Глава 15

      Прогремел утренний горн.       «Как же, мать его, болит спина! — встал Адриан, потягиваясь. — Сколько проспал на полу или на земле, а до сих пор привыкнуть не могу. — Широко раскрыв рот зевнул парень.       Наклонившись вправо, влево, наклонившись вперед и попытавшись достать до носочков, Адриан сымитировал утреннюю зарядку.       «Эффекта конечно ноль, но это позволит мне продержаться до умывания той ледяной водой и не уснуть.» — Подумал Адриан. Парень глянул на свою кровать. Тихий уютный кокон из одеяла и пледа чуть шевельнулся.       — Эй, доброе утро, — тихо проговорив, подошел парень, чтоб положить руку на одеяло. Легонько толкнув, Адриан убедился, что жизнь внутри этой куколки вполне себе имеет место быть. Вот только бабочка всё не спешила наружу.       — Дай еще поспать.       — Не дам. Просыпайся. Пора умываться. Как спалось?       — Ужасно. Стоп… Уже утро? Ты меня так и не разбудил?! — Мари вяло проснулась.       Потянувшись, она потерла глаза и села в кровати подтянув одеяло и плед на плечи.       — Ты очень крепко спала. Я пытался, но потом бросил. Зато я несколько раз проснулся от того, что ты говоришь во сне, — пожал парень плечами.       — Я говорила во сне… И про что?       — Я мало что разобрал… Ты перед кем-то извинялась. Похоже, что ремень на твоей голове мешает нормальному кровотоку.       — Ремень?! — Мари ощупала лоб. — Точно… Ремень.       — Не будешь его снимать?       — Нет. Не стоит… Так будет лучше.       — Может и так, Мари, но в таком виде выходить на улицу… Может найдешь чем его заменить?       — Думаешь я не искала чем? Ты меня нашел, когда я пыталась затянут лоб бинтом. Жаль, что глаз через него просвечивает.       — А почему ты не можешь его просто закрыть?       — Я сама не знаю. Просто не могу. Не поддается.       — Ну и ну. Выходит, ты не всесильна, — хихикнул Парень.       — Сам ведь прекрасно знаешь, — отвела Мари взгляд.       — Да… Настроение у тебя не самое боевое, прости.       — Это ты меня прости… Ты… Где сам спал?       — Как где? Тут.       — Со мной?       — Ну, на полу. Вот и одет сразу в спортивное, чтоб было более комфортно.       Мари молча встала с кровати, наконец-то выбравшись из своего уютного кокона. Встала девушка перед парнем и глянула ему в глаза.       — Мари, ты что…       — Почему ты мне настолько не доверяешь? Ты мог просто лечь рядом.       — Ну я…       — Я опять все испортила. Пришла к тебе домик, отняла у тебя кровать… Ты на меня злишься?       — Нет… Я сам тебя привел и…       — Что и?       — Мари… Тебе бы ну… приодеться что ли, — пытался парень отвести взгляд хоть куда-то. — Смущаешь так-то.       — Смущаю? — Адриан почувствовал, как его руку робко взяли, — меньше сомнений. — Мари положила его руку себе на щеку нежно заставив прикоснуться всего двумя пальцами. Волей случая поддавшись на такую изящную провокацию Адриан закинул прядь волос Мари за ухо и приблизился к ней:       — Я доверяю тебе как себе самому и точно знаю, что ничего неправильного не натворишь, но молю тебя, будь осторожна.       «Хоть бы поверила и сменила тему, хоть бы поверила и сменила тему…» — думал Адриан не прекращая.       — Спасибо. Твои слова греют как не знаю, что, — легко улыбнулась ему Мари и прикусила губу, — но Адриан…       — Что?       — Инициатива далеко не твоя сильная сторона, — улыбнулась Мари еще шире.       В дверь постучали, а на третий удар так и вовсе бесцеремонно вломились.       — Я что дверь не закрыл?       — Как видишь, — ответила Диана повернутая спиной и закрывающая дверь. — Не поняла, чем вы это тут заняты? — увидела Диана Адриана и Мари.       — Ну… Мы       — Вообще-то невежливо так заходить, — сказала Мари. — Вы сами знаете-ли одеты не по форме.       — Почему же? Я одета по форме, только спортивной. А вот ты… Тебе бы хоть какой-то обзавестись кроме как нижнее белье.       — Почему разговариваете вы, а стыдно мне? — сказал Адриан.       — Ладно, я тут не за этим. Мари, Адриан мне рассказал, что с тобой стряслось. Как так вышло? Это что-то серьезное?       Мари злобно зыркнула на парня, но вернула взгляд обратно.       — Я не знаю… Просто вчера открыла глаз, всё в очередной раз осмотреть, но закрыть уже не смогла как ни старалась.       — Эх, был бы тут хоть еще один навигатор… Но ты себя чувствуешь нормально?       — Вполне. Только не знаю, чем лоб закрыть.       — Придумаем. Но ремень я бы на твоем месте сняла… Выглядит очень странно, — обвела Диана голову Мари указательным пальцем.       — Я ж говорил. — Поддержал Адриан.       — Приходи в медпункт. Наложу тебе какую-то повязку, а всем скажешь, что рассекла лоб.       — Хорошо.       — Вот и отлично. А сейчас — умываться! Мне тоже надо. Чувствую себя грязной после зарядки, — улыбнулась Диана и вышла из домика снова закрыв дверь.       — Зачем ты ей рассказал?!       — А что я должен был делать? Она единственное потустороннее существо тут. К кому мне еще нужно было обратится за помощью ради пострадавшей таким необычным образом девушки?       Мари застыла от услышанного.       — Что с тобой? Плохо?       — Нет. Просто ты первый раз назвал меня своей девушкой. Приятно что-ли…       Адриан выдохнул, легко улыбнувшись.       — Умеешь ты пугать. Пойдем умываться, но повяжи на голове хотя б футболку.       — Пойдем, — улыбнулась Мари.       — Стоп!       — Что?       — В каком виде я пойду?! В таком?       — Справедливо… И что делать?       — Как что? Иди к Марго и попроси, чтоб она отдала тебе мою спортивную форму. Все равно лагерная тут, и она в ужасном состоянии. О! еще пусть отдаст зубную щетку и полотенце.       — А это будет нормально?       — Адриан, вот сейчас вообще не время сомневаться. Давай-давай, — начала толкать Мари парня к выходу, — быстрее начнешь — быстрее вернешься.       Дверь захлопнулась за спиной ошарашенного парня.       «Вот тебе и на. Теперь я еще и курьер.» — подумал Адриан начиная свой путь.       Домик Мари был достигнут за пару минут, и парень постучался в дверь.       «Что за… Такое чувство что кто-то упал за дверью» — прислушался Адриан.       — Кто там? — раздался Ритин голос.       — Адриан.       — А, подожди минутку.       — Ви, — ответил парень и не противясь силе привычки сел на ступеньку.       Дверь открылась и вышла Рита, одетая лишь в свои «пижамные вещи»       «Фига себе, ровно минута. Не зря считал.»       — Привет, Адриан. Что ты хотел?       — Да, Мари меня послала за своей спортивной формой и зубной щеткой. Можешь отдать?       — Мари?! Как она? Что с ней?       — Ночевала у меня. Наша лагерная форма вчера вымокла в дожде. Так что, — обвел парень себя рукой, — приходится довольствоваться чем есть.       — Боже, гора с плеч. Мне вчера стало аж не по себе, когда Мари всё не приходила и не приходила… Пришлось аж Васю позвать, а то одна не могла уснуть.       — Опа!       — Ой… — покраснела Рита. Адриан же давил хитрую улыбку.       — Рад за вас, голубки. Форму отдашь?       — Да… Подожди, — закрыла Рита дверь.       «Уложится в минуту?» — подумал Парень, но не прошло и двадцати секунд как Рита снова открыла дверь и протянула парню сложенную лишь номинально черную спортивную форму.       — Держи.       — Мерси. Я погнал, а то меня ждут.       — Да-да, — все еще смущенно говорила Рита.       «Боже, А поаккуратнее с вещами нельзя обращаться?» — осмотрел Адриан шорты с майкой пока шел к своему домику. Так он и врезался в препятствие на своем пути. Препятствием оказался Никита, резко обернувшийся, готовый к разборкам, но также, резко сменивший настроение. Вооруженный полотенцем и зубной щеткой с тюбиком пасты Никита улыбнулся.       — Вот он, предатель. Ты чего вчера не пришел в баню-то? Мы так топили, что в аду было прохладней!       — Екскьюзе муа… на па функсьёне.       — Похоже я когда-то зашью себе в черепушку универсальный переводчик… Ты куда это направился? Форма явно не мужская, — улыбнулся Никита.       — А ла маисон, — показал Адриан рукой, — Мари атёнд.       — А, так вот что было причиной твоего прогула! — Улыбнулся Никита еще шире. — Мари у тебя ночевала? Поздравляю, чертяка. Потом расскажи, как у тебя все прошло. «Только отстань.»       — Бьен, — натянул улыбку Адриан и пошел дальше.       Дойдя до своего домика, Адриан, не стучась, зашел.       — Чего без стука? Я могла быть голой.       — Во-первых — это мой домик, во-вторых — ты и так не особо одетая, в-третьих — ты что это делаешь, колдуешь над одеждой? — Удивленно посмотрел Адриан на Мари, державшей ладонь над лагерной формой, еще до недавнего времени до нитки мокрой.       — Ну, в иных случаях я бы её просто постирала, но со вчерашнего дня — времени у меня на такие пустяки очень мало.       — То есть, я зря ходил к Рите? И что это за обстоятельства такие…       — Конечно не зря. Давай форму мне, — забрала Мари принесенное. — А обстоятельства… — опустила Мари голову. — Ты на меня не обижайся, пожалуйста, но я не могу тебе все рассказать. Просто пойми, мне досталась довольно тяжелая ноша и я должна сделать всё чтоб об этом не узнала Диана. Я бы и хотела тебе рассказать, но ты можешь рассказать ей, а брать с тебя новую клятву у меня нет никакого желания. Просто… пойми меня.       — Я… Ты сама мне хоть доверяешь?       — Конечно доверяю, — положила Мари руку на щеку парню и улыбнулась, — но тут дела намного серьезнее чем ты можешь представить. Поддержи меня здесь, в реальности, а потустороннее оставь мне самой, хорошо? — Еле из себя выдавила Мари.       «Сама себе не верит… Может проверить как работает клятва? Она же мне поклялась выполнить одну просьбу… Хмм…»       — Хорошо, Мари.       — Спасибо. — Улыбнулась девушка и отойдя начала одевать спортивную форму. Справившись с этим делом, Мари продолжила. — Слушай, — щелкнула она пальцем, — я и тебя избавлю от вынужденной стирки. Твоя форма теперь тоже сухая.       — Вот спасибо. Пойдем уже, а?       — Пойдем.       Адриан и Мари вышли с домика, и парень закрыл его на ключ. Вооруженные полотенцами и умывальными принадлежностями они двинулись. «Интересно, можно ли назвать то, что я сделала с формой — магией? Я точно воспользовалась привилегиями данными мне Наташей. Она не врала что тут все можно сделать лишь захотев. Интересно, какой мой предел?» — Думала Мари.       — Мари. Ма-а-арии.       — А, что?       — Ты не слышала, что я тебе говорил?       — Прости, задумалась.       — Я говорил, что Рита не долго переживала за тебя… одна.       — Не поняла.       — Она в домике с этим длинным, Васей, была.       — А… Ну и что?       — Уверен, что они занимались чем-то непристойным.       — Да ну? Я тоже у тебя ночевала и что?       — Твоя правда.       — Хотя… Марго довольно раскрепощенная девушка. Может и занимались.       — Представляешь если на твоей кровати.       Мари резко остановилась.       — Ты чего?       — Спасибо тебе за подаренную паранойю, — продолжила Мари идти.       Вокруг умывальников было пусто и тихо. Всего-то еще пара заспавшихся зевак наводила утренний марафет вместе с Мари и Адрианом, а как только прозвучал сигнал что пора на завтрак, то и те убежали.       — М-м… — выплюнул Адриан набранную в рот воду. — Завтрак уже! Погнали быстрее переодеваться.       — Адриан… Я не пойду на завтрак.       — Чег… А. Из-за твоего видения?       — Это было не мое видение, а мир воспринимаемый волком!       — Прости… Но… и что ты собираешься делать? На голом энтузиазме ты точно далеко не зайдешь.       — Я не знаю, что я буду делать. Нужно что-то придумать.       Адриан громко хлопнул себя по лбу.       — Что с тобой?       — Я ж про волка забыл совсем! Его ж еще вчера нужно было выпустить!       — Бедный Акелла. Иди тогда, пересечемся чуть позже.       — Да, я побежал. Дверь моего домика будет открыта, а ключи будут на столике. Заберешь? Закроешь?       — Не переживай. Беги.       Адриан побежал в свой домик, а Мари лишь наблюдала как из-под, его шлепок вылетают шишки. Настроение у девушки резко ухудшилось.       «Он прав… Без еды я долго не продержусь, но кто знает, что я ела все это время в реальности? Лучше б было если бы я не ела вообще… Похоже, что вот моя первая задача на день. Нужно найти место поукромнее.» — подумала Мари. Девушка вытерлась, сложила щетку в пакет и двинула в том-же направлении куда побежал Адриан.       «Самое лучшее место, чтоб во всем разобраться. Туда точно никто не заявится» — Подумала Мари.       Дойдя, она дернула ручку домика и дверь податливо открылась. Внутри никого уже не было.       — Отлично, — сказала Мари сама себе.       Положив полотенце и пакетик на кровать, девушка присела на краешек.       «Смелее Мари, если не ты — то никто» — сидела она и думала, уткнувшись лицом в ладони.       Заставив себя подняться, она подошла к шкафу и открыла его дверцу.       «Ну приветик — подумала Мари смотря на свое отражение в зеркале. — Ну что, то, что я вчера увидела было конечно шокирующе, но пришло время посмотреть, что же случилось со мной, любимой — дрожащими руками Мари развязала узел на затылке накинутой на голову футболки, закрывающий её глаз от посторонних. — Хоть сама себе признаюсь, что я просто боюсь увидеть, как тут все на самом деле, — футболка плавно приземлилась на, до недавнего времени, целый ровный деревянный пол домика, теперь который был едва ли лучше земли на улице. — Ну… погнали, — Мари начала медленно поднимать голову. Шкаф теперь не казался таким целым… Да и вообще было непонятно как он умудрялся стоять с такими дырами в деревянном корпусе. А стоял ли он? Мари присмотрелась внимательнее. Куски шкафа просто висели в воздухе непонятным усилием больной фантазии патриарха и лишь отдаленно напоминали, что это был шкаф. Мари выпрямила руку в попытке прикоснуться к пространству между висящими кусками, но пространство оказалось твердым. Будто доска и не была поломана, треснута или искривлена. — Ну и ну… Интересно. Значит все-таки реальность Эллизиума сейчас имеет больше привилегий. Этот шкаф на самом деле рухлядь, но магия этого места держит его целым, еще и видок посвежее придает. Ладно, смотрим дальше, — Мари глянула еще выше и наконец-то выцепила кусочек зеркала. — Смелее! — сама на себя мысленно накричала девушка. Подняв голову, Мари застыла. Из склеенного силой этого места давным-давно разбитого зеркала на Мари смотрело уставшее и изможденное, изрядно похудевшее, но до боли знакомое лицо. Она сглотнула и испугавшись отошла на шаг. К её разочарованию, отражение проделало тоже самое. — Это я? Боги… — Мари резко рукой закрыла зрячий глаз. Шкаф вернул свой презентабельный вид, пол снова стал целым, зеркало срослось в единую отражающую панель, а девушка, смотревшая из зеркала, вмиг похорошела. Но стоило только глаз открыть, как все возвратилось на свои места. — Кошма-ар… Да от меня такими темпами не останется ничего. Тут уже счет моей жизни идет на дни. Боги… Что же мне делать? Я знаю кто патриарх, в моих силах это все остановить, но… Что-то мне говорит, что еще не время… Почему? Что-то должно случится? Если такое случилось со мной, то, что же с бедной Марго? А с… Хотя я уже видела… Его тут нету. Нет! Это место неправильно! Ему не место в мироздании! Все нужно закончить здесь и сейчас! — взгляд девушки в отражении полыхнул фиолетовым огнем уверенности. — Я тут всех либо спасу, либо избавлю от страданий! — хлопнула Мари в ладоши. У девушки в зеркале изменился цвет кожи и волос, но злость и уверенность во взгляде осталась неизменной. — Где вы, Наталья? — рассредоточила Мари свое потустороннее внимание закрыв свои глаза и полностью положившись на „зрячий“. — Весь лагерь — сплошные руины… Почему меня это уже не удивляет? Только я убью Наташу — тут все натуральным образом рухнет. Скоро закончится завтрак и это будет идеальной возможностью. Все пойдут на площадь слушать своих вожатых. Тогда я и наведаюсь к Наташе. Жду…» — Думала Мари разрабатывая свой простой, как пять копеек, план. Прождать пришлось недолго. Пятнадцать минут ушло на то, чтоб отследить всех вышедших из столовой. — «Отлично. Обитаема осталась только кухня. Благодаря Наташиной ноше, я вижу, что там все болванчики. Пора.» — Тихо Мари произнесла заклинание выбрав место появления. Им оказалась кладовочка рядом с огромным холодильником.       Дверь кладовки открылась, издав негромкий щелчок. Лязгнул метал о металл. Мари вооружилась. Прижавшись спиной к стене, девушка сказала в пустоту.       — Наталья́, Пора.       Молчание, но, недолгое.       — Мальчики, я ненадолго. — раздался голос поварихи.       Спустя мгновение Наташа зашла в помещение с холодильником и увидев Мари чуть дрогнула.       — Привет, Мари.       — Бонжур.       — Почему не было на завтраке?       — Пардон… Не было́ аппетита́.       — Ладно, я не сержусь, — улыбнулась Наталья. — Говоришь… Пора?       — Ви… — с надрывом в голосе сказала демоница, — Я увидела себя настоящую в зеркале… Наталья, если тут все в таком состоянии́, то нам всем осталось недолго…       — Значит… Это место все-таки нереальное? Полностью?       — Ви.       — Что ж… тогда… Делай свое дело, Мари. Знай… Мне было очень приятно с тобой познакомится и надеюсь, подружиться.       Демоница отвернулась, пустив слезу.       — Екскьюзе муа, Наталья… Если б был иной выход, — занесла Мари меч для удара.       — Прощай, Мари. — Закрыла Наташа глаза.       — Аревуа, Наталья. Благослови Кейн вашу́ заблудшую душу́, — Мари отвернувшись резко опустила клинок. — Еще раз, Екскьюзе Муа… — была не в силах Мари посмотреть на то, что натворила.       — Ну, ты собираешься совершать задуманное? — Снова раздался голос поварихи.       — Куа?! — резко повернулась Мари. Наталья стояла целая и невредимая. Повариха открыла глаза.       — Я… Уже мертва? — Все что увидела Наташа так это три фиолетовых глаза готовых буквально вылезти из потусторонних глазниц.       Мари резко махнула мечом еще раз.       — Эй, я на этот раз не была готова! — громко сказала Наташа. Обработка ситуации заняла у нее немного времени, но все-таки: — Стоп! Ты меня только что пыталась разрубить?       — Ви…       — Но… Я еще тут?       Мари махнула в третий раз. Лезвие просто прошло сквозь тело поварихи, будто её тут и нету.       — Но… — тихо сказала Мари. — Но-но-но-но! — Махнула она четвертый, а потом и пятый раз. — Не может быть!       — Вот дела… — посмотрела Наташа на свои руки. — Я… не знала, что так могу.       Мари сложила меч в ножны, но тут же с размаху постаралась врезать Наташе кулаком. Кулак прошел насквозь.       — Мари, ну это уже перебор.       Демоница молча и медленно положила на Наташу палец, а потом и ладонь целиком.       — Как это́? — чуть ли не шептала Мари. Её пальцы сомкнулись на шее Наташи, но только она резко их сжала, как пальцы прошли сквозь. — Как это́?! — Рухнула Мари на колени, подняв на Наташу полный безнадежности взгляд. — Мы все обречены…       — Знаешь… Я должна быть рада, что осталась жива, но… Я не понимаю. Мари? Что со мной?       — Но идея́… — Снова потекли у Мари слезы.       — Мари, ну что ты… — Подошла Наташа и обняла её. Голова демоницы прижалась к животу поварихи. — Ты просто что-то недоглядела.       Мари будто ничего не слышала…

***

      «Ну и завтрак был! Не то что вчера эти противные фрикадельки в тесте» — думал Адриан входя в музкружок, который уже вовсю функционировал. Денис Стучал свои барабанные партии, а Алита наигрывала ему в ритм.       «Когда они успели?»       — Адриан! — Отвлекся Денис сломав всю репетицию. Алита злобно глянула на парня и обхватила гриф гитары заглушив струны. — Я такой текст придумал, ты обязан оценить! — с небывалым энтузиазмом и улыбкой говорил паренёк.       «Нет… Ну зачем это было озвучивать?» — тяжело глянул Адриан на Дениса, но тот мысли читать не умел.       — Что за текст? — поинтересовалась Алита.       — Е бьен…       — Адриан мне помогает написать песню для Лизы. Я её спою на концерте, и она точно в меня влюбится.       Алита смотрела на Дениса удивленными глазами.       — В жизни от тебя столько энтузиазма не слышала. — Алита разулыбалась, — Благородное дело. А мне можно послушать?       — Ну… Она еще не готова. Я хочу, чтоб все услышали уже готовый вариант. — ответил Денис.        — Хорошо, я поняла. Тогда буду ждать твоего шедевра, — сняла Алита с плеча ремешок гитары и поставила инструмент на стойку.       — Аве ву дежа фини? — Поинтересовался Адриан.       — Адриан, ну иди же сюда быстрее! — начал Денис доставать из кармана шорт сложенный несколько раз листок. Паренек не спешил вставать из-за барабанов. Адриан подошел. — Смотри! — протянул Денис написанный в колонку текст. Адриан глянул на паренька скривив губы и подняв бровь. — Что?       — Тексте ен руссе.       — Бли-ин. Ты ж русского не знаешь. Хотя… Судя по всему понимаешь хорошо. Ну, тогда я тебе прочитаю. Готов?       — Ви. — Сказал Адриан готовясь слушать.       Алита стояла и смотрела на парней с некоторой завистью. «Наверное здорово найти того, кто тебе может помочь» — думала девушка. Денис закончил свою маленькую презентацию.       — Ну как тебе?       Адриан стоял и с озадаченным видом чесал подбородок. Но подняв глаза на Дениса улыбнулся и ткнул «класс» пареньку. Денис аж засиял.       — Правда так считаешь?       Адриан кивнул.       — Тогда осталось придумать мелодию, на которую я смогу это положить.       — Фезон лю.       — Ничего не понял, — с широченной улыбкой сказал Денис.       — Мальчики! — Окликнула Алита обоих, привлекая внимание. Парни обернулись. — Я не могу разбудить Акеллу. Спит как сурок. — Девушка стояла рядом с матрасом, на котором спал зверь.       — Комплитумо ублие! — Чуть ли не крикнул Адриан. Парень быстро пошел к матрацу.       — Кого разбудить? — Спросил Денис.       — Он очень мил, когда вот так спит, — Сказала Алита. Адриан, улыбнувшись Алите подошел к зверю ближе вытянув руку чтоб растолкать кроху хищника. Денис, ведомый любопытством, тоже подошел.       — Щенок? Тут?       — Это не щенок. Мы волчонка нашли вчера.       — Да ладно? Это волк?       Адриан застыл, положив руку на Акеллу, пока за его спиной переговаривались Алита и Денис. Улыбка слезла с лица парня. Волчонок не дышал. Адриан обернулся на Алиту с Денисом и повернулся обратно.       «Ну и ну… Неужели от изнеможения? Боги… Прости пожалуйста за это. Хотели как лучше, а получилось хуже некуда„ — Проводя по шерсти волчонка думал Адриан. Но мыслями и извинениями делу уже было не помочь. Парень поднял тельце хищника двумя руками, заставив безжизненные лапы безвольно повиснуть.       — Ого, в жизни не видела настолько крепкого сна. Как милый маленький трупик, — умиляясь говорила Алита. Адриан отвел взгляд в сторону. Денис молчал. Теперь уже и Алита поубавила в настроении, а осознав полностью закрыла рот руками.       — Так он действительно…?       — Ви. — Сказал Адриан. — Же ву льёнтерри.       — Ты с ним что? — не верила Алита.       — Я не понял, что он сказал, но… Может его стоит похоронить? — сказал Денис.       Адриан, глянув на Дениса грустно кивнул. Парень зашагал к выходу и только собирался толкнуть дверь как она сама резко открылась. На пороге стояла Мари. Глаза её были красные и такое чувство что только недавно мокрые от слез. Левой рукой она закрывала лоб.       — Мари… Ты так не вовремя. Акелла он… — начала Алита.       Мари, повесив тяжелый взгляд на тельце волка, громко щелкнула пальцами правой руки.       Адриан почувствовал в руках странное копошение.       «Что за…!» — только и успел подумать парень. Дернулась лапа, потом еще одна…, а потом волчонок, зевнув, посмотрел озадаченным взглядом на присутствующих.       — А я ж говорила тебе что он спал! Адриан, больше не надо меня так пугать! — раскричалась Алита.       «Но… Он же был…» — Подумал парень. Все также молчавшая Мари ступила шаг и решительно крепко обняла парня заставив того расцепить руки, в одной из которых оказался волк, и кто знает, что бы с ним было дальше, если б Денис не успел перехватить юного хищника. Пораженный своей-же реакцией Денис сейчас ошарашенно смотрел на глупое выражение морды маленького хищника. Акелла наклонил голову набок, заставив свое ухо смешно упасть.       Что с тобой? Тебе плохо? — поинтересовался Адриан у уткнувшийся в него Мари.       — Да, Адриан. Пойдем со мной. Мне очень плохо.       — Дени́, — обратился Адриан к Денису, который ну никак не мог налюбоваться висевшим в его руках волком, — Же тетдре плю тард.       — Ага… Да, Адриан.       Адриан взял Мари за руку, и они вышли с музкружка. Алита все так же не понимала, что только что произошло.       — Куда мы?       — В медпункт. Диана должна быть там. Она наложит тебе повязку, а потом мы найдем место, и ты наконец-то расскажешь, что с тобой происходит со вчерашнего вечера. Только честно Мари, без всех этих фраз типа «это только мое»…       — Не при Диане.       — Почему?       — Это слишком сложно будет. Не при ней.       — Ладно. Мы пришли, — постучал Адриан в дверь.       Мари вырвала свою руку из хватки парня.       — Войдите! — послышалось изнутри.       Адриан открыл дверь. Диана сидела, и как всегда в медпункте, что-то заполняя.       — Когда вы уже допишите все что надо? — Спросил парень в шутку.       — Просто ежедневные отчеты. Дописываю за вчера. Пришли за повязкой?       — Да. — Ответил Адриан за Мари.       — Присаживайся… — показала Диана ручкой на койку. Мари села; поставив точку, вожатая к ней повернулась. — Так! Ты почему ничего на голову то не надела? Я ж надеюсь ты так по лагерю не ходила.       — Я ходила, закрыв глаз рукой. По предыстории — я упала и рассекла лоб. — безэмоционально говорила Мари.       — Поняла. А на самом деле? — спросила Диана пока искала бинты.       — На самом деле…       — Погоди. Я нашла нужное. Иди сюда. Сейчас быстро все сделаю. Только Диана подъехала на своем стуле к Мари та резко отстранилась, скривив лицо все смотря на белоснежный бинт в руках вожатой.       — Я не позволю это завязать у меня на голове. Мерзость.       — Что? Бинт, как бинт.       — Адриан, можешь пожалуйста у меня в домике забрать остатки пачки. Тем перевяжите.       Адриан кивнул и вышел.       — Мари… с тобой точно все в порядке? Что ты такое говоришь?       — Просто… Так надо.       Дианин взгляд метнулся от бинта до Мари и обратно.       — Ничего не понимаю.       «Поймете, — подумала Мари смотря на Диану внимательно. — Вам уже тоже хорошо досталось.»       — Так как это с тобой случилось?       — Я осматривала лагерь, открыла глаз, а закрыть не смогла. Я ж уже говорила.       — Говорила… Просто пытаюсь понять хоть на йоту как это.       — Странно. Голова постоянно болит и кружится от помеси двух восприятий.       — Жаль, что я никак не смогу это ослабить. Ты держишься пока?       — Держусь, — сдалась Мари под давлением Дианиной заботы. — Хоть и очень тяжело.       — Ничего. Всё это скоро закончится, — сказала Диана с ноткой горя.       Адриан вернулся в медпункт с открытой пачкой бинта в руках.       — Мари, ты представляешь, твоя соседка снова за свое.       — Что?       — Ну…       — Стоп! Я поняла.       — И да… Твоя кровать тоже оказалась занята, — широко улыбнулся парень.       — О чем это он? — спросила Диана.       — Не важно.       Адриан подошел и отдал бинт Диане.       — Не понимаю, что в этом бинте особенного. — Достала Диана остатки и принялась выполнять муляжную перевязку.       — Не туго?       — Нет. Как я выгляжу?       — Не переживай, все также красиво. — улыбнулась Вожатая.       — Поддерживаю, — сказал Адриан.       Мари и сама чуть улыбнулась.       — Ладно, ребятки… У меня осталась еще уйма скучных вожатских дел. Если что-то важное случится, то найдите меня, а если просто скучно станет… Давайте вечером чем-то займемся.       — Хорошо, Диана. Спасибо вам. — Сказал Адриан.       — Всегда пожалуйста, — улыбнулась Вожатая. — Твоя рука-то как?       — Я уже с ней свыкся. Повязка держится хорошо.       — Вот и славно.       Адриан и Мари вышли из медпункта.       — Ну, что планируешь делать дальше? — поинтересовался парень.       — Ну, ты ж хотел, чтоб я тебе всё рассказала?       — Хотел.       — Давай найдем место, где я смогу это сделать без проблем.       — Музклуб?       — Там Алита и этот отбойник.       — Пляж?       — Я… Мне хватило солнца.       — Ребята! — раздался внезапный выкрик, привлекший внимание пары. К ним стремительно подходила Вика.       — Она как рояль в кустах… — Сказал Адриан.       Вика подошла.       — Ребят, мне очень сильно нужна ваша помощь. Опа… Что со лбом?       — Упала́, — отрезала Мари, — В чем помо́щь?       — Вы должны сходить со мной за территорию лагеря кое-куда.       — Повторюсь — заче́м?       — Ну, это не важно, — пару раз клацнула Вика непонятно откуда появившимися ножницами.       — Вика́… Когда ты говоришь «не важно́» — это пугае́т.       Еще секунду Вика подержала хитрую улыбку, но потом опустила руки сдавшись.       — Да я просто, когда уходила в тот раз, Мари, проходила мимо тако́го куста шиповника…! — глубоко вздохнула Вика и закрыла глаза.       — Думаешь я не вижу куда ты смотришь? — сказала Мари на французском ткнув парня в бок.       — Прости, — ответил тот.       — О чем вы говорите?       — Да так… Куа ест «Шиповни́к»?       — Это дикий цветок такой. Вчера куст только распускал бутоны, а сегодня они должны были уже раскрыться. Шиповник краше любых графских роз.       — Пардон, Вика́… Мы не може́м.       — Паз ин фэ. — Хитро сказал Адриан.       — Куа?! — Глянула на него Мари крайне удивленно.       — Попроси у нее одолжить ножницы. У меня просто отличная идея. — Спросил у неё парень улыбаясь.       — Опять не понимаю, что он говорит. — Уткнула Вика руку в бок.       — Он… проси́т у тебя ножницы́.       — Что? Но они мне нужны сейчас.       — И вообще… А куа ты не попросишь Марту́ с тобой пойти?       — Кого попрошу? — Удивленно спросила Вика.       — Соседку́ твою. По домику́. Мелкую такую.       — Мари… Со мной с начала смены живет англичанка. Патриция, кажется. И она вообще не мелкая.       «Что за бред?» — подумала Мари и удивленно глянула на Адриана. Тот испытывал точно такое-же удивление.       — Бь…ён.       — Странные вы сегодня, ребята. Ладно, я пошла искать с кем пойду.       — Атёнд! — громко сказал Адриан.       — Что?       — Круе вуа ен ун миракл?       — Что он от меня хочет, Мари?       — Эм… Он спросил веришь ли ты в чудо́?       — Нет, Адриан. Не верю.       — Дисюту? — протянул Адриан руку хитро улыбнувшись.       — Что?       — Он говорит «поспори́м?»       — Что? Зачем? — металась Вика взглядом то на Мари, то на Адриана.       Мари пожала плечами.       — Но я даже не знаю на что спор? И что поставить?       — Ую ву ту.       — «Что хоче́шь».       — То есть ты заставишь меня поверить в чудо, и, если облажаешься, я могу загадать тебе что хочу?       — Ви.       — Тогда я хочу нарисовать тебя, — хитро улыбнулась Вика, — А еще разрисовать твою гитару.       Адриан в шоке от услышанного замялся:       — Бьен, — Нехотя согласился он.       — Я так поняла, что ты согласен. А что с меня?       Парень улыбнулся.       — Достаточно того, что ты начнешь верить в чудо, — Мари дословно перевела.       — Адриан, ты человек с таким…! Сюрпризом, что аж становится не по себе, — Вика с размаху пожала его руку. — Спорим!       — Де сизу, — показал Адриан пальцем на ножницы.       — Ну держи.       — Мерси. Жу ве ту труве коме ту фейр.       — Он тебя найдет как закончит.       — Все интереснее и интереснее. Ладно. Жду. — Сказала Вика отходя.       Мари подошла.       — Что ты задумал?       — Ну… Скажу так. Верну Сереже должок.       — За что?       — Да накопилось уже много за что. За гитару, за гармошку…       — … — уставилась Мари на него не понимая, серьезно Адриан или нет.       — Ну… Ты видела, что с ним творилось? Я его отлично понимал, в тот момент. Вот и надо ему немного помочь.       — Понятно! — Развернулась Мари к парню спиной.       — Подскажешь, где Вика могла увидеть те цветы?       Мари пальцем показала путь куда-то вдаль.       — Идешь по прямой туда и внимательно смотришь.       — Мари… Ты на меня обиделась?       — Ну а как ты думаешь?! Я к тебе пришла со словами что мне плохо, а ты так поступаешь!       — А ты меня подожди немного, и мы снова будем вместе. Не могу же я тебе рассказать все мои планы. — Говорил парень улыбаясь.       — Делай что хочешь, — опустив голову, девушка начала уходить.       «Эх, Морэ, надеюсь ты поставил на правильное число… — посмотрел парень вслед уходящей Мари. — Серега должен быть в клубе.»       Ноги сами стремительно понесли Адриана в клуб радиоэлектроники, а голова была забита лишь одной громоздкой мыслью о правильности решения.       «Краше графских роз? Надеюсь, Вика, что ты не соврала. Сереге прямо скажу, что цветы хочу подарить Мари.» — думал парень добегая.       Оградившая парню путь до цели входная дверь не могла с грохотом распахнуться в силу того в какую сторону она открывалась, но Адриан решил исправить ситуацию громко крикнув в помещение:       — Сережа́!       — Боже, ты чего так орешь? — обернулся здоровяк, держа в руках дымящийся паяльник. он сидел за перепайкой какой-то очередной схемы.       Адриан подбежал ближе.       — Сережа́! Же бьюзон де тон аиде!       — Чего-чего? Адриан, успокойся и скажи, что за дела. И зачем тебе ножницы? — с опаской глянул Сережа.       «Блин, спрятать забыл» — ножницы залетели в карман.       — Сережа́! — воскликнул Адриан и начал делать вид что что-то пишет воображаемой ручкой на раскрытой ладони.       — Эм-м. Ну, сейчас… — встал Сережа из-за столика, за которым паял. Парень отошел куда-то в сторону. Раздался хруст рвущейся бумаги, и Сережа вернулся с вырванным тетрадным листом и карандашом.       — Подойдет?       — Ви, супе́р! — Взял Адриан принесенное и положив листок на столик нарисовал кривой квадрат.       — Эт что?       — Минуте́, — прервал Адриан и нарисовал в квадрате еще один квадрат намного меньше. Парень ткнул в него карандашом, — Ц э ну. — Показал парень пальцами на себя и Сережу.       — Это типа мастерская? Окей. А большой квадрат?       — Кемп.       — Ага… Это лагерь. И что?       Адриан нарисовал за большим квадратом крестик.       — А это что?       — Сувени́р.       — Что? Какой сувенир?       Адриан пунктирной линией нарисовал стрелочку от мастерской до крестика и пририсовал два счастливых палочных человечка.       — То есть… Ты хочешь, чтоб мы пошли за территорию лагеря и что-то там нашли? — подняв бровь спросил здоровяк.       — Ви, бинго́!       Сережа зачесал затылок.       — Но зачем? Что там такое? И почему я?       — Ву сель пувэ, — с улыбкой сказал Адриан.       — Почему Никиту не попросишь? Сам же знаешь, что он более… готовый ко всему такому.       — Но!       — Да что с тобой? Что ты там хочешь найти?       — Сикре́т.       — И ты планируешь меня убедить этим? Я не особо люблю интригу.       — Мерде…       — Прости, Адриан, у меня дела еще, — показал Сережа пальцем на плату и паяльник.       Адриан вышел с мастерской.       «Чертов языковой барьер… И что мне делать? — оперся он на стенку рядом с дверью. — Сказать Диане что хочу выйти за цветами — по-моему, верх дурости. Хотя… Не, не вариант. Действительно что ли сходить с Никитой? Он говорил, что поддержит мой порыв помочь Сереже… Может, Сережа мне что-то должен? — взялся за подбородок парень. — Да не похоже. Дерьмо, как же не хочется позировать перед этой шрамофетешисткой.»       — Йоу, Адриан! — к мастерской подходил Никита, громко обозначив свое присутствие.       Адриан ему жестом показал «тихо». Никита сначала поднял бровь, но таки послушал, застегнув на рту воображаемую молнию и подошел ближе.       — Ун минут. — Сказал Адриан снова зашел в мастерскую.       — Ты что-то еще хотел? — спросил Сережа.       — Ви, — показал Адриан на карандаш и листок, на котором рисовал ранее.       — Да, бери, конечно.       — Мерси, — Адриан взял нужное и снова вышел.       — Он и ва, — сказал француз и махнул рукой в жесте «за мной»       — Ты чего такой озадаченный? — спросил Никита следуя.       — Же бусон де аиде.       — Чего?       Адриан шел, не оборачиваясь в сторону музкружка. Как только парни его достигли, француз прислонил оторванный листок к стене музклуба и вооружился карандашом.       — Ничего себе. Что-то серьезное?       Адриан кивнул и начертил на листочке человечка из палочек и круга, заменяющего голову. Адриан ткнул в себя пальцем.       — Ага… Это ты?       — Ви. Муа, — говорил Адриан продолжая рисовать. Теперь на листке появился второй человечек, но в юбке из треугольника.       — А это…?       — Мари.       — Я так и понял.       Адриан не остановился рисовать. Следующий человечек имел вместо «туловища-палочки» — «туловище-длинный овал». Никита посмеялся.       — Серега, да?       — Ви, — улыбнулся Адриан в ответ, но вновь рисовал дальше. Теперь рядом с третьим человечком появилась еще одна рисованная фигура, имевшая на своем туловище два кружочка чуть ниже головы.       — Вэу. Это Вика?       «Не буду спрашивать, как он угадал» — подумал Адриан, но в подтверждение лишь кивнул.       — Окей, что дальше?       Дальше, от двух пар человечков отошли две линии ведущие на другую сторону страницы, где Адриан рисовал Сереже территорию лагеря.       — Вот тут не понял.       Адриан показал на большой квадрат и обвел карандашом территорию лагеря покрутившись вокруг себя.       — А! — сказал Никита, хлопнув кулаком по ладони, — значит, за территорией лагеря есть то, что нужно тебе, Мари, Сереге и Вике?       «А он умнее, чем я думал» — смотрел Адриан удивленно на Никиту и лишь медленно кивнул.       — Понятно. И ты заходил в мастерскую, чтоб вытащить его за территорию? Адриан снова кивнул.       — А, — Никита махнул рукой, — это изначально был дохлый номер. Скажи мне вот что, — хитро улыбнулся Никита, — А Серега знает, что он и Вика «на одной линии»? — показал Никита на листок.       Адриан хитро улыбнулся в ответ и помотал головой из стороны в сторону.       — Хочешь, чтоб я сгонял с тобой за территорию лагеря за этим «нужным»?       — Ви! Сильвупле.       — Я тебя понял, — улыбнулся Никита. — Как раз шел к Сереге чтоб хоть чем-то себя занять, а тут ты. Когда пойдем?       — Майнтенон!       — Это «сейчас»? Лады. Это хоть не далеко?       Адриан пожал плечами.       — Хорош, нечего сказать. Ну ладно, авантюры на то и авантюры, но…       — Куа?       — У меня к тебе тоже будет просьба. Ближе к вечеру. Как бы тебе сказать… Представь, что на твоем листке еще и третья пара появилась.       — Ау, Ву э Женья́? — улыбнулся Адриан.       — Да-да. Я потом расскажу. Но учти, все должно быть после отбоя.       — Ви-ви.       — Как выберемся за ограду?       Адриан снова махнул рукой в жесте «за мной».       «По классике, путь наружу у сцены» — подумал парень.       Только они стали пересекать площадь, как их окликнул девичий голос. Только парни обернулись к ним буквально подбежала Ангелина, с висящей на ремешке камерой, с которой свисал непомерно большой объектив.       — Ого, Ангелина, ну и дура у тебя висит. — отреагировал Никита.       — Никит, Адриан… возьмите меня с собой.       — Нате здрасьте. Куда взять? Не понимаем, о чем ты.       — Из тебя плохой актер, Никита. Я в эту «дуру» смотрела как Адриан тебе расписывает какой-то план и, судя по всему, вы хотите выйти за территорию.       — Да что ты?       — Если вы мне откажете, то те фотографии, которые я уже успела сделать попадут к вожатой, — улыбнулась Ангелина.       Парни переглянулись.       — Допустим мы тебя берем с собой. Как ты планируешь перебираться через ограду?       — Ну, вы — ребята сильные, придумаете как меня переправить, — улыбнулась Крухо.       Адриан выдохнул.       — Он и ва. — Помотал Адриан рукой и продолжил путь       — Да ладно тебе?! — сказал Никита.       — Мой же ты хороший, — сказала Ангелина, следуя за ними.

***

      Дойдя до сцены и пройдя еще чуть подальше, уже привычное и полюбившееся многим место «побега» показалось. Троица подошла к забору вплотную.       — Предлагаю так — Адриан, ты и я залезаем на забор и садимся верхом. Ангелина, тебя мы хватаем за руки и поднимаем. От тебя требуется вовремя поджать ноги чтоб ты запрыгнула на ограду, и мы тебя там удержали. Благо, весить ты много не должна.       — Поняла.       — Тогда, по коням! — Сказал Никита и ловко схватившись за краешек ограды, с прыжка, подтянулся. — Видите, ничего сложного! — сидел парень на ограде верхом.       — Аиде муа, — сказал Адриан поднимая выше покалеченную руку.       — Не боись! Давай лезь, я подстрахую.       Теперь тот же трюк стал проделывать Адриан. Недостача одного пальца сильно ему помешала в выполнении сего маневра, но Никита вовремя подоспел. Адриан теперь тоже сидел верхом на ограде и отсев чуть подальше от Никиты Сказал тому:       — Мерси боку.       — Да пожалуйста. Теперь — наш балласт.       — Я все слышала!       — Я и не пытался скрыть. Как ты собираешься прыгать с камерой? Разобьешь. Ангелина глянула на свой фотоаппарат.       — Я его за спину заброшу. Там точно ничего с ним не будет.       — Я б на твоем месте не рисковал.       «Я со стороны также выгляжу когда хочу кого-то уговорить?» — подумал Адриан смотря на Никиту.       — И что ты предлагаешь?       «Так просто?»       — Давай камеру сюда. Мне или Адриану. Так тебя будет поднять намного легче, — Пытался Никита скрыть хитрую улыбку.       — Ну хорошо, — сняла Ангелина с плеча камеру и протянула ее на вытянутой руке подойдя к ограде еще ближе. — Не трогай линзу, бери за корпус объектива.       — Да-да, — Говорил Никита, наклоняясь все ниже.       Парень крепко взял камеру за длинный объектив. Вся конструкция оказалась немного тяжелее чем Никита себе представлял.       — Теперь поднимайте меня.       — Не так быстро, — Никита уже не скрывал своей улыбки.       — Что? — удивленно спросила Ангелина.       Никита повернул камеру экранчиком к себе и нажал какую-то кнопку.       — Эй, ты чего там делаешь?!       — Тише. Просто хочу посмотреть, чем же ты таким нас хотела пошантажировать. Вот будет печально что твоему желанию пофотографировать не будет суждено сбыться.       — Никита, если ты сейчас же не вернешь мне камеру, то я пойду к вожатой жаловаться, что вы смываетесь за территорию!       — Не думаю, — сказал Никита, открывая на фотоаппарате какую-то крышечку. — Если бы ты просто нормально попросила взять тебя с нами, а не устраивала бы эти сцены с компроматом и так далее, думаешь мы бы тебе отказали? Ну чуть бы повредничали, как максимум. Жаль, что сейчас, — Никита нажал на две пластинки под открывшейся крышечкой отчего те вылезли, — уже поздно. — висевшая на ремне в руке Никиты камера вернулась обратно к Ангелине. — Карты памяти я тебе отдам как вернемся. Это небольшая гарантия что ты нас не сдашь. Если же сдашь — то сломаю каждую напополам, и ты лишишься не только своего компромата, но и всего архива, — сказал Никита и повернувшись спиной к Ангелине спрыгнул за территорию.       Адриан, посмотрев на Ангелину и пожав плечами спрыгнул следом.       — Не было там никакого компромата, — послышалось из-за забора под шуршание уходящих ног.       — Как думаешь, я не перегнул? — спросил Никита.       Адриан пожал плечами.       «Я бы и сам лучше не придумал как от нее избавится. Никита, признаю, что ты находчив и весьма коварен.»       Парни начали свое движение по приблизительному маршруту.       Мари сидела на ступеньке своего домика и гладила перебинтованный лоб.       «Глупый Адриан со своими глупыми идеями. Вечно у него шило в одном месте, — думала девушка. — Я не знаю, что мне делать, мне плохо и нужна чья-то помощь. Рассказав все Диане, я только усугублю положение. Не удивлюсь, если всё узнав она решит, что эллизиуму нужно остаться. Почему тут нету Авелин или Папы? Где тетя Соня? — тяжело выдохнув думала Мари. Девушка поднялась, отряхнув юбку. — Пойду вздремну. Глядишь и голова прояснится.» — открыла Мари дверь.       Закрыв за собой, Мари прошла дальше и подошла к кровати. Но только рука потянулась откинуть одеяло, как в её голове всплыл разговор с Адрианом. Рука зависла и сжалась в кулак, Мари резко обернулась.       «Мерзость. Придет Марго выскажу ей все что думаю» — подумала Мари.       Не отыскав места лучше, чем пол, Мари села довольно резко оперевшись спиной о шкаф, отчего тот шатнуло. Сверху раздалось какое-то бряцанье, а еще через момент Мари увидела, как к полу стремительно приближается чашка.       — Мердэ! — только и успела сказать Мари как прыгнула ловить хрупкую вещицу выпрямив руки вперед.       Девушка упала на пол, и лишь только муляжная повязка стала тем смягчающем обстоятельством что избавило Мари от потенциальной шишки на лбу. Но мысли девушки были заняты немного другим. Чашку она так и не поймала, а звука битого стекла так и не услышала. Она подняла голову. Чашка висела в воздухе.       «Как это понимать?» — подумала Мари поднимаясь. Она встала, отряхнулась и присев рядом с чашкой на корточки внимательно посмотрела. Она провела ладонью под днищем чашки и лишний раз убедилась, что ей не кажется — действительно висит.       — Неужели это самое странное что ты тут видела? — раздался грубый как гром мужской голос, заставивший девушку, быстро обернутся. Рядом со входом стоял здоровенный незнакомый мужчина в одноцветной летней рубашке и льняных штанах скрестивший руки на груди и повесивший на Мари тяжелый взгляд.       — Не самое́. То, что, вы одеваетесь как мой папа́ — еще страннее.       От услышанного у мужчины широко раскрылись глаза, и он себя быстро осмотрел.       — Надеюсь, это комплимент моему вкусу?       — Надейте́сь. Вы кто и что тут делаете́?       — Я? Я тот, кто остался недовольный одним твоим фокусом. Ты взяла и подарила этому месту душу существа, которое находилось под моим покровительством.       — Этому месту́? Вы знаете, где находите́сь?       — Знаю. Со дня появления этого места я постоянно тут, – многозначительно мужчина помолчал. - И ничего не могу поделать.       — Не могу сказать, что я вас понимаю, но сделать я тоже ничего не могу. Уже попыталась.       — А осквернять себя этой гадостью тоже была необходимость? Понимаешь хоть, что натворила?       — Я уже ничего не понимаю…       Мужчина глубоко вздохнул и расцепив руки начал подходить ближе.       — Подойдете еще на шаг — я закричу.       — Кричи сколько влезет. Чашка, знаешь ли, не просто так повисла в воздухе. — Мужчина не остановился.       — Вы так и не сказали кто вы.       — А это важно? Я хочу тебе помочь, глупый маленький демон.       — Вы настолько осведомлены?       — Тебя это ни капли не удивляет.       — Удивляет… Но я уже просто устала от этого места и от всей этой ситуации. Вы не представляете, насколько я хочу отсюда вырваться.       — Представляю и отчетливо читаю твои чувства. Вижу, что ты меня обманываешь и вижу причину.       — Видите значит? — поникла Мари.       — Да. С этой твоей проблемой я тебе помочь не в состоянии. Но, — поднял палец мужчина, — кое с чем все-таки могу. Ты, главное, не сопротивляйся и не мешай. Мне нужно дотронутся до твоего лба. Эту мерзость, которая сейчас на тебе лежит очень тяжело снять, но раз ты не хозяйка этого места — то это хотя бы возможно.       — Вы можете…       — Да, я могу вырвать тебя из этого места, в которое ты по доброй воле сама себя вшила.       — Так кто же вы? Ни один из величайших практиков не был в состоянии отвязать даже самого слабого из патриархов.       — Помолчи! — повелительным тоном сказал здоровяк. Палец лег к ней на лоб, ровно на то место, где был глаз. Вены на лбу мужчины сильно вылезли, а глаза сомкнулись. Мари не чувствовала ничего.       — Сделано.       — Но я ничего не почувствовала.       — Зато хозяин почувствует всё сполна.       — Бедная Наташа… Спасибо вам, что ли.       — Пока что — не за что. Давай присядем. У нас будет длинный разговор.       Мари приложила усилие. За повязкой зашевелилось.       — Я могу закрыть глаз! — радостно сказала она и принялась снимать свой бинт.       Мужчина грузно сел на одну из кроватей.       — Скажи мне, дитя, а как так вышло что ты… такая?       — Похоже, что я вас поняла. Это длинная история, но я в раннем детстве застряла между мирами. Точнее, часть меня — мой палец, — почесала Мари культяпку. — А то, что я еще и клановая — видимо стало последней каплей в этой чаше обстоятельств. Так я и появилась. Смертный демон.       — Этот мир не перестает меня удивлять. Ты первая, по моим воспоминаниям, такая.       — До сих пор не знаю радоваться мне или нет?       — Действительно, на твоих плечах тяжелая ноша. Но оттого становится только интереснее. Многие бы с радостью поменяли свои жизни на твою. И не только смертные.       — Я бы тоже с радостью поменялась.       — Как твоя коллега поживает?       — Моя… коллега?       Мужчина кивнул. В первый раз Мари показалось что за его бородой промелькнула улыбка.       — Вы про… Диану?       — Про Уриэль, ты права, — кивнул мужчина.       — Так вы…! Вы тот самый дух! Боги…       — Значит, обо мне упоминали.       — Упоминала, но вскользь. Сказала, что расскажет все за чашкой чая…       — Вот значит как? — улыбнулся мужчина шире. — Рад что он ей действительно понравился, — улыбка слезла с его лица. — Но, к сожалению, её истинное испытание еще впереди. Сейчас она уверенна идет к месту его проведения, но сможет ли она совершить финальный рывок…? Запомни, все случится, когда на ее глазах рухнет все её наигранное счастье. Только тогда, справившись с этой трудностью она достигнет душевного спокойствия.       — Поняла. Даже похоже поняла, что конкретно мне нужно сделать.       — О, слышу в твоих словах решительность.       — Что толку от моей решительности, если Эллизиум защищает своего патриарха как зеницу ока?       — Это был еще один из поводов мне с тобой повидаться. За все время существования этого места, я кое-что заметил. Это место живет по расписанию, если можно так выразится. Освободив тебя от этих пут, я с уверенностью могу сказать, что я это расписание в силах нарушить.       — Вы серьезно? Это же здорово!       — Не спеши. Это, к сожалению, все что я могу сделать. Дальше все будет зависеть только от твоей наблюдательности и решительности. Под конец сезона, от всей накопленной энергии за время действия в этом месте появляется некая… рана. Скажем так. Во время этой раны все слабеет настолько, что хозяин в состоянии покинуть свой мирок.       — Вот значит как Наталья покидала это место. А когда она выехать не могла значит, что она просто неверно расчитывала время!       — Ты знакома с хозяином?       — С хозяйкой. Хорошо знакома. Она и сама знает, что она хозяйка.       — Понятно.       — Знаете… Она сама уже готова принять свою судьбу. Это… довольно тяжелое зрелище.       — Бедная душа. Уверен, что её пощадят на высшем совете моих братьев и сестер за такое решение.       Глаза Мари раскрылись максимально.       — Братьев и сестер? Вы называете высший суд вашими…       — Да, дитя, именно так.       — Я общаюсь с богом? И даже бог не в состоянии это место устранить?       — Теперь ты понимаешь масштаб проблемы. К сожаления те, кого вы называете Великой четверкой слишком уповают на свои инструменты в виде вас, ангелов и демонов, но именно это упование двигает вас совершенствоваться. Все связано.       — Я совру, если скажу, что все понимаю.       — Не волнуйся, еще поймешь.       — Так что мы будем делать?       — Мы… Будем приближать срок образования этой раны.       — И как же?       — Очень просто. Накормим это место так, чтоб все произошло как можно скорее.       — Уриэль говорила что-то в этом духе… Когда Эллизиум перенасыщен, это самый лучший способ от него избавится.       — Я не совсем с ней согласен, но, отчасти, правда.       — Но чем мы его накормим?       — Мной.       — Что?       — Я отдам ему столько духовной силы сколько смогу. Учитывая сколько он уже поглотил — осталось совсем немного. Нужно найти только место, где это можно сделать.       — А нужно особое место?       — Нужно. Особо чувствительный узел, в который мы как со шприца в вену введем ему допинг.       — Знакомы с современной медициной? — хитро улыбнулась Мари.       — Немножко. Есть идеи, где подобное место может быть?       — Есть. Аж две.       — Тогда, — поднялся мужчина, — расскажешь по ходу дела, — положил он руку на лоб Мари, и они исчезли. Из закрытого домика послышался звук разбитого стекла.

***

      Сюда, быстрее несите сюда! — Кричала Диана, открывая двери в медпункт перед одним из поваров, на чьих руках лежала Наташа. — На койку её! — сказала вожатая, копавшаяся в шкафчике с медикаментами.       Повар аккуратно положил Наталью на койку и встал рядом.       — Спасибо большое, дальше мы сами.       Повар кивнул и направился к выходу. Диана, достав необходимое, смочила вату из какой-то баночки и подскочила к койке.       — Так, вдохнули.       Повариха, натужно кашлянув закрыла нос рукой.       — Гадость! Что это?       — Не важно… А вот что с тобой — это важно. Ты уже стала регулярно терять сознание. Как голова? Болит? Кружится? Кровь из носа идет?       — Нет, нет и нет. Мне резко плохо стало. Думаю уверенно, а двигаюсь еле-еле.       — Не понимаю, — плюхнулась Диана в кресло. — Такое ничего хорошего не сулит. Тебе бы томографию сделать, посмотреть, что у тебя с головой. Не нравишься ты мне.       — Как приеду — обязательно сделаю.       — Ты как дитя, боги… Пока за руку не возьмешь и не отведешь — ноль результатов.

***

      — Регардэ! — Громко сказал Адриан улыбаясь и показав пальцем.       — Что там? — спросил Никита, прикрыв глаза от избыточного солнца. — Я ничего не вижу.       Адриан набрал скорости в своей ходьбе и достиг нужного.       — Не понял сейчас… Мы шли ради этого? — показал Никита пальцем на усыпанный белыми пышными бутонами куст, чуть ли не в человеческий рост.       — Ви! — радостно сказал Адриан.       — Куст с цветами… Белыми… И как ты о нем узнал?       — Вика́…       — Вот значит как? Вике захотелось цветочков? Она тебе взяла и рассказала об этом кусте?       — Но…       — Ладно, надеюсь то, что ты придумал стоило этого похода. Признаю, кстати, цветы очень красивые. Будто не лесная какая-то дичь, а садовая… дичь. Как ты собрался их рвать? Тут же иглы с ноготь длинной.       Адриан улыбнулся и достав ножницы с кармана щелкнул ими пару раз.       — От чертяка! — улыбнулся Никита. — Ну давай, отруби и мне один. Думаю, что моей младшей понравится.       — Компри, — начал Адриан влезать в заросли куста.

***

      — Мы на месте! — крикнула Мари.       Дух и девушка стояли на небольшом холмике, а под их ногами красовался деревянный старый люк. Посмотрев на него Мари почесала лодыжку о другую ногу.       — Вы, конечно, дух и все дела, но ступеньки тут старые и гнилые. Аккуратно.       — Благодарю, дитя, — для галочки ответил дух.       Они спустились под землю. Каменный алтарь встретил их своим немым присутствием.       — Вот это место, я думаю как раз то, что вы искали, — мари подошла ближе. — Тут до сих пор та монетка которой я, кажется, заставила барьер меня пропустить.       — Любопытно, — дух подошел ближе и положил руку на стелу.       — Вы что-то чувствуете?       — Вполне, — замахнулся Дух и врезал со всей силы по камню кулаком. Шустро закрывшая лицо, Мари глянула одним глазом через пальцы. Стела треснула.       — Ого.       — Контрольный, — врезал Дух еще раз отчего камень раскрошился. — Видишь?       — Что ви…? Вижу. Это что? Мой глаз точно закрыт? — смотрела Мари на непонятный сгусток света медленно переливающийся и пульсирующий.       — Это и есть наша «вена». И только я начну на нее воздействовать — она начнет пропадать.       — Я могу вам чем-то помочь?       — Сомневаюсь, так что просто, будь добра, не отвлекай меня. Мне нужно, — раскрыл ладонь дух, — с первого раза вложить нужное количество силы. — В ладони духа загорелся огонек.       — Тогда благослови вас… Ой.       Дух посмеялся.       — Шутку засчитываю. Всё. — Дух выпрями руку с огоньком.

***

      — Пипец, друган, у меня все руки, будто ежа гладил! — Сказал Никита, осматривая свою ладонь. Во второй руке у него находился цветок на длинном шипованном стебле. Адриан же нес целый букет из семи цветов. Парни уверенно двигались в сторону лагеря.

***

      В дверь медпункта раздался стук.       — Кого там еще могло принести? — сказала Диана.       — Ни малейшего понятия.       — Войдите! — Крикнула вожатая. Дверь открылась.       — Приветствую вас, дорогие сотрудницы, — раздался голос начальника смены. Саша зашел и закрыл за собой дверь. — Наслышан о том, что случилось сегодня. С вами все хорошо, Наталья? Как вы себя чувствуете?       — Неважно, Саша, слабость какая-то невероятная.       — Вы должны себя беречь, лагерь не переживет если хоть на день останется без вашей готовки. Перед вами Диана я вообще должен извиниться.       — За что?       — За то, что на ваших плечах аж две работы висит. Крайне прискорбно, что с нашим медбратом приключилась такая история. Я признаю, что он получил по заслугам, если все описанное в рапорте было правдой, но все равно…       — Да ладно вам, Саша. Меня медпункт не сильно стесняет. Я успеваю делать всё что надо и все что хочу.       — Я обязательно распоряжусь чтоб вам заплатили, но я пришел с еще одной новостью.       — Вот как?       — Представляете, только что получил сообщение от начальства. Смену сокращают на несколько дней. Завтра — последний день, а следующим утром — отъезд.       — Что?       — Что?! — громко спросила Наташа.       — Прекрасно понимаю вашу реакцию, но мы ничего не в состоянии сделать. Так приказано. Предупредите отряд. Ах да — концерту быть, так что торопите выступающих с отработкой и репетициями. — Саша вышел, закрыв дверь.       Наташа стала еще бледнее, чем была. Диана грызла ноготь большого пальца.

***

      Дух и Мари вернулись в домик.       — Что произошло?       — То, что я и говорил. Я немного ускорил цикл обновления этого места. Будь готова ко всему, юный демон. К сожалению, мне пора и я обязан оставить это место на твое с Уриэль попечение. Спасибо за то, что ты подсказала, где узел.       — Не за что… — спокойно ответила Мари, — Но… Можно вас еще немного задержать?       — Только немножко. Что ты хотела узнать?       — Почему это место стерло несколько человек из памяти всех?       — Наверное, потому что хозяину просто стало тяжело выдерживать такой массив информации. Вот и пришлось кого-то удалить. А учитывая, что ты еще и любезно помогла усугубить положение хозяйки…       — Вы знаете?       — Знаю, дитя. Как бы мне не было жалко то существо, её не должно было быть в мироздании. Ты оказала миру небольшую услугу.       — Тогда еще вопрос. На этот раз последний. Вы… знаете где…       — Нет, дитя. Я не знаю где тот о котором ты хочешь спросить.       — Вот как…       — Не отчаивайся. Ты и сама успела увидеть, что он жив. Если ваши судьбы сплетены, вы обязательно друг друга найдете.       Мари промолчала.       — Ну-ну, Мари, — положил дух свою здоровую руку ей на плечо, — вот только уныния с твоей стороны тут не хватало. Надеюсь, то, что я тебе сейчас скажу повысит твое настроение. Я никогда раньше не видел созданий подобных тебе, но, если они появятся и хоть самую малость будут следовать твоему пути, то я буду спокоен как медведь в зимней спячке. Ты — настоящий пример для подражания.       Мари крепко обняла духа.       — Вы назвали меня по моему смертному имени. Почему?       — Кто знает? — пожал дух могучими плечами. - Может оно тебе просто больше идет.       Именно с ним ты индивидуальность, а не наследование чьих-то ошибок прошлого.       — Спасибо вам. — отпустила девушка мужчину.       — Бывай, кроха-демон. Может мы еще когда-нибудь с тобой увидимся.       — До свидания, — улыбнувшись сказала Мари вытирая слезу.

***

      — Хватайся! — Сказал Никита, сидя верхом на ограде и протягивая Адриану правую руку. Левая же была озадачена поддержанием равновесия и удержанием букета. — Давай быстрее, цветы жутко колючие.       — Ви, — Прыгнул Адриан в попытках подтянутся. Никита его подхватил и помог, буквально втащив его самолично.       — Уф, мерси.       — Па дью ту, — улыбнулся Никита, — Кажется так на вашем «не за что».       — Ви, — улыбнулся Адриан.       Парни спрыгнули на территорию лагеря.       — Держи, — отсчитал Никита Адриановы семь цветов.       — Мерси.       — Что теперь будем делать? Как Серого вытащить из его этой бетонной скорлупы?       — Но идея… Муа — показал Адриан на себя пальцем, — Вика́.       — Вика на тебе? Серега на мне?       — Ви.       — Ладно, — почесал Никита нос, — Попробую ему навалить столько информации, чтоб он быстро не смог её переварить.       — Идея, — спокойно сказал Адриан отсчитав три розы, — Пур Сережа́.       — Ему сразу нужно их вручить? Понял. Где встречаемся и через сколько?       — Апри квинзе минутес       — Квинзе это…?       Адриан показал пять пальцев.       — Пять?       Теперь покрутил руками типа «больше вариантов»       — Пятнадцать?       Адриан щелкнул паальцами.       — Понял. Тогда на площади.       — Клер.       Парни все равно пошли вместе до площади.       — Тогда до встре… — хотел Никита попрощаться, но был грубо прерван.       — Никита! — обратили парни внимание на приближающуюся кудрявую фигуру, явно насупившуюся и сжавшую кулаки. Ангелина бежала за ним следом.       — Сейчас будет спектакль, — улыбнулся Никита и встал, дожидаясь претензий.       — Никита! — Антон наконец-то дошел. — Можно тебя на пару слов?       — Можно, Антон, — улыбнулся парень.       — Верни карты памяти! Пожалуйста.       — А, так вот в чем дело, — не слезала улыбка с лица Никиты. — Вот эти вот? — остал он из кармана злополучные флешки.       — Вот эти вот, — выпрямил руку Антон.       «У него ноги трясутся» — отметил Адриан.       — Нет, не отдам. На них компромат на меня и Адриана, и пока он не удалится, ничего я возвращать не буду, — начал Никита свою игру.       — Нету там никакого компромата! Я хотела вас напугать, — сказала Ангелина.       — Да? Ну я не буду уверен, что его действительно там нету пока сам не посмотрю.       — Никита, прекрати! Тебе же сказали, что там пусто, отдай карты! — перешел в наступление программист.       Никита убрал с лица улыбку и добавил взгляду суровости. Антон отлично видел, как быстро летит нога Никита в чье-то лицо, а учитывая разницу в росте его и Антона тому и поднимать её не придется. Никита подошел ближе и свесился над парнем давя на последнего всеми возможными способами.       — Отбери.       Антон тяжело сглотнул, смотря в злые глаза Никиты.       «Сейчас сломается» — думал Адриан наблюдая.       Но программист поднял трясущиеся руки, отставил вяло ногу и вооружившись самым злым выражением лица встал в боевую стойку.       На лице Никиты резко засияла улыбка.       — Боже, Тоха, да в тебе настоящий рыцарский дух проснулся! — Выпалил боец.       Антон не понимал, что происходит, но, злость на его лице сменилась удивлением.       — Ты смотри как впрягся за свою даму. Держи, — разжал руку Антона Никита и положил туда две карты памяти.       Казалось, что с плеч Антона только что рухнуло напряжение всего мира.       — Ангелин, ты присмотрись, видишь, на что он готов, а? — подмигнул Никита уже удивленной девушке. — Братан, совет тебе на будущее. Когда идешь с кем-то на разборки, больше злости во взгляде. В тебе читается неуверенность, да и ножки потрухивают. Нужно подойти и глянуть так глубоко, как только может пробуриться сверло твоей ненависти.       — А… Спасибо, — еле выдавил Антон.       Никита крепко хлопнул того по плечу и решив, что с него хватит этого разговора, ушел.       Антон, посмотрев на карточки в своей руке, облегчённо выдохнул. Ангелина к нему подскочила в несколько шагов.       — Какой же он страшный… — сказал Антон.       — Ты мой герой! В жизни больше тебя не упрекну в нерешительности.       Антон нервно посмеялся.       «Нечего мне тут больше делать, — подумал Адриан и решил уйти. — Хоть бы она была в домике»

***

      — Адриан! — послышался знакомый женский голос, когда парень проходил мимо медпункта. Он обернулся. Его догнала Диана. — Ты где взял эту красоту? — показала она на цветы.       — Эм… Вы меня будете ругать, — улыбнулся Адриан. — Но надеюсь, простите за это, — протянул Адриан один из цветков.       — Ой… Спасибо большое… Надеюсь, что я никого не лишила этой красоты.       — Нет, не лишили. Я просто никому не признавался зачем я выстриг на одну больше. Вы все еще один из моих лучиков.       — Всё, Адриан, даже не буду спрашивать, где ты их взял. Спасибо тебе большое, — вожатая обняла парня согнув одну ногу в колене. — Пойду найду куда его поставить.

***

      Диана снова зашла в медпункт.       — Смотри какая у меня прелесть в руках! — похвасталась она Наташе.       — Ого, подруга, — вяло отвечала она, — у тебя появился поклонник?       — Нет, все не так запущенно. Адриан подарил. Где-то взял аж четыре штуки.       — Интересно. На территории лагеря не растут цветы, — хитро ответила повариха.       — Да я уже догадалась. На моей памяти из этого графина пили аж два раза, — показала Диана пальцем на стол, — думаю, что это просто идеальное место для нашего нового друга.       Цветок занял свое новое место.       — Интересный очень. Похож на розу, но не роза.       — Это шиповник. У меня под домом растет. Когда он цветет это прям загляденье.       — Вижу. — улыбнулась Повариха.

***

      Адриан, спрятав цветы за спиной, замахнулся, чтоб постучаться в домик Мари, но застыл, слушая разговор на повышенных тонах.       — И чтоб это было́ в последний раз, Марго́! Чем виновата́ я и моя крова́ть?       — Да чего ты так взъелась? Подумаешь! Сама тоже ночевала у парня, и кто знает, чем занималась?!       — Ничем! Был дождь, а до его домика было ближе́!       — И что? Решительности не хватило? Или месье Адриан оказался не во всем первый! Не нужно на меня спихивать свои неудачи! — раздался топот. К двери подходили.       Дверь раскрылась резко, и слава богам что все домики открывались во внутрь. Адриан встретился взглядом с Ритой, замершей на выходе настолько резко, что казалось в таком состоянии она пробудет вечность.       — Адриан… Привет. Ты давно тут стоишь?       — Довольно-таки… — убрал парень руку с цветами из-за спины осознав, что момент неожиданности провален.       — Что это? — спросила Рита. — Боже, какая красота.       Мари сидела на своей кровати и смотрела на выход. Не отреагировав на фразу Риты Адриан как ледокол прошел внутрь и подошел к Мари.       — Ты на меня еще злишься?       Мари отвела взгляд.       — Немного. То, что ты натворил утром, меня до сих пор бесит.       — Так и не догадалась зачем я действительно туда ходил? Вика была права, эти цветы действительно краше любых графских роз, а ты целиком и полностью заслуживаешь их, — протянул Адриан три колючих стебля. — Каждый этот цветок как ты, с виду нежный и красивый, но и защитить себя в состоянии, глянь какие шипы.       — Ой… Это мне…? Но я ведь не… Это же… Ой. — Аккуратно забрала Мари цветы.       — Ты со вчерашнего вечера сама не своя и я подумал, что такой небольшой пустяк заставит тебя хоть чуть-чуть отвлечься. Как ты сейчас?       — Все хорошо… — без радости ответила Мари, — А теперь — еще лучше, — легко улыбнулась она парню, — спасибо тебе большое. Они действительно прекрасны. Адриан?       — М?       — Я все равно должна тебе много что рассказать, но… давай это немного подождет. У меня слишком хорошее настроение, чтоб его сейчас портить и тебе и себе.       — Ну, я хоть прощен?       Мари улыбнулась и притянув парня к себе ближе крепко поцеловала.       — Понял, — улыбнулся Адриан, — Хочешь еще кое на что посмотреть? Как раз время подходит.       — На что?       — Как Сережа сам того не зная вручит Вике букет из такого ею желанного шиповника, — хитро потер подбородок парень.       — Можно и глянуть. — Весело ответила Мари.       Дверь в домик громко хлопнула.       — Похоже, Марго не выдержала, — улыбнулась Мари еще шире.       — Она все время была тут?       — Да, — посмеялась Мари, — похоже, что Вася в романтическом плане ой как слаб.       — Кстати! Твой лоб! Он… В норме, — подобрал Адриан нужные слова спустя небольшую паузу.       — Да. Я всё-всё потом расскажу, я ж сказала. — Все еще смотрела Мари на цветы улыбаясь.       В захлопнутую дверь постучались.       — Открыто́! — Крикнула девушка.       — Мари-и! — громко протянув, в домик забежала Оля. — Смотри какой мне братик подарил цветок! Он красивый и колючий, и пахнет здо… рово, — поубавила Оля в радости как увидела, что у Мари таких было чуть больше.       — Значит, не только у меня и Вики такие цветы будут? — укоризненно спросила Мари.       — Ну… Никите нужно было чем-то заплатить за то, что он пошел со мной, а помог он мне достаточно сильно. Так что, помимо этого цветка, я торчу ему еще услугу, но до сих пор не знаю какую. Он что-то хочет от меня, после отбоя, — попытался Адриан оправдаться.       — Ясно всё с тобой, — сказала Мари и переключила внимание на Олю, — Оче́нь красивы́й. Я уже успела́ их осмотреть во всех подробностя́х.       — Не, ну это не честно. Выходит, что Адриан любит тебя больше, чем Никита меня, а я, на секундочку, его сестра! — Надула Оля свое милое детское личико.       — Не расстраивайся, шери́. Думаю, что он в один цветок вложил все свою л амур.       — Может ты и права… Но он все равно у меня получит, — грозно сказала Оля и вышла из домика.       — Ну и ну… — сказал Адриан. — Похоже, сто́ит за него начать волноваться.       — И не говори…       — Пойдем. Нам пора смотреть спектакль.       — А цветы поставить в воду? Завянут ведь.       — Я не подумал…       — У меня в сумке была бутылка с минералкой. Надеюсь, подойдет, подержи, — протянула Мари цветы парню, а как тот их взял полезла под кровать. Достав оттуда сумку и порывшись в ней, заветная полупустая бутылка была найдена. — Давай, горлышко широкое, всё влезет без проблем.       Три цветка в незамысловатой вазе заняли свое новое место на прикроватном столике.       — Красота!       — Согласен. Пойдем. Никита нас уже должен ждать.       И стоило только им выйти и закрыть дверь, как недавно упоминаемый буквально подбежал к домику с глазами полными непонимания и удивления.       — Блин, ребята, так и делай людям приятно… Принес сетрёнке цветок, она обрадовалась, побежала куда-то, вернулась и меня побила. Хорошо, что хоть Женя этих треклятых цветов не видела. Вот представление бы началось…       — Эх, Никита́, не умеешь ты с женщинами общаться́, выходи́т.       — Просто вы, женщины́, — перекривлял Никита, — не знаете чего хотите. — Выдохнул он обессилено. — Ты с нами, Мари?       — Ви, хочу посмотреть, что вы там задумали́, — улыбнулась Мари.       — Если б мы сами знали, — улыбнулся Никита в ответ, — будем действовать по ситуации.       — Алю, — скомандовал Адриан.       Троица двинулась.       — Так… Какой план действий? Я должен выманить Сережу из мастерской, каким-то образом вручить ему цветы и сделать так чтоб он стоял с этими цветами на площади, я так понял?       — Ви, дю сет фассон.       — Он сказал, «Именно так».       — Значит ты, Адриан, идешь за Викой?       «Хотя… Это получится супер глупо, если за Викой пойду я…»       — Но, Ченьджье.       — Чего?       — Говорит — «Меняемся»       — То есть Я́ должен выпереть Вику оттуда, где она там есть? Она за мной не пойдет никуда. Мари, может ты? Вы с ней там подругами вроде стали.       — Могу попробова́ть.       — Тогда, — поравнялся Никита с Адрианом, — держи. Я погнал занимать зрительское место, — улыбнулся Никита, вручил цветы и дал дёру.       — Ах ты зараза, смотри, чтоб я тебе вечером что-то не испортил.       Мари поравнялась с Адрианом.       — Я знала, что он что-то выкинет, но просто убежать…       — Ладно, — выдохнул Адриан. — Знаешь, где Вика живет?       — Зн… А вот сейчас не уверена.       — Почему?       — Соседку ей поменяли. Вот это странно.       — А, ты об этом? Если задуматься, то я Марту тоже очень давно не видел.       — И не увидишь больше.       — Что-то случилось?       — Случилось. Я все расскажу. А может даже немного больше. Ночью кое-куда выберемся.       — Хорошо. Если это важно — то я буду готов.       — Спасибо. Ладно, я к Вике. Что с ней нужно сделать?       — Заставить прийти на площадь. Но нужно чтоб Сережа оказался там первый и чтоб Вика не замечала его до последнего момента.       — И что, мне её в кусты спрятать?       — Ну не знаю… О! Короче, я подведу Сережу с цветами под музкружок. Сделай так чтоб Вика была уже внутри. Сиди с ней внутри, а как только я зайду мы её выпустим и закроем дверь.       — Как-то по-детски…       — Зато забавно. — Улыбнулся парень.       — Ну тут согласна.       — Тогда… За дело?       — Угу.       — Смотри, я буду стоять у мастерской и смотреть, когда ты приведешь туда Вику. Только вы зайдете — я вытаскиваю Сережу веду и захожу к вам. Один.       — Да поняла я, поняла. Мы уже до выхода дошли, мне в другую сторону.       — Давай, удачи!       — Нет, так не пойдет, — подошла Мари ближе и наклонив голову парня, поцеловала его. — Вот так пойдет. Я пошла.       — Давай, — улыбнулся Адриан ей вслед.       «Моя задача ничуть не легче» — подался парень вперед.       Беспокойный и задумчивый путь до мастерской, тем не менее, много времени не занял и Адриан опершись на стену кружка молча наблюдал за площадью постоянно перекидывая цветы из руки в руку.       «Как же колются» — думал он.       Ждать пришлось ужасно тянувшиеся десять минут, прежде чем заветные две женские фигуры не появились на площади и не стали двигаться к музклубу.       «Пора!» — глубоко вдохнул Адриан и постаравшись принять самый обеспокоенный и спешаще-тревожный вид, забежал в мастерскую с криками:       — Сережа, аиде муа, атёнд! — подбежал парень и схватил ошарашенного здоровяка за руку, которую Сережа тем не менее быстро вырвал.       — Ты чего творишь?! Что это за цветы?       — Па лю темп де експлике! — сказал Адриан с самым серьезным лицом которое мог наиграть и снова схватил Сережу за руку. На сей раз он сопротивлялся уже не так сильно и даже был выведен из мастерской.       — Да погоди ты! Что ты хочешь? Что случилось? — рука снова вырвалась.       «Да поддайся ты уже. Что не видно, как у меня все серьезно?»       Никита, видать уставший следить за жалкой потугой вытащить черепаху из своего панциря, покинул свой наблюдательный пост и добежав до мастерской тоже решил проявить чудеса актерской игры:       — Серега, нам помощь твоя нужна срочно, а ты противишься?       — Да что же может быть настолько срочное? Еще и цветы эти, — почесал Сережа затылок.       — Тебе что настолько влом помочь друзьям? Поверь, нам сильно нужно!       «Боги, что он несет?»       — Ладно, — вздохнул Сережа, — ведите, раз все «настолько» серьезно, что даже времени нету поделится.       — Давай, за ним иди, — сказал Никита, показав на Адриана. — Я своей частью займусь, — с самым Серьезным выражением лица сказал Никита и пошел туда откуда пришел. К кустам.       Адриан, кивнув головой в нужном направлении, пошел, а Сережа последовал за ним. Дойдя до музкружка и остановившись в паре шагов от него, парень крикнул:       — Аррети! — Резко обернулся француз.       — Пришли?       — Ви, — подошел Адриан и вручил букет в руки Сережи.       — Ау… Колючие.       — Рест иси, — сказал Адриан приподняв руки.       — Что? — только и сказал Сережа пока смотрел в спину заходящему в музклуб Адриану.       Зашел он как полагается — резко и без стука. Находившиеся внутри аж подпрыгнули от неожиданности. Даже репетируемая музыка прекратилась.       — Ты чего так пугаешь? — Спросила Мари, сидевшая с Викой на втором от входа матрасе.       — Нет времени объяснять. — ответил он Мари. — Вика́, вортэ миракле э веню. — Сказал Адриан быстро подходя к матрасу.       — Что? Ничего не… — Адриан поднял Вику с матраса. — Ты чего творишь?! — говорила Вика пока её несли. У входя она встала на ноги. — Что это было?!       Даже музыканты перестали играть и смотрели представление.       Адриан лишь хитро улыбнулся и кивнул головой на дверь.       — Мне… нужно выйти?       — Ви.       — Это очень грубо, ты знаешь об этом?       Адриан пожал плечами.       — Ну ладно, раз я такой нежеланный гость, так тому и быть, — явно расстроенно сказала Вика и вышла с музклуба спиной вперед нащупав дверную ручку.       «Так даже лучше» — подумал Адриан и быстро закрыл за ней дверь. Повернувшись к Мари, Адриан быстро замахал рукой.       — Подходи! Шоу.       — Все прошло гладко? — поинтересовалась подошедшая.       — Сейчас и узнаем, — Адриан начал смотреть в замочную скважину, а Мари внимательно слушала через дверь. — Она все еще рядом с дверью стоит.       — Может думает, что это розыгрыш?       — Вика? Ты что тут делаешь? — послышался далекий голос Сережи.       — Стою и не понимаю за что меня только что… Ой.       — О, она повернулась! — с детским задором говорил Адриан.       — Тише. — Шикнула на него Мари.       — Сереж… Откуда у тебя это? — продолжила Вика.       — Ты про цветы? Странна история — приперся Адриан в клуб, начал меня силой вытаскивать, Никита подошел и нагна́л что я не хочу помогать им в каком-то деле. Я согласился, меня привели сюда и Адриан вручил мне этот букетик.       — Вот ведь гадёныш…       — Что? Кто?       — Кто? Адриан. Знает, что я за этими цветами целый день охочусь. Похоже разыграть меня захотел.       — Она совсем глупая? — спросил Адриан.       — Ребят, а что происходит? — подошла Алита.       — Да тише вы! — максимально громко прошептала Мари.       — Я так не думаю, — сказал Сережа. — Я, похоже, понял.       — Он опять голову чешет, — сказал Адриан.       — Что ты понял? — сказала Вика.       — Он… Вика, я должен перед тобой извиниться.       — За что? — дрогнул девичий голос.       — За те наши посиделки. Мне Мари рассказала, как я с тобой обошелся.       — Вот как? — сказала Вика отводя взгляд.       — Да, прости меня, пожалуйста, Ты точно не заслужила такой реакции… Возьми пожалуйста. Думаю, этим цветам было предначертано стать моим шансом на искупление.       Вика взяла цветы немного помолчав:       — Я… не подозревала что они такие колючие, — сквозь всхлип сказала она.       Адриан отошел от замочной скважины и подпрыгнул с поднятым вверх кулаком:       — Вышло!       — Ну, не плачь пожалуйста… — сказал Сережа, — я настолько виноват?       — Нет, Сереж, — сказала Вика, улыбаясь сквозь слезы. — Я просто очень рада что ты не держишь на меня зла. Я сейчас поняла, как же я должна одному человеку, — подошла Вика к двери и постучавшись сказала. — Слышишь?! Теперь я верю!       — Я тоже кое-что внезапно понял, — вновь почесал Сережа затылок, — Вик, у тебя есть свободное время? — скромно спросил Сережа.       — Для тебя — найдется, — произнесла вика хитро, вытирая слезу.       — Тогда, есть одно дело, которое я никак не осилю без тебя, — улыбнулся Сережа. — После обеда жду тебя у мастерской. У тебя будет самый большой холст для творчества в лагере.       — Как же можно отказаться от подобного? Я обязательно приду.       Сережа и Вика вместе ушли в одном направлении, когда Мари отошла от замочной скважины.       — Морэ! — Сказала Мари вальяжно развалившемуся на матрасе Адриану.       — М? — довольно протянул парень.       Мари подошла ближе.       — Знаешь, я думала, что все то, что я умею — это магия. Я ошибалась. Магия сейчас произошла за дверью. Как у тебя это получилось?       — Нужно верить в чудо, и оно обязательно сбудется, — лучезарно улыбнулся Адриан, но Мари резко помрачнела.       — Тогда и я обязательно буду верить, — обняла она парня присев рядом.       — Что с тобой? Тебе снова плохо?       — Нет, всё хорошо. Я ж все еще могу на тебя рассчитывать вечером?       — Конечно. Можем прям тут и поговорить, после отбоя.       Прогудел горн.       — О! Обед. Что-то это утро тянулось бесконечно.       — И не говори.       — Идешь?       — Нет.

***

      Весь лагерь стянулся к столовой, образовав очередь, выходящую за двери. Адриан пристроился в самый конец.       «Когда все успели набежать? Музкружок один из самых близких к столовой и все равно я последний»       — Братан, это было нечто! Вика с Серым чуть ли не за ручку ушли! — подошел просидевший все представление в кустах Никита.       — Ви-ви.       — Даже интересно, куда они смылись? Есть не хотят, что ли?       «Есть не хотят… У меня есть человек поприоритетнее, с такой-же проблемой» — подумал Адриан. Очередь начала двигаться.       Продвинулось всё минут за десять. В столовой без Наташи всегда царила какая-то «не такая» атмосфера, по крайней мере парень сам себе так отметил.       Как и в последние несколько дней, еда снова не отдавала чем-то изысканным, но вкуса от этого теряла по самому минимуму. Отобедав в одиночестве — ни Мари не было, ни Рита так и не подошла — Адриан вышел на крыльцо.       «Итоги утра… С Мари мы договорились поболтать ночью. После отбоя я должен помочь Никите. Сережа с Викой успешно помирены. Что мне делать? Хотя… Есть одно маленькое дело…» — подумал Адриан и направился к своему домику. Дойдя, он открыл дверь ключом.       — Почему я не удивлен что ты тут? — улыбнувшись сказал парень.       — Не хочу к себе в домик возвращаться. — Повернулась, лежащая на кровати Мари, до этого смотревшая в потолок, к Адриану лицом.       — Да ладно тебе. Подумаешь на твоей кровати кто-то повеселился сверх меры?       — Хватит об этом. Ты что-то забыл?       — Да, есть одно дельце, — подошел парень к своему прикроватному столику и присев открыл створку. Адриан достал длинный блестящий металлический брусок.       — Твоя гармошка?       — Да… моя гармоника. — повертел Адриан в руках инструмент с тяжелой судьбой.       — Что ты хочешь с ней сделать?       — Знаешь… Сижу и думаю. Эта вещица была, что скрывать, очень весомым куском моей жизни. Мы с ней побывали в разный передрягах и даже пару раз благодаря ей я смог поесть, но…       — Что «но»?       — Это была неправильная жизнь. Я сам её такую выбрал и очень сильно пожалел. Перевыбрать я не могу, но… распрощаться с ней уже давно пришло время. Нужно только попрощаться с гармошкой.       — Ты уже раз попытался.       — Ты права. Но когда я это делал, то меня терзали сомнения. Целая туча сомнений. Видимо мое испытание не было пройдено и вхождение в новую жизнь мне было не дозволено, — улыбнулся Адриан.       — Что же изменилось, Морэ? — Спросила Мари, улыбнувшись в ответ.       — Кто знает? — пожал плечами парень. — Может просто появилось желание ради кого-то мою жизнь поменять, — глянул Адриан на Мари.       — А не будешь жалеть? Сам же сказал, что прошел с этой гармошкой через многое? Да и ценность материальную, она, оказывается, имеет очень немалую.       — Это кусок металла, Мари, способный издавать звуки. В моих руках она играла грусть и печаль. Но… Я хочу еще раз отдать её той в чьих руках, ну или губах, она заиграет музыку подаренной надежды.       — Ой, Адриан, зафилософствовался ты что-то, — произнесла Мари с лёгкой ноткой сарказма. — Я целиком поддерживаю твое желание отдать эту вещицу Алите. Поверь, гармошка ей явно будет чем-то большим чем просто инструмент.       — Ты чудо, Мари. Спасибо, что понимаешь.       — Да ладно, обращайся. — улыбнулась девушка.       Адриан вышел из домика, закрыв его на ключ, и положил гармошку в карман шорт. Теперь ноги несли его в музкружок.       «Кошмар какой-то. Мой ежедневный маршрут как будто запрограммированный. Куда не пойду, все равно сюда либо просто зайду, либо аж тянет,» — Подумал Адриан открывая дверь в ревущее от музыки помещение. Алита репетировала с набранными еще в первые дни музыкантами, похоже настолько самоуверенными в собственном профессионализме что вспомнили про концерт аж за два дня до его начала. Действительно старался среди них только Денис.       «Кажется, за все время тут я их видел раза два, а с инструментами так вообще… — подумал парень, заходя. — Ритм, у них, конечно, хромает, да и песенки какие-то попсовые. Не буду их отвлекать пока не закончат. Где моё деревянное сокровище? — начал Адриан двигаться к своему любимому последнему матрасу, но, заметив, точнее — не заметив, на нем одной очень важной части, ускорился.       «Вот сейчас не понял, где моя гитара?!» — несколько раз быстро обернулся парень.       — Алита́! — не выдержав крикнул Адриан. Весь «оркестр» замолчал, лишь Денис автоматически настучал еще пару раз.       — Адриан? Ты чего кричишь? Не видишь, что мы заняты?       — У э ма гитар?! — показала парень через спину большим пальцем.       — Что? Я не понимаю, что ты хочешь. Что, гитара?       — Адриан, да её… — Начал Денис, но остановился, как только получил с ноги о самую большую барабанную бочку. Алита махнула на ощупь, не отрывая от Адриана взгляд.       — Куа? — переспросил Адриан уже Дениса.       — Да не, я перепутал.       — Хей, пэл, вот зе хел, а ю вэйтин фо? Стоп дистёрбин ас! — Сказал один из гитаристов злобно глянув на Адриана и сильно сжимавший левой рукой длинный гриф бас-гитары.       — Вейт э минэт, — ответила гитаристу Алита.       Адриан же, не поняв ни слова, паренька обошел и схватив гриф за головку, резко, чуть-чуть, крутнул один из колков.       — Хи джаст броук май тюнинг! — Крикнул басист, перебирая струны, но, к своему же удивлению, не заметив фальши — замолчал.       — Но ремерси па, — без интереса сказал басисту Адриан продолжая взглядом дырявить Алиту.       — Я поняла… — сняла Алита гитару и поставив её на стойку отошла, сказав остальным, — Джаст фор э фью вордс. Слушай, я серьезно не знаю куда делась твоя гитара. Может ты просто забыл куда её положил? Поищи в коморке там…       Адриан тяжело вздохнул.       — Тю не се па ментир.       — Это что-то про вранье? Но я не лгу.       — Бьен, — сказал Адриан отведя взгляд. — Алита́.       — Что? Что-то еще?       — Ви… — достал с кармана Адриан свою гармошку.       — Ой.       — Пур ла мемуар.       — На… память? Но.       — Ун парти де льям. — Максимально серьезно говорил Адриан. Алита растерялась.       — Частичка… Не поняла чего. Адриан, я не могу. Она стоит очень дорого, да я уже…       Парень продолжал смотреть.       — Не отступишь, да? — улыбнулась Алита.       — Но.       — Эх… Ладно, спасибо тебе за нее еще раз. На этот раз я точно не смогу тебе её уже так отдать. Надеюсь, это хоть не финальное «прощай»?       — Финале, — сказал Адриан максимально серьезно.       — Хорошо, — безрадостно обняла Алита парня, — я её обязательно сохраню.       В клуб без стука зашла Диана.       — Ну и ну. Адриан, это уже совсем перебор.       — Он просто пришел отдать мне одну потерянную мной вещицу. — Ответила Алита отпустив парня.       — Итс нот, а мьюсик клаб, итс сёкус! — сказал уставший ждать басист. Сняв с плеча электрогитару и поставив её на стойку, парень, не оборачиваясь ушел, пройдя мимо Дианы. Пианистка и еще один гитарист, удивленно посмотрев продолжили ждать.       — Это что за истеричка? — показала Диана пальцем за спину.       — Это был мой басист… Придется, до послезавтра, найти еще одного.       — Алит, плохие новости.       — Какие?       — Концерт завтра. Смену сократили на сутки. Послезавтра — уже отъезд.       — Что?! — раздалось просто с неслыханной громкостью от главы кружка. — Мы же ничего не успеем! Плана выступлений нет, сцена не готова!       — Мне очень жаль, но это прямой приказ начальства. Концерт стартует завтра в десять вечера. Всё должно быть готово.       У Алиты лицо стало белее мела.       — Вот тебе и на! Знаете, до этого момента я был уверен, что готов, а сейчас же я как смертник перед расстрелом. Алита, скажи, это ведь пройдет? — сказал Денис.       — Мне срочно нужен Сережа! Света на сцене до сих пор не хватает! Мне нужен басист, мне ой как много чего нужно! — общалась Алита сама с собой.       — Адриан! Ты обещал мне помочь с песней. — Снова сказал Денис.       — Ви, демейн.       — Надеюсь, что мы успеем.       — Ладно, все что я должна была вам передать, я сказала. Мне еще нужно шокировать больше половины отряда, так что я побежала, — сказала Диана.       «Нужно всё рассказать Мари» — подумал парень.       — Адриан подожди! Мне нужна твоя помощь! — «Только не это». — Мне нужен басист, а я никого больше не знаю кто хоть чуть-чуть с музыкой знаком. Выручай!       «Еще чего не хватало! Я басистов конечно уважаю, но про них как-то слишком много шуток.» — Поднял Адриан покалеченную руку вместо придуманных слов.       — Я забыла…! — взялась Алита за голову руками.       — Жу венриа пью плю тард, — сказал Адриан под всеобщее непонимание и вышел с музкружка держа путь до своего домика.       Добежав до него, парень поворотом ключа открыл дверь. Мари сидела на кровати скрестив ноги и казалось, медитировала с распахнутым зрячим глазом.       — Мари, ты что опять подсматривала?!       — Нет, — помолчала она какое-то время. — Чуть-чуть. Алите понравилось?       — Я так и не понял, но сейчас о другом. Мари, смену сократили на один день. Концерт завтра, а отъезд — послезавтра утром.       — Что? Ты сейчас серьезно? — Вышла Мари из транса и посмотрела на парня удивлённо.       — Да, но я думал, что это тебя впечатлит намного сильнее.       — Я… считай эту смену и укоротила.       — Что?       — Адриан. Время поговорить настало чуть раньше.       — Сейчас?       — Сейчас. Ты готов меня слушать?       — Мне кажется, что я готов уже во всему, — пожал парень плечами.       — Тогда сядь куда-то. Тебя может шокировать немного.       — Эх, — присел Адриан на прикроватный столик. — Вещай, я весь во внимании.       — Хорошо, — глубоко вздохнула Мари. — Ты ненастоящий!       На пару минут повисло молчание.       — Чего?       — Ты… не настоящий, Адриан. Вот была причина моего расстройства, вчера.       — Как это «не настоящий»? Я ж себя могу потрогать. К тебе притронуться могу. Думаю… вроде. Да и ты сама говорила, что видела меня в вашем родовом имении! Оно ж за тысячи километров отсюда.       — Я знаю, Адриан, и я сама понимаю не больше твоего. Тут все наперекосяк.       — Ладно. Давай с моей «настоящестью», — посгибал Адриан пальцы несколько раз, — разберемся позже, хотя стоит отметить, ты и правда меня шокировала. Ты уже не раз твердишь про «это место». Что это за место?       — Это место — это этот лагерь. Он… тоже ненастоящий. А живет этот лагерь за счет циркулирования в нем энергии. Энергия берется от плененных здесь душ.       — Помнишь, что я говорил, что ко всему готов? Вот, моя уверенность разбивается о стенку непонимания. Этот лагерь — не лагерь, а какая-то тюрьма, где держат, прости, души?       — Именно так. Удар номер три. Знаешь кто надзиратель этой тюрьмы?       — Ну, не томи.       — Наташа, наша повариха. Все это началось из-за нее.       — Нокаут. Наташа… организовала тюрьму для душ чтоб тут их кормить изысканными блюдами?       — Адриан, не время сейчас шутить! Тут все серьезно. За две недели пребывания тут здравствует только душа. Тела́ находящиеся тут — увядают. Я сегодня посмотрела на себя настоящую в зеркало! Все что мы тут едим — это либо гниль, либо просто воздух и молись чтоб второй вариант был в большинстве случаев. Каждый тут запертый не ел уже несколько недель и не пил.       — Ну, без еды человек может протянуть довольно долго, но без воды…       — Тем не менее, все кто находятся тут телесно — еще живы, но за следующий день всё может резко поменяться.       — Ладно, — обеспокоенно сказал Адриан, — Что мы можем сделать?       — Мы? Ничего. Я тоже ничего и Диана ничего. Это место защищает своего хозяина и       Наташа сейчас неуязвима. Уязвима она будет утром, во время отъезда. Отъезды — это время когда лагерь перезапускается.       — Сложно, — задумался Адриан. — Стоп. Ты пыталась убить Наташу?       — Адриан, это моя миссия! Я тут для этого, а все что тут происходило… Это лишь обстоятельства. Я вообще не думала, что я буду тут чем-то заниматься кроме как охотится, а оно вышло вон как. — Отвела Мари взгляд пытаясь деть его хоть куда-то.       — Жалеешь?       — Сейчас не время такое обсуждать, но, чтоб у тебя не осталось сомнений — нет, не жалею.       — Уже рад. Можно немного эгоизма?       — Ты на него способен?       — Мари… Если я не настоящий, то, что я?       — Ты — душа. Просто твое тело… где-то.       — Ну и почему я тут?       — Я не знаю. Эллизиумы никогда не представляли опасности. Этот — исключение. То, что это место мало изучено — результат того, что я только что сказала.       — Значит, я лишь свой же призрак? Я хоть точно существую?       — Существовал — точно. Сейчас же… — вновь отвела девушка взгляд. — Я не знаю.       — Мари. Ну ты же меня найдешь?       — Живого или мертвого, Адриан, — сказала она с полной уверенностью.       — Тогда, мне спокойно.       «Хрен там! Спокойно, не выдавай, Морэ не смей…»       — Спасибо. Твое спокойствие — одно из тех вещей которое позволяет мне идти вперед.       Адриан глупо улыбался погруженный в мысли.

***

      Диана села на скамейку.       «Все предупреждены, — подумала вожатая. — Даже административные дела закончились. Наташа спит, а о её состоянии ничего не известно, — она опустила голову на руку. — Подавленная атмосфера какая-то. Сходить проведать Мари? Должно же ей стать лучше? — все думала Диана, но её мыслям суждено было прерваться детским выкриком:       — Диана! — К вожатой стремительно бежала Оля, размахивая в воздухе какой-то бумажкой, а за ней еле поспевал Валера.       — Приветик, младшенькие. Что это у вас?       — Мы нашли письмо, представляете! Оно было в какой-то странной маленькой бутылочке свернутое в трубочку.       — Письмо? Кому?       — Мы не знаем и хотим выяснить, — заявил Валера.       — А чего вы не в полном составе? Где близнецы? Я тут подумала, что давно их не видела.       Оля и Валера переглянулись.       — Какие близнецы? — спросили оба.       — Ну хватит так шутить, — беззлобно сказала Диана, — Эдмунд и Эдгард, близнецы-гимнасты. Вы в первые дни с ними не расставались.       — Диана… Мы все время играли только вдвоём. — Говорила Оля.       «Она не врет. В Эллизиуме случилась поломка? Где же ты Грегор?» — погрузилась в мысли Диана.       — Диана-а, — громко сказал Валера.       — А?       — Так вы нам поможете докопаться до истины?       — Дайте хоть почитать что в письме.       — Читайте вслух, мы хотим еще раз услышать.       — Хорошо, — взяла вожатая бумажку из рук Оли.       — Дорогой Костя. Если ты это читаешь, значит ты-таки приехал в лагерь снова, и вспомнил мою просьбу заглянуть в то место, про которое я тебе говорила в конце прошлой смены. Я искренне в тебя верю и точно знаю, что тебе хватит терпения найти все записки чтоб узнать тот маленький секрет, который я так и не решилась тебе сказать лично. Помню, как ты прочитал мне тот стишок, который ты клялся, что сочинил сам. Если все было именно так, то ты и сам его отлично помнишь, но я не поленюсь написать его, ибо в нем ты найдешь подсказки для следующих частей письма. Сразу должна тебе написать, что я посчитала его довольно глупым, но тем не менее я запомнила его на всю оставшуюся жизнь. Что-ж:

Солнце, ветер, волны плещут

Чайки над водою реют

Пристань старая трепещет.

Люди свои кости греют… — закончила Диана читать письмо. — Стишок действительно глупый вышел. — в конце стояли три точки. Стих не закончен.       — Не знаю, мне очень нравится, прям чувствуется что есть какая-то интрига, — с важным видом сказала Оля.       — Ну, если это загадка, то двести процентов что следующую часть нужно искать на пристани или где-то на пляже. — Важно сказал мальчишка.       — Валера, пляж огромный, да и пристань не маленькая. Мы и за остаток смены там ничего не найдем. — сказала Оля.       — Верно, младшенькие, — сказала Диана. — Да и если подумать, то письмо было адресовано человеку, который явно знал адресующего лично. Если они были друзьями, то у них точно были какие-то только их секретные места. Даже не представляю сколько времени уйдет их отыскать.       — Ну… Может хоть попробуем? — Сказал Валера.       — Разве вам не интересна судьба этих двоих? — поинтересовалась Оля у вожатой.       — Ребятки, интересна, но посудите сами, если вы нашли это письмо значит его точно никто не читал. Оно так и не дошло до того Кости.       — А я и не подумала… — грустно сказала Оля.       — Да, печально выходит, — осознал и Валера.       — Ладно, простите, Диана, мы займемся чем-то еще. Оставьте листок себе. — Развернулась Оля вместе с Валерой на месте.       «Черт… Ну ты и грымза конечно, Уриэль, — подумала Диана. — Хотя… С каких пор вид расстроенных детей меня так заботит? Ах, ладно» — сжала Диана письмо в кулак.       — Подождите! — дети обернулись. — Встречаемся на пляже через пятнадцать минут. Идите сразу к дебаркадеру.       Дети, переглянувшись, широко улыбнулись и сказали:       — Да! — крикнули они, радостно убегая.       — Если уж и быть нянькой, то по полной. — Тихо сказала Диана.       — Это верное решение, — раздался мальчишечий голос что только-только начал ломаться…       — Что?! — обернулась Диана, но никого не увидела.       — Я тут.       Вожатая обернулась снова. Перед ней стоял незнакомый рыжий паренек со средней длины волосами лет четырнадцати-пятнадцати. Его лицо было усыпано веснушками, а глаза аж обжигали своим изумрудным цветом. Одет он был в форму лагеря, но какую-то не такую. Вроде бы и фасон, и цвета одинаковы, но она так и веяла словом «ретро».       — Ты кто?       — Я обязательно вам всё расскажу, товарищ вожатая, но для начала завершите то, что уже решили начать, — показал парень пальцем на листок. — Мне очень нужно узнать, что в письме.       — Ты говоришь по-русски, но я тебя не знаю, никто тебя не видел…       — И не увидит, я уверяю, — улыбнулся парень.       — Ты — призрак. Вот так новость.       — Верно. Душа, насильно запертая в этом месте. Вы нашли частичку воспоминаний обо мне.       — Костя?       — Когда-то был.       — Я Диана.       — Приятно. — Вновь улыбнулся паренек.       — Ты тут давно?       — Давно. Я поделюсь чем знаю, но…       — Я поняла. Письмо.       — Прошу вас.       Диана отвернулась, услышав какой-то выкрик со стороны спортзоны, но, как вернулась, призрак перед ней как будто растворился.       «Час от часу не легче — подумала Вожатая. — Пойду за купальником. Что-то совсем не охота на пляже в форме париться, и кто знает, насколько я там задержусь» — Встала Вожатая со скамейки и пошла к своему домику.       Столь рутинное занятие как переодевание не заняло много времени. Диана забрала свое пляжное полотенце и перекинув его через руку двинулась к эскалатору, а через пару минут активной ходьбы, стоя уже на нём, её окликнули.       — Не волнуйтесь, товарищ вожатая, я уверен, что не отниму у вас много времени. Я подскажу вам места, где могут быть спрятаны подсказки.       — Ты мне очень сильно поможешь, Костя, но пожалуйста, прекрати меня звать «товарищ вожатая». Это немного напрягает.       — Но это же ваше звание. Как я еще могу вас называть?       — Я же назвала тебе своё имя.       — К вам… по имени? — замялся парень, — Разве это не будет неуважительно?       — Мы едва знакомы. — улыбнулась Диана. — У тебя очень необычное поведение. Оно… Старомодное. Не могу другого слова подобрать.       — Просто так принято… Вы старше, вот и обращаюсь как учили.       — Тогда, разрешаю тебе лично называть меня по-имени, годится?       — Вас понял!       «М-да. Точно пропавший».       Диана доехала на эскалаторе до белого песка. Костя обернулся и застыв на месте начал смотреть куда-то, где море заканчивалось. Ну, или начиналось. Диана же, немного отойдя, начала скидывать с себя форму, которая вскоре заняла то же место что и её пляжное полотенце.       «Когда я сюда ехала, думала, что в перерывах от поисков и рутины не буду выбираться с пляжа. Даже не знаю, как реагировать на такой просчет.» — потянулась Диана, ловя испепеляющее солнце.       — Костя, пойдем. Нас уже ждут пара помощников.       — Они все-равно меня не увидят, — повернулся парень, но вновь отвернулся покраснев.       — Что такое?       — Вы… Очень открыты.       — Нет бы сказать, что выгляжу хорошо…       — Очень хорошо… то есть.       — Все, пойдем. Заставлять ждать — невежливо. — пошла Диана, наслаждаясь горячим песком под ногами. — Мог бы и сам форму снять. Жара ведь, а мы на пляже.       — Я не чувствую перепадов температур. Сейчас я тот образ, в котором… я не смог покинуть этого места.       — Расскажи поподробнее. Много знаешь про это место?       — Знаю, что таких как я — достаточно. У этого лагеря есть целая куча болванок, которых он выставляет как пионеров.       — Ты сказал «пионеров»?       — Да, а что?       — Лет пятьдесят это слова не слышала просто.       — Но вам нету пятидесяти.       — Верно, мне намного больше.       — Не понимаю.       — Не пытайся. С какого же ты времени тут застрял если для тебя отдыхающие — пионеры?       — С Советских, — «Ожидаемо». — Когда лагерь меня выставлял как пешку на своей доске я замечал нововведения, но почти весь собранный опыт за это время стирался, когда меня заменяли. Вот и осталось целое море осколков, а не память.       — Искренне тебя жаль. Если б ты выбрался, то бы сейчас был уже пенсионером, Костя.       «Как же хорошо, что народу мало, а то болтаю тут сама с собой…»       — Не сто́ит, Диана. Вы мне подарили неоценимую возможность побыть в сознании. Мне очень хочется просить искать это письмо как можно дольше, но от этого места все-равно скоро останется ровным счетом ничего.       — Очень скоро?       — Очень. Кто-то или что-то совсем-совсем недавно внесло сюда такой объем силы что даже стандартный цикл обновления этого места пошатнулся.       «Это ли причина сокращения смены?»       — Ладно. О, скажи, если ты бывал в сознании, почему сам не додумался поискать письмо?       Костя пожал плечами.       — Ответ вы сказали сами — я не додумался.       — Понятно, — произнесла Диана, как раз подходя к пристани, где ей уже вовсю махали Валера и Оля.       — Вот вы где! Мы уже всю пристань осмотрели, тут нету ничего! — По-детски раздосадовано сказала Оля.       — Плохо искали, — скрестив руки на груди, сказал Костя.       Диана на него посмотрела вопросительно.       — Если хотите, что-то спро… А… Ну да, меня ж нету. Ваше пребывание на пляже не будет очень долгим. Одно из секретных мест было в одном из спасательных кругов, развешанных на перилах пристани. Постучите по ним, один из них внутри пустой и разрезанный.       Диана кивнула.       — Кому это вы? — присмотрелась Оля.       — И кто это с вами? — показал Валера пальцем в пустоту для окружающих, и уставился на Костю удивленным взглядом.       Дианины глаза чуть не выскочили от удивления.       «Как же я могла забыть, что он клановый?!» — подумала вожатая.       — А… Валера, иди сюда на секунду.       — Заче… — начал паренек, но взятый за руку вожатой и отведённый в сторону, остановился.       Оля все еще не понимала, что происходит.       Диана присела на колено и шепотом сказала:       — Валера, слушай меня внимательно, — почему-то от этих слов мальчик стал серьезным, — Помнишь, ты охотился на призраков?       — Помню.       — Считай, что твоя охота оказалась успешной. Видишь того паренька?       — Вижу.       — Это Костя и он призрак. Ты и Оля нашли его́ письмо.       — Да ладно? — не смог скрыть удивления мальчик.       Оля подбежала к вожатой и Валере пробежав сквозь Костю.       — Не, я тоже хочу поучаствовать!       Диана, переглянувшись с Валерой друг другу кивнули и вернулись на свою «смертную» частоту вещания.       — Ребятки, а вы в спасательных кругах искали?       — Нет, — протянули оба.       — Они ж твердые и тяжелые, — Добавила Оля.       — А я так не думаю. Спорим если я пойду их и проверю, то обязательно что-то найду.       — Ну уж нет! — сорвалась девочка с места, — Не проиграю.       Валера вновь уставился на Костю.       — Настоящий призрак.       — Он меня видит? — обратился Костя к Диане.       — Видит.       — Ну и ну… Такого не случалось… никогда.       — Эх, Костя, как же многого ты не знаешь, — выдохнула Диана.       — Значит, этому суждено остаться тайной.       — Нашла! — Радостно Оля возвращалась, обратно размахивая в руках бутылкой.       «Слишком быстро» — улыбнулась Диана, а Оля протянула вожатой закупоренный пробкой сосуд.       — Я не смогла её открыть, — расстроенно сказала девочка.       — Что за шум? — с пристани вышел одетый в плавки все еще мокрый от купания Сережа, только-только надевший свои очки.       — Сереж, ты как нельзя кстати. Помоги, — протянула Диана ему бутылку.       — А разбить?       — Чтоб кто-то не дай боги порезался? Если бы все было так просто — я б не просила тебя о помощи.       — Пойдемте к яхте. У меня где-то в ящичке был шуруп. Использую его как штопор. Диана двинула вслед за Сережей, а все остальные пошли вслед за ней. Если б Диана не подошла ближе, то в жизни бы не заметила, что та многострадальная яхта от который в начале смены остался только облетевший корпус и заклинившие двери сейчас выглядела как ухоженная и любимая своим хозяином вещь. Корпус был выкрашен, выровнен, залатан и так далее по списку придававшему плавсредству тот вид, который она имеет сейчас.       — Красота, — восхищенно сказала Диана.       — Это еще не финальный штрих. Вы еще не знаете, как мы решили её назвать, — сказал парень, отходя к ящику с инструментами.       — Мы? — переспросила Диана.       — Сереж, а ты кисточек по у́же не брал? А то все что есть сильно… Ой! — на палубе показалась Вика, вооруженная самодельным из какой-то тряпки фартуком так странно надетым на её серый купальник.       — Нет, Вика, это все что были.       — Ну ладно, постараюсь закончить тем, что есть, — Она скрылась в том-же направлении что и пришла.       — Ну и ну, Сережа, с каких пор Вика на тебя работает?       — С сегодняшних. Случилась крайне интересная ситуация, в которой участвовали Адриан, цветы и Вика, — парень потер затылок. — Вика мне потом все рассказала. Человек поверил в чудо, и я вместе с ней.       — Так вот зачем ему нужны были эти цветы… Надеюсь, что Мари не узнает про их существование.       — Думаете он ей не прихватил?       — Твоя правда. Так, а чем Вика там занимается?       — Выписывает название. Так как я делал эту яхту с парнями, а они, не думаю, что будут против что я назвал яхту именно так, то оставалось только найти того, кто это название выведет, а кто с этим справится лучше, чем Вика?       — Поня-ятно, — протянула Диана довольное «я», — И как же назвали?       — А это я пока никому не скажу. Знаем только Вика и Я.       — Не на долго! — громко сказала Оля, рванув на палубу. Вика не заставила себя долго ждать. Образ лагерной хулиганки исчез не для всех обитателей лагеря, так что, злобно глянув на Олю, Вика заставила ту остановится.       — Оля, Никиты даже близко тут нету. Лучше тебе не знать, что я успею с тобой сделать пока он будет бежать к тебе на помощь.       — Я все брату расскажу! — вернулась Оля на пирс.       — Чтоб я тебя до завтра тут не видела! — рявкнула Вика напоследок. Оля показала ей язык.       — Оль, так делать как минимум не красиво, — отчитала Диана. — Это их работа и пусть они поступают как читают нужным.       — Поняла…       — Наконец-то! — Достал Сережа шуруп из ящичка с инструментами и вкрутил его в пробку бутылки. Приложив немалое усилие, Сережа заставил пробку медленно скользить. Раздался громкий чпок. Бутылка оказалась открытой.       — Дайте-дайте! — Выхватила Оля бутылку из рук Сережи.       — Спасибо тебе большое, — улыбнулась Вожатая.       — Да не за что. Что это хоть такое? Письмо в бутылке?       — Да, дети нашли чью-то старую переписку и теперь загорелись найти её всю. Меня они запалили в процессе.       — Интересно. И сколько уже нашли?       — Это вторая.       — И про что говорилось в первой?       — Там был отрывок стиха и воспоминания.       — Диан, читайте! — отдала Оля листок вожатой поняв, что читать — не весело.       — Ну что-ж… — взяла вожатая листок в руки. - Я ни капли в тебе не сомневалась. Я прям чувствую, что ты сейчас читаешь это письмо находясь на пристани и улыбаешься, вспоминая сколько же времени мы с тобой провели тут, вглядываясь в морской горизонт после того, как вдоволь накупаемся, — отвлеклась Диана чтоб глянуть на Костю. Тот действительно улыбался, — Помнишь, как мы сюда пришли после отбоя? Нам казалось, что все звезды небосвода отражались в спокойной морской воде. Ты тогда еще раз зачитал мне этот глупый стих…

Сей пейзаж чудесный, яркий,

Наблюдать могу я вечно.

Неизменно теплый, мягкий.

Будит радость человечью…

      — Не так и плохо, я думал, что стих действительно будет глупый, — сказал Сережа, поправив очки.       — Любая литература, поэзия — она на любителя, — отрезала Диана. — Жаль только, что ниточка ясности обрывается на этом письме.       — Ну а я вам зачем? — сказал Костя, обратив на себя внимание Дианы и Валеры. — Следующая точка — там, на обрыве. За пляжем я любил наблюдать только с одного ракурса. Потом, у меня появился единомышленник.       — Ладно, — сказала Диана, сворачивая письмо в трубочку. — Еще раз спасибо, Сережа, мы пойдем искать дальше, да, помощнички?       — Угу! — подтвердили дети.       — Не смею вас задерживать, — сказал Сережа, — у меня тоже еще есть дела.       Диана и младшие пошли к эскалатору.       — На обрыве есть одна единственная сосна, у которой торчат из земли корни. Мы сидели на них с подругой, когда хотели побыть одни и поговорить. Только сейчас подумал, что хотели мы этого почти всегда, — сказал Костя.       — У меня есть идея, где может быть еще одна подсказка! — выпалили довольный Валера.       — Да что ты говоришь?! — с долей сарказма сказала вожатая, по пути обратно, на которой, все больше появлялось лагерной формы. Призрак посмеялся.       — Да! Нужно найти такое место, где на пляж открывается самый красивый вид! Ставлю на то, что это место на обрыве, — гордо поднял Валера голову.       — Да ну, бред какой-то, — сказала Оля.       — А почему бы не проверить? — поддержала Диана, подмигнув Валере.       — Все равно мы там ничего не найдем! — сказала Оля.       Троица поднялась на эскалаторе и застыла.       — Направо или налево?       Валера, осмотревшись и увидев, казалось, нужную сосну справа, озвучил свою «догадку». Призрак ему кивнул улыбнувшись.       — Тогда я — налево!       — Вредина.       — Вы серьезно думаете, что я отпущу вас ходить по «обрыву» одних?! — воскликнула Диана.       — Тогда…! — глянула с огоньком в глазах Оля.       — Согласен! — Ответил с неменьшим энтузиазмом Валера.       Дети быстро занесли вверх по одной из рук сжав кулаки. И еще быстрее эти руки начали лететь по направлении соперника. Вожатая аж инстинктивно поймала обоих за кисти боясь, что кулаки таки прилетят в место назначения, но оправившись от секундной слабости увидела, что кулаки у детей сменились жестами.       — У меня ножницы!       — У меня бумага… — Ответила Оля.       — Боги… Считалочка…       — Вы подумали, что мы будем драться? Я не хочу, потом перед Никитой оправдываться, почему я её избил, — шутя сказал мальчик.       — Это я тебя изобью! — не поняла шутку Оля.       — Прекратили. Идем направо. — скомандовала Диана.       Нужное дерево было найдено быстро. Корни из земли действительно торчали очень высоко. Вожатая присела на один из таких.       — А вид действительно очень необычный. Такой ракурс. Нужно сказать Ангелине чтоб сфотографировала. Ну или Вике, чтоб нарисовала.       Но младших это не заботило. Они вовсю уже несколько раз оббежали сосну стараясь высмотреть хоть что-то.       — Да где же эта бутылка?!       — А может в этот раз это не бутылка?       — Все в бутылках, а это — нет?       — Убедила.       — Есть идеи где может быть? — шепотом спросила Диана, не отрываясь от пейзажа.       — Не-а. Где угодно под корнями. Если она постаралась — то вообще могла прикопать.       — Ишь какая у тебя подруга.       — И не говорите. Знаете, в этот лагерь абы кого не пускали…       — Мало что изменилось.       — Тут и сейчас дети партийной элиты?       — Можно сказать и так.       — Тут всё отличалось от принятых стандартов. Даже форма. Где все носили красные галстуки и не менее красные звездочки у нас были рыжие галстуки и лисьи серебряные головы. Нам всем говорили, что лагерь построен на царских охотничьих угодьях, где водилась особая порода лис. Мол мех у них был гуще, мягче и так далее… Мне же всегда казалось, что символом был лис, только потому что нужна просто невиданная хитрость содержать это место и обеспечивать его всем необходимым.       — Кажется нашел! — сказал Валера и присев у корня начал копать.       — И как ты вообще это заметил? — Спросила Диана.       — Чутье. Хотя, когда из земли торчит кусок бутылочного дна — это тоже странно. Валера всей своей мальчишеской силой вырвал бутылку из земли.       — Ой, ну хоть на этой пробка с резьбой, а не закупорка. Можно? — протянула Диана руку.       — Конечно! — протянул Валера бутылку, — Я нашел два, а ты всего одно. — Сказал Валера это уже Оле. Девочка надулась.       Диана развернула листок.       «О, сразу стих» — подумала Вожатая и начала читать:

— Правда, есть одно сравненье,

С коим меркнут все красоты,

Та, кто дарит настроенье,

И уносит вдаль заботы.

Краше ты картины пляжа.

Лучше, чем покой утеса.

Ярче чем тебя, Наташа,

Не найдется в мире грёзы.

      Знаешь… Я ж надеюсь ты на меня не обижаешься, когда я называю этот стих глупым? Он мне нравится. Очень! И ты мне нравишься. Я никогда не забуду ни минуты, проведенной вместе с тобой на той единственной смене, когда мы встретились. Если тебе не сложно, то пооставляй такие письма мне. Даю слово что я обыщу весь лагерь, но их найду. Видел бы ты с каким я видом выпрашивала пустые бутылки из-под молока у поваров. С нетерпением жду нашей следующей встречи и надеюсь, что твоя шея выдержит то, как я на ней повисну, когда тебя увижу. А до этого… Целую и обнимаю, твоя Наташа. П. С. Твой стих уйдет вместе со мной.       Диана глянула на призрака. Костя молча смотрел на море, а за спиной Дианы раздался громкий всхлип.       — Оль, ну ты чего?       — Жалко. Жалко, что они так и не встретились. Почему не все истории заканчиваются хорошо?       — Потому что жизнь тогда была бы скучна, — пожала плечами Диана. — К тому же, почему ты думаешь, что они не нашли друг друга там, на большой земле? Телефонов и писем никто не отменял, — замялась Диана, вспомнив что один из участников стоял за спиной, но, обернувшись, заметила только пустоту.       «Прости меня, Костя. Надеюсь, ты найдешь покой»       — Я не знаю, просто чувствую, что у них не вышло.       — Оль, из этого можно вынести пару уроков, а?       — Каких?       — Ну… Допустим, если тебе кто-то нравится, то ему можно сказать об этом сразу?       Видишь, как получилось у Наташи и Кости? Не совершай их ошибок.       — Постараюсь.       — Ладно, ребятки. Мне пора, по своим, вожатским, делам. Вы же ведите себя хорошо и… спасибо вам.       — Нам? — спросили оба.       — Вам. Это оказалось очень интересным занятием, а вы — отличными компаньонами. Теперь, если буду планировать какое-то большое дело, обязательно позову вас.       — Спасибо! — кинулись Дети обнять вожатую. Отпустив Диану, Оля и Валера развернулись и побежали куда-то к площади улыбаясь и смеясь.       «Побежали делится» — улыбалась Диана сама того не осознавая.       Диана и сама двинулась, как только положила последний фрагмент письма в карман юбки.       Путь её закончился у медпункта. Зайдя без стука, Диана сказала:       — Как самочувствие?       — Также. Голова нормально, а в теле — слабость.       — Просьбы, пожелания? Поесть, в туалет?       — Нет, нет и нет. Всё хорошо.       Диана плюхнулась на кресло и вдохнула.       — Как цветок-то пахнет.       — И не говори, поднимает мне настроение тут.       — Представляешь, сейчас только что с младшими закончили одно интересное дельце.       — Какое?       — Никитина сестренка подбежала ко мне на площади и вручила, — Диана полезла в карман, — вот такую бумажку, — протянула вожатая поварихе сразу все три.       Наташа, приподнявшись, протянула руку чтоб забрать письма.       — Интересно. И что это?       — Это? Письма какой-то влюбленной барышни своему кавалеру. Они познакомились здесь на какой-то смене и так и не встретились. Там еще стих такой глупый…       — Да? И про что же?       — Да, — отмахнулась вожатая, — про людей, которые там свои кости на пляже греют… Я чуть не рассмеялась как почитала.       Письма выпали из Наташиных рук.       — Наташ?       — Случайно не:

«Солнце, ветер, волны плещут

Чайки над водою реют

Пристань старая трепещет.

Люди свои кости греют…»?

      — Да! — воскликнула Диана, — Именно… он… — медленно закрыла Диана рот руками. — Наташ…       — Да, Диан, похоже, что да. Это мои письма.       — Значит, ты так и не встретилась со своим Костей?       — Нет. Я про него ничего не знаю… А ведь это была моя первая любовь, — улыбнулась Повариха.       — Стоп… А сколько ж тогда лагерю лет?       — Ну, я тут побывала еще относительно мелкой. Лет в пятнадцать-шестнадцать. Точно помню, что с развалом Союза этот лагерь забросили.       — Сто-оп, как ты можешь это помнить? Если ты тут была, когда тебе было даже шестнадцать… Выходит, что тебе сейчас должно быть намного больше, чем тридцать.       Наташа на это ничего не ответила.       — Наташ?       — Диан, я устала, оставь меня, я посплю, — старалась Наташа спрятать свой взгляд хоть куда-то.       — Нет, подожди. Я только сейчас задумалась. Как так может быть?       — Не может такого быть, ты ошибаешься.       — Да нет же… Да… Не может быть…       — Что не может быть?       Вожатая побледнела и отъехала на стуле чуть назад.       — Все это время ты была под носом, — испуганно заявила вожатая. — Даже искать не надо было.       — О чем ты?       — Наташ, расскажи, как ты попала в это место, после событий с Костей? Сколько ты смен тут отработала?       — Как и тебе, мне пришло сообщение с вакансией, хотя я даже об этом не просила. Приехала сюда, отработала…       — А потом?       — А потом еще раз и еще раз…       — И сколько было таких «Еще раз»?       — Не знаю. Много. Раз двадцать.       — Когда ты первый раз вышла на работу сюда, тебе сколько лет было?       — Под тридцать.       — Наташ! Тебе уже тридцать лет «под тридцать»! Но стоп. Ты можешь покинуть это место?       — Конечно могу! — попыталась Наташа вернуть себе хоть чуточку инициативы.       — Надолго?       — Да на сколько захочу!       — Но все равно приезжаешь сюда работать?       — Так платят ведь! — не верила Наташа уже самой себе.       — Наташ… Это твое место. Ты Патриарх этого эллизиума.       Наташа вконец опустила голову.       — Ты даже не спросишь, что я такое несу?       — Я знаю всё, что ты говоришь.       — Что? От кого?!       — От Мари.       — От… Мари?!       — Да. Она даже умудрилась забрать у меня часть контроля над этим местом и мне стало намного легче, я вышла тогда из медпункта.       — Это что, было вчера?!       — Я не знаю когда она точно догадалась, но да, все произошло вчера. Она еще сбежала чуть ли не в истерике из медпункта закрывая рукой этот странный глаз во лбу.       — Вот почему она не могла его закрыть…       — Но вот почему-то мне стало вновь тяжело. Ко мне вернулся полный доступ?       — Но… почему она не рассказала все мне?       — Она… не хотела. Я не могу сказать.       Взгляд Дианы стал суровым, и она поднялась со стула.       — Ты куда?       — Разбираться! — вышла Диана из медпункта.

***

      До домика Мари она дошла в мгновении ока и громко постучалась. В домике что-то зашелестело, зашумело, а через пару секунд дверь открылась. Испуганная Рита, завернутая в одеяло, сказала:       — Диана?!       Вожатая быстро осмотрела помещение, но не увидев той, что ей нужна, даже проигнорировав полуголого Васю спросила:       — Где Мари?       — Да что-ж такое… Всем эта Ма…       — Рита! Где Мари?!       — Да откуда я знаю? Наверное, у Адриана в домике.       Диана развернулась и пошла дальше, а Рита, высунув голову из домика сопроводила её взглядом. Вася подключился следом, сделав самое удивленное лицо, которое только мог.       — Ну и ну, вот это сцена, — тихо сказал пристроившийся третьим мимо проходивший Никита.       Дойдя до нужного Домика, Диана и вовсе посчитала стучаться роскошью и просто открыла дверь.       — Мари!       Девушка сидела на кровати Адриана скрестив ноги и что-то делала распахнутым зрячим глазом. Услышав свое имя, она открыла остальные глаза и посмотрела на вожатую, которая так и источала жаром.       — Диана? — Ответила она спокойно.       — Мари, ты почему мне не рассказала?! Почему не делилась наблюдениями? Ты не одна тут на задании!       — Не кричите. Я не собиралась с вами ничем делится после того, как услышала, что вы мне сказали в музкружке.       — Кем ты себя возомнила? У нас одна цель, одно задание.       — Методы только разные. Вы не поймете моих мотивов, Диана. Разговор окончен, — выпалила со всей суровостью Мари.       — Он не закончен пока я этого не скажу!       Взгляд Мари стал вконец злым, девушка соскочила с кровати. Первым делом в разжатой ладони Мари материализовался тот самый кубик. Второй напряженной вытянутой рукой Мари немного исказила видимое пространство и вокруг шеи Дианы обрадовался точно такой-же ореол. Вожатая еле могла дышать. Оторвав Диану от земли, Мари заставила её слевитировать на кровать куда она вожатую бесцеремонно бросила, развеяв заклинание. Пока вожатая откашлялась Мари говорила:       — А теперь слушайте меня! Вы не моя начальница! Я о вас забочусь, но вы этого никогда в жизни не заметите, только потому что ваше мировозрение узко как у коня в шорах!       Диана смотрела на Мари широко раскрытыми глазами. Мари швырнула кубик ей обратно. Успокоившись, девушка продолжила:       — Делайте со мной что хотите, но послушайте меня. Вы не представляете как я вам благодарна за все что вы мне сказали и сделали. Вы мне за всё это время открыли глаза бессчетное количество раз, и я просто хочу вас отблагодарить. Безболезненно этого сделать я не смогла, и вы всё узнали, но я вас, прошу, умоляю, не стойте на пути. Мой метод — это последний шанс чтоб все завершилось благополучно.       — Ты думаешь я буду тебе верить после того, что ты все время утаивала?! Ты знала кто наша цель и не сказала. Сейчас ты остаешься целая, Мари, только потому что я тебя предупреждаю о том же о чем ты меня. Не смей мешаться у меня под ногами.       — Вы не понимаете! Вы сделаете только хуже. Вы ставите свое благополучие выше состояния целого мира.       — Все с миром будет хорошо, не сломается. Все сделаю сама! — пошла Диана к выходу.       — Знаете что?! Ваша воля! Пожалуйста! С удовольствием посмотрю, как вы облажаетесь, а потом прилетит всё начальство Августграда сковывать вас в цепи за то, что сама приближенная облажалась в свои белоснежные одеяния!       Задержавшись на секунду в дверях, Диана сжала кулак до бела, но, ничего не сказав, вышла.       Мари села на кровать.       «Что я наделала? — уставилась Девушка в пол. — Лишь бы Диана действительно поняла, что это для её же блага. Но, я не намерена оставаться в этом месте дольше чем необходимо! Как Диана не понимает, что она в проигрышном положении? Стоит мне щелкнуть пальцем как она останется Дианой, а не Уриэль. Смогу ли я провернуть всё так, чтоб выиграли все? Еще есть время подумать.»

***

      Адриан вышел из музкружка не отрывая взгляд от листочка с текстом. Улыбнувшись самому себе, парень сложил листок вчетверо и засунул его в карман.       «Текст готов, и часть обыгрыша тоже. Денис большой молодец и стучит на довольно высоком уровне. Настоящий трудяга. Надеюсь, что он понял ритмику и подгонит свою часть слов как надо. Интересно, куда это Диана так несется?» — увидел парень стремительно идущую вожатую. Спустя момент она завернула в медпункт.       «Любопытно. Диана в плохом настроении…»       — Друган! — окликнул Адриана Никита. — Я прям чувствую, где тебя искать надо.       — Времон! — Улыбнулся Адриан.       — Не матерись. Я к тебе с той, моей, просьбой, — растерянно сказал Никита. — Она немного странная, но… Адриан, ты умеешь готовить яичницу?       «Я не ослышался?»       — Куа? — переспросил парень, чуть не сорвавшись на смех.       — Не смейся. Тут ситуация скверная, а ты еще и издеваешься.       Адриан, пересилив себя, «натянул» серьезное выражения лица.       — Так умеешь?       — Эм-м. Ви.       — Отлично! Выручай! Короче, я хотел сегодня Женю после отбоя сводить в столовую и накормить её.       Самообладание Адриана вновь пошатнулось, и он криво улыбнулся, стараясь держаться.       — Омлеттэ?       — Да, яичницей! — инстинктивно понял Никита Адрианово уточнение. — Она из довольно богатой семью и всякими ресторанами её уже не удивить, но она сказала, что ни разу не пробовала столь простой еды как яичница, ну, а я и ляпнул что готовлю её как шеф. А я знаю только как она выглядит! Помоги!       — Ви-ви, бьен.       — Спасибо! — радостно обнял Никита Адриана, сомкнув свои ручищи у него на пояснице, а чтоб это объятие стало максимально похоже на какой-то бросок, Никита парня еще и приподнял. Адриан прокряхтелся, а его спина хрустнула.       — Блин, забыл, как ты хрустишь, прости, — широко улыбался Никита, разомкнув объятие.       — Ун минут!       — Что такое?       Адриан напряг свои навыки мима и показал, как пытается открыть воображаемую дверь, которая ну никак не хочет поддаваться.       — Так… Это вторая моя просьба. Серега мне проболтался как ты вскрыл замок за сценой. Сможешь проделать тоже самое со столовой?       Адриан пожал плечами.       — Надеюсь, что сможешь. Мой имидж и статус в твоих руках.       Адриан поднял бровь и вновь улыбнулся.       — Хорош издеваться!       Прогудел горн.       — Уже ужин? Похоже, что я выпал из мира на это время. — Сказал Никита и они с Адрианом пошли в столовую.       Ровно, как и обед, ужин оказался никакой. В столовой парней догнал Сережа и первое что он сказал — была натуральная жалоба. Озвучил он её, как только парни уселись за стол, нагруженные едой:       — Пацаны, я вообще нифига не успеваю. Смену сократили на один день; значит, что выступление уже завтра. А это значит, что сцена должна быть готова и протестирована как можно быстрее. С проводкой — полный мрак, света не хватает, оборудование не настроено! Я не знаю, что делать.       — Конечно не успеваешь, ты себе такое занятие новое нашел, — сделал акцент Никита на слове «Занятие».       — Никитос, я сейчас серьезно.       — Так… Адриан предлагал просто отличный способ добавить на сцену уйму света.       — Ты реально думаешь, что нам сойдет с рук то, что мы скрутим с автобуса фары? Да и сможем ли мы вообще их скрутить?       — А что там тяжелого? Не забывай чей я сын!       — А чей?       — Автомеханика! — гордо выпалил Никита. — Все будет тип-топ.       — Как бы нам головы потом не оттип-топали за это.       — Приходи на площадь сегодня часа в два ночи. Будем устраивать наш маленький дебош.       — Тогда завтра вы мне все помогаете с этой чертовой сценой.       — Но! Же ун шансон!       — Ладно, Адриан, ты не помогаешь. Песня у него… — Сказал Сережа и принялся есть.       Закончив с едой, парни вышли из столовой.       — Кстати, — продолжил Сережа, — Я ж забыл вам сказать и заодно похвастаться. Все наши старания окупились.       — Хорош говорить загадками.       — Яхта. Она сейчас выглядит как конфетка. Мы с Викой потратили шесть часов, но мы её покрасили.       — Да не гони!       — Даже дали ей название.       — Какое?       — Узнаете, обязательно. Но когда узнаете, офигеете насколько это все банально.       — Ну хоть намекни.       — В честь человека.       — Хоть не «Вика»?       — Нет.       — Тогда я похоже въехал, — улыбнулся Никита, — Целиком одобряю. Думаю, что когда она увидит, то нам понадобится новая…       — Адриан! — послышался слегка грубый мальчишеский голос. К троице подошел Денис. — Ты не представляешь, как я подогнал текст. Ты упадешь! — юный барабанщик аж сиял, а Никита и Сережа откровенно удивлялись.       — Ого, Денис умеет выражать больше одной эмоции, — сказал Никита, но Денису до этого дела не было.       — Бьен, Дени, экуте дьюман.       — Так ты не хочешь послушать? — не понял сказанного Денис.       — Дьюман, — повторил Адриан, — Муа жекут, — показал Адриан на ухо.       — Я так понял, что все завтра?       — Ви.       — Тогда буду тебя ждать в музкружке.       Адриан, улыбнувшись кивнул. Денис ушел.       — Адриан, ничего себе! Он с тобой общается? — удивился Сережа.       — Дени́? Ви. Талентью.       — Он? Талантлив? Не знаю почему, но я верю. В таких обычно какой-то секрет точно сидит.       — Что будем делать? — прервал их Никита.       — Погнали в мастерскую. Там придумаем. Не на жаре же стоять.       Так и узнал Адриан, где томилась его гитара. Это кинулось в глаза парня самым первым, как только троица зашла в мастерскую.       — Епт… Забыл, — сказал Сережа сам себе. — Адриан, я тебя умоляю, не трогай её пожалуйста. Я довольно долго покрывал её лаком и не хочу, чтоб покрытие сейчас испортилось.       А гитара действительно крайне странно блестела, находясь на одном из верстаков буквально висев над ним на каких-то странных тонких подставках. Стоило Адриану подойти ближе, как удивление настигло его в новой степени. Гитара была разрисована. Парень медленно повернул голову на Сережу, цинично сощурив глаза.       — Ну, что я могу поделать? Вика захотела тебя поблагодарить. Теперь у тебя точно самая необычная гитара в мире.       Адриан осмотрел рисунки. Вдоль f-образного отверстия на деке гитары тянулись три цветка на длинных шипованных стеблях. Пышность цветов была изображена явно с перебором, но видимо Вика настолько их хотела, что видела их именно так. У места крепления струнодержателя лицо Адриана в профиль, именно еще и той стороной, на которой был шрам, образовывало сердце с лицом Мари, также повернутым в профиль. Странно было конечно, что возлюбленные смотрели в разные стороны, да и выходили из затылков друг друга, но вряд ли кто-то об этом будет задумываться. Оба нарисованных улыбались открытыми счастливыми улыбками. Слева от грифа, на деке, красовался лагерный значок в рамке, напоминающей развязанный галстук. Чуть ниже была выведена фраза каким-то восточным колючим шрифтом, и она гласила «Есприт де самурай!» французскими буквами и с восклицательным знаком.       — Смотрю, что ты в шоке, — подошел Сережа, улыбаясь.       — Ви, — просипел Адриан.       — Я её еще кстати перебрал, перепаял. Теперь все нормально и все потенциометры работают плавно. Вот только шумят ли — я не знаю.       — Ви… — повторил все-еще удивленный Адриан.       — Чувак в трансе, что, не видно? — подошел Никита, — А вещица теперь и правда выглядит как шедевр, а не кусок старой деревяшки. Думаю, что на концерте кто-то с ней круто отожгёт, хоть и выглядит она не… как бы это сказать, не рок-н-рольно.       — Это ж полуаккустика, она и не должна.       — Да? Скажи это гитаристу «Квиксильвера» который на таких соляки выдает.       — Так, а с чего ты взял что эта не сможет?       Пока парни спорили, в клуб пробралась еще одна персона, так и не научившаяся за все время смены правильно носить форму.       — Мальчики, о чем спорим? — глянула Вика улыбаясь.       Вика в хорошем настроении была еще большей редкостью, чем разговаривающий Денис.       — Хотя, можете не отвечать. Я вижу, рядом с чем вы стоите. Скажите, хорошо вышло? — Самодовольно сказала она.       — Отлично, Вика. Действительно очень красиво.       — Спасибо Никита, но я это не от тебя хотела услышать.       Адриан же просто не мог отвести глаз. Вика подошла к нему ближе.       — Как тебе?       — Фантастик!       — Видишь, а ты не хотел, чтоб я бралась за её дизайн. Как ты мне говорил, нужно всего-то верить в чудо?       Адриан повернулся и глянул Вике в глаза.       «А говорят, что глазами улыбаться невозможно» — улыбнулся Адриан в ответ.       Но, всеобщее внимание резко приковалось к еще одной особе, громко обозначившей свое присутствие выкриком:       — Никита!       — Опа, малая, ты что хотела? — обратился Никита к сестре.       — Братик, на меня Вика сегодня накричала!       — Да? И за что же?       — Не дала мне посмотреть название яхты и испугала меня.       — Ну, — присел Никита на одно колено перед сестрой. Все в комнате прекрасно знали на что готов пойти Никита ради сестренки. — В Викиной способности пугать маленьких девочек я не сомневаюсь, — глянул Никита на Вику абсолютно беззлобно и с улыбкой. — Но с чего ты взяла что тебе можно было смотреть как называется яхта?       — А? — Удивилась Оля.       — Ты над ней работала?       — Н…нет.       — А разрешение у Сережи с Викой просила, чтоб посмотреть?       — Тоже нет, — грустно ответила Оля.       — Что тогда нужно сказать Вике и Сереже за то, что ты на них наябедничала без причины?       Оля посмотрела на в край удивленных Сережу и Вику большими детскими глазами.       — Простите меня. Я не подумала, что я могу вас этим обидеть. Я дура! — резко выпалила Оля последнюю фразу.       Вика и Сережа переглянулись.       — Оль… Да ладно, что было — то было. Все нормально. Мы не сердимся, — сказал Сережа потирая затылок.       — Да, — присела Вика также, как и Никита. Ты тоже меня прости, что я так резко тебе ответила.       Очередной шок. Вика извинилась. Удивилась и Оля.       — Вика… А ты правда могла сделать что-то страшное?       — Что ты, нет, конечно.       Пустив слезу для галочки, Оля резко обняла Вику.       — Еще раз прости.       — Да… — ответила она растерянно. — Ничего. Я не злюсь — робко погладила Вика Олю по спине.       Никита и Вика поднялись, и Оля почувствовала руки брата на плечах.       — Ну видишь, ты у меня большая молодец, все умеешь и знаешь, — поцеловал Никита сестру в темечко. — У тебя что-то еще?       — Нет.       — Побудешь с нами?       — Не, меня ждет Валера.       — Так не заставляй его ждать, — отпустил Никита сестру. Та, со всеми попрощавшись, выбежала.       — Никита… По-моему, ты идеальный старший брат, — Сказала Вика.       — Ну, спасибо. Что у нас по плану?       — Много пайки и планы по оформлению сцены.       — Тогда, внимательно слушаю, — улыбнулся Никита.

***

      Диана сидела на стуле в медпунке и склонив голову молчала.       — Как все прошло?       — …       — Зачем было ссорится? — без слов поняла Наташа.       — Крошка-демон вообразила о себе слишком много.       — Но ведь ей действительно было тяжело. Да и сейчас не легко.       — А мне легко? Посмотри на меня какое обстоятельство свалилось!       — Порой мне кажется, что ты сама их создаешь.       — А?       — Диан, ты сейчас создаешь себе же проблемы. Твоя цель сидит перед тобой. Тебе просто нужно её нейтрализовать.       — Ты думаешь это так легко?       — Для Мари — не тяжело.       — Мари не понимает! — поднялась Диана с кресла, — Мари не провела с тобой столько времени сколько я! Мари отживет свою жизнь и все! Мари в принципе не сможет выдержать столько разочарований и падений сколько уже выдержала я. Во мне проснулись эмоции, и они проснулись именно в этом месте. Да, я сама бы и рада ничего не чувствовать, но окружение не позволяет. Я даже не знаю, что мне стало дорого — люди или какие-то болванки, которые тут ходят и вечно чем-то заняты! — Диана села обратно, — Очень тяжело расставаться с тем, что вызывает у тебя эмоции впервые за такой долгий период времени.       — Но…       — Знаешь, Наташа. Технически, ты — чудовище.       — Вот спасибо.       — Чудовищ — должно быть убивать легко. Чудовища не чувствуют ничего и движимы только тем, что хотят сожрать очередную душу. Ты жрешь эти души пачками и уже очень долго. Но… В тебе есть несвойственная чудовищам черта. Я не могу тебя убить! — крикнула Диана, что есть мочи.       — Тише. Нас могут услышать.       — Да, — утерла вожатая слезу. — Я не готова расстаться с этим местом. Я буду его охранять. Охранять до того момента, когда его не начнет распирать от силы.       — Что ты такое говоришь? Ради чего?       — Ради всего что тут скопилось. Ради тебя, может… ради себя.       — Диан… Я… не нужно меня защищать. Я тут неуязвима. Мари уже попыталась, и у нее ничего не вышло.       — Не знаю почему, но… я рада. — Улыбнулась вожатая.

***

      «Совсем крыша поехала — закрыла Мари зрячий глаз, наблюдавший сцену в медпункте. — Похоже, что теперь у меня среди врагов еще и свихнувшаяся старая ангелица-приближенная с монструозной силы артефактом, — опустила Мари голову себе на руку. — Лишь бы у нее мании преследовать меня не было, после того как это место исчезнет. Я все еще надеюсь, что она мне не помеха. Самое страшное — ждать. А это единственное, что мне сейчас остается делать. Жаль, что я не могу впасть в спячку, как медведь.»

***

      Алита зашла в мастерскую, но застав всех участников в позах мыслителей, так и не смогла выдать ничего громкого. Девушка держала в руках несколько скрепленных альбомных листов под завязку, набитых текстом.       — Ребят? — сказала она.       — Алита? — переспросил Сережа.       — Вы уже знаете, что концерт завтра?       — Знаем, и уже испаниковались.       — Мне тоже не по себе. У нас не готова программа.       — У нас не готово то, где эту программу применять. Садись с нами, будем думать.       — У меня есть пару мыслей, — заняла Алита с виду самый чистый стол. — Мне еще давно выдали правила проведения. В принципе — мы почти не в чем не стеснены.       — Почти?       — Ну как сказать… Это «ни в чем» — это вообще очень мало всего. По факту у нас всего впритык. Микрофонов, аппаратуры, инструментов…       — А какая идея концерта? Ну… Тема.       — Кстати, я и забыла, что это тоже важно, — обозначилась Вика.       — Ага, как в школе. Корабль «Дружба». Сцена в виде палубы корабля, — сказал Никита.       — Ну… это неплохой старт для творческого штурма. — Ответила Алита.       — Мы не найдем столько досок чтоб сделать сцену в виде корабля, — отнесся Сережа слишком серьезно.       — Значит, нужно что-то бюджетнее? — Сказал Никита.       — Неудачное слово. — подчеркнула Алита.       — Бюджетно — не значит плохо. — Сказал Сережа. — Во сколько хоть ожидается начало?       — Диана говорила, что в десять начало.       — Не густо… Точно не успеем ничего толкового сделать.       — Что может быть бюджетнее чем обшить сцену досками? — Встрял Никита.       — Ничего с ней не делать, — улыбнулась Вика.       — Не вариант. Хоть какой-то стайлинг нужен. — Ответил Сережа.       — Нифига себе слово, — Сказал Никита.       Повисла тишина. Лишь Адриан щелкал миниатюрным фонариком, найденным в одном из верстаков, лишь бы занять руки.       — Может хватит?! — Не выдержал Никита, — Щелканье этого светила раздражает еще хлеще, чем отсутствие идей.       — Светила… — повторила Вика. — Хм-м.       — Может что-то библейское? — Предложила Алита, — Сцена в виде небес, а ведущие — ангел и демон. Ангелом сделаем Диану, а демоном скажем… — напоролась Алита на суровый взгляд Адриана и замолчала.       — Мы не найдем из чего сделать облака, — задумчиво сказала Вика, — но вот то, что сказал Никита. Это может быть любопытно и довольно просто.       — А что я сказал? — Удивился парень.       — Светило. Только не одно. Куча светил — лампочки, фонарики. Поскольку концерт будет ночью, то и тема сама собой соображается. Назвать можно «Ночное рандеву» или вообще что-то про космос. «Жители млечного пути» или «На краю космоса».       Все уставились на Вику удивленными глазами. Сережа поправил очки.       — Да, такое и сделать будет не тяжело. Найти кучу лампочек, спаять сеть из цоколей и посадить её на реостат. Мне нравится, я за.       — Это великолепная идея! — Заявила Алита — Это действительно убьет всех зайцев одним лишь выстрелом. А ведущими в такой стилистике могут быть наши младшие. Два юных космических скитальца! Валера будет ходить со звездной картой, в которой будет текст, который он будет просто читать, а у Оли будет подсказка… Не знаю, может наушник? Каждое выступление будет отдельной планетой, на которые наши скитальцы якобы будут прилетать!       Теперь все смотрели удивленными глазами на улыбающуюся Алиту.       — Офигеть… — Сказал Никита. — Не благодарите!       — А тебя-то за что? — Спросил Сережа.       — Ну так, это все началось с моего замечания! — гордо выпалил Никита.       — Смотри не лопни, — сказала Вика.       — Так, ладно, а где мы достанем лампочки? — Спросила Алита.       — Лампочки — это минимум из наших проблем, — Сказал Сережа, — Вот то куда их вставлять — это другое дело. Где мы возьмем столько цоколей?       — Не проблема, лампочки, ему. Предлагаешь ходить по домикам и просить милостыню «подайте лампочку»? — Сказал Никита.       — А что! Можно сказать, что это будет своеобразная плата за вход. — Сказала Вика, — Хочешь прочувствовать всю атмосферу и отдохнуть — плати лампочкой.       — Отличная идея! — снова сказала Алита. — А если лампочку сразу с цоколем…!       Комната посмеялась.       — Так, а теперь серьезно. Раз инициатива в наших руках — то будем собирать пеню с тех, кто хочет смотреть и участвовать. Нужно сходить к сцене, да опять, и на глаз определить площадь крыши, задней части и примерно посчитать количество лампочек. Проблема с цоколями все еще актуальна.       — Может найдем где-то гирлянды? Это тоже добавит люминации, — сказала Алита.       — Поищем. — ответил Сережа.       — Братан, а напаять цоколей что, проблема? — Сказал Никита.       — Не представляешь какая, — усердно думал Сережа. — Есть, конечно, вариант срезать с лампы резьбу, припаять нули прям в нее, а фазу пустить на реостат… Но если это сделать в линию и хоть одна лампочка перегорит — то прощай концерт.       — Не забывай про автобусы!       — Ой, — махнул Сережа рукой.       — А что с автобусами? — Поинтересовалась Вика.       — Удивительный план как достать пару лишних источников света, — сказал Никита.       — У нас сейчас не может быть их лишних! — крикнула Алита.       — Блин, Алит, не могу привыкнуть к тебе кричащей, — снова сказал Никита.       «Мда, оказывается креатива этим ребятам не занимать. Вот это да.» — подумал Адриан.       — Срочно нужно идти к Диане! — сказала Вика. — Если кто и сможет упростить нам жизнь — то это она. Расскажем ей идею, я набросаю эскиз сцены, Алит, попробуй набросать сценарий. С пустыми руками шансов минимум.       — Да! Пора, — встала Алита со столика. — Постараюсь справится примерно за час. Я найду вас.       — Удачи, — Сказал ей Сережа. Глава музкружка кивнув, чуть ли не выбежала из мастерской.       — Сереж, иди сюда, — сказала Вика, вооружившись карандашом. Сережа подошел. — Есть какой-нибудь листок?       — Только тетрадный.       — Подойдет!       Сережа, пройдясь по мастерской туда-обратно вернулся с необходимым.       — Серьезно, в косую линейку?       — Какой был, — пожал плечами здоровяк.       — Ладно, смотри, — быстро в несколько штрихов начертила Вика сцену. — Что дальше?       — Ну смотри, как я это вижу: в идеале, конечно, заднюю стену залить или залепить чем-то черным, но если это невозможно, то будем уповать на темноту окружения. Вика наспех закрасила заднюю стену сцены.       — Так, теперь самое тяжелое, все лампочки и гирлянды должны волной перетекать от потолка к задней стенке.       Ластик на задней части карандаша быстро стер излишество, и черная задняя сцена покрылась белыми пятнами, изображающими лампочки.       — Это очень здорово будет если мы их действительно столько найдем как ты изобразила. Еще подумал, что будет здорово изобразить сзади вот этот космический цветовой диапазон. Оттенки фиолетового там, темно-синий.       — Сереж… В космосе темно. Сам же знаешь. Лучше будет просто точек на полотно набросать.       — Ладно, тебе виднее.       — Как-то пустовато выходит. А по бокам сцены что?       — А что там можно сделать? Там должно быть что-то что закроет свинченные фары.       — Ну… Не знаю, какие-нибудь звезды вблизи изобразим. Сколько их там видов? Пульсары, квазары…       — Идея. Заносим в заметки.       По бокам сцены на рисунке появились звезды.       — Что делаем с этой ужасной деревянной основой?       — Тоже лампочек набросаем, можем просто чем-то черным затянуть, как и задник.       — Поняла.       — Все, идей больше нету.       — Ну… Симпатично вышло, — со скепсисом сказала Вика.       — Надеюсь это убедит Диану нам как-то помочь.       — А чего, собственно, только мы этим занимаемся? — Возмутился Никита.       — Так, не начинай. Кто, если не мы? Разве тебе не хочется отсюда уехать настоящей звездой? — Ответила Вика, — Лично меня уже греет то, что я вношу свой такой немалый вклад.       — Да я так, просто… — сказал Никита.       — Успеем заставить всех, кто нам нужен, — сказал Сережа. — Уже начинает темнеть, и, по-моему, сейчас самое время сходить к сцене и оценить, насколько все, что мы придумали осуществимо.       — Так, хоть ты не зуди, все будет нормально. — отрезала Вика, улыбнувшись.       — Который час? — Спросил Никита.       — Пол девятого где-то, — сказал Сережа.       — Нужна помощь в осмотре?       — Конечно. Важен каждый кадр.       Без лишних слов обитатели мастерской поднялись, чтоб двинутся на свое новое рабочее место. Работа предстояла титаническая, а когда активисты добрались, сцена их встретила немым вызовом. Вика, Адриан, Сережа и Никита стояли перед объектом своих будущих махинаций молча и смотрели, казалось, в одну точку.       — Атмосфера уж очень гнетущая, — сказал Никита, развеивая тишину.       — Ви, — поддакивал Адриан, но сдвинувшись с места решил залезть на сцену.       — Куда это он? — Спросила Вика.       — Да какая разница? Нам все равно туда-же, — Двинулся Сережа следом.       «Теперь я верю, что этот лагерь ненастоящий, — вспомнились парню слова Мари. — Какой настоящий человек оставит тут столько дорогущих инструментов?» — подошел парень к стопке кейсов за кулисами.       Сережа стоял посередине сцены, осматривая потолок и заднюю стенку.       — О чем ты думаешь, маэстро? — Крикнул ему Никита.       — Как думаешь, тут есть десять метров? — Крикнул Сережа в ответ Никите.       — Даже может чуть больше, — поднялся Никита.       — Ладно, будем думать, что десять. Сколько она в высоту?       — Одиннадцать с половиной метров! — Крикнула Вика.       — Уверена?!       — Да, за кулисами есть мерная шкала, не знаю зачем!       — А в длину? — Спросил уже Никита.       — Раза в два больше.       — Гонишь? Двадцать метров? Я пошел считать.       — Давай, это полезное занятие будет.       Никита пошел совершать задуманное.       Адриан достал одну из гитар и подключив её к усилителю начал наигрывать. Раздался размеренный гитарный рифф.       — Ну, хоть теперь будем с музыкой, — сказал Сережа сам себе.       — Знаешь, очень приятная мелодия, — подошла к нему Вика, улыбаясь.       — Согласен. Помогает думать.       — А мне она помогает кое в чем другом, — взяла Вика Сережу за руку.       — Что ты…?       — Молчи. Давай потанцуем.       — Но я не умею, да и задание у нас другое.       — Оно от нас не убежит, — положила Вика руку Сережи себе на талию, а сама обняла его за шею. — Урок номер один, топчись в такт так медленно, как можешь.       — Это секрет медляков? — Улыбнулся здоровяк.       Ответа не последовало.       — Смотри, Адриан, история на глазах происходит. Сережа с кем-то танцует. Когда была дискотека — я его еле на танцполе удерживал. — Сказал Никита, стоя рядом с французом.       Адриан же улыбался, смотря на нелепый, но такой теплый танец этих двоих, но старания не выбиться из ритма у него было приоритетнее. Мелодия не успела закончиться, как Вика и Сережа остановились.       — Обязательно еще раз повторим, — сказал, улыбаясь, Сережа, — Но сейчас пора за работу.       — Да-да, — выдохнула Вика, но не прекратила улыбаться.       — Серега, она реально двадцать метров в длину! — Крикнул Никита.       — Вот и прикидываем сколько лампочек нужно. Я думаю, что вешать каждые полметра.       — То есть ты хочешь навешать пятьсот штук?! — Удивился Никита.       — Как это ты так быстро посчитал?       — Ну смотри, двадцать метров в одну сторону, то есть по сорок лампочек в одну линию. У нас таких линий будет штуки четыре на потолке и примерно столько-же на заднике, это уже четыреста восемьдесят, плюс еще те которые будут висеть на основании.       — Справедливо. Да, это много.       — Это очень много, если выражаться мягко.       — Сокращаем вдвое, вешаем каждый метр.       — Двести пятьдесят лампочек. Давай думать…       «Слышать это от Никиты довольно смешно, но он реально умеет думать» — подумал Адриан.       — В лагере сто домиков по два человека. В домике по две лампочки, внутри и на крыльце еще по одной. Уже двести лампочек, но не факт, что все рабочие. Сколько лампочек в мастерской?       — Пять       — Адриан, в музкружке?       Парень прекратил играть.       — Сис плюс ун, — показал Адриан на пальцах.       — Семь? Лады.       — Вика, в клубе рисования?       — Две.       — хм… — задумался Никита. — О! А если взять на «слабо»?!       — Кого?       — Всех! Реально кинуть утку что вход на концерт платится лампочками, тогда точно каждый сдаст по лампочке, а остальные — сами докрутим!       — Давай сначала Диану попросим, а потом уже будем хитрить.       — Ну, я старался, — пожал Никита плечами.       К сцене бежала изо всех сил Алита. Добежав и остановившись, девушка согнулась под давлением одышки, но на её лице сияла улыбка.       — Ну привет, ракета! — увидела её Вика.       Алита подняла вверх палец, все еще молча, но подождав еще немного, глубоко вдохнула и выпрямилась.       — Ребят, я закончила черновой набросок!       — Первые хорошие новости, — подошел Сережа.       — Так что, пойдемте искать Диану? — подбежал Никита.       Адриан, сложив инструменты, неспешно подошел.       — Да! Нам сильно нужна вожатая. — снова заговорила Алита, — Слишком много нюансов которые без нее нам не решить.       «Темно уже… Да и настроение пропало… Уверен, что они справятся без меня, — осмотрел Адриан друзей, — Появилось много вещей о которых мне нужно подумать.»       — Де мек! — Обратил Адриан всеобщее внимание, — Ж ирэ, — показал Адриан куда-то пальцем.       — Чего это с тобой? — спросил Никита. — Куда это ты намылился?       — Жу ревьен ту де суит, — сказал Адриан проходя мимо.       — Эй, а как же договор с вожатой?!       Ответа не последовало. Оставшиеся лишь проводили Адриана взглядом.       — Что это с ним…? — Спросил Никита, как будто у пустоты.       — Странно видеть его таким, — Сказала Вика.       Алита не сказала ничего, но смотря в сторону прикусила губу.       — Ребят, давайте быстрее найдем вожатую.       — Да… — Подытожил Сережа, — Узнаем у него, что случилось чуть позже, ну или он сам расскажет.       Никто ничего больше так и не сказал. Все молча двинулись в сторону площади в надежде быстро найти вожатую.       Адриан плелся не смотря вперед, засунув руки в карманы и пиная все что попадалось под ноги. То камушек отлетит куда-то в темноту, то шишка, выбрав самую непредсказуемую траекторию улетит навстречу невидимому препятствию. Обойдя какой-то ранее неизведанный маршрут, парень все равно вышел к обрыву, но обратил он на него внимание только когда смотрел за полетом очередной запущенной шишки. Летела она вниз долго и завораживающе.       Сев на землю у самого краюшка обрыва Адриан уставился вдаль. Светили и переливались звезды, шумело море… Парень вытянул вперед руку и меланхолически её осмотрел. Поднеся большой палец ко рту, Адриан резко себя… Укусил.       «Больно… Я не настоящий и мне больно… Почему это до меня дошло только сейчас? Когда об этом сказала Мари мне стало страшно. Была паника, но я её как-то подавил. Сейчас же, какое-то опустошение… Не настоящий… Ненастоящий Адриан в ненастоящем лагере… Что еще не настоящее? Я же помню свою жизнь, помню все что было до… Отлично помню, как отключился в той подворотне. Последнее, что я услышал — сирена полицейской машины, а потом я резко просыпаюсь в участке… Интересно, то, что я сейчас чувствую и есть выгорание? Я уже думал, что меня ничего в жизни не напугает или разочарует, но сейчас сказать, что я напуган — не сказать ничего. Самое страшное — я верю… Я верю Мари… Она, мать его, демон. Существо из сказок, но я её видел… С клыками, рогами и всем прочим! Интересно, почему у Дианы нету крыльев? Она ж ангел! — Потряс Адриан головой, — не о том думаешь, Морэ. — Глянул Адриан вниз обрыва, — Нет, об этом думать еще хуже, чем об отсутствии крыльев у Дианы. Еще и ветер противный.»       — Давно тут сидишь? — раздалась знакомая взрослая французская речь. Адриан обернулся. Позади него улыбаясь стояла Диана.       — Не очень. Удивлен, что вся компания вас так быстро нашла и рассказала всё, что хотели.       — Я не сильно была настроена их слушать, — убрала Диана свою улыбку, — так что я просто согласилась с их требованиями.       — Понимаю…       — Что с тобой, Адриан? Крайне странно тебя видеть таким…       — Убитым?       — Точнее слова не найдешь. Я присяду рядом?       — Не жалко вожатской белой формы? — попытался пошутить Адриан.       — Нисколечко, если это плата за помощь тебе.       — Вы чудо, Диана, присаживайтесь.       — Благодарю, — вожатая села рядом, положив руки на согнутые колени. — Так, о чем задумался?       Адриан огляделся. Никого рядом не было.       — Мари рассказала мне, что это за место.       — Вот оно что, — погрустнела Диана еще больше.       — Она сказала, что лагерь не настоящий. Люди — не все настоящие. Еда не настоящая. Я… не настоящий.       Диана подняла на Адриана грустный взгляд.       — Вот как?       — Да. Я не знаю, что думать. Я себя укусил… Мне больно. Палец болит…       — Прости, Адриан, что ты вот так все узнал…       — Диан… Мне страшно.       — Хорошо тебя понимаю. Мне тоже страшно. Это место… жуткие вещи делает.       — Какой шанс что я живой?       — Знаешь… пятьдесят на пятьдесят.       — Не самый худший вариант. Мари сказала, что меня тут вовсе нету.       — Ау… Тогда…       — Что? Меньше процентов?       — Намного… прости.       — Да ладно. Я уже привык что за последнюю неделю творится всякая чертовщина. Ну и ангельщи́на немного.       Вожатая легко ударила парня в плечо.       — Рада что ты не полностью убит.       — Лишь тяжело ранен. Мари обещала меня найти живым или мертвым. Это греет меня где-то внутри.       — Думаю, она сдержит слово.       — А вы как, Диана?       — А?       — Я видел вас очень злобно идущую по площади.       — Да я… Нормально все.       — Врать вы не умеете.       — Теперь осмотрелась Диана.       — Мари тебе рассказала прям всё?       — Ну, сказала, что тут ненастоящие: лагерь, я, некоторые жители, а! Еще что повариха тут всем заправляет.       — Значит, почти все. Да, Наташа действительно хозяйка этого места.       — Я так понимаю, чтоб это место убрать то и Наташу нужно…       — Ты правильно все понял. Но наши с Мари взгляды расходятся в этом мнении.       — Не понял?       — Ты знаешь как давно Мари знает про то, кто хозяйка?       Адриан пожал плечами.       — Наверное с того момента как умерла та… то существо в лесу.       — Поняла…       — Давайте… Сменим тему…?       — Давай… Я уже, и сама не могу нормально думать по этому поводу.       — Вы просто согласились на условия ребят?       — Да. Алита как пулемет начала описывать что они задумали. Моя затуманенная голова и без того нагружена всем чем только можно, поэтому, я их остановила и просто спросила, что им нужно. Ответ был крайне странный. Зачем им столько лампочек?       — Тема концерта будет связанная с космосом. Лампочки — звезды.       — А-а-а, — удивленно протянула вожатая, — может и стоило послушать внимательнее.       — Они сказали сколько им их нужно? — улыбнулся Адриан.       — Назвали. Двести пятьдесят штук — это как-то очень круто.       — Изначально было пятьсот, и они хотели брать плату за концерт в виде лампочек. Кто — принес — тот слушает и смотрит.       — Вика предложила?       — А Никита поддержал.       — Не удивлюсь, что они все равно так и сделают. Те двести пятьдесят запрошенных им достались очень легко. Сережа еще жаловался, что он вряд ли сможет сделать гирлянду из цоколей, так что Наташа позаботилась и о ней.       — Что?       — Наташа — хозяйка этого места. Она умеет тут делать много всего. Материализовать пару сотен лампочек и куда их вкручивать — далеко не самая тяжелая для нее задача.       — Ух ты. Свой маленький полностью обеспеченный мирок.       — Именно так.       — Грустно немного.       — Почему?       — Это все рано или поздно закончится. Для меня — послезавтра. Не знаю, что мне ждать. Хочется знать, что все кончится хорошо, а не как всегда.       — Все будет хорошо, Адриан. Ты воссоединишься с Мари снаружи и будете жить.       — А вы?       — А я? — помолчала Диана. — У меня тоже все будет нормально. Как ты сейчас?       — Не знаю почему, но немного легче, — поднялся Адриан с земли, — Вы меня извините, но после отбоя я еще немного погуляю. Есть еще пара запланированных вещей.       — Я, конечно, не твоя вожатая, но постараюсь тебя отмазать, если что.       — Все-таки вы чудо. Я в музкружок. Нужно кое-что записать пока не забыл.       — Удачи.

***

Мари закрыла зрячий глаз. «Эх, Мари… Саму себя убедить не можешь, что способна не только вредить. Зачем сказала, что он не настоящий? Дура!»

***

      Адриан дошел до музкружка и занеся руку для стука, прислушался.       «Кто-то мучает гитару, игрой это назвать нельзя.» — Постарался Адриан зайти максимально тихо. И действительно, на одном из матрасов сидела одинокая черноволосая девичья фигура, извлекая из гитары бессвязный набор нот. Закрыв входную дверь Адриан обратил на себя внимание.       — А! Не пугай так.       — Пардон.       — Проходи, чего стоишь?       — Ви, пардон. — Адриан прошел до рояля, по традиции на котором всегда находились несколько чистых листков и ручка или карандаш. Алита продолжила извлечение нот. Адриан, достав из кармана свой исписанный листок, быстро внес туда какие-то пометки. Сложив его и спрятав обратно, парень обернулся на Алиту, склонившую голову. Сосредоточение на грифе было максимальным. Адриан подошел ближе.       — Кес ку тю фе?       — А? — резко Алита подняла голову, — Да вот… Разгребаю неприятности.       — Кель жёнр?       — Ну… От меня ушел басист, так что от группы осталось лишь название. Песню запланированную нам теперь не сыграть. А раз старой нету, нужно сочинить новую, а я не могу. Ни единой идеи нету, — на улице, резко прогремел гудок на отбой и лагерные фонари погасли. Адриан и Алита смотрели куда-то в сторону входной двери. — Видишь? Выключился свет, спокойной ночи! — Громко заявила Алита, как вдруг посмотрела на парня медленно расширяющимися глазами. — Адриан, будь добр, принеси мне ручку и бумагу, по-моему, песня сама собой появилась!       «Именно так и работает вдохновение» — Думал парень пока выполнял просьбу подруги.       — Спасибо, — сказала Алита забирая принесенное. — Адриан, так ты мне поможешь?       — Кю?       — Адриан, мне нужен бас-гитарист. Я помню, что у тебя покалеченная рука. Но там партия элементарная, её можно отбренчать медиатором. Ты меня очень сильно выручишь. Опять…       «А потом про меня будут шутить что я потерял где-то мозг» — подумал парень, но кивнул.       — Огромное тебе спасибо! Завтра я дам тебе табулатуру и завтра же отрепетируем!       — Эм…       — Что?       — Вуле ву ле доне ле кле? — показал Адриан на связку ключей на матрасе?       — Зачем тебе ключи от моего домика?       Адриан показал руками жест «еще варианты»       — Тебе нужны ключи от… А! От музкружка?       — Ви.       — Хорошо, я оставлю ключ по классике, под входным ковриком. Но вернешь завтра на завтраке и все тут закроешь.       — Ви-ви.       — Тогда договорились и… Мерси тебе боку, — широко улыбнулась Алита. Адриан и сам ответил ей улыбкой.       Входная дверь громко открылась и на пороге в темноту музкружка вглядывался Никита.       — Адриан, время пришло!       — Куа…? — Только и успел произнести парень, схваченный за руку и выведенный на улицу.       «Я и забыл, что помогаю этому оболтусу» — думал Адриан пока его тащили к столовой. Только на крыльце его рука освободилась.       — Столовая закрыта и вокруг никого нету, — сказала Никита, — сможешь открыть?       Адриан пожал плечами и подошел к двери заглянув в замок.       «Довольно хлипкий… Было бы чем.» — подумал парень обернувшись.       — Ну что? — громким шепотом говорил Никита.       Адриан показал, как достает что-то из головы.       — И что это должно быть?       «Было бы у меня больше волос…» — повторил Адриан свое действие.       — Блин, вскрывать нечем?       Адриан кивнул.       — А чем можно?       — Элайнгл, кабль.       — А-а, как же сложно! — подошел Никита ближе и сам уставился на замок. — Скажи, открыть можно всем что влезет в замок?       — Адриан кивнул.       — Тогда… — положил Никита руку на подбородок, — погоди тут. — быстро Никита удалился из поля зрения. Так же быстро он и вернулся, держа в руках моток довольно толстой проволоки.       — Ду?       — Серега просил меня забежать в мастерскую за какой-то дрянью, а отдать ключи я ему забыл. Вот и пригодились. Это поможет? — протянул Никита моток.       — Ви, — забрал Адриан принесенное. Отломав два не очень длинный кусочка, Адриан их загнул, а остаток катушки протянул Никите. Процесс взлома начался: один кусочек торчал из нижней части замка и Адриан на него несильно давил. По верхней части парень довольно грубо прошелся несколько раз вскользь вторым кусочком. Раздался первый щелчок.       — Открыл?! — с нетерпением сказал Никита.       — Но, аттондр, — начал Адриан теперь более аккуратные действия.       «Как же палец-то мешает, все должно было быть в сотню раз легче» — думал парень пока пытался попасть по тем местам, которые были необходимы. Нащупав нужное и нажав чуть сильнее, замок еще раз щелкнул, окончательно сдавшись. Положив руку на ручку, Адриан открыл дверь, а два кусочка проволоки забрал себе.       «Авось пригодятся?» — подумал он.       — Ну ты даешь, домушник блин, — не скрывая улыбки, сказал Никита.       Парни закрыли за собой дверь.       — Ох и темень! Жаль, что свет включать нельзя.       «Действительно жаль…»       — Ну что, я побежал за Женей. Я её предупреждал, так что она не спит, — принялся Никита немедленно выполнять задуманное.       «Один… В столовой… Как тут оказывается зловеще ночью» — осмотрелся Адриан вокруг. — «Кухня за стойкой… Пойдем проверим» — дал парень сам себе установку.       Зайдя за стойку, а потом в арку, Адриан оказался на кухне и поразился фактическим её размером. Несколько массивных плит стояли с одной стороны, куча всяких принадлежностей и ножей были развешаны на стенах на магнитных держателях. Пройдя чуть дальше и открыв вертикальный высокий шкаф Адриан обнаружил горы мытой блестящей посуды.       «Так, со сковородками вопрос отпал» — закрыл парень шкафчик.       Повернув кран, на рядом стоящей мойке, из смесителя полилась горячая вода.       «Это все отлично, а где же холодильники?» — подумал парень.       Пройдя по противоположному пути, Адриан зашел в небольшую коморку, в которой единственным что привлекало внимание были две широкие раздвижные двери и только стоило одну из них отодвинуть — резко повеяло холодом. Холодильник был найден.       — «Ого, мясо полутушами? Богато-богато. Было бы чуть светлее, было бы вообще шикарно. — подумал парень, положа руку на одну из стен. Ладонь уперлась в странную выпуклость, которую она с щелчком продавила. Свет был включен. — Удача сегодня на моей стороне. Почти… — оценил Адриан пейзаж, заигравший новыми красками. Вдоль холодильного помещения были наставлены металлические шкафы и стеллажи, просто забитые продуктами разной степени обычности.       «Так… Что там нужно на омлет? Я ж готовлю романтический ужин… можно запихнуть как можно больше всякого.» — начал Адриан свой обход камеры и осмотр содержимого. Закончив с приготовлениями, Адриан ногой закрыл дверь держа в руках: пять шампиньонов, начатую пачку молока, поднос с яйцами, начатую палку колбасы с небрежно оторванной шкуркой, пучок разномастной зелени, луковицу, помидор и начатую пачку сливочного масла. Вернувшись на кухню, Адриан максимально аккуратно выгрузил содержимое рук на стойку и выдохнул. Пройдясь уже непосредственно по кухне, был позаимствован нож, взята сковорода, дощечка для резки, найден венчик и глубокая миска. Услышав, что входная дверь открылась, Адриан затих. Хихикая и переговариваясь, в столовую зашли виновники торжества. Посадив Женю за стол, Никита двинул на кухню. Зайдя в арку Никите доли секунды хватило, чтоб разглядеть лицо застывшего Адриана и оказывается слабенькое бойцовское сердечко чуть не дало мимолетный сбой. Подпрыгнув на месте и смешно негромко взвизгнув, Никита споткнулся.       — Никит! Ты в порядке?! — Обеспокоенно и громко спросила Женя.       — Да, я просто призрака увидел! Он уже улетел! — ответил Никита.       Адриан пытался сдержать смех.       — Я тебя изобью, — с улыбкой шепотом сказал Никита, хватаясь за грудь, — Я забыл, что ты тут. — Выпрямившись, Никита осмотрел подготовленное рабочее пространство. — Ты времени зря не терял. Долго это все будет готовится?       — Но. Кёнзе минутс, — пожал Адриан плечами.       — Надеюсь, что это действительно не долго. Я пришел имитировать бурную деятельность.       — Бон шанс, а тва.       Адриан начал нарезать ингредиенты, попутно включив плиту. Никита… ходил. Ну еще иногда поглядывал за процессом.       — Как думаешь, что тут еще может быть интересного? — начал Никита осмотр содержимого ящичков. — Миксер, вилки, ножи, полезно кстати, — достал Никита по вилке и ножу себе и Жене. — Штопор, какая-то непонятная штука с сеточкой… Не знаешь, что это может быть? — поднял Никита над головой чеснокодавку.       Адриан пожал плечами.       — Ну и бес с ней, — кинул Никита вещицу обратно.       — Никит, да что у тебя там за шум? — раздался звук отодвигаемого стула и стук подошвы о пол.       Адриан и Никита испуганно переглянулись.       — Прячься! — Громко шепнул Никита.       — У?       Никита силой развернул Адриана и вытолкал его в помещение с холодильником, а сам встал за нарезку ингридиентов. Женя как раз зашла на кухню.       — Никит, у тебя раздвоение? С кем ты тут общался?       — Да я просто думал вслух пока… резал.       — Ну… Тогда я с тобой побуду, чтоб тебе скучно не было.       — А-а… — протянул Никита.       — Что с тобой?       — Да я просто… Понимаешь, ты не обижайся, но чтоб моя фирменная яичница получилась как надо, меня нельзя отвлекать. Подожди пожалуйста в зале.       — Хо… рошо. Ты странный сегодня какой-то.       Послышались удаляющиеся шаги. Адриан вышел обратно в кухню.       — Прости.       — А, са аррив, — отмахнулся Адриан.       Никита положил нож, и Адриан вернулся на свое шефское место. Никита продолжил осмотр всего содержимого ящичков.       — Зацени! Я нашел свечи! Мне сегодня везет! — сказал Никита, забыв, что громкость нужно регулировать. Хлопком Никита резко закрыл рот рукой.       — Никита! Что за шутки?! — снова послышались шаги. Никита, видимо имея в голове только одну функцию, когда нужно что-то спрятать, снова начал толкаться, но, на сей раз обстоятельства были не в его пользу. Споткнувшись, он полетел на пол утянув за собой Адриана. Зашедшая, Женя кране удивилась, когда на нее упали две пары глаз лежащего на полу человеческого бутерброда.       — Вот тебе и на! А я знала, что что-то не чисто, — улыбнулась Женя. — Привет Адриан.       Парни слезли друг с друга и поднялись:       — Бонсуа, — махнул Адриан рукой.       — Никит… — не прекращала улыбаться Женя. — Значит, ты запарился настолько, что на наш ужин аж целого французского шефа нанял?       Готовый к разносу Никита никак не был готов слышать такое.       — Эм… Да? — глянул он на Адриана.       Адриан, улыбнувшись, пожал плечами.       — Тогда, маэстро, надеюсь ваша стряпня столь же хороша, как и красноречив Никитин язык.       — Верра́, — легко кивнул Адриан.       — Пойдем, горе-кулинар, не будем мешать Адриану.       — Да, — склонил Никита голову. — Погоди, — забрал он свечи и найдя пачку спичек, вышел с кухни.       «Фух, хорошо все обошлось.» — подумал Адриан возвращаясь к готовке.       Всё действительно бы заняло минут пятнадцать, если б не внезапные прерывания со стороны Никиты и Жени. Вскоре были готовы два крайне аппетитных омлета. Адриан еще в процессе жарки сходил за подносом, нашел какое-то полотенце и среди всей посуды нашел самые привлекательные тарелки. Перекинув полотенце через руку, водрузив тарелки на поднос и приняв самое официантское выражение лица, Адриан вынес свой кулинарный шедевр на оценку своим посетителям. Расставив тарелки перед Никитой и Женей, подав столовые приборы персонам в свете свечей, Адриан отошел, сказав:       — Бон апети, шер визитер.       — Мерси, — хихикая сказала Женя, беря в руку вилку.       — Ага, спасибо! — сказал Никита, проделывая тоже самое.       Адриан внимательно наблюдал за первыми укусами его нехитрого блюда. Потом за скорым вторым и третьим.       «Бедные голодные влюбленные» — подумал парень.       — Мои комплименты шефу, Адриан, очень вкусно, — сказала Женя. — Мари сильно с тобой повезло. Обязательно угости её. Не то что мне, — посмотрела Женя на Никиту, который, казалось, вообще забыл, что всё это готовить должен был он. Парень застыл с набитым ртом, прекратив жевать. — Ешь, романтик блин, — посмеялась Женя.       Адриан расслабился и скинув с руки полотенце взял его в ладонь. Шеф улыбался.       — Спасибо тебе большое, — продолжила Женя, — прости за то, что тебя так задержали. Если ты занят или хочешь спать — можешь идти. Мы тут все уберем и помоем сами.       — Па дью ту, — сказала Адриан. — Мерси.       — Тебе мерси, — наконец-то сказал Никита. — Все вышло не так, как я рассчитывал, но тоже неплохо.       — И крайне весело.       Адриан, улыбнувшись кивнул. Отойдя к стойке и положив на нее полотенце, парень направился к выходу, помахав двум довольным клиентам лагерного ресторана. Аккуратно выглянув из столовой, Адриан вышел, закрыв за собой дверь.       «Ну и приключение. Пора и на покой» — подумал Адриан зевнув. Только он сделал шаг в сторону жилой зоны, как услышал странный металлический лязг со стороны ворот. Мысли отключились и ноги сами понесли смотреть что же там произошло. У главных ворот лагеря как три стража стояли автобусы. Собственно, это все что было у ворот, не считая будки-сторожки, в которой казалось вообще никто и никогда не сидел. Адриан тихо и неспешно начал обходить автобусы с одной стороны и как только он обогнул один край — на другом краю кто-то тоже начал двигаться. Рванув с места и оббежав автобус сзади, злоумышленник был вычислен и с позором узнан.       — Сережа́? — спросил Адриан в пустоту.       — Фух, блин, я уже был готов на пожизненные срок, — сказал Сережа, выходя из-за автобуса как из-за укрытия.       Адриан поднял вопросительно бровь.       — Интересно, что я тут делаю?       — Ви.       — Я делаю именно то, о чем ты пошутил тогда, у сцены.       Адриан положил палец на подбородок вспоминая…       «Он что, реально хочет снять с автобусов фары?» — глянул Адриан на Сережу, выкатив глаза от удивления.       — Вспомнил, смотрю. Помогаешь?       — Эм… Ви?       — Вот и хорошо. Как думаешь, нам две штуки хватит?       Адриан пожал плечами.       — Значит, не хватит. Снимаем четыре, — начал Сережа снова обходить автобус, чтоб подойти к его носу. Встав перед огромной облицовочной панелью, Сережа застыл. — И как его открыть? — глянул Сережа, поправляя очки.       — Но идея, — сказал Адриан.       — Приплыли, — почесал Сережа затылок. — Я искал Никиту, но он куда-то пропал.       — Кантин.       — Что?       — Ил э ля кантин.       — Все равно не понимаю.       Адриан, выдохнув подключил навыки пантомимы. Расставив руки шире и покачавшись так из стороны в сторону, Адриан застыл.       — Это Никитос типа? — посмеялся Сережа.       — Ви.       Далее Адриан начал показывать, что он ест из воображаемой тарелки на весу.       — Еда?       — Ви.       Теперь Адриан снова показал Никиту, потому еду и показал на столовую.       — Никита сейчас в столовой?       Адриан громко хлопнул в ладоши.       — А что он там делает?       — Романтик рандеву.       — Чего? В столовой? Не понимаю, — сдерживал Сережа смех. — Пойдем его ловить?       «Лишь бы он на нас не обиделся» — кивнул Адриан.       Так и было принято решение подкараулить Никиту у столовой.       — Он еще мне ключи от мастерской должен, — сказала Сережа, как они дошли.       «Ага, а еще моток толстой проволоки»       Прождать пришлось прилично. Были опробованы все подручные средства коротания времени в виде: пинания шишек под ногами, десяти игр в камень-ножницы-бумагу с неожиданным равным счетом по итогу, примеркой Серёжиных очков Адрианом, бросанием шишек кто дальше… Никита и Женя наконец-то вышли.       — Пацаны? Что вы тут делаете? — Спросил Никита, наблюдая за процессом процессе очередного броска шишки.       — Тебя ждем.       Адриан свою шишку таки кинул.       — Зачем?       — Покажем на месте. Надолго я тебя не задержу. Можешь Женю взять с нами, покажешь, что ты еще умеешь, кроме своего рингового ремесла.       — Да я уже увидела, как он умеет готовить, — хихикнула Женя.       Было быть чуть светлее, все бы заметили, как Никита покраснел, но раз было темно…       — Не сомневаюсь, что было очень вкусно, — сказала Сережа, — так что давай, помоги мне по-быстрому, отдай ключи от мастерской и я буду тебе сильно благодарен.       — Ну ладно, ведите, что вы там задумали, — спустились Никита и Женя с крыльца. Все пошли по направлению стоянки.

***

      — Так вот в чем прикол! — Хитро улыбнулся Никита, когда бригада злоумышленников подошла к автобусам. — Ты таки решился на подобный поступок?       — Чем больше ты меня хвалишь, тем сильнее хочу передумать.       — Не вздумай! Что нужно-то?       — Открыть капоты.       — Тьфу, — подошел Никита к широкой морде автобуса посередине., — Что мы тут имеем, «Сетра»? Это почти что «Мерседес». А если так, то щеколды экстренного доступа должны быть где-то… — просунул Никита под крышку плоского вертикального капота по два пальца рук и развел их примерно на равное расстояние — Да, вот они, — под капотом что-то щелкнуло. Крышка поднялась вверх, а блоки с фарами разъехались в бока.       — Блин, в жизни бы не догадался что эту часть с фарами тоже надо двигать.       — А оно надо. Теперь доступ открыт. Вон проводки фарные. Они отщелкиваются. Так их и снимешь, — сказал Никита и подошел к следующему автобусу, чтоб проделать тоже самое. — Всё. Отвинчиваешь фары и просто закрываешь капот. После концерта — вернем.       — Спасибо Никитос, спокойной ночи.       — И вам, пацаны.       Все распрощались, и Никита с Женей ушли, не забыв отдать ключи от мастерской. Сережа быстро свинчивал фары и отдавал их Адриану. Открутив необходимые четыре штуки, парни позакрывали капоты и понесли свою добычу в мастерскую. Открыв её и выгрузив все необходимое, Адриан и Сережа тоже распрощались, пожелав друг другу удачи и спокойных снов. Здоровяк ушел, а Адриан остался.       «Блин, уже и желание в музклуб идти пропало. Нужно пойти его закрыть и вернуться в домик спать. Так и сделаю.» — дойдя до здания музклуба, Адриан поднял коврик. Ключ действительно лежал там. Открыв клуб и удостоверившись, что все на своих местах… Грянул гром. Раскат был свирепый и громкий. Не заставила себя ждать и молния.       «Хоть бы дождь не… — не успел додумать Адриан как опустился ливень. — Ну просто класс! Второй день подряд» — подумал парень, заходя и закрывая дверь. Окна тут были закрыты всегда, ибо ни один нормальный человек до них без лестницы не долезет. Вот и остался Адриан в своем маленьком убежище от непогоды совсем один.       «Ну и ну… — сел он на один из матрасов и уставился в окно. — Отличный пейзаж… Такой мокрой кляксы я еще не видел, — теперь уже лег Адриан на матрац тяжело на него рухнув. — Какой оказывается тут милый потолок. Эта лампа висит он меня метрах в четырех, но кажется я могу достать до нее рукой» — выпрямил Адриан свою руку с перебинтованным пальцем.       Неожиданно к потолку потянулась еще одна рука. Изящная, девичья… четырехпалая. Адриан резко обернулся, но лежащая рядом Мари и взглядом не повела.       — О чем мечтаешь?       — О том, чтоб остаться сегодня со здоровым сердцем. Какая ты тихая.       — Прости, — Мари повернулась и широко улыбнулась.       — Я не злюсь, — снова Адриан лег, смотря в потолок. — Какими тут судьбами?       — Подумала, что тебе может быть холодно и одиноко там, где ты заперся от дождя.       — Ты не прогадала ни в одном из пунктов.       — Поэтому я тут с тем самым пледом, — подмигнула Мари.       — О, плед… Я так его и не отнес обратно.       — Ну и слава богам.       Адриан тяжело зевнул.       — Вымотался за сегодня?       — Не хочется признавать, но да. День был насыщенным на… На всё насыщенным.       — Понимаю. Прости меня за такую новость.       — Не за что извинятся. На правду не злятся, хоть это и тяжело принять.       — Это правда только отчасти. Ты существуешь… где-то. И я тебя найду.       — Спасибо. Давай… не будем об этом.       — Давай. Расскажешь, что ты за сегодня успел?       — Прости Мари… Расскажу, но не… вернее сегодня, только немного позже. Сегодня день предстоит еще тяжелее, но кто нам мешает провести ночь, как нам захочется?       — Твоя правда. Тогда… до ночи?       — До ночи, Мари.       Мари начала раздеваться. Хоть это и ставило Адриана в неудобное положение, он уже понял, что ему деваться некуда. Раздевшись, они легли под один плед и повернулись друг к другу.       — Сладких снов. — Сказала Мари.       — И тебе.       Девушка легла Адриану на руку, замещая себе подушку. Адриан же отвлекал себя мыслями, насколько быстро у него рука затечет, вплоть до того момента пока не уснул.       Дождь хлестал со всей силы, а гром продолжал выражать свое тяжелое недовольство.