Глава 29

Четверг, 15 декабря - время 11:00. Ацу как - то рассказала, что раньше Широганэ Эйджи входил в состав национальной сборной по баскетболу Японии, находясь плечом к плечу с легендами этого спорта. Более того, недавно мне показали фотографию нашего тренера в юном возрасте: на нем красовалась майка с ярко выраженным четвертым номером, что указывало на его роль капитана. — Что думаешь насчет защиты? — Широганэ изучал игровую платформу по моим кратким записям. — Их игроки двигаются быстро и расчитывают на скоростную игру. — Защита зоны неплохой вариант, но мне кажется лучше распределить игроков для персонализации. — ответила я, вспоминая просмотренные матчи той школы. Все его эмоции чаще всего были одинаковые, поэтому догадаться, о чем он думал казалось практически невозможно. Порой хотелось взорваться от еще одной ходячей глыбы льда. Всматриваясь в его малоэмоциональное лицо, в голове появилась мысль, что за последнее время он довольно - таки сильно устал. — Ты права, это закроет им перепасовку, но к сожалению откроет наше кольцо. — на этом тренер закончил расстановку и занялся входящими звонками. Грядущий матч предвещал сильного соперника, а значит расслабляться нам было нельзя. Сугинами довольно сильная школа и ее многолетний опыт в спорте мог стать для всех серьезной проблемой. Однако, от одного только вида ракузановских монстров вся живность в радиусе нескольких километров продрагивала. — Выходи, ты в игре. — тренеру все же пришлось задействовать Акаши в оставшихся двух таймах для отрыва очков. Несмотря на изначальную стратегию и быструю смену планов, капитан, в принципе как и всегда, сделал все на высшем уровне без лишних движений и ошибок, заставив трибуны визжать от невероятно профессиональных маневров. Будь на его месте Кисе Рëта, то тот уже махал бы руками и улыбался в камеру, но Акаши Сейджуро было абсолютно все равно на происходящее, словно отстранил себя от всего и поставил огромную кирпичную стену от социума. Этого парня действительно волновала только победа и ничего более.

Старшая Ракузан VS Старшая Сугинами

После игры нам с капитаном команды дали задание заказать обед на первом этаже. Путь туда сопровождался полной тишиной, преодолевая один шаг за другим. После поворота нас встретили металлические изголовья лифта с бегущими по экрану цифрами. Закрыв глаза внутри тесного маленького помещения, пол внезапно содрогнулся. От резкой остановки ноги подкосились, спина влетела в поручень и уперлась об стену, пробив позвоночник ноющей болью так, что нервным окончаниям пробежал ток до самой крайней точки копчика. — Что это было?! — вскрикнула я, но на мое несчастье, еще и свет погас. — Успокойся. — Акаши достал свой телефон и включил на нем фонарик, читая прикрепленную к стене инструкцию. Вызвав помощь, мы сидели уже более десяти минут без какого - либо выхода наружу. Время шло медленно, а замкнутое пространство постепенно поглощало разум. Тема для разговора не шла, и тишина разъедала изнутри. Как и волнение, которое накрывало с головой, отпуская нас в самый темный омут какого - то неприятного разочарования. Единственное, что сейчас спасало ситуацию, так это тусклый свет фонарика, навивая ассоциацию с выходом из этой засасывающей пучины. Лифт ловко огородил нас от внешнего шума и казалось, образовал откровенную обстановку для беседы. Только вместо нее повисло молчание, и ощутилась тяжесть в воздухе с чувством пустоты в груди. — Что нам теперь делать? — спросила я, облакотившись на одну из стен. — Ждать. — ответил капитан, оставаясь в полном спокойствии. Время от времени у меня перехватывало дыхание и от недостатка кислорода в легких слегка закружилась голова. Мое сердце все никак не хотело успокаиваться рядом с ним и пропускало один удар за другим, словно хотело вырваться наружу. Оно билось настолько учащенно, что раздавалось эхом в каждом уголку лифта. — Тебе плохо что - ли? — раздалось из темноты. Стоя неподвижно, глаз немного передернуло от такого тупого вопроса. Гнев застал меня в расплох, неужели он настолько скуп на эмоции, что действительно не понимает в чем моя проблема? Внезапно, движение восстановилось по ранее намеченному маршруту и лифт стал спускаться на первый этаж. Вспомнив о своем внешнем виде, у меня появилось желание провалиться сквозь землю. Лицо залилось красным цветом, смешав в себе злость от его недогадливости и чувства, которые не хотели покидать меня с момента нашей первой с ним встречи. Чувства, которые в последнее время стали бременем и главной причиной моего беспокойства. — Все живы? — дверь открылась с неким скрипом, а за ней появились очертания работника комплекса. Снаружи нас ждали взволнованные ребята в немного потрепанном от бега виде. Мне в голову не пришло ничего лучше, чем мысль поскорее спрятаться от этой толпы. Нервная система дала сбой, тело двинулось и ноги понесли меня туда, куда глаза глядят. Пробегая мимо нескончаемого количество дверей, конечной моей остановкой стала крыша. Расслабиться я смогла только в безлюдном месте, наедине с самой собой. Глубокий вдох. Можно же все сделать гораздо и гораздо проще, но почему же с ним все так сложно! Он действительно ничего ко мне не чувствует? И не понимает, что к нему чувствую я? Или просто прикидывается? Как же было невыносимо из - за стольких недосказанностей между нами! Глубокий выдох. Поток свежего воздуха привел меня в чувства и успокоил дыхание. Мама всегда говорила, что тишина порой просто необходима человеку. Это такое особое состояние души, которое дает время для раздумий и возможность упорядочить свои мысли, а к шуму обычно стремятся те, кто устал и пытается сбежать от самого себя.