Инверсия 4.6

      Оружейник поднял глаза, оторвавшись от работы, когда дверь в его лабораторию сдвинулась в сторону. Он отложил инструменты и вытер руки, увидев, кто вошёл.              — Ну? — коротко спросил он.              Эгида прошёл внутрь и уселся на стул.              — Ну... я поговорил с ней. Правда, совсем не так, как планировал.              Бровь Оружейника приподнялась.              — Поясни.              — Мы вместе пообедали, — начал Эгида, снимая маску и морщась. — И всё сразу пошло наперекосяк. Разговор скатился к тому, что она собирается делать со своими силами, а потом к вопросу, думала ли о вступлении в Стражи. Она ответила, что пока нет. Дин слишком надавил, и тема перешла к Выверту. Это её явно задело.              Он положил ладони на стол.              — Задело? — переспросил Оружейник. — Поясни.              Карлос провёл рукой по волосам.              — Чёрт, да он зациклился на том, что она берёт закон в свои руки. И на том, что она убила кучу людей — и, похоже, что ей плевать на это.              — Он что, правда не понял, насколько это было глупо?              — Скорее всего, нет, — фыркнул Карлос. — Его зацикленность на том, что значит быть Героем, и ожидание, что все будут следовать его стандартам, напрочь ослепили его.              Оружейник глубоко вздохнул.              — А Тейлор?              — Становиться Стражем она пока не собирается, как я и сказал. Внешне она в норме, но мы поговорили — и видно, что история с Вывертом задела её куда сильнее, чем она показывает. — Он снова провёл рукой по волосам. — Думаю, там есть ещё кое-что, но она не стала особо открываться, кроме того, что выразила недовольство по поводу Выверта.              Оружейник кивнул после короткой паузы.              — Продолжай работать над тем, чтобы она раскрылась. И передай Рыцарю, что он месяц будет за консолью.              — Понял, — ответил Карлос, но после замялся. — Можно спросить кое-что?              Оружейник сдержал желание отпустить язвительное замечание.              — Давай.              — Почему вы приказали подружиться с ней? — спросил Карлос. — Я имею в виду, она милая, насколько я могу судить, но...              Колин помолчал, обдумывая ответ.              — Есть опасения насчёт её психологического состояния после последних событий и того, что было до них. Специалисты считают, что общение пойдёт ей на пользу.              Иногда Колин проклинал проницательность лидера Стражей. Порой он и сам задавался вопросом, кто же настоящий эмпат в команде, учитывая, как тонко парень умел подмечать детали. Этот случай был именно из таких. Лицо Карлоса побледнело, когда он сложил два и два.              — Они её боятся.              — Скорее осторожничают, — поправил Колин, мысленно поморщившись. — И небезосновательно. Её сила даёт ей возможность делать практически что угодно без последствий. Если она сорвётся или встанет на тёмную сторону, ущерб будет катастрофическим. Я предложил наладить общение, чтобы снизить этот риск.              Карлос кивнул, переваривая услышанное.              — Понял. Спасибо, сэр. — Он вышел, не добавив ни слова. Колин остался сидеть в полутёмной мастерской и ещё долго смотрел на закрытую дверь.              — Система, — наконец произнёс он. — Открой файл А-2-2-3-Л.              Над рабочим столом вспыхнули голографические экраны, выведя на воздухе массу данных. Его взгляд быстро скользил по показаниям — информации, собранной костюмом во время первой стычки с Тейлор. Там же оказалось и другое: её бой с Левиафаном. Хотя он и был слишком далеко во время её боя, он смог собрать достаточно данных. В том числе — особенно плотный блок данных, где она сумела соединить атаки Эйдолона и Легенды.              Дальше — отчет после боя, где были сохранены каждое её слово и даже сложные математические формулы, которые она сказала в конце. Следом шли детальные замеры облегчённой версии атаки, использованной ею против Левиафана.              Он перевёл взгляд на математические выкладки. Собственных знаний высшей математики явно не хватало, чтобы до конца понять увиденное. Но у него имелись другие ресурсы. Он скопировал этот фрагмент и переслал его нужным людям.              — Система, создай новый файл, название — Экскалибур. Хранить на моём личном сервере, — распорядился он. Так доступ к информации получили бы только двое. Звуковой сигнал подтвердил выполнение команды, и он вновь сосредоточился на данных из файла А-2-2-3-Л, продолжая выполнять свою работу.

***

      Я стояла у парковки и мрачно морщилась. Зачем я вообще согласилась прийти? Из-за записки, оставленной в моём шкафчике, с предложением встретиться?              — Ну вот, опять нарвусь на выговор, — пробормотала я себе под нос. Даже если ничего серьёзного не случится, те, от кого я улизнула, явно будут недовольны тем, что я ушла одна. Но любопытство победило, и вот я здесь.              Ровно в тот момент, когда стрелки перевалили с 15:59 на 16:00, появился тот, кто пригласил меня, — в сопровождении двух женщин. Виктор. Отала. Руна.              — Записка у тебя хотя бы вежливая получилась, — сказала я ему. — Но я бы оценила, если бы мой шкафчик больше не трогали.              Виктор кивнул:              — Разумная просьба. Мы готовы её выполнить.              — Ну и чего ты хотел? — спросила я прямо.              — Поговорить, — мягко ответил он. — И убедиться, что наш нейтралитет всё ещё в силе.              Я уставилась на него на пару секунд, затем перевела взгляд на Оталу.              — Ещё раз спасибо за то, что вылечила меня.              Она слегка кивнула, но промолчала. Значит, говорить будет Виктор? Я перевела взгляд на него.              — Ты же понимаешь, что я не разделяю идеалов Империи 88?              Он кивнул.              — Разногласия естественны. Но мы не предпринимали действий против тебя, как и ты — против нас. Мы бы хотели, чтобы так и оставалось. Более того…              — Более того? — переспросила я, когда он замялся.              — Я хотел бы пригласить тебя на встречу с одним человеком, — сказал он, подняв ладонь. — Только приглашение, не больше. Его заинтересовали твои поступки, и он хотел бы встретиться лично.              — Речь идёт о Кайзере, твоём начальнике, — уточнила я.              — Наблюдательна, — Виктор снова кивнул. — Верно. Если согласишься, место уже подготовлено — на кладбище кораблей.              — А если я откажусь? — спросила я. — В прошлый раз, когда ваши люди пытались "пригласить" меня на встречу, всё закончилось дракой, как только я сказала "нет".              — Ты вольна отказаться, — спокойно ответил Виктор. — Как и в прошлый раз, мы лишь разговариваем. Но я буду обязан передать ему, что он останется разочарован. Насилие сейчас не входит в наши планы.              Я прищурилась, уловив тонкую оговорку.              — Сейчас?              — И в будущем мы тоже не ищем конфликта, — мягко продолжил он. — Но ведь никто не может предсказать, что нам готовит завтрашний день, верно?              Я взвесила его слова и глубоко вдохнула. За этот поступок меня точно будут отчитывать, но, по крайней мере, я могла выслушать его босса. Всё же они вылечили меня перед боем с Левиафаном.              — Ты говорил про кладбище кораблей?       Улыбка Виктора скользнула по его лицу — и ничего обнадёживающего в ней не было.       

***

      Стук в дверь прозвучал в тот момент, когда он наконец откинулся на спинку кресла и устроился поудобнее. Лоб нахмурился, глаза приоткрылись — взгляд упёрся в дверь.              — Что?— пророкотал он низким, почти звериным голосом.              Сначала была тишина. Потом — нерешительный ответ:              — Вы просили следить за мусором из Империи. Пара их бойцов встретились с девушкой. С той девушкой.              Глаза его приоткрылись шире.              — Где?              — Они шли к кладбищу кораблей, — ответили из-за двери. — И я слышал, что сам Кайзер собирается на встречу.              — Кто-то из наших следит за ними?              — На расстоянии, да. Каждые пять минут докладывают.              — Хорошо, — он сжал подлокотники кресла, а затем одним плавным движением встал с кресла. Левиафана вышвырнули из города. А теперь, после прошлой встречи с нацистской мразью, она снова шла к ним.              Пора было взять дело в свои руки. Давно пора. Налёт на дом одного из его лейтенантов, вмешательство в бой Они Ли, её связь с Империей… Всё это нельзя было оставлять без ответа.              Он не обратил внимания на слугу, что торопливо отскочил в сторону, когда дверь распахнулась. У него были дела. И встреча, которую он ждал неделями.

***

      К тому времени, как мы добрались до места встречи, солнце уже клонилось к закату. Я остановилась и уставилась на относительно целый корабль перед собой. По меркам здешних развалин, он выглядит вполне неплохо. Я подумала, не используется ли он для чего-нибудь, но потом отбросила этот вопрос. Раз уж Кайзер назначает здесь встречи, ответ очевиден.              Нельзя сказать, что место выглядело приветливо. Металл был покрыт ржавчиной. Наша лодка пристала к люку, который в обычных условиях можно было бы заметить только после подъёма судна на сушу. Но из-за крена корпуса к нему теперь был доступ. Виктор дёрнул за створку, и раздался резкий визг ржавых петель. Он взял у Оталы фонарь.              — Сюда, — сказал он, освещая для меня путь.              Я хотела сказать, что мне это не нужно, что мне это ни к чему, но, вероятно, это касалось не всех присутствующих. Отала и Руна пошли вперёд. Я приняла протянутую руку, поднялась и тут же приглушила свет до оптимального уровня — чтобы видеть достаточно ясно.              Внутри корабля явно провели ремонт и перепланировку. Полы, которые должны были бы наклоняться вниз, явно перестроили. Стены и перекрытия срезали, и теперь они уходили вверх. Где-то выше пробивалась тонкая полоска света — видимо, из приоткрытой двери.              Шли мы в полной тишине, пока наконец не достигли двери. Виктор слегка поклонился и придержал створку. Руна и Отала встали по обе стороны от входа. Я глубоко вдохнула и шагнула внутрь, чувствуя, как желудок скручивает узлом. Да, я пришла сюда из чувства благодарности за то, что они меня исцелили, но сейчас это казалось невероятно глупым. Я собиралась встретиться с лидером Империи 88.              Кайзер сидел за массивным столом, его броня отливала холодным блеском. По обе стороны от него стояли две телохранительницы. Я скользнула по ним взглядом, затем перевела внимание на хозяина. В его позе ощущалась уверенность и непоколебимая власть, судя по языку его тела, он был очень рад моему присутствию              — Ну, — произнесла я. — Ты хотел встретиться. И вот я здесь.              — Разумеется, — ответил он приятным баритоном. — Я давно хотел поговорить с…              Стена слева от меня взорвалась, пламя с ревом устремилось к нам. Я немедленно отреагировала, рассеивая жар и направляя внутрь воздух, чтобы восполнить то, что поглотил огонь. Что-то с грохотом упало на землю рядом со мной. Поняв, что это был человек, я поймала его своим полем прежде, чем оно отбросило его в сторону.              Крюковолк. Его тело, сплошь состоящее из клинков, было изломано. Мне даже показалось, что среди металлических осколков виднеется кровь. Повсюду раздавались крики, а затем с ужасающим грохотом взорвалась стена у меня за спиной. Вслед за этим прозвучали два тяжёлых удара и яростный мужской крик.              Я подавила пламя и наконец разобрала источник этих звуков. Руна. Отала. Обе — обожжённые, окровавленные и неподвижные. Виктор выглядел ненамного лучше, но хотя бы шевелился. Позади меня, пока я разворачивалась, Кайзер и его телохранительницы уже заняли боевые стойки.              А там, в проломе, который он, похоже, пробил сам, стояла сгорбленная фигура, отдаленно напоминавшая рептилию, часть его тела покрывала серебристая чешуя.              Лунг.              — Должен сказать, в этот раз я не при чём, — спокойно произнёс Кайзер.              Я перевела взгляд вниз, на неподвижные тела Руны и Оталы. Живы ли они? Неясно. Мой взгляд скользнул дальше — к Крюковолку, тоже не подававшему признаков жизни. А затем — по коридору, к лидеру АПП. В одной из его рук что-то слабо дёргалось, и, присмотревшись, я узнала фигуру, с которой уже сталкивалась в свою первую встречу с Империей.              Цикада.              Глаза Лунга были прикованы ко мне. Я посмотрела на него и наши взгляды встретились. В его глазах читалось всё: он пришёл сюда ради меня. И он покалечит и убьет любого, кто будет ему мешать.              Я презирала идеологию Империи. Она вызывали у меня отвращение. Но даже они не заслужили такого — стать жертвами только из-за того, что оказались на пути у Лунга.              — Забирай своих людей и уходи, — сказала я, делая шаг вперёд. — Им нужна помощь врачей. Тебе не стоит оставаться здесь.              — У нас перемирие, и я не могу проигнорировать подобную атаку на моих людей… — начал Кайзер.              — Что именно в словах "убирайтесь к чёрту" тебе непонятно? — рявкнула я. — Вы здесь только помешаете. Ты не сможешь помочь мне. Но им — вполне. Уводи их.              Я прошла мимо, не обращая на них внимания.              — Зачем ты это делаешь? Зачем тебе их калечить?              Он прорычал что-то нечленораздельное, искажённое изменённой челюстью. Его рука сжалась, и Цикада жалобно всхлипнула.              Воздух рванул наружу — я снова копировала силу Штормтигра. Лезвие ветра срезало его руку чуть ниже локтя. Второй удар обрушился на него с грохочущей силой, подбросив и швырнув прочь. Девушка рухнула на пол, а сам он пробил несколько переборок подряд, исчезнув из виду с гулким треском.              — Она жива, — бросила я через плечо, продолжая идти вперёд, чувствуя, как корабль содрогается от ударов. За спиной началась суета — они кинулись к лежащей Цикаде. Но моё внимание было приковано только к тому, что я знала наверняка: он вернётся.              Грохот становился всё громче — глухие удары раздавались то слева, то справа, и корпус судна дрожал, пока Лунг прорывался сквозь него.              Потолок над головой взорвался, и вниз обрушилось пламя. Я почти машинально отправила его обратно. В клубах огня мелькнули глаза Лунга, и я заметила, как пламя скатывается по его телу, не причиняя вреда. Всё больше чешуи покрывало его кожу.              Я перебрала в памяти то, что знала о нём: становится сильнее по мере боя? Регенерация? Пирокинез?              Его отрубленная рука уже начинала отрастать. Значит, регенерация — точно. И пирокинез тоже. А вот третье… Лучше остановить его как как можно быстрее.              Я ударила по стене справа. Металл взвыл, арматура выгнулась и, словно копья, рванула в Лунга. Стальные прутья прошили его торс, отбросив назад. Он взревел и попытался перехватить их рукой, скручивая металл. Но я выдернула новые, вбивая их в его тело и дальше — в стену за ним. Он сопротивлялся, но я продолжала обстреливать его, пока поблизости не осталось ничего, что можно было использовать. Стены вокруг зияли рваными дырами от моих атак.              Лунг теперь походил на гигантскую подушку для иголок: арматура торчала из каждой части его тела, кроме головы.              Я вспомнила тех, кого он покалечил. Большинство из них мне были безразличны. Но они не заслужили такой участи. А ведь Отала исцелила меня… И теперь я не знала, жива ли она сама.              Я нагнулась, выломала обломок арматуры и выпрямилась, сжимая его в руке. Лунг, застрявший в стене, смотрел на меня глазами, полными ненависти, всё ещё дёргаясь в тщетных попытках освободиться.              — Зачем? — спросила я снова, надеясь услышать хоть какой-то связный ответ. — Зачем всё это?              Он издал странный звук. Сначала я не разобрала его, но постепенно, по мере того как он становился громче и увереннее, смысл стал очевиден.              Смех. Он смеялся. Лунг смеялся. Он покалечил людей. Возможно, убил их. И смеялся над этим.              Я подняла обломок арматуры, прицелилась в него, большой палец лёг на край металла. По стальной поверхности пробежали искры.              Перед глазами всплыло лицо Выверта — слишком уж похоже было на тот момент. Его взгляд за секунду до того, как голова разлетелась на куски. А следом в памяти прозвучал вопрос из недавнего спора:              Кто дал тебе право решать кому жить, а кому умереть?              Арматура со свистом рассекла воздух, пробив стену справа от головы Лунга.              Смех оборвался, повисла тишина. Я смотрела на дыру в стене. Промахнулась? Нет.              Я специально отвела удар в сторону. Но зачем? Чтобы взять его живым? Но смогут ли они вообще удержать его к камере?              Пламя взорвалось из Лунга, полностью окутывая его. Стена, к которой он был пригвождён, начала плавиться на глазах, а в огненном мареве уже виднелись движения. Он шевелился, менялся. Регенерировал.              Огромный огненный шар взорвал потолок над нами, затем ещё один рванул снизу, и его силуэт исчез из моего поля зрения. Но я всё ещё слышала его — выросшего до такой степени, что каждый его рывок разрывал корпус корабля с оглушительным грохотом.              — Вот дерьмо, — выругалась я про себя. Он больше не станет лезть на меня в лоб. Уже попробовал. Теперь он будет прятаться, устраивать засады, пытаться обрушить корабль на меня сверху. Это не сработает — но он об этом не знал.              А я не собиралась играть с ним в прятки.              Я только надеялась, что Кайзер успел увести своих людей, когда опустилась на колени и коснулась пола обеими ладонями. Сделала глубокий вдох и вдавила руки в металл. Сталь смялась под пальцами, и я потянула их в разные стороны.              Раздался жуткий лязг, когда металл начал деформироваться. Я усиливала движение, и треск становился всё громче, пока корпус корабля буквально не разошёлся на части. Сквозь разломы хлынул звёздный свет, и над головой уже можно было разглядеть ночное небо. Я крутанулась в воздухе и продолжала движение, пока мои руки не вытянулись так далеко, как только смогли.              Внизу, кувыркаясь в полете, летел Лунг. Я отпустила обломки корабля, что держала, и задела ладонью участок палубы, прежде чем он оказался вне досягаемости.              Арматурные прутья рванули вниз, снова обрушиваясь на Лунга и сбивая его падение ещё сильнее. Его тело металось из стороны в сторону, врезаясь в балки и стены, пока я продолжала осыпать его дождём самодельных копий.              Он рухнул в воду с громким всплеском. Я замерла, всматриваясь в то место, куда он исчез, выискивая хоть какой-то знак, где он всплывёт.              Лунг вынырнул с новым рёвом. Теперь за его спиной расправились крылья. Огонь вновь окутал его тело, и вскоре я заметила, как пламя расползается по поверхности залива. Мусор? Я знала, что в гавани его было предостаточно.              И тут мой взгляд зацепился за радужное мерцание на воде, и я выругалась. Бензин. Какой-то резервуар, должно быть, пробило, и топливо вытекло.              Лунг взмыл в воздух — пылающий кометой, стремительно несущийся прямо на меня. Я сосредоточилась только на нём. Сначала разберусь с этим, потом займусь пожаром.              В мою сторону полетел ослепительной-белый огненный шар, и я поймала его, отметив состав. Я вспомнила, что такой цвет означал высокую температуру. Я выстрелила в ответ, и он увернулся. Огненный шар продолжал лететь, врезаясь в разрушенные части корабля. Тем временем Лунг выпускал всё новые и новые огненные шары, описывая дугу, чтобы сбить меня с курса.              Я отбивала их, стараясь перенаправить все обратно в него, но Лунг постоянно маневрировал, и многие шары врезались в обломки кораблей вокруг нас. Он ринулся вниз, вырывая куски других судов и с силой швыряя их в мою сторону.              — Идиотизм... — пробормотала я, отражая снаряды. И даже не знала, о ком сказала — о нём или о себе. Он достаточно хорошо летал, чтобы я не могла поймать его. Он был слишком быстрым, а жар, который он создавал, искажал воздушные потоки, сбивая меня с ритма.              Я держала оборону, отражая атаки и отвечая ударами, прикидывая, как его уложить. Огненные шары становились всё ярче с каждым залпом, и я заметила, как металл внизу начал плавиться. От него исходил не только огонь — он нагревал само пространство вокруг. Внизу пламя продолжало ползти по поверхности залива.              Как остановить это? Я перебрала в голове свой арсенал. Способ есть. Надо только попасть.              Я проследила за одним из его огненных шаров и нахмурилась. Чёрт, во что он целился?              И тогда увидела, как шар врезался в здание на берегу и вспыхнул пожар. За ним последовали другие, и до меня дошло, чего он добивается. Он поджигал доки.              Папа. Неужели он всё ещё где-то там, на работе?              Воздух вырвался вперёд и врезался в Лунга — он завертелся, как колесо. Быстро выровнялся и повернулся ко мне.              — Ладно, — крикнула я, чтобы меня было слышно сквозь треск огня и ломающийся металл. — Похоже, ты хотел со мной сразиться. Но ты получишь не это.              Он дернул головой, и я поняла, что это смех. Его челюсть дернулась в вопросительной насмешке.              — Ты просто умрёшь.              Сказав это, я перешла в атаку.

***

      Сирены оторвали его от работы, и он мгновенно закрыл файл. На одном из экранов появилось лицо Дракона.              — Колин. Протекторат мобилизирует все силы. Кладбище кораблей превращают еще в большие развалины.              — Кто? — спросил он, двигаясь к цилиндру с экипировкой и начиная надевать снаряжение.              — Судя по информации, это Лунг. Один из топливных баков прорвало, и огонь разошёлся по воде, — ответила она.              — Есть ещё сведения?              — Сообщают, что Кайзер и члены Империи бегут из района, но видеоподтверждений нет. Я отправила несколько групп быстрого реагирования, они будут там через десять минут. Похоже, Империя в бою не учувствует.              Его вдруг пробрала холодная дрожь.              — С кем же он тогда сражается?              — Пытаюсь найти камеру с достаточным обзором, — голос Дракона был сосредоточенным, с лёгкой тенью отвлечённости. — Нашла. Вывожу изображение на экран.              Он обернулся, продолжая защёлкивать элементы брони, и уставился на зернистое изображение. На экране — Лунг в своей чудовищной форме и крошечная фигурка, парящая в воздухе. Разглядеть детали было почти невозможно, но очертания были слишком знакомы.              — Тейлор, — выдохнул он, ускоряя движения. — Передайте, чтобы все немедленно уходили. Предупреди Стражей. Только добровольцы… — он резко остановился. — Нет. Не добровольцы. Поручите им эвакуировать доки на случай, если огонь перейдет туда.              — Пожары уже перекинулись на склады, — сообщила Дракон. Он выругался. — Огонь, который он испускает, бьёт во все стороны.              — Я выдвигаюсь, — сказал он, натягивая последние элементы снаряжения и направляясь к двери. — Буду через десять минут.              — Через пять, — поправила она. — Я подгоняю их как могу.              Он кивнул, и шкаф открылся от прикосновения, выдавая алебарду. Экран Дракона погас, и он вышел из комнаты, не оглянувшись. В желудке холодным комком росло тяжёлое предчувствие.              Он надеялся, что они успеют — и что удастся остановить всё это, пока всё не стало ещё хуже.