Часть 9

Вечером они спокойно добрались до дома Арефьевой. Уже тускло светили фонари, тени от деревьев создавали особый шарм. Для почти середины февраля на улице было довольно тепло, даже воздух казался не каким-то привычно колючим, а на редкость мягким. – Проходи, Оль. – приветливо произнёс Паша, придерживая тяжёлую подъездную дверь. Дома их встречала Эбола, мурча и ластясь к ногам. – Варежка, ты голодная, наверное? Пойдём кушать? – Руки потом помой после кошки. Сначала ужин или сборы мебели? – Инструменты всё ещё на старом месте? Оля утвердительно кивнула, быстро переоделась в домашний халат и прошла на кухню готовить ужин. Паша внимательно изучал инструкцию и через час вполне успешно собрал кроватку для малышки. – Принимай работу, Оль. – Вживую ещё лучше выглядит, только нужно чуть сдвинуть к стене, чтобы я ночью не прыгала потом по всей комнате. Есть будешь? – Не смею тебе отказывать. Ужин прошёл мирно, тихо, по-семейному: за разговорами о работе, воспоминаниями о студенческой жизни. – Поздно уже, мне пора. Спасибо, что не оставила голодным, Оль. – Паша достал телефон, чтобы вызвать такси, встал со стула. – Оставайся, завтра вместе поедем. Постель для Павла Ольга разобрала в гостиной на диване, куда позже улеглась и Эбола, а сама Арефьева, улыбаясь, ушла в спальню. На утро женщина проснулась от тянущей боли в пояснице. С кухни доносился приятный сладкий аромат тыквенно-пшённой каши, чуть слышно закипал чайник. – Доброе утро! Ты как раз вовремя, у меня почти готово всё. Боль нарастала, Оля прикусила нижнюю губу и завела руку за спину, в надежде, что лёгкий массаж поможет снять спазм. – Что-то не так? – поинтересовался Павел. – Что болит? Как давно? – Поясница болит и живот тянет. Ещё ночью побаливало, я подушку подложила, прошло, а сейчас усилилось. – Давай руку, будем завтракать, а я время засеку. – Это ещё зачем? – Потому что у кого-то схватки, Арефьева. – Несмешная шутка, Рыков. – съязвила Оля, – Ай, опять. С горем пополам Паша уговорил брюнетку позавтракать, быстро отыскал дорожную сумку с вещами, подготовил Олину одежду. – Я нашим позвонил, скоро приедут, давай пальто наденем? – Угу. А кто приедет? Через полчаса в квартире появились Костя с Раей. – Паш, Оль, вы как? Сами спуститесь? – Нормально всё, я дойду. Медленно шаг за шагом Ольга подходила к карете “скорой помощи”, Паша шёл рядом, будучи на страховке. – Мне поехать с тобой? – мягко спросил он, помогая зайти в салон автомобиля. – Не надо. Я тебе позвоню, когда всё закончится. Спустя сорок минут Арефьеву успешно передали врачам в клинике, где её довольно быстро осмотрели и отправили готовиться к родам. Следующие изнуряющие пять часов Оля помнила смутно: шум КТГ, фитбол и нестерпимая боль. – Ольга Кирилловна, сейчас нужно будет тужиться, головка уже показалась. – заключила врач после очередного осмотра. – Пить очень хочется. Пока средний медицинский персонал подавал ей воду, Оля глубоко дышала, пытаясь направить все силы в малый таз. Через пятнадцать минут мучений в родзале раздался слабоватый писк. – Девочка, 3000г, 50 см. Восемь по Апгар. – провозгласил неонатолог, заворачивая новорождённую кроху в пелёнку, пока у Ольги завершались роды. – Можно на неё посмотреть? – ослабленным голосом спросила Оля. Пунцово-сизую кроху аккуратно положили ей на грудь, а Оля тихо плакала, поглаживая дочурку. – Привет, я твоя мама. Попросив у медиков телефон, она быстро сделала фото и отправила его Паше.

– Поздравляю с дочкой. Спасибо…