Такой себе шпионаж

Картина вырисовывалась крайне неблагопристойной. Орлеанским было ясно: "Никто из прибывших иностранных послов не должен был увидеть советника по иностранным делам в таком виде!" Рене с Филиппом, переглянувшись, (да, волосы его были всё ещё вплетены в растрепавшиеся колоски, придававшие его виду слегка инфантильное выражение, но лишь слегка). Мысли Рене всё ещё были далеко: где-то под балдахином, где месье, дразня, обнажал свои аристократично бледные стройные ноги, оставляя простор для фантазии, затем сам томно обнажал супругу, вызывая ещё больший трепет и головокружение. Но казус с Гуго заставлял вернуться в эту пресную реальность, испытывая терпение герцогини, заставляя ждать момента, когда эти ноги, руки, наконец весь он овладеет ею. И перспективы эти выглядели далёкими. Советник старчески постанывал и бормотал себе под нос, пока чета приближалась. Его уязвимость сейчас могла сыграть им на руку в будущем, не важно насколько далёком. Дело было не в альтруизме, шанс заполучить Гуго упускать было нельзя. Почти вальяжно Рене присела рядом, чтобы хотя бы обозначить своё присутствие замкнутому на себе советника. Долгим оценивающим взглядом он осмотрел её. Видимо, решив, что они здесь одни. После протянул емкость со спиртным. - Было бы невежливо не предложить вам присоединиться - тон и жест Гуго выглядели хамскими даже для него - Простите - принц вступил в диалог, чем Вызвал сконфуженную эмоцию Гуго - А, и вы здесь - он усмехнулся - хотя...можете присоединиться, опыт в этом у вас имеется...- тут он почти неуместно громко хихикал Сказать, что двойное хамство заставило взять продолжительную паузу в диалоге - не сказать ничего, но потом принц прыснул вырвавшимся смешком. - Боюсь вас огорчить, всё-таки я более разборчив, чем вам могло показаться - принц сел по другую сторону он него, чем привлёк большее внимание советника - в прочем - он кокетливо провёл ему по коленке - если бы вы посвятили нас в причины своей печали, мы стали бы ближе - Филипп исподлобья заглянул в глаза советника - и я мог бы подумать над вашим предложением... Рене внутри себя молилась, что он шутит. Принц надеялся, что Гуго откажется. Но похоже шутка возымела эффект. Гуго брезгливо скинул его ладонь, но нахмурив брови на чём-то сосредоточился. - Принц, не стоит распускать руки, всё-таки я человек женатый...- Рене через плечо состроила принцу подозревающее лицо, принц подыграл, сверкнув улыбкой, обнажившей его зубы. Спустя продолжительную паузу Гуго продолжил - в том-то и дело, что произошло ничего, разве что - он выдержал паузу - насколько вы знаете, у нас проходила конференция, посетили её люди и из Германии, и Испании и Англии, и стоило мне обсудить наедине с англичанином вопросы религии - он в отчаянном не понимании вскинул руки, после посмотрел в глаза девушки - ну правда, только Бога...- он перешёл на шепот - Людовик начал подозревать меня. Я пытался объяснить, он не верит. Наверняка ещё незатянувшиеся шрамы Фронды дают о себе знать. Но это вся моя жизнь, понимаете, работа, семья. После он бормотал уже про себя. Теперь стало понятно, почему так просто было вывести Гуго на откровение: Он уже решил, что ему терять ему нечего или же рассчитывал, что Орлеанские смогут помочь. Упомянутые же пребывали в растерянности. «…» Необходимость в хотя бы избавить советника от лишних глаз была очевидной, но для этого пришлось бы его успокоить - мы сделаем всё, что в наших силах, а теперь проследуем в ваши покои Конечно, на данный момент, как ему помочь, ни Рене, ни Филипп не имели ни малейшего понимания. Свечи не зажигали. Последние лучи солнца еле попадало на балдахин и людей под ним. - Хаа-хмгм, Фил, я больше не выдержу - измученный стон паровым облаком поднялся над парой. Филипп остановил движения тела. - Когда вы утверждали, что возместите моральный ущерб за своё творческое проявление на моих волосах, я подумывал, что хватит вас на подольше...- принц усмехнулся, переместился вбок от супруги и начал медленно оглаживать её руки и бёдра - вы в порядке? - Да - распылавшая от возбуждения Рене положила ладони на лицо - я видимо слишком долго думала, представляла и...перевозбудилась - Ничего...смотреть на вас такую - он выделил последнее слово - для меня также ни с чем не сравнимое удовольствие. Рене, закатив глаза, прикрылась подушкой. Филипп не уходил. Одним глазком из-за подушки подглядела: принц в кокетливой позе, полностью раскрытый миру подобно "Рождению Венеры" Александра Кабанеля, недоступнее сейчас любого из Божеств, не сводил глаз с супруги. Сощурившись, Рене откинула в него подушку, сигнализируя ему прикрыться. - Месье, молю вас, если вы не покинете ложу, мы застрянем в этом положении надолго. Глаза Филиппа расширились, но он понял. Нахмурившись, он поднялся над кроватью, слез с её фронтовой части и, показательно покачивая бёдрами проследовал к зеркалу. Рене улыбнулась и перевернулась на бок. Филипп, облокотившись на туалетный столик, разглядывал своё отражение: всё так же худ, с годами очертились круги под глазами от недосыпа и появившейся появившейся в последние годы его жизни упорной работы. "Что можно сделать с Гуго?" - принц не любил иметь на руках не разыгранных карт. Как минимум, потому что "карты" эти попадали ему в руки достаточно редко, как максимум, сейчас ему нельзя было ничего упускать из виду. На кону стояло слишком многое. В напряжении взлохматив волосы, Филипп отвернулся от зеркала. В темноте комнаты блестел серебряный поднос с недопитым чаем, который служанка должна будет унести с минуты на минуту. Филипп замер. - Рене - раздалось в комнате полушёпотом - Да? - явно успокоившаяся Рене спросила, выбравшись из подушек - Как думаете, у нас есть возможность рисковать? - Рене не понимала, к чему он клонит - Мы сейчас не то, чтобы в надёжном положении, но и потерять... - Если всё пройдёт по плану, мы сможем даже укрепить его - У вас уже есть план?...и что за "если", Филипп, выкладывайте. ...