Глава 15. Ну... Пиздец.

      Честно говоря, я всегда мечтала проснуться от кошмара в холодном поту на дне заброшенного бассейна, обнаружить, что по мне ползают милые крыски, а напротив увидеть приятно тикающую бомбу с красивыми цифрами "38:03". Спасибо судьба за такой подарок, ты лучшая.       А ЕСЛИ СЕРЬЁЗНО, ТО ЭТО САРКАЗМ.       "С-А-Р-К-А-З-М". Знаешь такое слово? Нет? Заметно.       Я смахнула с себя крыс и сразу же про себе отметила, что ноги у меня отошли. Осторожно перекладывая ноги, я попыталась подняться... Спустя 17 падений мне это удалось. Зато вот время ускользало от меня беспощадно. На бомбе уже красовались новые цифры "37:29". Чуть больше получаса я потратила на то, чтобы встать. Дожили. Делаю глубокий вдох, боясь представить скольких часов мне будут стоить нормальные человеческие шаги и поднимая ногу, тут же падаю на живот. Больновато. Теперь встаю я с 11 попытки, что немного повышает мой оптимизм. Но меня тут же бросает обратно в депрессию, как только я вижу цифры на бомбе "36:36". Может у них часы какие-то неправильные? Хотя какая к черту разница, меня это сейчас не особо волнует. Снова делаю шаг... Получается. Выдыхаю и делаю второй шаг. Фух. Жесть. Я сажусь на стул, испытывая небольшое облегчение. Теперь можно наконец-то порассуждать о чем-то хорошем. Например о том, что я сегодня поспала почти 12 часов, а точнее 11 часов 57 минут, что несомненно является поводом для гордости, ведь обычно я сплю максимум часов так 6-7, а минимум... 5 минут. Чаще всего выходит 3-4 часа. В общем, почти 12 часов в "кровати" сравнимо для меня с героическим поступком! Больше ничего позитивного я не нашла. Зато вдруг поняла, что меня мутит... Меня вырвало на пол. Я стала прокашливаться. Против вкус тошноты остался на стенках горла. Гадость. — Фу... — раздалось сверху и я тут же подняла голову, увидев там Илону. — Надеюсь ты не беременна? — А что заметно? — прыснула я, отчего она как-то даже побледнела. — неужели Артем разучился пользоваться презервативами? — спросила она. — Это ты своей головой разучилась пользоваться, — усмехнулась я. Похоже она поверила в беременность. — скорее ты... Раз залетела так рано, — парировала она. — Рано? Мне 25 лет, а не 16, — хмыкнула я. — а карьера? — поинтересовалась она. — Какая речь о карьере может быть... Если я тут? — нет ну она реально конченная.       Она ничего не ответила, скинула мне вниз какой-то пакет и ушла. Я сначала и не думала шевелиться, чтобы посмотреть что там.. Но любопытство взяло вверх. Минут пять спустя мне все же удалось дойти до пакета. Я рухнула рядом с ним. Заглянув внутрь, я подавила внутренний ор. Там лежали бутерброды в контейнере, бутылка питьевой воды и термос, судя по запаху там был свежесваренный кофе. Мама моя, да нас тут хорошо кормят оказывается! Выспалась и получила завтрак в постель. Судьба, ты меня балуешь. Пофиг на бомбу, я остаюсь здесь, я согласна на всё. Словив заряд оптимизма, я провела здесь ещё куча времени. Обед мне тоже принесла Илона. На этот раз в пакете, помимо плотного обеда, оказались таблетки от тошноты и витамины для беременных. Следом прилетел матрас и подушка с одеялом.. Плюс теплые носки. Мне стало ещё смешнее. Наверное это было что-то нервное. После обеда я спала, это был самый лучший способ скоротать время до собственной смерти и не сойти с ума. Был ещё вариант с убийством крыс, но я решила сохранить свою человечность. Спала я долго, поэтому проспала ужин. На часах уже мелькали новые цифры "16:08". Была уже середина ночи. Вот это я поспала. Бью все рекорды. По моим подсчётам, взрыв случиться должен где-то в 7 вечера. Плюс минус 1-2 часа. Прикольно. После моего открытия, я пошла уже на своих двоих к остывшей еде. Ноги мои были уже в рабочем состоянии, так что обошлось без падений. Что несомненно является поводом для гордости. Время было ночное, так что после ужина, я принялась за изучение территории. Я конечно не сомневалась, что Артем рвет всем жопы и начал искать меня сразу после пропажи, но мне определённо надо было помочь ему в собственном спасении.       Я подошла к сломанной лестнице. Чтобы до неё до неё дотянуться, нужен был стул. Ведь я со своим метром 55 до 3-х метров не допрыгну, уж увольте. Дальше моим испытанием будет подтягивание без опоры, что будет сложновато и очень больно с моими ослабшими мышцами. Но думаю факт хорошей кормёжки мне в том поможет. Что находится там наверху я не знала. Но надо было пробовать хотя бы вылезти. Так что я стала разминаться. Если вы когда-нибудь пытались заняться спортом, то наверняка, сразу после первого дня тренировок, просыпались с болью во всем теле и не хотели больше ничего, кроме того, как лежать. Именно также чувствовало себя и моё тело. Я поставила стул, с трудом дотянулась до перекладины и... Повисла. Обычно мое тело имело более подержанную форму, но я давно не тренировалась и вообще немного обленилась из-за домашнего пленения, так что не удивительно, что подтянуться вверх с первой попытки не смогла и полетела вниз. Вторая моя попытка была удачнее, ведь я попыталась оттолкнуться от стула и стены рывком. Я даже почти дотянулась до второй перекладины, но руки соскользнули и я полетела вниз, чуть не добившись растяжения лодыжки. Руки и ноги я расцарапала, стало обидно. Надо было подумать, как повысить силу трения между моими потеющими ладошками и металлической лесенкой. Я стала ходить от одного края бассейна в другой. Шли мыслительные процессы. Походив немного туда-сюда, я придумала новый план. Для этого мне пришлось порвать немного покрывало... Сделать это было трудновато, но всё же вскоре мне удалось добиться нужного результата. Я получила полоски ткани и стала наматывать их на руки, словно бинтом. Пока мотала, тысячу раз пожалела, что не ношу свои перчатки без пальцев даже дома. Они бы мне ой как помогли. Добившись нужного результата, я посгибала руки в кулаки, убедившись, что двигательные функции не нарушены, а кровоток не перекрыт. После этого, собравшись с силами, я пошла на третий заход. Рывок и я уже зацепилась за вторую перекладину. Помогая себе ногами, я вдохнула и подтянулась, умирая от боли в мышцах, но всё же дотянулась до третьей перекладины. Осталась четвертая и пятая. На следующей, я уже смогу закинуть ногу на первую перекладину. Я перевела дух и взмолилась, чтобы у меня ногу или руку не свело судорогой, ведь падать с этой высоты более травмоопасно. Вдох, рывок... Четвертая перекладина, а под ступнями уже первая. Я нервно усмехаюсь и уже без всякой задержки ползу вверх, радуясь, что этот мир ещё меня любит.       Оказавшись наверху, я стала осматриваться. Помещение, где я оказалась, было большим, правда большую его часть, а это примерно 2/3, занимал тот самый злосчастный бассейн, из которого я только что выбралась. Караульных тут не было, зато было несколько путей отхода... И камеры. Ну пиздец. Показав в сторону стекляшки фак, я пошла прямо к ним. Не знаю взорвут меня или нет за такой жест, но я подобрала какую-то палку, лежавшую там и разбила камеры. По идее ко мне должны были сбежаться всякие твари, но никто почему-то не бежал... Только сейчас я поняла, что на улице было уже светло. Кажется я слишком много времени потратила на попытки выбраться. Либо ошиблась с подсчетом времени, но не важно. В любом случае, я направилась к двери, затаившись за дверью. Скоро мне должны были принести завтрак, либо попытаться меня усмирить. Это неважно, важно быть на голове в нужный момент.. Который настал очень быстро. Внутрь вошел Алексей, он даже не успел опомниться, как я ударила его той же железкой, которой разбила камеры. Он упал без сознания, а я тут же поспешила достать его ствол. Ну наконец-то... У меня было нормальное оружие, можно выдыхать. Обернувшись, я тут же наставила ствол на зашедшую следом Илону. В руках у неё был пакет с едой, который она тут же выронила, ошарашенно глядя на меня. — вяжи его, — сказала я, отходя на метр, не выпуская ствол из рук. — попробуешь что-то выкинуть – я выстрелю. Терять мне нечего. — Саша... — впервые назвала она меня по имени, я аж вздрогнула. — вяжи, я не шучу, — перебила я её.       Дальше спорить она не стала. Столкнуть Алексея в бассейн слишком жестоко, поэтому я заставляю Илону оттащить его к лавке. Пока она занимается этим, я обдумываю план побега. Возможно я, как и в прошлый раз, облажаюсь под конец, но на этот раз я сделаю так, чтобы точно никто не пострадал. Обещаю. Как только Илона заканчивает с моим братом, она поднимается, я всё ещё держу её на прицеле. Она выглядит какой-то странной. — почему ты не боишься, что твой ребёнок пострадает, — вдруг спрашивает она. — Ты сказала, что терять тебе нечего... — Мой единственный ребёнок – это Артём, — фыркаю я. — И вообще это не имеет значения сейчас. Его я не потеряю, а про себя я буду думать в последнюю очередь. — Он уже ищет тебя, — сказала Илона. — Знаю, но я не привыкла ждать принцев, предпочитаю идти в бой, — я усмехнулась и вдруг обратила внимание на пистолет. Немецкий Нeckler... неплохой выбор. — Теперь понятно почему он выбрал тебя, — вдруг усмехнулась она. — Ты умеешь располагать к себе, несмотря на характер.. — я нахмурилась. — Только вот ты ранишь всех. Боль которую ты приносишь, хуже чем предательство. Ты думаешь о других, но не думаешь о том, что они хотят поставить на первое место твою жизнь, а не свою. Безбашенная, безрассудная, летишь в бой, не думая о последствиях... Не думая о том, что кто-то может потерять ТЕБЯ. — Ну и что это за урок психологии от той, кто продался мужику за сто долларов? — огрызаюсь я. — Это не урок психологии... Это констатация фактов, Саша, — ответила она. — Ты меня заинтересовала. Алексей отзывался о тебе не особо подробно, он видит в тебе раздражитель, да и только... А вот я капнула вглубь. И честно говоря, ты меня поразила, — усмехнулась Илона. — А потом беременность... И я вдруг поняла насколько ты "другая"... Невообразимо. Правда не поэтому я хочу тебе помочь... — Помочь?! — взорвалась я и нервно засмеялась. — Пушка в моих руках, детка... Да и вообще, никакой помощи от тебя принимать мне не хочется. Я уже поняла какой ты человекоподобный образец... Бракованный. Человеком там и не пахнет. Так что думаешь я тебе поверю? Бегу и падаю. — Дослушай сначала, — процедила она сквозь сжатые зубы, после чего сделала глубокий вдох. — Дело в том, что Арчибальд, который помог нам это устроить, оказался не таким уж и хорошим союзником, – вот тут я прислушалась. — Он взорвет бомбу, как только это покажется для него удобным. Ему не нужны переговоры, ему нужно избавиться от Мориарти. А мы были лишь ступенькой, на которую он наступит, чтобы взобраться на трон подружки Артема, — меня передёрнуло от того, как она ее назвала. — Но я не привыкла, чтобы мной подтирались. Именно поэтому я хочу тебе помочь в обмен на то, что ты дашь мне уйти. — И как же ты мне поможешь? — усмехнулась я, всё ещё не верю в то, что слышу. — Я сошлась с Арчибальдом через постель, — хмыкнула она. — Там же я выяснила, где он хранит интересные документики... Алексей подтвердил, что если они попадут в руки мусорам, то он сядет на пожизненное. Там моря компромата... И он находится здесь. А у меня есть дубликат ключа и код от его сейфа. — И что же.. Ты кинешь моего брата, поможешь мне, а сама свалишь? — Да, — сказала она. — Даже без угрызений совести. Для твоего брата я никто. Хотя мне и показалось... — она вдруг печально вздохнула. — Может навещу его пару раз в тюрьме. — Как интересно, — хмыкнула я. — В любом случае, если ты выбежишь туда и начнёшь прикрываться мной, никто не будет бояться этого, им плевать на мою жизнь, — фыркнула она. — Как категорично, — усмехнулась я. — Саш, не глупи, — сказала она. — Как только твои друзья появятся здесь, бомба взорвётся. А так... Я помогу тебе выбраться и обеспечу компроматом на своего босса. Ты выйдешь победителем, целая и невредимая, так ещё и с кипой бумаг, а я... Я просто затаюсь в тени, укрывшись от правосудия. Ничего криминального я тебе не предлагаю... Я прошу просто довериться.       Стыдно признавать, но она была права, если все её слова были чистой правдой. Она предлагала мне хорошие условия... Вот только разче я могла ей довериться? Она просит о невозможном! Правда, если она воспринимает меня, как способ спасти свою шкуру, то волноваться мне не о чем. Но риски. Риски были велики. Здравый смысл разрывался на части, головы неприятно заболела. Слишком сложно.. Я посмотрела на Илону. Она стояла напротив меня и выглядела как забитое животное. В её глазах отражалось желание выжить. Это был взгляд жертвы, жалкой твари, которая ищет любые способы выйти сухой из воды. Она готова идти по головам ради себя любимой. Когда ей выгодно, она может оказать ответную услугу, как в моём случае сейчас. Правда если ей встретиться вариант получше и по проще... То пиши пропало. Даже слезинки не пустит. Именно поэтому риски выросли до запредельных размеров. Сложно. Очень сложно. Я делаю глубокий вдох и кошусь на брата. Она так изменился с нашей последней встречи... Стал совершенно другим. Дикий, неуравновешенный, злой и жалкий. Они с Илоной подходили друг другу. Оба мелочные, эгоистичные, высокомерные крысы, готовые предать любого, ради собственной выгоды и сохранения своей шкуры. Да, определённо два сапога пара. Выдыхаю и вновь смотрю на Илону. Она ждет. Поза ее неуверенная. Как бы она не пыталась скрыть свой страх, её лицо и скованность движений выдавали её. Именно поэтому, я вдруг поняла, что это не я от неё завишу, а она от меня. Её всё равно убьют. Если она предаст и сбежит, то её найдут и прикопают в ближайшем лесочке. Но вот если этот Арчибальд окажется в тюрьме, то чаша весов сместиться в её сторону. Так что для Илоны я тот самый мизерный шанс на спасение... Удивительно. Я вдруг усмехнулась, она вздрогнула, нахмурившись и нервно заскребла ногтями по своим штанам. — ладно, — сказала я, спустя пару секунд, когда насладилась её реакцией. — Веди меня, так уж и быть, — она облегчённо выдохнула. — Вот только если что... Я выстрелю. Помни об этом, — на этом моменте я показательно качнула пистолетом, намекая на то, что я не шучу, но она итак это поняла. — Отлично, — ответила она. — Тогда пошли за мной.. Нам нужно пробраться в кабинет Арчибальда. Его сейчас нет, но нужно спешить       После этого она направилась на выход, а я за ней следом. Шли осторожно, постоянно оглядываясь. Я держала пистолет на голове и вслушивалась в каждый шорох, чтобы если что быстро среагировать. Кабинет этого Арчибальда был не далеко, так что прошли мы без приключений, что несомненно радовало. Правда пару раз мы чуть не попали в поле зрения одного из охранников, но нас спасла моя быстрая реакция. Вот так мы и добрались до кабинета. — Ну и что дальше? — спросила я. — Дальше надо найти сейф... — пояснила она. — Я налево, а ты направо. — Окей, — сказала я.       Мы разошлись. Поиски сейфа были не долгими. Правда я успела словить пару инфарктом, из-за лишних звуков, которые напоминали звук приближающихся шагов... Но это просто Илона так ужасно копалась в бумагах, а иногда у меня просто были глюки на фоне нервов. — Нашла, — сказала Илона, я тут же примчалась к ней. — Надо теперь открыть... — она полезла рукой под свою футболку и вытащила и чашки лифчика ключ, отчего я усмехнулась. — Что? Это было самое надёжное место, — хмыкнула она в ответ и вставила ключ в заможную скважину.       Дальше послышался щелчок. Первая дверца была успешно вскрыта. Ко второй требовался код. Илона набрала его и открыла сейф. Тым было немного денег, а также пару важных папок. Скучновато, но ожидая. Илона без стеснений спёрла деньги, а папки сунула мне в руки. Они были толстыми и даже немного тяжелыми. — Вот... Это все на него, – сказала Илона, распихивая деньги в сумку, все это время висевшую у неё на плече. — Интересно...       Я стала рассматривать папки, краем глаза пробегаюсь по документам. Наркоторговля, нелегальные заезды, продажа людей, черный рынок.. Тут были и фотодоказательства, и подписи, и заверительные документы, и списки товаров. Все аккуратно было разложено по стопочкам, будто это не бумаги преступника, а следственный архив! Немыслимо. Зачем хранить доказательства собственной вины? Что за сумасшедший это мог придумать? Столько вопросов крутилось на языке, но вряд ли Илона могла мне на них ответить. Хотя Арчибальд мог и обмолвиться с ней парой фразой на пьяную голову. В любом случае удивлению моему не было предела, из-за чего увеличилось подозрение... А вдруг это просто приманка, как для рыбки? Понятное дело, что я захочу доказать вину своего похитителя и не сдержусь от соблазна сделать это таким легким способом. Я даже разочаровалась в самой себе, здравый смысл заорал: "Ну ты и дура! Мы теперь в ловушке, поздравляю". Но пока ничего не произошло, поэтому свои подозрения я Илоне говорить не собираюсь. Тем временем Илона вдруг совсем разговорилась. — Он, конечно, тот ещё глупец, — усмехнулась она. — Нет ну кто додумался сложить весь компромат на себя в один легковскрываемый сейф! Лучше бы сжёг их... Идиот. — Да, но это не важно, — решила я увести её от моих подозрений. — Главное, что мы теперь можем свалить с чистой совестью. — О да... С этими деньгами, я смогу понежиться на Мальдивах, — вдруг заулыбалась она. — Спасибо, Арчи, за твою щедрость и заботу, никогда не забуду. — Какая же ты мелочная, — фыркнула я, закатив глаза. — Так... Ты получила бумажки и теперь можешь посадить Арчибальда, так? Так, даже не отрицай, — не дала она мне ответить. — Вот поэтому тебе стоит помалкивать и вытаскивать нас отсюда... — Да ты совсем осмелела, — хмыкнула я. — Ствол ещё у меня. — Тут ты права, — поёжилась она, глядя на мою руку со стволом. — Извини, — тут же бросила она. — А теперь идем, нам тут не зачем оставаться.       Я усмехнулась, поудобнее взяв в руки папки. Не очень то и удобно. Стоит наверное впихнуть их в руки Илоны, ведь отдавать ей свол будет глупо и бессмысленно. Она либо застрелит меня, либо нас застрелят люди Арчибальда. Тут выбор не велик. Поэтому я тут же спешу сообщить ей о новоприобретённый должности носителя важных бумаг. Начала издалека: — Вот только с такой волокитой носится и стрелять... — правда договорить я не успела, дверь распахнулась. Я тут же направила ствол в сторону дверного проема, а затем опешила и удивлённо уставилась на незванных гостей. Это были мужчина и женщина. Один из них мне был очень даже знаком. — Дядя Игорь?! — удивлённо воскликнула я, нервно опуская ствол. — Я же могла вас пристрелить! — тут же взбунтовалась я, даже не зная радоваться мне или плакать. Имя девушки, стоявшей рядом с дядей Игорем, я не знала. — Ох, ты ж, чертовка шустрая! – усмехнулся отец Артёма. — Да ты огонь, а не баба. Вся в мамку с папкой, — кажется моя грубость была проигнорирована. — Мы то думали, ты там умираешь, а ты уже и ствол раздобыла... — Вот и на кой черт я брала с собой все это оружие... — возмутилась рядом стоящая девушка. — Говорила я твоей маме, что ты... Мм... Ладно. Не важно, — выдохнула она. — Хорошо, что ты нашлась.. А то Артём нам всем бы бошки поотрывал.. — имя Артема заставило моё сердце пропустить удар. Он тоже здесь! Я и не понимала до этих пор, как хочу его увидеть... Правда тут же сердце болезненно сжалась. Я искренне надеялась, что с ним всё в порядке. Остальное казалось неважным. Незнакомка тем временем продолжала: — Я кстати и есть Мориарти, — я напряглась, тут же забыв об Артёме. — Жаль, что мы так и не познакомились при нормальных обстоятельствах, ты мне нравишься, — проговорила быстро она, а я все ещё была в каком-то шоке.        Это Мария... Мориарти! Стоит она рядом с Игорем, которого через Артема пыталась убрать, как и моего отца. А она ещё и с моей мамой знакома оказывается! Я честно говоря была в таком диком шоке, что чуть папки не выронила и потеряла бдительность. Мария приблизилась ко мне за пару шагов и уставилась на Илону. — Вижу, что кто-то решил нам помочь... — она усмехнулась и взяла папки, которые были у меня в руках. — Если это то о чем я думаю... — Да, это они, — ответила Илона. — Вот и отлично, — усмехнулась Мария.       Я находилась в какой-то прострации, всё ещё пытаясь понять, почему дядя Игорь и Мориарти в одной команде, и каким образом она знакома с моей мамой. — что "отлично"? — тем временем переспросил мой свекр. — К чему эти папки? — это компромат на Бульдога... Тут абсолютно все и даже больше, — пояснила Мария и повернулась ко мне. — Ты даже лучше, чем я представляла, — сказала она, а затем, достав рацию, она нажала на кнопку и произнесла: — Артем, мы её нашли, она в порядке. Сейчас дам ей трубочку.       И она протянула рацию мне. Я не знаю, что стало с моими руками. Они дрожали. Мне стало вновь абсолютно плевать на всё, что происходит рядом. Я выхватила рацию и нажала кнопку, чтобы сказать что-то... Но мне ничего не приходило в голову. — Артем, — начала я. Голос мой был хриплый, сама не могу понять почему. — Я тебя люблю, слышишь?       Я отпустила кнопку и стала ждать ответа. По щекам потекли слёзы. Сердце сжалось. Мария понимающе положила мне руку на плечо, я кивнула, утирая слезы пальцем. — Я схожу проверю территорию, — ответил мой свекр и скрылся за дверью.       Мы с Марией одновременно кивнули. — Ещё раз так меня напугаешь, я тебя к барее привяжу, — тем временем раздалось в трубке и я улыбнулась, продолжая утирать слезы. — Да хоть сейчас, — ответила я ему. — Мелкая, — раздался вдруг голос Олега в рации. — Чтоб тебя метеором пришибло, родная моя... У Полинки из-за тебя скоро инфаркт будет! — Ебать копать, Санька, — следом послышался голос Турбо. — Вот попадёшься мне на глаза, я не знаю что с тобой сделаю. — тебя очень сильно любят, — усмехнулась Мария. Я сдержанно улыбнулась. Мне всё ещё было неловко с ней общаться. Здравый смысл так и кричал: "Ну ты конченная что ли? Она убила фрика, или ты забыла как он умирал у тебя на руках?". Я мысленно ударила себя по лицу, сейчас не время для этого. — Ответь им что-нибудь, — тем временем сказала Мориарти. — Они очень сильно переживали из-за твоего похищения, не меньше Артема. — Да... Надо ответить... — согласилась я и нажала на кнопку. — Ребята, хватит засорять эфир! — возмутилась я, пытаясь их утихомирить, ведь сейчас было как-то не до этого. — Мы сейчас...       Договорить я опять не успела. Дверь вновь распахнулась, но там стоял не Игорь. — Черт, — сказала я в рацию и отпустила кнопку. — Арчи... – прошипела Мария, направляя на него ствол. Она тут же из милой девушки превратилась в мрачную тучу. А я поняла, что перед нами стоял тот самый босс-покровитель Илоны и Алексея. То есть Арчибальд. По коже пробежали мурашки. Наш план побега рассыпался в пух и прах. — Отпусти ствол, Мария, — усмехнулся он и показал какой-то пульт. И гадать не надо было, чтобы понять, что это пульт от бомбы, с которой я провела весь вчерашний день. — Ты же знаешь, что бомба дистанционная... — продолжал Арчи. — У тебя два пути: либо поболтать со мной, либо взлететь со мной и всеми людьми в этом здании на воздух, — Мария сжала кулаки, но ствол отпустила. — Вот и молодец.       Он подошел ближе, теперь я чувствовала запах дыма и сильного одеколона... Убийственная смесь для моего носа. Я ели сдержалась, чтоб меня не стошнило. Тем временем мужчина, всем своим видом напоминающий тупого, толстого бульдога, обратился ко мне. — Рад с вами познакомиться лично, Александра... — усмехнулся он. — Правда не стоит показывать неприличные жесты в камеру своих похитителей, — Мария в недоумении посмотрела на меня, а затем вдруг усмехнулась, всем видом показывая, что одобрила мой поступок. Тем временем Арчибальд продолжал: — Они могут и обидеться... Благо я не такой. — Саша? Саша ответь. Мария? Черт... — раздавался тем временем голос Артема в рации. — Позволишь? — спросил мужчина, указывая на мою рацию. Я отдала ему устройство. — Спасибо, — усмехнулся он, взяв её у меня. После этого он протиснулся между нами и сел за свой стол. — Абонент находится вне зоны действия сети, — сказал Арчибальд в мою рацию. — Перезвоните позже, — дальше он кинул её в стену и она разбилась.       Илона испуганно пискнула, тем самым удволетворив эго Арчибальда. Тот с самодовольным видом, нажал на кнопку под столом. Послышалась сигнализация. Илона дрожала, мы с Марией держали на готове стволы. Игорь не приходил, возможно моего свекра взяли в плен, может он успел оторваться, но стоило сейчас подумать о себе... Точнее о Марии и Илоне. За собственную шкуру я не беспокоилась. Хотя это было очень странно, ведь обе они были личности не лучшего сорта. Мориарти руками моего брата убила Фрика, организовывала множество преступлений, да и вообще в моих глазах была хорошей только в роли матери. Илона же.. Про неё я уже много чего сказала, так что не хочу повторяться. В общем прикол в том, что они обе те ещё фрукты, но я, подобно глупой дурочке, пекусь об их безопасности. Вот здорово, да? Но это не важно. Если уходить, то вместе и никак иначе. Тем временем бульдоговидный мужчина откинулся на спинку кресла и стал смотреть на нас. Между ним и нашем трио искрилось высокое напряжение, словно мы были в каком-то счетчике с рисунком черепа и костей и надписью "высокое напряжение. Не подходить опасно". Наконец-то Бульдог, я решила называть его именно так, подал голос: — Давай поговорим. — Нам не о чем разговаривать, — прошипела Мария. — А я и не тебе говорю... Я дочке генерала, — он противно улыбнулся, смотря на меня. — С тобой у нас свои счёты, Мария, а вот с ней... С ней у нас много тем для разговора.       Мы с Марией переглянулись. Что за резкий интерес к моей персоне? Честно говоря я уже начинаю страдать от синдрома главной героини. Где бы я не была, я вечно на первых ролях... Прям какая-то Мери Сью (тьфу-тьфу-тьфу, этого только не хватало). И всё-таки это ужасно бесило. Поэтому на его фразу я отреагировала не слишком то и доброжелательно. — Ну, давайте поговорим, — вспыхнула я. — Арчибальд, верно? — тот кивнул, заинтересована глядя на мою реакцию, а я тем временем продолжила. — Так вот, многоуважаемый Арчибальд, ваша подстилка много чего мне рассказала, — Илона вздрогнула и умоляюще вцепилась мне в руку, но я пренебрежительно откинула её и подошла к столу, за которым сидел мой похититель. — Я ой как не люблю все эти кошки-мышки, а уж тем более не люблю, когда меня похищают и кидают в какой-то бассейн с бомбой. Смешно, конечно, но глупо было думать, что я оттуда не выберусь, чтобы всадить пару пуль в чью-то голову. Я за свои годы всяких встречала, но такого идиота впервые... — Саша... — позвала меня Мария. — Заткнись, не до тебя, — огрызнулась я, отчего Мария неожиданно вздрогнула. — Так вот, Арчи... Не знаю, что тебе от меня надо, но по словам Илоночки ты Мориарти спихнуть с должности хочешь, а я — всего лишь часть плана для достижения цели.. — я достала свой пистолет и приставила его ко лбу мужчины. Он заметно напрягся. — Так зачем нам болтать? Давай я просто засуну пистолет тебе поглубже в глотку и нажму курок? Я не боюсь взлететь на воздух, мне плевать на себя и остальных, так что тебе меня не запугать, милый.       Тишина. Я слышала только стук собственного сердца. Тук-тук... Тук-тук... И вдруг Арчибальд засмеялся, отчего я тут же напряглась, готовая выстрелить в любой момент. Руки мои не дрожали, голос был уверенным. Чем же я вызвала его смех? Не знаю, но ситуация мне нравится все меньше и меньше. — Браво, Александра, узнаю нрав твоей матери, – усмехнулся он, а я нахмурилась. Причем тут опять моя мать. — Хочешь я расскажу историю про девчонку, живущую с родителями алкашами и садистами? Ох, какой потенциал был у этой малышки... Взрывная натура... — Я прекрасно знаю о темном прошлом своей матери, не заинтересовал, — фыркнула я. — А ты знаешь, кто был её "крышей" в свое время, а? Это был мой отец. Я и твоя мать в своё время были в одном бизнесе, милая. Мы очень хорошо общались с ней, — я удивлённо приподняла бровь. — Заинтересовал? Тогда убирай ствол... У нас есть время для старческих историй.       Я вдруг перестала узнавать саму себя. Не знаю почему, но я убрала ствол и села напротив в кресло, внимательно всматриваясь в мужчину. Какие дела у него могли быть с моей мамой? Я конечно знала, что она участвовала в нелегальных заездах, но то что якшалась с такими как Бульдог... Это меня поразило до глубины души. У меня не было доказательств, что мужчина мне не лжёт, но шестое чувство подсказывало, что доля правды тут точно имеется. — Вот и молодец, — сказал Арчи, довольный моей покорностью. Я лишь недовольно фыркнула, всё-таки меня бесило, что он так легко нашел способ мной потакать. Арчибальд мою реакцию проигнорировал и продолжил: — Тогда слушай и не забывай иногда дышать.       ***       Предупреждение: История идет от слов Арчибальда.       ***       Молодая девчонка лет шестнадцати с половиной крутилась в нашей банде давно. Её звали Регина. Мой отец нашел её ещё до начала 90-х через свою сестру, которая работала в опеке. В СССР с этим было всё строго, но правил на тот момент уже не Сталин и тоталитаризм переходил переходил в более мягкую стадию, так что нарушать законы становилось проще. Тем более волнения в стране нарастали, многие начинали смотреть на Запад, который заманивал в свои сети, несмотря на закрытость нашей страны. Времена менялись, началась эпоха новых реформ, ведь старый уклад уже не был пригоден, как бы то не хотели скрыть старики. Мой отец, несмотря на свой возраст, был человеком будущего. Он предвидел, что вскоре СССР развалится, именно поэтому готовил себе "армию", с помощью которой можно будет поживиться на остатках коммунистического строя, причем не самым законным образом. Так что мы забрали Регину к себе под "крыло" и не пожалели об этом. Разница с ней у нас была лет в десять, а когда я с ней познакомился ей было пять, мне же 15. Мой отец всегда брал малолеток, чтобы их было проще учить, ведь взрослых ребят сложнее склонять на темную сторону. Регина с самого рождения жила как в аду, не зная детства, а тут мы с бесплатными шоколадками, игрушками и теплыми улыбками... Конечно же она привязалась к нам и делала всё, что прикажут. Это был только вопрос времени. Так что вскоре мы уже отправляли его на мелкие дела: воровство, доносы, передачки... Она справлялась с этим хорошо, даже не задумываясь о том, что делала. Она просто пыталась отблагодарить нас за заботу. Чем старше она становилась, тем сильнее привязывалась, но чаще всего она крутилась именно вокруг меня и моего отца, вечно ставя нас на несколько ступенек выше. Правда это длилось не долго, по крайней мере в мою сторону. Отец все ещё был для неё авторитетом, а я приравнялся к званию "лучший друг".       Для других она была Регина, но среди нас она была Рысью. Такая же бойкая, смелая, с клыками и коготками. Она была нашим лучшим приобретением, это нам доказал её первый заезд. Как же она каталась! Невероятная, быстрая и безбашенная. Она выполняла такие маневры, на которые не соглашались даже профессионалы! Именно поэтому я и стал питать к ней интерес, а вскоре он перерос и в животный. Она росла, становилась краше... Тем временем, я тоже рос, становился привлекательнее и любая девушка буквально была у моих ног, но я хотел именно Регину. Правда это было невзаимно. Девчонка ходила в школу, дралась с парнями и вечно ходила по лезвию ножа, входя в очередной сложный поворот на трассе. А как она стреляла! У меня всё вставало, когда она умело брала в руки пистолет и с невозмутимым лицом попадала в мишень. Ей не нужны были парни, ей не нужны были забота и внимание, она была чужой, но такой манящей... Просто немыслимо. Помню мы ходили на дело, нам надо было тихо спереть пару бумаг из архива милиции. Нас в итоге чуть не взяли с поличным, но она ловко приложила дежурного прикладом его же пистолета, да так хорошо, что он ничего на утро не вспомнил. Ну разве это девчонка не была идеальной? Правда минус у неё был, она никогда не пила и не курила. У неё было с этим табу, из-за родителей. Именно поэтому она на всех наших сборах была всегда серьёзной, а тем кто к ней приставал, разбивала носы. Она вообще была не заинтересована в этом! Чем взрослее она становилась , тем чаще общалась с моим отцом, отчего руки мои сжимались в кулаки, ведь в какой-то момент я начал видеть в нём соперника. Регина упрекала меня время от времени, вечно говоря "а вот твой отец" или "был бы тут твой папа", меня аж распирало от злости в такие моменты, но я сдерживался, боясь её спугнуть. Я всё пытался намекнуть ей, что я тоже хорошая партия, что мой отец слишком стар для неё и прочее. В один момент , я даже ей в лицо сказал, что она бы лучше перестала рассчитывать на ответную симпатию со стороны моего папаши и поискала бы себе кого-то другого. На что она звонко рассмеялась и сказала, что воспринимаем его только как любимого учителя и не более. Я почувствовал себя идиотом и успокоился. Время шло, наши отношения становились напряжённее. Она хотела быть свободной, а я хотел её держать рядом, хотя бы на основании дружбы. Ей такое было не по душе и мы стали часто ссориться, отчего нервы мои были на пределе. Но потом у меня действительно появился серьёзный соперник и нервишки лопнули.       Это случилось на нашем заезде. Рысь готовилась к гонке, с серьёзным видом подчищая свой байк. На ней были светлые джинсы в обтяжку на низкой посадке, привезённые моим отцом из Америки, бордовый топ оттуда же, белая чуть укороченная кожанка, черные перчатки без пальцев, браслеты с шипами и черные берцы, которые подарил ей тоже мой отец. Мой отец совсем разнежился в последнее время , сосредоточившись исключительно на нелегальных заездах и наркоторговле. Вся его прыткость и алчность таяла из-за привязанности к Регине, что не могло не раздражать. Власть сменилась, союз распался, а мы всё никак не начали активно вливаться в воровскую жизнь. В общем, он явно сдавал обороты и это напрягало всех, кроме Регины. Кстати вернемся к ней. В своих тряпках она выглядела очень сексуально, особенно с волосами, уложенными в конский хвост. Так и хотелось намотать их на кулак и заставить взять в рот мой член, а потом наслаждаться тем, как она берет горловой. Кожанка её была растегнута, вырез у топа был большой глубокий, а грудь была на минуточку 4-го или 5-го размера, если не больше. Про задницу в этих джинсах я вообще молчу. Ну как можно быть такой как она?! Невыносимо. Чтобы отвлечься я выпил пива и стал выслушиваться в болтовню своих друзей. Вскоре оповестили о скором старте. Второй гонщик, представитель какой-то другой банды, перекинулся парочкой грубых слов с Региной, но получив в ответ трёхэтажный мат и два факта, одел шлем и оседлал свой мотоцикл. Регина же уже застегнула кожанку и надела свой белоснежный шлем с милыми кошачьими ушами, что было некой фишкой нашей рыси, и оседлала свой такой же белый мотоцикл. Выглядела она как самый сексуальный ангел на свете... Но натура у неё была ужасная, тут и говорить не о чем. Начался прием ставок. Я как всегда поставил всё на Рысь, все наши — тоже. Скоро должны были давать обратный отсчёт, как вдруг... — Всем стоять, не двигаться!       Менты повязали нас быстрее, чем мы не успели что-то сделать. Лишь краем глаза я увидел, как наша Регина бьёт какого-то молодого мента по роже, как потом выяснилось, она чуть не сломала ему нос. Нас всех дружно запихнули в кутузку, а потом запихнули в обезьянник. Регина была на взводе, она сидела рядом со мной, стреляя взглядом в мусоров. Ей порвали молнию на куртке во время задержания, отчего я снова мог иногда поглядывать на её грудь. Это было моим единственным развлечением, пока мы ждали адвоката моего отца. Волосы у Регины были распущенные и взлохмаченные, ведь чтобы успокоить нервы, она сняла резинку и, нацепив её на запястье, оттягивала её, чтобы та с громким шлепком ударила её по руке. Когда в комнату вошёл тот мент, который задерживал её, она чуть ли не зарычала и стала дергать свою резинку всё чаще, тем самым привлекая внимание вошедшего. Теперь они смотрели друг на друга с взаимной ненавистью. — как твой нос, Санька? — спросил дежурный. — Благо не перелом... Но вправлять пришлось, — ответил, судя по погонам, младший лейтенант, при этом отвернувшись от нас. — жаль, что не перелом, — себе под нос прошипела Регина и снова потянулась к резинке, но я не выдержал и прервал её, схватив за запястье. Она тут же дёрнулась, в недоумении уставившись на меня. — Пусти, — прошептала она. — Успокойся уже, — сказал я, но руку не отпустил. — Да чтоб вас всех... — пробурчала она и выдернула руку из моей хватке, тут же встав с места и пересев на пол, подальше от нас всех.       Она недовольно скрестила руки на груди и стала прожигать пол взглядом. Тем временем мусора продолжали о чем-то говорить, совершенно нас не замечая. Я стал смотреть в потолок, считая мух, которые летали возле тёплой лампочки. Я пересчитывал их уже в десятый или одиннадцатый раз, как вдруг услышал: — Сань, мне б в туалет отлучиться... — Иди, я посмотрю.       А дальше "спасибо, брат" и хлопок двери. Я перевёл взгляд с потолка на лейтенанта. Тот немного поманипулировал взглядом дверь, а потом вдруг подошёл к нашей камере и стукнул по решётке ногой. — А ну вставай, бешенная, ты меня уже достала.       Регина подскочила как ошпаренная и тут же вцепилась в решётку руками, повернувшись к лейтенанту лицом. Она была на взводе, готовая в любой момент накинуться на мента и расцарапать ему лицо. — Это я бешенная? — зарычала она. — Слушай сюда, лейтенант, как только я выберусь отсюда, мы с тобой встретимся и тогда я сломаю тебе не только твой нос, понял?! — Угрозы должностному лицу? — вдруг усмехнулся он. — Срок себе мотаешь, киска. Продолжай в том же духе и из своей школы тебя переведут в более строгое местечко, где с таких как ты три шкуры спускают. Если не в колонию для несовершеннолетних! — Ох, да что вы говорите, товарищ, — взревела она. — Не на того наехал, мы выйдем отсюда, хочешь ты того или нет. Сейчас в милиции таких хороших как ты не ценят.. Как только союз распался, всем стало на всё насрать. Так что подбери челюсть с пола и пойми, что страна развалилась и ты, со своей честностью и чувством справедливости, никому не всрался... Деньги и связи, вот что сейчас всё решает, лейтенант, — она нагло ткнула его пальцем в грудь. — Сталина на вас нет... Мерзость, — прошипел он ей в ответ.       Они стали испепелять друг друга взглядами. Я не выдержал и встал с места, тут же дернув девчонку на себя. Хорошо встряхнув её и прошипел: — ты что творишь, сумасшедшая? — Отвали от меня, — взорвалась она и оттолкнула меня. — Ах ты... — не выдержал я и сам завёлся. — А ну заткнулись! — взревел вдруг вошедший дежурный. — Все к стене... А Захарова на выход. Твои родители пришли.              Мы все послушались приказа. Регину забрали. Лейтенант увел её в допросную. Через некоторое время всех нас отпустили. Деньгр решали всё. Правда после этого случая лейтенанта мы стали видеть чаще. Он вцепился в нас как собака, но ничего сделать не мог. Потом моего отца застрелили, я взял бизнес в свои руки. Регина же ушла в себя , стала реже появляться у нас. Её очень сильно задела смерть моего отца. А потом всё так сильно закрутилось, что я и не заметил, как этот мент увел у нас Регину. Она ушла из банды и встала на путь исправления. Я почувствовал себя ущемлённым. Она предала нас, уничтожила, втоптала в грязь. Без неё нелегальные заезды перестали приносить доход, без неё я совсем озверел, без неё мы стали играть по крупному. Убийства, наркоторговля, продажа органов на черном рынке, рабство и прочая дрянь стали частью моей жизни. Я не заметил, как девяностые заставили меня постареть. Они изменили меня настолько сильно, что я перестал следить за собой. За десять лет из безбашенного парня, которого хотели все, я стал превращаться в кого-то другого... И самое интересное, что новый я нравился себе больше. Рассудительный, умный, опасный и продуманный. Я вошел в элиту. Мне было уже почти что сорок лет, я не был привлекательным, зато имел деньги и огромное влияние. Но Регину я не забыл. Она отпечаталась в моём сердце навсегда. Я искал нашей встречи постоянно, но она после школы уехала учиться в Питер, что было очень глупо, учитывая взлетевший уровень криминала в этом городе, но она была непреклонна. Отучившись там, она вернулась в нашу Сибирь, где вышла замуж за этого всратого мента, тем самым выбесив меня окончательно. Помимо этого Рысь тогда стала работать в МЧС. На тот момент шел 2002 год. В девяностые мы раскрутили наш бизнес, но сейчас он затухал, ведь новая власть стала бороться с преступностью. Но я всё равно находил лазейки и стал давить на детей из неблагополучных семей. Вот так я познакомился с Марией, которая в последствии ушла из моего бизнеса, стала домушницей, а затем и вообще стала Мориарти и перехватила мои борозды правления преступным миром, за что я точил на неё зуб. Правда натот момент она была ещё маленькой девочкой лет 5-ти. И жила она как раз по соседству с торговым центром, где не ожиданно произошло чп. Пожарные и МЧС прибыли на помощь, среди них была и Регина. Я в тот момент вместе со своими помощниками обхаживал Марию, подобно тому, как делал то мой отец в своё время. Когда ситуация в торговом центре была устранена, Регина вышла подышать свежим воздухом... Так мы и столкнулись. Она не сразу меня узнала, а я её сразу. — ну привет, Рысёнок, не узнаешь старых друзей? — тут же спросил я. Услышав своё прозвище, она оцепенела и уставилась на меня в немом шоке. — Арчи?... — наконец переспросила она. — Зови меня Фома, — усмехнулся я. — Я теперь уважаемый человек.. Деньги, статус, влияние. Многое изменилось, Регина. — Ты постарел, — подметила вдруг она. — Чем занимаешься? Все также... — Нет, — соврал ей я. — Открыл клуб по стрельбе, вот молодое поколение готовлю к соревнованиям.. Не покажешь девчонке пару уроков стрельбы из ТТ? Или ты уже не пользуешься таким оружием? — Пользуюсь конечно, но ТТ... Разве такое применяют на соревнованиях? — нахмурилась она. — Конечно, — соврал я вновь. — Ну так что скажешь? Когда ты свободна? — Прям так сразу? — удивилась она. — А что медлить? — Стал я сбивать её с толку окончательно. Затем вытянул визитку и всунул ей в руку. — Позвони, обсудим время. Адрес в визитке указан. А теперь прощай, меня ждут дела.       И я ушёл, чувствуя, что наконец-то смогу закрыть гештальт прошлого. И я был во многом прав. Мне надо было самоутвердиться за счёт неё, чтобы почувствовать себя лучше, и сделал я это самым мерзким способом, который она только заслуживала. Девушка согласилась на уроки. Регина даже не подозревала, что я её нагло обманываю и если честно, если бы не её удача, она бы уже была у меня под ногами. Я собирал на неё компромат, собирался подставить её, тем самым унизив и лишив уважения на работе. Правда когда я уже почти все собрал, мои ребята пожалели её и раскрыли весь мой план, из-за старой дружбы. В отличии от меня, они её в предатели не записывали, а меня считали в край поехавшим. Поэтому вскоре они кинули меня и ушли, забрав с собой Марию, Регину и компромат на неё. Я остался один. Я обозлился на всех окончательно. Они все были предателями! Они все пошли против меня. Злость копилась во мне, преумножалась, но я не знал, что мне делать. Шли годы, я вынашивал план мести. И в один момент я узнал об Александре и Алексее. Это были дети Регины и её мента. Со старшим сыном родители не ладили. Он совершенно был на них не похож характером. И в какой-то момент он напомнил мне меня самого. Тогда я вдруг понял, что мне необходимо заставить его пойти по темной дорожке! И окольными путями я стал его искушать, подкупать, параллельно подстраивая всякие неприятности его сестре, чтобы её родители переживали. Я так увлёкся этим, что не заметил, как потерял всё влияние! Его забрала эта вшивая Мария! Я снова злился, кипел, буйствовал. Мне хотелось только одного: мести. Как помешанный я стал следить за жизнью Алексея и Саши, параллельно наблюдая за Марией. Это стало чем-то вроде маниакальной зависимости, но мне было плевать. А потом я вдруг решил настроить Марию против Регины и её мента. Именно так я и начал плести эту тонкую паутину. Год за годом, день за днём я жил мыслями о мести. И вот наконец, когда план был готов, я начал действовать. Сначала я втянул малышку Сашу в криминальную историю, затем через Алексея подставил Марию, потом сделал так, чтобы об этом узнал этот тупой мент, а дальше стал затягивать ниточки. Именно так все те, кто мне был нужен оказались в одном здании со мной, не зная, что я заготовил им дальше...       ***       Когда рассказ закончился я была уверена, что не дышу. Все это время я думала, что мне просто везет на криминальные приключения, но как оказалось все было не так просто. Вся эта история о мести казалась мне каким-то сумасшествием! Поразительно то, как он ловко всё просчитал, но ужасно то, что я в этой истории оказалась одним из главных фигур. Я сделала глубокий вдох, затем выдох. После этого бросила быстрый взгляд на своих компаньонов. Бледные лица и шок. Наверное я выглядела также сейчас. Дальше я снова перевела взгляд на Бульдога. Тот довольно улыбался, демонстрируя ряд золотых зубов. Мерзкий, противный, помешанный.. В мире не хватит эпитетов, чтобы описать то, насколько гнилой человек сейчас сидел передо мной. Хотя нет. Не человек это. Это лишь жалкая тварь, бездушный сосуд. Он был таким же уродливым как внутри, так и снаружи. Вот что с человеком делает жажда мести и власти. Ничтожество. — Самоутверждаться за счет женщины, которая тебя отвергла, это так... — я пыталась подобрать слово, но в итоге не смогла, — ничтожно, — сильно приуменьшила я то, что хотела сказать. — О нет, ты не права, — засмеялся он. — Просто ты ещё мала и не понимаешь.... Вы, женщины, всего-навсего расходный материал, машина для деторождения, — начал он, вдруг начиная злиться. — Вы не должны иметь право голоса, вы должны слышаться и восхвалять мужчин.. То что сделала твоя мать... Это было ничтожно. Она унизила меня, как мужчину, она решила, что я хуже какого-то вшивого мусора! Твой папаша... — он уже начал рычать, лицо его менялась, он походил на дикого зверя. Беспощадный, мерзкий, руки так и чесались от желания пристрелить эту падаль. Но я продолжала его внимательно слушать. — Он же был никем, в то время как я имел деньги, власть... Да я был с ней всегда рядом, а он... А он просто удачно попался ей на глаза! — он стукнул кулаком по столу, но я даже не вздрогнула, ведь ожидала такой реакции. — Ты ошибаешься, — ответила я. — Он был с ней рядом, он помог ей понять, что такое "хорошо", что такое "плохо", он помог ей выбраться из того дерьма,в которое ты её затягивал. Именно благодаря ему, ей удалось построить карьеру, да и банально стать счастливой... Моя мама множество раз рассказывала про свое знакомство с отцом мне и брату... Она говорила, что отец спас её и что она никогда не будет жалеть о том, что это случилось, — Арчибальд злился, я же усмехнулась. — Ты жалок и я совершенно не понимаю, о чём нам с тобой разговаривать. — Довольно, — вскипел он. — Ты мне надоела... Все вы мне надоели. Особенно твой мерзкий папашка... — И что ты сделаешь, а? Что? — не унималась я. — взорвешь это здание, погибнув сам? Какая жалость... Ты так многого этим добьёшься и уж точно отомстишь моей маме за все хорошее. А нет погоди, это сарказм, — я ухмыльнулась. — А она права, — вдруг поддержала меня Мария. — Ты сам угробил самого себя, Арчибальд. Ты уже не тот, кем был раньше. Ты никто, Фома, пора это признать. Весь этот твой план не имеет смысла... Ты просто тупой женоненавистник, только и всего. Тебе отказала девушка, а ты сразу обвинил её во всех грехах мира. Да уж, вот так поступок настоящего мужчины, хоть стой, хоть падай. — А я с ними согласна! — вдруг пропищала Илона. — Давай, взрывай тут всё! Хотя у тебя кишка тонка нажать на эту кнопку. Ты пытаешься казаться таким крутым, а на деле ты никто. — Заткнись... Заткнись... Все заткнитесь! — взревел Арчибальд. — Думаете я не нажму на эту кнопку?! Думаете я трус?! Вы все.... Вы никто! Я здесь главный, я власть, я мужчина, вы должны ползать в моих ногах и молить о прощении! Вы... — он вдруг вскочил, подняв пульт вверх и противно засмеялся. — Думаете я не нажму?! Думаете не нажму?! Да вы все со мной взлетите на воздух... Все! Прямо сейчас, — и он нажал кнопку.       Ничего не произошло. Самодовольная рожа Бульдога сменилась гримасой ужаса. Он вновь нажал на кнопку, но ничего не произошло. Тишина. Арчибальд стал истерично смеяться, а затем кинул пульт в стенку. Тот разлетелся, а Арчи схватился за голову. — Нет, нет, нет... — бормотал он, истерично смеясь. — О да, Арчи, — ответила Мария. — Боюсь, что тебя снова унизила одна и та же женщина, — я вопросительно взглянула на Марию, всё ещё не понимая, почему бомба не взорвалась. — Рысь сегодня здесь. И именно она обезвредила бомбу... А ты сам дал ей время на то, чтобы сделать это, рассказывая нам умилительную историю о том, как ты стал таким идиотом, — она усмехнулась, а я ошарашенно уставилась на неё. — А теперь извини, малыш, но мне надо одному человеку... Нам нужны вертолёты и машины, — она достала телефон. — Девочки, я выйду ненадолго. Саш, если что — сразу стреляй в него, Илона... — она осадила её злобным взглядом. — Даю тебе десять минут на то, чтобы исчезнуть из нашей жизни раз и навсегда. — Дважды повторять не надо... Хах... — она нервно усмехнулась. — Надеюсь мы никогда больше не увидимся, — с этими словами она выбежала из кабинета, следом ушла и Мария.       Весь этот кошмар закончился. Я не могла поверить в это. Вскоре послышался звук вертушки, сирена скорой помощи, рядом туда-сюда носились люди. А я как припадочная сновала туда-сюда, надеясь понять, что случилось. Меня отвели в машину скорой помощи, стали осматривать. Мне сказали, что я совсем слаба и что у меня понижен уровень сахара. Заставили есть шоколадку, пока медсестра обрабатывает мои царапины. Из здания выводили бандитов и запихивали их в кутузку, выносили раненых и тушили взявшийся откуда-то пожар. Все эти лица были размытые, они терялись на фоне, вместе с медсестрой, которая меня обрабатывала. Я не видела ничего, не слышала, просто находилась в какой-то прострации, даже не заметила, как покинула скорую и встала возле здания, в котором меня держали, пока вдруг заботливая рука не легла мне на плечо. Я дернулась, рефлекторно попытавшись ударить человека, но мое запястье перехватили. Я распахнула глаза и увидела маму. — Рефлексы то у тебя мамины, — усмехнулась она, отпуская мои руки. — Рада, что с тобой всё хорошо, солнышко, — она взяла мои щёчки в свои ладошки, как когда-то в детстве, и поцеловала меня в лобик.       И в этот момент я не выдержала. Я разревелась как маленькая девочка. Мне вдруг захотелось плакать, очень много плакать. Я обняла маму крепко-крепко и уткнулась ей в плечо, чувствуя как на душе безумно тяжело и паршиво. Мама обняла меня в ответ и стала гладить по спине. А я залепетала: — Мама... Мамочка.. – мои всхлипы мешали говорить, я даже была не уверена, что она меня слышит. — Я так устала от этого... Я хочу как все... Как все... Понимаешь? Как Полина с Олегом, как Ира с Максом, как Андрей с Ритой, как вы с папой.... Как нормальные люди.. Я больше не хочу... Я устала от этого, устала от всех этих неудач... Я больше не хочу, не хочу, не хочу... — Тише, тише... — шептала моя мама, от её ласкового голоса становилось легче. — Все закончилось, всё будет хорошо. Поплачь... Тебе это нужно. Ты не должна быть сильной, пусть за тебя сильным побудет Артем, а ты поплачь, — и тут меня как ошпарило, я отстранилась от мамы. — Артём... — прошептала я. – Где Артём?... — Не волнуйся, живой, только... — договорить она не успела, я уже неслась к скорым, расталкивая людей.       Я нигде не могла его найти. Нигде. Он словно испарился. Я заглянула в каждую скорую. Его нигде не было. Меня кто-то окликал, я врезалась в людей, но я так его и не могла найти. Я уже готова была биться в истерике, как вдруг увидела его. Мы сразу встретились взглядами. Я разучилась дышать и замерла на месте как вкопанная. Он вышел из здания, придерживая рукой собственный бок и прихрамывая на одну ногу, и тоже замер. Ладонь, что прижимала живот, была в крови, в другой был пистолет. Сердце моё сжалось. Он был ранен. Я кинулась к нему навстречу. Он выронил пистолет и тоже захромал по ступенькам быстрее. Когда мы встретились, я снова плакала. Он сгреб меня в охапку одной рукой. Я стала брыкаться, говоря, что ему надо срочно в скорую, а он ничего не говорил, только держал меня крепко-крепко, будто это я при смерти, а не он, и не хотел отпускать. Мы стояли так долго, я уже перестала брыкаться, стала просто плакать и шептать всякие гадости в его адрес, потому что этот идиот игнорировал все, что я говорю. Потом я тоже замолчала и стала бесшумно плакать. Потом я почувствовала, что небо прижимает, меня к земле, а потом вдруг поняла, что это не небо, это Артем уже не мог стоять на ногах и падал на меня, придавливая всем своим весом. — Идиот, я же говорила! — сказала я и обхватив его поудобнее, стала вести в сторону скорой. — Ну почему ты такой упрямый... — Потому что я люблю тебя.. И очень испугался... — наконец-то заговорил он. — Не подлизывайся, козёл... Ты мне ещё свадьбу должен, троих детей, загородный дом и дерево... — бормотала я первое, что сделала с языка. — Не вздумай умирать, слышишь?! Я кому мозг выносить должна? Даже не вздумай... Мы уже пришли...       Я передала его в руки скорой. Его временно стали приводить в чувство. Я мешалась, поэтому отошла в сторону. В этот момент на глаза мне попался Алексей. Его вели в кутузку, он совершенно не сопротивлялся, да и его особо не держали, он шел сам, даже без наручников. Я, недолго думая, вытерла слёзы и пошла к ним. — Эй! — окликнула я полицейских. — Это мой брат... Можно я с ним поговорю?       Служивые переглянулись и бросили на меня сочувственный взгляд. Кажется они что-то да знали о том, кто я, а кто он, но сейчас меня это не волновало. — У вас пять минут, если что мы рядом, — сказал один из них и они ушли. — Спасибо, — бросила я им вслед, затем повернулась к Лешке.       Как же быстро летит время. Ещё вчера мы вместе играли в догонялки во дворе, а сегодня он уже тот, кого я люблю и ненавижу больше всего на свете. Он стал совершенно другим, я сомневалась в том, что это вообще Алексей. Это был преступник, жалкий, бездушный... Он уже не был моим братом, как бы не было трудно это принять. Я сделала глубокий вдох и выдох. — И о чем же ты хотела поговорить, сестра? — спросил он без упрека и насмешек. — Не знаю, — ответила я. — Просто... Просто не могу понять. Зачем? Зачем Алексей? Ты все время твердил, что делал это из зависти, пытаясь доказать всем, что ты лучше меня... Но на самом деле... На самом деле причина же другая, да? Это не ты... Это Арчибальд тебя задурил. Это он... Ты не мог быть таким, не мог... Ты хороший, где-то в глубине души, ведь так? — я стала вглядываться в его глаза. — Прошу, скажи, что я права... Скажи, что это все он... Что это не ты...       Он вдруг изменился в лице, стал похож на моего брата, того самого старшего брата, с которым я когда-то играла во дворе. Алексей вдруг обнял меня. Моё сердце сжалось в который раз за этот день. Я обняла его в ответ. Он молчал, я тоже. Плакать я больше не хотела. Через некоторое время он отстранился и вдруг сказал: — Прости, сестра... — Я прощаю, — залепетала я. — Прощаю, Леш... За все прощаю... — Нет, не за это Саш, — я в недоумении уставилась на него, он вдруг противно усмехнулся. — Прости за то, что не подарил тебе подарок на день рождения... Придётся импровизировать... Подарю тебе твоего ненаглядного, — я не успела ничего сообразить, он поднял руку и я увидела его Heckler, который я в этой суматохе сунула к себе в карман и видимо не заметила, как он вытащил его во время объятий, а потом раздался выстрел. — Нет! НЕТ! — вдруг закричал он, а его самого схватили служивые. Я повернулась туда, куда он выстрелил.       Мария упала на землю. Пуля попала точно в сердце. За ней оказался Артём, которого она закрыла собой. А дальше я вдруг упала в обморок...       ***       На следующий день я сидела у койки Артема. Марию спасти не удалось. Пуля угодила в сердце, она умерла так быстро, что уже на месте было понятно, что она труп, так что вместо скорой, её унесли в труповозку. Мориарти закрыла собой Артёма. Она спасла ему жизнь, пожертвовав собой и я чувствовала себя в долгу перед ней. Именно поэтому тем же днём, вместе с дядей Игорем мы отвезли её дочь туда, куда она хотела. Танечка оказалась очень милой девочкой, она была очень похожа на свою маму. Мы не знали, как сказать ей о произошедшем, но она все поняла по нашим лицам. — Мама всё-таки не шутила, — сказала она, словно это было что-то обыденное, а затем заплакала.       Она не плакала долго и спокойно доверилась нам. Всю дорогу до подруги Марии она расспрашивала нас о всяком, о чем обычно спрашивают дети. Иногда она прерывалась, например когда гувернантка француженка говорила, что пора подышать кислородом, или же когда снова возвращалась к мысли, что мамы больше нет. Во втором случае она всегда прижималась ко мне, крепко-крепко обнимая, и просила меня пообещать, что я буду её навещать. Я ей поклялась, что мы с Артемом, Турбо и его байкерами приедем к ней на следующее день рождения. На это мы вряд ли бы попали, из-за всей суматохи, которая намечалась, но вот на следующее должны были. Танечка согласилась и теперь диктовала список возможных подарков, каждый пункт я записывала себе в заметки, решив, что мы с ребятами обязательно подарим ей всё из этого списка. Прощаясь с Танечкой, я оставила ей свой номер телефона, а она взяла с меня ещё одно обещание: поцеловать Артема вместо неё. Это обещание я пообещала выполнить обязательно. Правда сейчас мне хотелось его прибить, а не поцеловать, но не важно.       Потом Артем очнулся, я рассказала ему про Марию. Он резко побледнел и сказал, что хочет спать, но я вдруг кое-что поняла: он что-то мне не договаривал. Я не стала допрашивать его сейчас. Я лишь была рядом и старалась успокоить его. Теперь у нас все будет хорошо... Ведь так? У нас все наладится. Я буду работать, Артем тоже, мы вместе вылечим раны друг друга, а потом умрем в счастливой старости. С внуками или нет, не важно, главное, что я хочу провести с этим придурком всю свою оставшуюся жизнь. Мама его одобряет, папа тоже, брат... Он больше не член нашей семьи. Мои друзья? Да они все определённо за, особенно Полина, которая уже ждет не дождётся, когда мы уже с Артёмом выступим в роли свидетелей на её свадьбе с Олегом. Сколько они её уже откладывают? Явно долго. Так что мы с Артемом обязательно должны оклематься и вклиниться в нормальную жизнь. Она же у нас будет нормальной... Будет же да?       Не будет.       Это я поняла, как только 1 декабря открыла дверь в его палату. Там было пусто, вещей не было. На тумбочке лежали ключи и обручальное кольцо. Ни записки, ни сообщения. Артема тоже не было.       Пиздец.