Часть 1

      Рутина давно нещадно вела Саурона по тропе к жестоким депрессивным расстройствам. Моргот был вечно не доволен его отчётами, орки жирели и не слушались, показывая ему в спину средний палец, а возлюбленная Тхурингветиль куда-то улетела, говоря, что по делам, но он сомневался. Так, грустно выводя пером по пергаменту глифы айну, майа обнаружил, что у него рождается произведение: страстная история любви орка и эльфа... Он проморгался и перечитал заново свой порно-рассказ.       Анориэль заставили опуститься на колени перед гигантским урук-хай. Его массивный живот гордо возвышался перед ним, представляя собой устрашающее зрелище. Серая кожа орка блестела от пота, мускулы бугрились от усилий удержать её. Сердце Анориэль бешено колотилось в груди, но она держала подбородок высоко поднятым, а её голубые глаза горели вызовом. — Кто ты? — спросила она ровным голосом, несмотря на страх, который скребся у неё внутри. Орк усмехнулся, глубокий, рокочущий звук эхом разнёсся по похожей на пещеру комнате, в которой они находились. — Я Лугдуш, вождь отряда Каменных спин. А ты, моя дорогая, моя пленница? — Пленница? — усмехнулась эльфийка. — Думаю, вы меня с кем-то путаете. Я Анориэль, эльф, и я требую, чтобы вы немедленно освободили меня. Эльфийка ещё выше вздернула подбородок, решительно расправив плечи. Она пробежала взглядом по горе мяса и сала перед собой. Ей понравилось то, что она увидела. Его большой круглый живот был полным и мягким, привыкшим к обильным трапезам. Но она не могла позволить этому отвлечь её. Не сейчас. Глаза здоровяка сузились, когда он посмотрел на неё сверху вниз, его массивные ладони крепко сжали её руки. — Эльфийка, ты говоришь? Что ж, боюсь, ты сейчас довольно далеко от своих сородичей. Анориэль окинула взглядом комнату, обратив внимание на грубые каменные стены и низкий, закопчённый потолок. Она могла слышать отдалённые голоса других орков, их низкий гул, который эхом разносился по пещере. Она действительно была далеко от дома. Воздух был насыщен запахом дыма и мяса, резко контрастирующим со свежими цветочными ароматами её королевства. Взгляд Анориэль вернулся к Лугдушу, её похитителю. Его хватка на её руках была до синяков, но она отказывалась показывать какие-либо признаки дискомфорта. Она должна была правильно разыграть свои карты, если хотела сбежать из этого места. — Ты знаешь, тебе это с рук не сойдёт, — сказала Анориэль, в её голосе слышалась тихая угроза. — Мой отец не успокоится, пока не найдёт меня и не вернёт то, что принадлежит ему. Орк запрокинул голову и рассмеялся, его живот затрясся от силы смеха. — Твой отец? Он даже не знает, где ты. А даже если бы и знал, то не посмел бы ступить на земли Саурона. — Он придёт, — настаивала Анориэль твердым голосом. — Он придёт за мной, и когда он это сделает, ты пожалеешь, что вообще поднял на меня руку. Он на мгновение вздрогнул и усмехнулся. Румянец залил его щеки, прежде чем он взял себя в руки и прочистил горло. Смех орка затих, когда он посмотрел на неё сверху вниз, его глаза искали её взгляда. — Ты вспыльчивая, я отдаю тебе должное, также дерзкая. Взгляд Лугдуша слегка смягчился, в его глазах появился почти восхищённый блеск. Он ослабил хватку на её руках, и Анориэль воспользовалась возможностью потереть одно из своих запястий, поморщившись от содранной нежной кожи. — Непокорность — моё второе имя, — язвительно заметила она, одарив его лёгкой самодовольной улыбкой. — Но я также находчивая. И умная. И у меня такое чувство, что это то, что ты мог бы использовать на благо своего племени. Орк заинтригованно приподнял бровь. — И что заставляет тебя так думать? Эльфийка слегка подалась к нему, её голос был тихим. — Ну, для начала, я заметила, что вашему племени… не хватает определённых качеств. Например, чистоплотности. И я уверена, что тебе не помешала бы помощь с твоими манерами за столом. — Она указала на его тарелку, которая была доверху завалена костями и кусками мяса. Глаза Лугдуша расширились от удивления, а затем он откинул голову назад и снова рассмеялся. — Ты уморительная, — сказал он, но в его голосе послышался намёк на веселье. — И ты права, нам не помешала бы некоторая помощь. Но вот что я тебе скажу, эльф, ты поможешь нам, а я помогу тебе. Я дам тебе шанс доказать, чего ты стоишь. Если ты сможешь произвести на меня впечатление, я подумаю о том, чтобы отпустить тебя. Но если не сможешь… Анориэль выдержала его взгляд, её улыбка погасла. Она знала, в чём заключалась невысказанная угроза. Но она также знала, что это был её шанс поменяться ролями. Она глубоко вздохнула, расправив плечи. — Я принимаю твой вызов, урук. — Но сначала мы поедим, — заявил он, отстраняясь от неё и вставая. — Ты, должно быть, проголодалась после своего… путешествия сюда. Анориэль наблюдала, как Лугдуш неуклюже подошёл к большому деревянному столу в центре комнаты, заваленному разнообразными блюдами из жареного мяса, хлеба и овощей. Она встала, ещё раз растерев запястья, и последовала за ним. — У вас, орков, странное представление о гостеприимстве, — заметила она, усаживаясь напротив него. Урук усмехнулся, протыкая острыми зубами большой кусок мяса и с аппетитом вгрызаясь в него. — Мы орки, моя дорогая. Мы берём то, что хотим, и берём это сразу. Но я уверяю тебя, наше определение гостеприимства гораздо шире… нажористее, чем у эльфов. Анориэль приподняла бровь, наблюдая, как он с безрассудной самозабвенностью запихивает еду в рот. — Сытнее, хм? Поверю тебе на слово. Лугдуш заметил, что она пристально смотрит на него. — Эээ, что? — спросил он, когда она подскочила ближе. — Держу пари, ты ещё можешь расстегнуть этот ремень, — сказала Анориэль, проводя рукой по его полному животу. Гром фыркнул, он не ожидал такого флирта. Его сердцебиение участилось. Перед ним была эльфийка, которая... он не мог поверить своим ушам. Он привык к тому, что женщины с отвращением отшатывались от его размеров, а не поощряли это. — Ты хочешь, чтобы я побольше съел? — спросил Гром, его голос был хриплым от недоверия. Эльфийка улыбнулась, её рука всё ещё поглаживала его живот. — Да. Я всегда питала слабость к крупным воинам. А ты определённо крупный. Он посмотрел на неё, у него перехватило дыхание, когда она опустила руку ниже, к поясу его кожаных штанов. — Ты не похожа ни на одну женщину, которую я встречал раньше, — пророкотал он. Он чувствовал жар её руки сквозь кожу, и его член уже затвердел. — Чего ты от меня хочешь? — спросил орк. Голубые глаза Анориэль светились похотью и решимостью, когда она посмотрела на него. — Я хочу, чтобы ты трахнул меня, урук. Он зарычал, звук отдавался гулом глубоко в его груди. Он отодвинул стул и встал, возвышаясь над ней. — Ты играешь с огнём, эльф. Я не нежный. Анориэль ухмыльнулась. — Я бы не хотела нежностей. Гром наклонился и схватил её за запястье, с силой вздергивая на ноги. — Безумная эльфийка, — прорычал он, но жар в его глазах выдавал его истинные чувства. Он прижал её спиной к столу, навалившись на неё своим массивным телом. Анориэль чувствовала исходящий от него жар, чувствовала запах пота и слабый аромат дыма, исходивший от его кожи. Она прильнула к нему, тихий стон сорвался с её губ, когда она почувствовала, как его твердый член прижался к её животу. — Я хочу тебя, — выдохнула она, её голос был полон желания. Она взяла большой кусок мяса и положила его перед его лицом. — Толстячок, — прошептала Анориэль, кладя кусок мяса ему на губы. — Именно таким я хочу тебя видеть. Толстым, трахающим меня и заливающим меня своей спермой. Глаза орка расширились, его член дернулся у её живота. Он взял мясо из её рук и отправил в рот, медленно пережевывая, наблюдая за ней. Ему нравилось, как она смотрела на него, как будто он был праздником для её глаз. Он схватил её за талию и приподнял, усадив на стол. Он широко развёл её ноги, его глаза наслаждались её влажной киской. — Ты мокрая, — прорычал он. Анориэль прикусила губу, её глаза встретились с его. — Да, — прошипела она. — Трахни меня, урук. Сделай меня своей. Лугдуш застонал, звук был низким и первобытным. Он расстегнул свои кожаные штаны, позволив им упасть на пол. Его член вырвался на свободу, толстый и твердый, кончик уже блестел от предэякулята. Глаза Анориэль расширились, когда она оценила его размер. Он был массивным, без сомнения, самым большим членом, который она когда-либо видела. — Ого! — прошептала она, её голос был полон благоговения и желания. — Вот это я понимаю… размерчик. Орк ухмыльнулся, его землистая кожа потемнела от вожделения. Он толкнул её на стол, дерево под ней заскрипело. — Тебе нравится? Анориэль кивнула, её дыхание стало прерывистым. Орк схватил её за ноги и поднял их, закинув на свои массивные плечи. Он был высоким, его круглый живот почти касался её ступней. Он наклонился, его член дразнил её вход. — Ты готова к этому, эльф? Ты готова принять меня всего? — зарычал он, его голос был хриплым от вожделения и предвкушения. Головка его члена уже была скользкой от предварительной спермы, легко скользя по её входу. Анориэль кивнула, у неё перехватило дыхание, когда она почувствовала, как кончик его члена прижался к ней. — Да, — простонала она, выгибая спину ему навстречу. — Наполни меня. Громила издал низкий стон и начал толкаться в неё, его толстый член широко раскрыл её. Анориэль вскрикнула, её глаза наполнились слезами, когда он полностью заполнил её, остановился на мгновение, давая ей время привыкнуть к его размеру. Его член был внутри неё, толстый и твердый, растягивая её до предела. Она чувствовала каждый дюйм его плоти, как он наполнял её, заполняя каждый уголок её влагалища. — Ты такая узкая, — прорычал Гром, его голос был хриплым от усилий. — Ты сжимаешь меня так сильно, как будто пытаешься задушить... хотя и не там, где положено... Анориэль улыбнулась, несмотря на боль. Она знала, что орк был большим, но она не ожидала, что он будет таким массивным. Она чувствовала себя наполненной им, как будто он заполнил каждый дюйм её влагалища. Она застонала, когда он начал медленно двигаться внутри неё, его толстый член скользил по её влажным стенкам. — Боже, ты такой большой, — простонала она, её ногти впились в его спину, когда он начал двигаться быстрее. Трахни меня так, чтобы я почувствовала это на следующий день. Я хочу, чтобы моя киска была такой же растерзанной, как моё сердце, когда я уйду отсюда. Я хочу, чтобы ты наполнил меня своей спермой, чтобы я чувствовала, как она течёт из меня, когда я буду идти. Я хочу, чтобы ты трахнул меня так, чтобы я не могла ходить, не вспоминая о тебе Громила застонал, его член пульсировал внутри неё, когда он услышал эти слова. Он начал трахать её с новой силой, его бедра с силой ударялись о её, каждый толчок был жестким и решительным. Анориэль чувствовала, как её тело поднимается и опускается на столе, её груди подпрыгивали, а её волосы рассыпались рыжим ореолом вокруг головы. Она чувствовала каждый дюйм его члена, как он скользил по её влажным стенкам, растягивая её до предела. Его большие руки сжимали её талию, прижимая её к себе, пока он продолжал трахать её с неистовым энтузиазмом. Его живот ударялся о её, каждый толчок был жестким и решительным, заставляя её стонать и кричать от удовольствия и боли. — О, Моргот, ты такая узкая, — прорычал он, его голос был хриплым от вожделения. Эллет вздрогнула несколько раз громко вскрикнув и затихла. Орк, увидев её искажённое страстью лицо, сделал два толчка и тоже кончил. Наступила тишина. Стражники, не привыкшие к таким шалостям командира, стояли у входа не смея заглянуть внутрь. Но уши навострили. Саурон исправил пару ошибок, склеил свиток сургучом и решил на рассвете с посланником отправить в большую библиотеку Гиль-Гэлада, кто знает, может в его библиотеке не достаёт как раз именно таких позитивных историй...