Часть 1

      — Запомни, делай что угодно, но не выдай себя. Что бы ни происходило. Понимаешь? Старик не должен ни о чём догадаться, — сказал Скотту Питер.       Это было три дня назад, и все три дня Скотт крутил чужую фразу в голове, снова и снова вспоминая тот странный разговор.       — Что, если не получится?       — Получится. Никто не пострадает. Ты мне веришь?       Тогда Скотт, не задумываясь, кивнул. Но всё оставшееся время его мучили сомнения. План Питера был предельно ясен. Альфа объяснил Скотту, зачем попросил подменить таблетки тогда, в участке, объяснил, что делать и чего ожидать. Но Скотту всё равно было страшно.       Больше всего пугала неизвестность: после того, как Джексон перестал быть канимой и теперь был заперт в больнице под присмотром родителей, следующие шаги Джерарда Питер мог предугадать лишь примерно. Когда же Арджент начнёт действовать, тоже было неясно. Поэтому Скотт даже жалел, что Питер объяснил ему всё на следующий же день после спасения Джексона. Он уже четвёртые сутки изводил себя, а Джерард нападать не спешил. Вот о чём Скотт совершенно не жалел, так это о том, что рассказал Питеру про угрозы и требования Джерарда месяц назад. Без этого всё бы точно уже давно разрушилось.       Что самое отвратительное, поговорить об этом ни с кем, кроме Питера, было нельзя — раскрывать детали плана он запретил категорически, и Скотт на этот раз послушался, потому что дело было слишком важным. Пару дней он порывался рассказать Стайлзу, но каждый раз себя останавливал. Подвергать друга и всю задумку Питера опасности очень не хотелось.       — А мама знает? — спросил он у альфы. Они только приехали с тренировки и даже ещё не выбрались из машины. Скотт машинально заметил, что дома горит слишком много света для одной мамы, но потом вспомнил, что она утром хотела позвать на ужин Дерека и ребят. На другом конце улицы ожидаемо обнаружились джип Стайлза и Камаро, которые с трудом можно было разглядеть сквозь стену дождя.       — Частично, — уклончиво ответил Питер, тоже как-то странно разглядывая окна. Скотт вслушался в подозрительное для множества сердцебиений затишье. Похоже, в доме все молчали. — Пойдём-ка.       Скотт напряжённо покосился на альфу, но говорить ничего не стал. Они вышли из машины и направились к двери.       — Мам, мы пришли! — сообщил Скотт. Сердцебиений явно было больше, чем нужно, а запах чужого страха уже щекотал ноздри, но он должен был дойти до конца. «Не выдавай себя». — Мам?       — Что-то вы слишком тихие сегодня… — спокойно начал Питер, шагнув в дом. Через секунду раздался звук, похожий на свист стрелы, и мужчина крепко схватил идущего прямо за ним Скотта за руку. Хватка его быстро ослабла, и он рухнул с крыльца на мокрую траву.       Скотт почувствовал знакомый приторный запах яда канимы до того, как успел испугаться. Правда, торчащий из плеча Питера арбалетный болт всё равно не выглядел хорошо.       По инерции отшатнувшись в коридор, Скотт уже знал, что там увидит, но всё равно не сдержал вскрик.       — Мам!       — Если не хочешь, чтобы она пострадала, не двигайся, Скотт, — посоветовал Джерард.       Он сидел в кресле, выдвинутом из гостиной, рядом с ним расположились двое охотников. Один из них держал за шиворот Стайлза, другой приподнял за волосы мамино лицо, чтобы она могла посмотреть на Скотта. Оба сжимали в свободной руке по пистолету. Ещё трое стояли вдоль стены коридора.       Ровно в той же позе, в которой лежал на спине рядом со Скоттом Питер, в гостиной обнаружились Дерек и Кора. Айзек, Эрика и Бойд, связанные у лестницы и заметно напуганные, переводили полные отчаяния взгляды со Скотта на Джерарда и обратно.       Один из охотников вдавил дуло пистолета в уже почти заживший синяк на щеке Стайлза, и друг зашипел сквозь зубы.       — Стайлз, спокойно, — процедил Питер. Он не мог шевелиться, но мог говорить. А ещё, к счастью, мог видеть, что происходит, хотя бы частично. Перехватив взгляд Скотта, он медленно внятно повторил: — Спокойно. Всё будет в порядке, он вас не тронет.       Скотт заставил себя снова посмотреть на явно довольного ситуацией Джерарда.       — Уверен, ты прав, — охотно согласился тот и медленно поднялся. — Лишить меня Джексона было хорошим ходом, Питер. Но он был не единственным козырем в рукаве. Знаю, Скотт, ты быстрый, но поверь, они тоже, — улыбка старика была похожа на оскал уже сейчас, хотя он ещё даже не получил свой желанный укус. Скотт на самом деле и не собирался ничего предпринимать, но страха своего скрыть даже не пытался. Эти уроды могли что-то сделать со Стайлзом или мамой, просто чтобы припугнуть. Пусть не убить, но навредить. — Они выстрелят быстрее, чем ты успеешь хоть что-то сделать, — подтвердил его мысли Джерард, явно упиваясь зрелищем. — Мистер Стилински, — он обернулся к Стайлзу, — я знаю, ваш отец начал расследование насчёт меня. Рассчитываете, что это поможет ему удержаться в должности? Дело было бы действительно громким, похищение детей — тяжёлое деяние. Жаль, доказательств нет.       «Молчи, молчи, Стайлз», — умолял про себя Скотт, но голос внезапно подал Питер.       — Есть свидетели.       Потребовалось слишком много усилий, чтобы не уставиться удивлённо на него. По спине вместе с холодными каплями дождя стекали ручейки пота. Скотт изобразил самое растерянное выражение лица, какое мог, и смотрел с отчаянием побитого пса. Его образ был не далёк от правды, парень и правда чувствовал себя примерно так, как сейчас изображал.       — Два подростка? — покачал головой Джерард. И Питер вдруг зачем-то сказал:       — Твой сын и его жена. Да и внучка, думаю, не откажется выступить.       Джерард выглядел удивлённым. Но не настолько, чтобы это стало преимуществом. Скорее новая информация его… Позабавила?       — Правда? — от чужой кривой улыбки стало тошно. — Какое огорчение будет, если они согласятся дать показания. Впрочем, это уже не важно, ведь вас, — Джерард снова обернулся к заложникам, — мистер Стилински, я планирую забрать с собой в качестве подстраховки. Ваш отец ведь на многое будет готов ради вашей безопасности. А вас, Мелисса, я сразу же отпущу, не переживайте. Вы будете свободны, как только мистер Хейл выполнит мою просьбу.       — Питер, сделай, что он хочет! — истерично выкрикнула мама.       Её тело била крупная дрожь, но Скотт с удивлением понял, что на самом деле она не боится. Они встретились взглядами лишь на секунду, но этого хватило, чтобы понять: мама в порядке. И всё отлично знает.       — Когда такая красивая женщина просит, тяжело отказать, верно? — осклабился охотник, прижав пистолет к её шее. И Питер вполне серьёзно, без притворства, прорычал:       — Не трогай.       Джерард приблизился к порогу, не обращая никакого внимания на Скотта — был уверен, что тот ничего не предпримет. А может, даже верил в их последнюю «договорённость» у больницы. Скотт ведь тогда пообещал, что выполнит его условие в обмен на безопасность мамы.       — Ты наверняка уже догадался, что мне от тебя нужно, — старик наклонился над Питером и, покосившись сначала на Мелиссу, а потом на Скотта, медленно закатал рукав рубашки. — Всего один укус, и она будет свободна.       — Я не согласен, — прорычал Питер.       Даже обездвиженный ядом и лежащий без возможности защитить себя, он каким-то образом умудрялся выглядеть достаточно грозно.       На месте Джерарда Скотт бы напрягся, но старик, тяжело вздохнув, с напускной печалью предложил:       — Скотт, может, ты убедишь его?       Дождь заливал лицо, вся одежда уже была мокрой. Скотт, сжав челюсти, заставил себя взглянуть Джерарду прямо в глаза.       — Укус — это подарок! — рявкнул Питер громче. — И ты его не заслуживаешь!       Джерард с заметным неодобрением выпрямился.       — Может и так. Но посмотри на своего бету, Питер. Ощущаешь это бессилие?       — Бессилие? — глаза Питера сверкнули алым. Скотт чувствовал запах его злости, и это вряд ли можно было сыграть. Питер и правда злился.       — Если он не сделает этого, я убью маму и Стайлза, Скотт. А если он попытается навредить мне, я заберу их обоих с собой! — поторопил Джерард, подавив приступ кашля. Ему сырой воздух тоже явно не шёл на пользу, но он хотя бы был под козырьком дома, и дождь не хлестал по нему со всех сторон.       Скотт безумно хотел посмотреть на Питера и удостовериться, что он всё делает правильно. Но он должен был оглянуться на маму, и он это сделал. Дерек, который видел его лучше других, зарычал даже раньше, чем Скотт успел сделать первый шаг к Питеру:       — Нет!       — Скотт, нет! — тут же вскрикнула Кора.       Питер с яростью в голосе прошипел:       — Ты не соображаешь, что творишь!       Но Скотт перебил:       — Я знаю.       И Джерард издал довольный смешок, медленно шагнув на улицу.       Скотт по раскисшей траве приблизился к альфе и присел рядом с ним. Питер зарычал, глаза его горели, но Скотт не обратил на это внимание. Он сжал влажными пальцами чужую челюсть — Питер сам научил его этому — и заставил мужчину выпустить клыки.       Джерард наклонился и, когда Скотт запрокинул голову альфы, вдавил предплечье прямо в чужие оскаленные зубы. От боли Питер рефлекторно сжал челюсти. По тонкой, как пергамент, коже, потекла кровь. Она заливалась Питеру в рот, смешиваясь с дождём, и он принялся с рычанием отплёвываться тут же, как только Скотт и Джерард его отпустили.       — Славно, — протянул старик, почти завороженно разглядывая неаккуратный укус. Глаза его стали совершенно безумными. — Что ж, Скотт, я сдержу обещание… Отпустите женщину.       Охотники с сомнением переглянулись, а потом тот, что держал маму, оттолкнул её на пол.       — Мам! — Скотт бросился к ней, уже не обращая внимания, как Джерард продолжает:       — А вот мистер Стилински составит мне компанию, чтобы… — тут голос его сорвался. — Что это? — выкрикнул вдруг он, встряхнув рукой. И все увидели, что из раны течёт что-то чёрное, совсем не напоминающее кровь.       Через секунду Скотт метнулся к бетам и сорвал когтями отвратно пахнущие аконитом верёвки. Может, Джерард и утверждал, что охотники были быстрее, но трое из них даже не успели достать свои пистолеты, а того, что держал Стайлза, Скотт успел отшвырнуть в противоположную стену раньше, чем ошарашенный происходящим мужчина спустил курок.       Эрика, Айзек и Бойд расправились с оставшейся четвёркой меньше, чем за несколько секунд — похоже, мужчины были слишком впечатлены провалом Арджента и чёрной кровью из его руки, что не успели ничего сделать против троих не слишком-то хорошо подготовленных бет. Как только последний охотник упал на пол, Эрика тут же бросилась к Дереку и Коре, а Айзек оттащил в сторону ничего не понимающего Стайлза.       Джерард на крах своей банды никак не отреагировал — он был слишком занят, чтобы заметить, что остался один против целой стаи оборотней.       — Что ты сделал?! — взвыл он, обернувшись к Питеру. Тот, до этого лишь слабо шевелящий на пробу конечностями, медленно, с заметным усилием приподнялся и вытащил из плеча стрелу. Скотт заслонил собой маму, но они сидели прямо перед дверью и всё равно отлично видели происходящее на улице. Видели, как Питер поднимается, медленно растягивая губы в кривой ухмылке, которая могла бы посоперничать с гримасой самого Джерарда.       — Хотел настроить моего бету против меня? — алые глаза ярко горели, и их блеск отражался в каплях дождя. — Хотел стать оборотнем? Ты им стал. Но не забывай, у нас тоже есть свои слабости.       — Рябина! — выдохнул Джерард, а потом, что-то для себя поняв, бешеными глазами взглянул на Скотта.       — Я подменил ваши таблетки в участке, — признался тот, медленно отводя маму подальше. Джерард шагнул было к ним, но зашатался и упал на колени. Питер, с которого ручьями стекала вода, медленно поднялся в дом и теперь возвышался прямо над стариком. Тот словно в бреду забормотал, лихорадочно оглядываясь:       — Вы всё равно будете мертвы. Мои дети закончат войну за меня, даже если я погибну здесь!       Изо рта его вдруг выплеснулась чёрная жижа, и мама вскрикнула.       — Не уверен, что это так, — протянул Питер.       — Что? — прохрипел Джерард, ухватившись за горло. — Нет!       Выводов его Питер ждать не стал, как и произносить обличающие речи. Когда старик, захлёбываясь липкой чернотой, рухнул на пол, он встал над ним и, коротко взмахнув когтями, вспорол ему живот. Раздался чудовищный треск, Скотт услышал, как ломаются рёбра.       Изо рта Джерарда выплеснулось ещё немного жидкости, а потом он обмяк и затих. Он был мёртв.       Питер медленно выпрямился и, окинув коридор мрачным взглядом потухших глаз, тихо произнёс:       — На сегодня достаточно, детки.       Несколько секунд ничего не происходило. А потом Стайлз, выругавшись, со стоном сполз по стене.       Мама обняла Скотта и прижала к себе, Айзек и Бойд помогли Эрике усадить еле шевелящихся Дерека и Кору к стене, а Питер, вытащив из кармана куртки платок, принялся брезгливо отирать сначала губы, а потом руку. Охотники лежали неподвижно, но были живы, а вот Джерард таким похвастаться не мог. Было слышно только, как тихо-тихо капает чёрная мерзость из его рта на паркет. Вокруг тела расплывалось пятно.       — Сыграно превосходно, Скотт, я был до последнего уверен, что ты проколешься, — снизошёл до похвалы Питер.       — Если честно, я тоже, — признался Скотт, и мама крепче прижала его голову к своему плечу, обхватывая дрожащими руками. Они сидели на полу слишком близко к Джерарду, и чёрное нечто грозилось вот-вот дотечь до них, настолько его было много.       — Мы всерьёз поверили! — зарычала Кора так громко, что почти задребезжали стёкла. — Вы двое сошли с ума!       Питер на это только развёл руками.       — Прости, принцесса, всё должно было выглядеть естественно, иначе Джерард заподозрил бы подвох.       — Я тебя ненавижу, — выдохнула Кора, кое-как поднимаясь на ноги. — А ты!.. — она сверкнула на Скотта жёлтыми глазами, но её взгляд всё же не был таким уничтожающим, как взгляды Стайлза и Дерека.       — Простите, он запретил мне говорить, — поспешно стал оправдываться Скотт, потому что беты подозрительно стали обступать его со всех сторон. — И от меня он тоже скрывал большую часть, я даже про договор с Арджентами узнал от Эллисон, а не от него!       — Какой договор?! — всё же хорошо, что Стайлз не стал оборотнем. — Да я чуть от страха не умер! А вы знали? — он возмущённо уставился на маму.       — Только часть про таблетки с рябиной, — пробормотала та и указала на тело и чёрную лужу на полу. — Я даже понять ничего не успела.       — Кора… — виновато потянулся к девушке Скотт, но Кора предупреждающе выставила перед ним ладонь.       — Я с тобой не разговариваю! — заявила вполне серьёзно. Скотт перевёл глаза на Стайлза, и тот мстительно поддержал:       — А знаешь, вообще-то я тоже. И это мой лучший друг!       — Простите! — воскликнул Скотт, беспомощно оглянувшись на Питера. Того происходящее явно развеселило. — Дерек?       Старший бета скрестил руки на груди и смотрел настолько недовольно, что Скотт чуть не покраснел под этим укоризненным взглядом. Но, к его удивлению, Дерек всё же кивнул:       — Ладно. Но только потому что я знаю Питера и его любовь к интригам. А вот с тобой я не разговариваю, — сообщил он, указав на дядю.       Питер приподнял брови в немом «Серьёзно?», а Скотт искренне выдохнул:       — Спасибо, — и покосился на Айзека, Эрику и Бойда, но те пока что не спешили закидывать его гнилыми помидорами. — Я правда не мог сказать! А вдруг вы бы нас выдали?       — Ты что, нам не доверяешь? — вызверилась Кора, и Скотт, воспользовавшись тем, чему уже успел научиться у альфы, мгновенно уцепился и перевёл стрелки:       — Это Питер вам не доверяет!       Питер не повёл и бровью.       — Именно так, с чего бы мне доверять такое подросткам? Если бы я мог, я бы и Скотту ничего не рассказал.       В конце концов Кора всё же немного смягчилась. Подпустила Скотта к себе, но больно стукнула кулаком в плечо, обвинив:       — Вы нас ужасно напугали.       Тут до Скотта дошло, и он, с трудом сдерживая улыбку, огляделся и уточнил:       — Эй, а вы, получается, правда поверили, что я предаю Питера?       Кора поджала губы, Дерек просто продолжал сердито смотреть на них, а Эрика вдруг хихикнула — наверное, сказывалось нервное напряжение.       — Ты был убедителен, поздравляю, — усмехнулся Питер, окинув его одобрительным взглядом. — Может, из тебя и выйдет толк.       — Ты решил вырастить из него второго себя? — упрекнул Дерек, но Скотт чувствовал, что на самом деле он уже не злится. Питер, закатив глаза, поправил:       — Не выйдет, он слишком добрый и честный. А вот второго тебя — возможно, — Кора громко фыркнула, и Питер, чуть улыбнувшись, велел ей: — Позвони Девкалиону, принцесса, обрадуй его первым. И скажи, что нам нужна помощь с телом и с охотниками, я отказываюсь сейчас этим заниматься.       Мама тоже явно имела кое-что против лежащих в коридоре тел, судя по её сморщившемуся носу. О том, что Питер только что на их глазах убил человека, все, видимо, предпочитали не вспоминать.       Пока Кора набирала номер, мужчина прислонился к стене и, окинув беспорядок и потрёпанных бет усталым взглядом, тихо произнёс:       — Всё закончилось, дети. Мы победили.