Тренировки и мысли (Часть пять)

Лололошка готов признаться, что следующий месяц был для него просто адом во плоти. Отношения Саши к нему сильно поменялось. Его, как и остальных солдатов будили ранно и громко, отчего первое время ребенок точно бы падал с кровати, если бы не спал на полу. Каждую свободную минуту он работал как проклятый. Будь то тренировки по сборке автомата, или обучение перевязке. Мышцы ужастно болели постоянно. Ложась в кровать спать, Ло чуствовал каждую часть своего тела, а когда просыпался все становилось лишь хуже. Любую свободную секунду Саша тратил на то, что помучать ребенка. Теперь он к нему не относился как к герою, лишь как куску грязи под ногами, заставляя отжиматься на тонких руках, пока мальчик не сможет сдержать комок в горле и не убежит на улицу. Ладони были в мазолях, вечно грязные, отросшые волосы лезли в лицо, но за все это время Лололошка не пожаловался. Он не имел на это права. Делая очередное упражнение он чуствовал как в глазах темнеет, а в ушах звенит, но он продолжит лишь бы не отстать от счета командира и не заставить его кричать. Паша все это время был рядом. Казалось он больше всех остальных солдат привязался к мальченке. Немудрено. Паша чуствовал странное чуство к этому ребенку, будто их что-то связывало, но сам он не понимал что именно. Когда Александ заставлял мальчика делать очередной подход оджиманий он вставал рядом с худым мальчиком и делал оджимания тоже, как и многие другие солдаты, когда мальчика заставляли бегать на месте он бежал рядом подбадривая ребенка, когда ноги того уже почти сводило судорогой, а на лице были слезы, но тот не смел останавливаться, когда командир гонял ребенка на кухню, готовить еду, тот всегда был рядом следя за тем что бы тот не обжогся, а когда мальчику приходилось проводить операции всегда был рядом, что бы после того как напряженный мальчик положит дрожащими пальцами иглу на железный поднос, он мог упасть солдату в грудь и рассплакаться от вида и запаха крови, после чего всегда получал одобрительные поглаживания по голове от командира, который всегда слегка оттаивал видя такое разбитое состояние ребенка. Операции- это то что давалось Лололошке хуже всего. То что он ненавидел. Это хлюпанье, вид внутреностей и запах, а самое главное страх. Страх сделать лишь хуже. Он помнит как на третьей его операции умер солдат. У него было смертельное ранение, поля попала в живот и разлетелась там на оскольки и железную стружку, ох как же Ло пытался. Он мастерски доставал инородные тела дрожащими руками, смотря на других раненых солдат которых затаскивали в землянку и быстро делая отчет в голове кому помочь первее, буквально разрываясь. Ло навсегда запомнил как умирающий, плохо знакомый ему, солдат положил окровавленную ладонь на его плечо и отправил его к другим раненным. Лолошка помнит как сжал тогда губы в полосочку и смотрел то на лицо заплаканого солдата, то на его рану, осозновая что его уже не спасти. Ло понимал что надо помогать тем кого еще можно поставить на ноги, поэтому встал на вялые, усталые ноги и отошел, погладив солдата по голове и пожелав ему хорошего пути. Зашивая другому солдату ранну на ноге, мальчик шмыгал носом, но не позволял ни одной капли слезы упасть. Когда рана была зашита его обняли и мальчик почуствоаал вновь этот родной запах. Он зашивал Пашу и даже не понял этого. Обнимались они не долго ведь мальчику надо было срочно бежать и помогать другим. Стоит ли говорить о том как он дрожал и безвучно плакал в ту ночь? За все это время Павел еще несколько раз видел то существо в черной маске. Первый раз это произошло пару ночей спустя, после того инцидента со смертью солдата. Он проснулся от неприятного слабого холодка, ощущения что кто-то смотрит на него и тревоги, проникающей даже сквозь сон. Откры глаза он увидел возвышающую над кроватью фигуру. Она неотрывно смотрела на него светяшимися сквозь маску фиолетовыми глазами. Ох, как же солдат испугался, но он сразу понял что что-то не так. Быстро переведя взгляд на ребенка он заметил как тот дрожит во сне, свернувшись в клубочек. Встав с кровати, стараясь не скрипеть, он подошел к нему и присел рядом поглаживая по боку, то и дело переводя взгляд на существо рядом. Оно, как и при первой их встречи не двигалось, напоминая статую, что скланила голову смотря на мальчика, до тех пор пока ее рука в мантии не дрогнула и неприподнелась, от чего сам солдат дрогнул от неожиданности. Рука сушества указывала на голову мальчика. Приподняв бровь Паша положил ладонь волосы мальчика и стал неуверено поглаживать и довольно быстро поднял что это и вправду помогли и Ло успокоился. Подняв взгляд на существо в маске, Павед понял что оно уже беследно пропало. Ло жутко устал. Многие солдаты помогали ему в тайне от командира, помогали готовить еду, отдавали свои порции, отчего ребенок поначалу отказывался, но уже вскоре стал принимать эту помощь. Все же намывать пол было куда веселее пока друзья по несчастью стояли рядом и пели намывая посуду и шутя шутки. Стоит заметить Лолошка, узнал много нового, того о чем не хотел бы знать из этих шуток, иногда ему казалось, что это еще хуже чем зашивать солдата, которого задело взрывом, но потом появлялся раненый с таким ранениением и он сразу забирал свои слова. Сколько раз Ло плакал, перед тем как леч спать. Кошмары теперь были постоянными не давая отдохнуть даже ночью. Снился папа. Казалось он совсем рядом и кладет руку на его голову поглаживая кудрявые сальные волосы. Открывая глаза он видел лишь обеспокоеного Пашу, который спал совсем рядом и сразу просыпался от его беспокойных шорохов, отчего Ло чуствовал себя еще хуже. Здесь он чувствовал себя еще большим боластом. О чем он думал прося командира оставить его? О том что будет полезен? Он же просто безполезный хилый ребенок. На его подготовку столько времени тратят, заставляют беспокоиться и быть рядом. Лололошка еще на первой неделе осознал это, когда раненый солдат предложил донести кастрюлю супа до столовой, из-за того что руки Лошки настолько болели, что просто держать их перед собой было ужасно тяжело, а сам он не отказался. Однако он продолжал бороться с самим собой каждый день, пытаясь вбить в голову, что он полезен и помогает. Он был не готов вернуться в безопастность. Был не готов вдыхать тот тригеррный запах свежести по утрам. Не тогда когда потерял всех и не ушел вслед за ними. Но что же думали об этом сами солдаты? Они были рады. Теперь помимо их обычного стимула "не умереть" у них был стимул вернуться в землянку как можно более целыми, дабы не видеть слезы уставшего мальчика. Многие даже стали в шутку осуждать тех, кто получил наисильнейшие раны и заставили мальчика беспокоиться сильнее всего. Заходя уставшие и опечаленные очередными потерями они видели Лололошку и сразу вспоминали почему и за что сражаются. А за то что бы такие мальчишки больше не были вынужденые пробираться сквозь сугробы таща тротил на спине. Лололошка рассказывал о жизни в блокадном городе, в те счастливые моменты когда командир писал отчеты для высше стоящих и разговаривал с ними по рацие или телефону. Никогда Ло не говорил о своей семье, никто и не спрашивал. Иногда малыш задумывался о том что происходит сейчас с его биологическим отцом, но быстро отбрасывал эти мысли в сторону, начиная думать об Леше. Но сегодняшний день особенный. Последний день его нескочаемых пыток. Сегодня приедет грузовик с припасами и новыми людьми и медсестрой. Сегодня наконец решится останеться Ло или уйдет. Сейчас еще ночь и малыш спит, как и все военные кроме двух. В своеобразный кабинет командира постучали. -Войдите. Прозвучало от туда и внутрь зашел Паша. Он стоял ровно, смотря на командира. Тот сидел за самодельным столом в очках что-то писав. Оторвав взгляд он увидел Пашу и тяжело выдохнул отложив ручку. -Привет, Паш, проходи. Сказал командир устало. Вообще, командир не должен был говорить так со своим подченным, но у Саши был другой подход. Солдатики стали для него семьей, а не просто колегами. Они были рядом с ним в трудные моменты и он провожал их в поледний путь, поэтому он не хотел тратить их время на серьезный тон. Он знал что они его уважают и не пойдут против него. -Ты насчет Лололошки? Спросил Александр снимая очки. Он не мог не заметить как Павел прикипел к ребенку -Да. Я бы хотел узнать, что вы решили по его поводу. Алекснадр тяжело вздохнул. -Завтра он будет эвакуирован отсюда в безопастное место. Ему тут не место. Прозвучало спокойным, но строгим голосом. Повисла тишина. -Но… почему? Он же отлично справляется, да и… -ОН РЕБЕНОК, ПАВЕЛ! Не выдержал командир. Паша дрогнул и сгорбился смотря в пол. Он привык, когда комнадир кричит когда они на поле боя, или когда тренируются, но не когда просто разговаривают. Увидев это Саша еще раз тежело вздохнул, его кадык дернулся, он взглотнул. -Ты правда думал что я позволю ему тут остаться?… Произнес он тяжело после того как провел рукой по волосам смотря на Павла грустным взглядом. Тот помолчал секунду, но на вопрос так и не ответил, лишь задал свой вопрос. -Зачем вы тогда его так гоняли? -Это война, Паша, ты-солдат и ты не по наслышке знаешь, что это ужастное место. Я пытался донести ему это, я хотел что бы он сам понял, что тут слишком тяжело для ребенка. Тут не место этому малышу, он умрет. Я не хочу быть детоубийцей. Лучше пусть он пострадает в безопастном месте, а потом у него все наладиться, чем он выйдет на поле боя, что бы помоч раненому и его убьют. Разве… разве ты сам не считаешь это лучшим решением? Паша не говорил о том что хочет что бы Ло остался, но это было понятно обоим. Ведь обоим этого хотелось. Вновь повисло молчание. -Капитан… когда… когда все было хорошо я еще был студентом. Учился на архитектора, но помимо этого… помимо этого у меня была тяжелая стадия депрессии. Павел сел на рядом стоящий стул, пока Саша смотрел на него. -Для меня было подвигом дойти не то что до университета, для меня подвигом было дойти до ванной утром. Я был просто тревожным челом и все такое. Паша неуверенно положил на шею свою руку. -И знаете, я смог выкорабкаться. Не до конца, но тут у меня открылась новая жизнь, новые силы! Я нашел свое место и знаете… я бы ни за что не хотел вновь вернуться в то состояние. Где было безопастно, но так плохо. Саша недоуменно смотрел на солдатика. -Я знаю, что могу умереть в любой момент, не знаю почему моя депрессия стала отступать, но… но я лучше умру тут, чем вернусь в безопастность, где болезнь вернеттся и я вновь буду страдать. Сказал солдат твердо. Александр смотрел на подопечного с шоком. Он не понимал, он сам никогда не страдал подобными заболеваниями. Он сам мечтал убраться с фронта, куда угодно, где будет безопастно, он не верел в то что кому то может быть комфортнее на грани смерти. -Я просто… я просто боюсь… боюсь что Ло испытает тоже самое что и я. Я не хочу что бы он умирал, но… я не знаю что хуже умереть, или жить так как жил я. Закончил свою мысль Паша, тяжело вздохнул и сглатывая комок в горле. Тишина заполнила пространство кабинета. -Просто… Ло герой и если умирать, то тоже как герой: на фронте, а не от кухоного ножа… -Достаточно, Паша. Произнес командир от чего солдат дрогнул и перевел наконец взгляд на командира. Тот не выглядел рассерженным. Сейчас он выглядел просто до жути уставшим. Он слабо и нежно улыбался давая понять, что услышал мысль подопечного и положил руку ему на плечо. Вставая со стула и провожая солдата к двери. -Иди спать. Завтра будут новые знакомства. Такому интроверту как тебе точно нужно зарядиться. Сказал он слегка посмеивась отчего Паша слегка покраснел, но кивнул и быстро кинув что-то наподобии "спокойно ночи, до свидание" вышел оставив командира одного. Простояв пару секунд он вернулся к стулу на который упал и сразу закрыл глаза руками. Позволить умереть ребенку как герой? Можно ли умереть героически? Все это брехня, но… Саша утер глаза ладонью. В уголках появились слезы он понимал что будет с Ло после того как тот будет в безопастном месте. Кошмары и психологические заболевания. Уж командир войска знал что ждет солдат после войны и как тем придется жить всю оставшуюся жизнь. Лололошка уже слишком много видел. Саша уже допустил главную в своей жизни ошибку, дав Ло испытательный срок, заставляя того пахать как конь, заставляя зашивать кричащих и плачуших солдатов, заставляя убираться до крови в мазолях, заставляя его проживать жизнь солдата. Даже той недели ожидания припасов оставили бы огромный след в жизни мальчишки, что уж говорить об этом адовом месяце. Нужно было сразу отправить его на той машине. Может тогда бы сейчас Александр не выбирал бы как мальчику суждено умереть.

***

Утро наступило для командира незаметно. На столе были бумаги, а глаза слегка болели из-за пролитых слез и ночи без сна. Утро наступило тогда, когда рация зашумела и оповестила о том, что через пол часа прибудут новички. Посмотрев на часы командир понял, что уже как полчаса солдаты бордствуют и уже должны доедать свой завтрак. Если они конечно не халявят и не спят, решив использовать минутную рассеяность командира. Тот невольно улыбнулся от этой мысли. Так хотелось дать своим солдатикам отдохнуть, но увы. Выйдя из кабинета он прошел по небольшому коридорчку идя в столовую и гостиную одновременно, проходя маленькую коморку кухню. Зайдя в столовую он был приятно удивлен увидев что все солдаты уже сидят за столом и доедают кашу. Большинство уже поели и сейчас радостно что-то считали хором. -27… 28… Давай!!! 29!… На командира никто не обращал внимания, все смотрели на Ло. Тот лежал на полу отжимаясь. Ни смотря на утро он уже был весь мокрый. Последнее отжимание далось ему очень трудным отчего солдаты вокруг запрыгали, замахали руками, крича слова поддержки, когда он пытался оторваться от пола. И у того получилось. -30! Закричали все хором после чего мальчик упал на пол тяжело дыша и улыбаясь. -Кха-кха Прокашлялся командир после чего все смолкли и перевели взгляд на командира в дверях, а Ло быстро встал в пола, чуть не упав из-за ватных ног, но быстро выпрямился и выпрямив спину. Все были нервные. Каждый внес немного в то что бы малыш остался и сейчас, все ждали итога. Больше всего нервничал Паша и Ло. Казалось Павел переживал больше мальчика смотря на его судорожно дрыгающую ногу и прикусынй ноготь. Саша подошел к Ло и положил руку ему в грязные мокрые кудри. -Ну что мальчонка? Все еще хочешь остаться тут? Мальчик не смог ответить. Он лишь судорожно кивнул. -Что ж, тогда готовся к новой жизни, Сын Полка. Тебе престоит сегодня встретить новичков и все им показать, так что будь готов встретить их через пол часа. Саша взъерошил волосы парня и ушел на кухню, наливать себе кашу. Он не смог скрыть маленькую улыбку, когда услышал взорвавшиеся крики своих солдатиков и поздравления. Подойдя к кастрюле он стал накладывать кашу, когда в проеме показался Паша. -Спасибо… Лишь пробормотал он. Проходя мимо командир положил руку и ему на голову. Взьерошивать там было нечего, но погладить можно было. -Не думай что я позволю ему умереть. Пока я жив, он тоже будет жив. Саша посмотрел на подопечного, на что тот лишь дерганно кивнул и хмыкнул. Он сам заворил кашу и сам ее расхлебает. Остается лишь надеяться что солдатики помогут в этом. И судя по выражению лица Паши, тот уже готов биться за ребенка.