, были заморожены, что, как вы понимаете, наносит вред не только вам, но и мне, ведь я остаюсь поверенным рода, пока жив хотя бы один его представитель, но не могу управлять финансами, поскольку вы не вступили в права. Мне нужна будет ваша кровь для проверки. Гарри холодно взглянул на гоблина. - Мистер Грипхук. Я хоть и новичок в волшебном мире, но даже мне известно, что кровь является сильнейшим проводником магии и ее нельзя давать чужакам ни при каких обстоятельствах. - Что вы, мистер Поттер, - гоблин изобразил оскал, долженствующий обозначать улыбку, - Я не собираюсь брать у вас кровь. Вы сами просто капнете ею на артефакт. Более того, клянусь своим действием, либо бездействием, не причинять вам вреда с использованием вашей крови или тех сведений, которые будут получены с ее помощью. - Ну что ж, тогда давайте поторопимся. Гоблин, не вставая из-за стола, протянул руку куда-то вниз и достал большую, тяжелую даже на вид, шкатулку. Открыв ее, он извлек чашу, нож, пергамент и набор непрозрачных флаконов. Буквально в несколько ловких движений, которые нельзя было заподозрить у криволапого, когтистого гоблина, он смешал в чаше жидкость из нескольких флаконов и протянул Гарри нож. - Прошу вас, мистер Поттер. Сделайте надрез на руке с помощью этого ножа и капните кровью в чашу. Буквально несколько капель. Взяв нож, Гарри провел лезвием по ладони и сжал ее над чашей. Несколько капель темной крови пролилось из сжатого кулака. - Достаточно, - проронил Грипхук. Гарри разжал кулак и взглянул на совершенно чистую ладонь. В это время гоблин взял чашу и вылил небольшое количество содержимого на пергамент. Раздалось шипение, жидкость исчезла и на пергаменте появился текст: «Гарольд Джеймс Поттер (31 июля 1980) - чистокровный, жив. Отец - Джеймс Флимонт Поттер (27 марта 1960 - 31 октября 1981), чистокровный. Мать – Лилиан Мэрион Поттер, урождённая Эванс (30 января 1960 - 31 октября 1981), маглорожденная. Крёстный отец - Сириус Орион Блэк (03 ноября 1959), чистокровный, жив. Статус: Наследник рода Поттер; Наследник рода Блэк. Завещание: Завещание Джеймса Ф. Поттера от 26 октября 1981 года. Не оглашалось. Наследники не призывались. Хранение - Гринготтс (копия - Отдел магического правопорядка, Министерство магии); Завещание Сириуса О. Блэка от 26 октября 1981 года. Наследодатель жив. Хранение - Гринготтс (копия - Отдел магического правопорядка, Министерство магии). Опекуны: В не магическом мире - Петуния Дурсль (Эванс). Лишена опеки 21 февраля 1991 года в связи с осуждением опекаемого. Опека передана администрации Глен Парва, Лестер. Опека прекращена в связи с помилованием. В магическом мире - Сириус О. Блэк (магический крестный). В связи с нахождением в Азкабане, опека временно передана Альбусу П.В.Б. Дамблдору. Эмансипация: Вступление в права наследника магического рода - с любого возраста; Полная эмансипация - не ранее четырнадцати лет». - Мне бы хотелось ознакомиться с завещанием моего отца и вступись в права наследника магического рода, - произнес Гарри, - И разъясните мне, пожалуйста, что значит «магический крестный»? - А вы умеете видеть главное, мистер Поттер, - задумчиво ответил Грипхук, - Дело в том, что этот статус означает несколько иное, чем в не магическом мире. Здесь тоже крестный, это человек, призванный позаботиться о своем крестнике, в случае гибели его родителей. Но магические узы не позволят такому человеку никаким образом навредить своему крестнику… - И что это значит? - А это значит, мистер Поттер, что Сириус Блэк, который отбывает пожизненное заключение в Азкабане за то, что предал Поттеров и навел на вас и ваших родителей Темного Лорда, не мог этого сделать и, следовательно, не виновен. - Уважаемый Грипхук! Я не очень хорошо разбираюсь в законах магического мира, - протянул Гарри, - Но мне кажется, что есть определенная необходимость в совершении действий по оправданию моего крестного. Как вы считаете? - Целиком с вами согласен! - воскликнул гоблин, - С вашего позволения, я займусь этим вопросом, как только мы закончим формальности с вашим наследством. Прошу вас, ознакомьтесь с завещанием вашего отца. Гоблин протянул очередной пергамент, который на первый взгляд был пуст. Но когда Гарри взял его в руки, на нем, так же как и на предыдущем, проступили слова: «Я, Джеймс Флимонт Поттер, находясь в здравом уме и твердой памяти, призывая в свидетели мою магию, настоящим завещаю все движимое и недвижимое имущество, которое будет принадлежать мне на момент смерти, моей супруге Лиллиан Поттер, а в случае ее смерти, моему сыну, Гарольду Джеймсу Поттеру, наследнику рода Поттер. В случае смерти законных опекунов (родителей), опекуном Гарольда Джеймса Поттера в магическом и не магическом мире, назначаю магического крестного Гарольда Джеймса Поттера - Сириуса Ориона Блэка. Категорически запрещаю передавать моего сына, Гарольда Джеймса Поттера, наследника рода Поттер, на воспитание в любую не магическую семью. Да будет магия мне свидетелем». Как интересно. То есть, отец специально оговорил этот момент в завещании, но его не оглашали и меня передали на воспитание Дурслям. И кто же принял такое решение? Кажется, я догадываюсь. Ладно, пора заканчивать на сегодня, а то я отсюда не уйду. Гарри поднял глаза от завещания и взглянул на гоблина. - Полагаю, мы можем исполнить завещание моего отца? - Да, конечно, - Грипхук вздохнул с видимым облегчением, - Комплект наследника сейчас доставят. Полный отчет об имуществе и финансах, будет ожидать вас завтра с утра. К сожалению, мы не можем отправить подобные документы почтой, как вы понимаете. - Я хотел бы уточнить еще один момент, - Гарри нахмурился, - могу ли я использовать свой сейф без ключа? - Конечно! Передайте ваш кошелек, пожалуйста, - гоблин взял кошелек и сунул куда-то, откуда ранее достал шкатулку, - Ваш кошелек будет привязан к сейфу, зачарован против краж и утери, а также привязан только к вам. Если вы боитесь потерять ключ, то я, как поверенный рода Поттер, могу принять его на хранение. - Да, это было бы замечательно. Внезапно в кабинете появился еще один гоблин. Гарри не заметил, каким образом он вошел. Вновь появившийся, с поклоном протянул Грипхуку простую черную шкатулку и исчез, так же, как появился. - Ваш комплект наследника, мистер Поттер. Гарри открыл шкатулку. На темно-синем бархате поблескивали перстень, браслет и серьга-подвеска, почему-то одна. Он вопросительно взглянул на Грипхука. - Перстень наследника, также является определителем ядов и зелий в пище и напитках, - с готовностью пояснил тот, - браслет закроет вас щитом при внезапной атаке, а серьга является ментальным артефактом. Пока на вас эти вещи, вы защищены практически от любого слабого и среднего магического воздействия. К сожалению, сильные маги смогут преодолеть действие артефактов, но таких в наше время не много. Пожалуй, в Британии не более десятка. - Ясно, - кивнул Гарри, - Как надеть серьгу? И какое ухо прокалывать? - Ничего прокалывать не надо, это же артефакт вашей семьи. Просто поднесите серьгу к тому уху, какому хотите. Перстень наследника, как и браслет, предпочтительно носить на той руке, которой вы предпочитаете колдовать. Гарри взял из шкатулки перстень и надел его на средний палец правой руки. Тут мгновенно ужался до нужного размера, обхватив палец и вокруг руки возникло красноватое сияние. Гарри недоуменно посмотрел на гоблина. - Комплект не завершен, надевайте остальное. Гарри надел браслет и сияние стало слабо розовым. Он взял серьгу и поднес ее к мочке левого уха. Как только металл коснулся кожи, Гарри почувствовал слабое покалывание и через мгновение, серьга болталась в ухе. Свет вокруг руки на секунду стал голубым и исчез, а перстень, браслет и серьга почти сразу побледнели и стали не видимыми, хотя Гарри и ощущал их на себе. Гоблин поднялся из кресла. - Приветствую вас, наследник Поттер, - с легким поклоном обратился он к Гарри, - Позвольте представиться. Грипхук Горхаррунд Гринготт, старший финансовый консультант банка Гринготтс, управляющий финансами рода Поттер. - Гарольд Джеймс Поттер, наследник рода Поттер, - Гарри тоже поднялся и изобразил легкий поклон, - Приветствую вас, Грипхук Горхаррунд Гринготт. - Называйте меня, пожалуйста, просто Грипхук. Мне так привычнее, а вам проще. - Хорошо, уважаемый Грипхук, - Гарри слегка улыбнулся, но не стал говорить гоблину об упрощении собственного имени. - Наследник Поттер, если у вас пока нет срочных вопросов, я бы хотел попросить вас дать мне возможность заняться теми, которые мы уже обсудили. - Конечно, - Гарри встал, - Не буду больше вас загружать сегодня. К какому времени мне подойти завтра? - Для таких клиентов, как вы, наш банк работает круглосуточно, - гоблин вновь изобразил оскал, - Но лучше подходите в полдень, а то я могу не успеть подготовить все необходимые документы. - Тогда до завтра, уважаемый Грипхук. - До свидания, наследник Поттер. Когда Гарри покинул банк, солнце уже почти скрылось за крышами, но еще не стемнело. Последнее дело на сегодня и можно отдыхать. Интересно, Снейп прискачет с утра или не обнаружит пропажу еще какое-то время? Хорошо, что с гоблинами удалось порешать сразу. Не хрен тут заботу изображать! Я еще запрошу завтра движение средств по счетам. Посмотрим, как некоторые личности пользовались своим положением. Гарри пересек улицу и зашел в Лютный переулок. Создавалось впечатление, что в нем царит вечный сумрак, никакого освещения. Но Гарри не собирался путешествовать по сомнительным местам. Зайдя за здание почты, которое фасадом выходило на Косой, он нашел в стене определенный кирпич и прикоснулся к нему палочкой, произнеся несколько слов. Кирпич исчез, в открывшейся нише лежал небольшой блокнот. Гарри не сомневаясь взял блокнот в руки и, раскрыв его, нацарапал несколько слов, после чего, положил блокнот на место, взмахнул палочкой и стена приобрела прежний вид. Удовлетворенно кивнув, Гарри покинул Лютный и направился в гостиницу. 11-21 января 1989 года, где-то в Лондоне. Когда, после завтрака, Флэтчер также на руках, перенес Гарри в комнату, усадил у камина и вручил чашку чая, а сам сел напротив, вопросов мальчик не задал. Он вообще только сейчас понял, что этот немолодой, странный мужчина, заботится о нем так, как не заботился никто и никогда. Кто он ему? Почему? В силу возраста, Гарри не задумывался о том, что может понадобиться взрослому мужчине от ребенка. Но он, вдруг внезапно осознанным звериным чутьем, почувствовал спокойную уверенность и надежность, сидящего напротив него Флэтчера. Тот, внимательно наблюдал за изменениями лица Гарри и, наконец, кивнув, заговорил. Гарри узнал о существовании двух миров. О том, что сам он принадлежит к магическому миру и, вот неожиданное счастье, довольно известен в нем. Об анимагии, Темном Лорде, о своем шраме и своих родителях, которые вдруг оказались не алкоголиками, погибшими в автокатастрофе, а героями магического мира, которым поставлен памятник. От последней информации у Гарри началась истерика. Он не мог понять, почему столько лет жил в чулане, ел чуть ли не с помойки, а иногда и с помойки, поскольку не всегда его кормили хотя бы раз в день, и терпел регулярные побои от дяди, не считая нерегулярных от кузена. Оказывается, всего этого могло и не быть. Истерика закончилась так же, как и началась, неожиданно. Гарри поднял на Флэтчера необычно серьезный взгляд огромных, зеленых глаз. - Я хочу стать сильным. - Зачем? - с интересом спросил Флэтчер. - Я хочу наказать тех, кто сделал такое с моей жизнью, - мрачно ответил Гарри. - Эх, Гарри… - вздохнул Флэтч, - Я бы мог помочь тебе, рассказать, научить. Но это долгая и тяжелая работа. А тебе всего восемь. И сможешь ли ты вытерпеть и не спалиться? - Чего?.. - Э-э-э… Ну, не выдать другим, не волшебникам, чему ты учишься. Ты не сможешь покинуть своих родственников до определенного возраста, по некоторым причинам. И несколько лет придется терпеть. Не сорвешься? - Я… Я не знаю… - Гарри смутился, - Не уверен. - А вот такой ответ, Гарри, самый правильный, - Флэтчер довольно улыбнулся, - Нельзя быть уверенным в том, чего не знаешь. Я научу тебя. И уверенности тоже. Но, для начала, нам надо справиться с твоей анимагией. - А что с ней не так? Я же стал опять человеком? - Ты обратился спонтанно и это может повториться. Надо научиться контролировать твою способность. И времени у нас не много. Пока о твоем побеге в мире магов знаю только я. Но когда узнают кое-какие лица, могут быть проблемы. Поэтому учимся ходить, а потом учимся превращаться в ускоренном режиме. Следующие десять дней Гарри учился быть анимагом. Сказать, что было тяжело, это ничего не сказать. Каждый день он еле доползал до кровати и спал без снов. Флэтчер кормил его три раза в день, но все куда-то исчезало. Чувство сытости проходило за полчаса, а голод вновь стал неизменным спутником. Но к двадцатому января, Гарри мог по желанию обращаться и в волка и обратно, полностью осознавал себя при превращении и не без гордости выслушивал похвалы Флэтча. В субботу утром, Гарри проснулся и почувствовал, что что-то закончилось. За завтраком Флэтчер отмалчивался и старался не поднимать глаз от тарелки. Наконец, он прекратил ковырять вилкой омлет и посмотрел на Гарри. - Тебе пора возвращаться домой. - Я не хочу, - Гарри чуть не заплакал, - Я хочу учиться. Ты обещал! - Я не отказываюсь от своего обещания, - Флэтчер вздохнул, - Но нам надо продумать все так, чтобы никто не заметил, куда ты постоянно пропадаешь. Кроме того, ты будешь посещать и свою прежнюю школу. И по дому работу придется делать. Сегодня ты вернешься в Литтл-Уингинг. Тебя встретят как обычно и не будут спрашивать, где ты был несколько месяцев. Как только я придумаю что-нибудь, я с тобой свяжусь. Хорошо? - Хорошо, - прошептал Гарри, - Я буду скучать. - слезы все-таки потекли из его глаз. - Не плач, волчонок, я тебя не брошу, - Флэтчер ободряюще улыбнулся, - у меня на тебя большие планы! Гарри тоже улыбнулся сквозь слезы. Он почему-то поверил Флэтчеру сразу.