Нежданная невестка

ГЛАВА ПЕРВАЯ «Сердце имеет доводы, которых разум не знает». — Блез Паскаль * (7 января 2017 год Бурса) Ворота большого особняка медленно открылись, пропуская на ухоженный участок чёрный автомобиль Volvo XC90. Машина аккуратно припарковалась недалеко от лестницы, ведущей к парадной двери. К машине поспешил мужчина средних лет, быстро открыл дверь и отступил в сторону. Из машины вышла женщина. На ней было светло-бежевое пальто, длиной чуть ниже колена, идеально подчеркивающее её статную фигуру. На плече висела белоснежная сумка-тоут. — Здравствуйте, госпожа, — вежливо поприветствовал мужчина. Эсма лишь кивнула в ответ и направилась к входной двери, а мужчина, которого звали Мустафа, сел за руль, чтобы припарковать автомобиль. На улице было тихо, и лишь звонкий стук белоснежных каблуков Эсмы на высокой платформе нарушал тишину. Эсма вошла в дом, мельком огляделась но ни одной души не было видно. Она направилась к лестнице, поднялась на второй этаж и прошла в свою комнату. Поставив сумку рядом с туалетным столиком, Эсма направилась в гардеробную, где аккуратно повесила пальто. Затем прошла в ванную комнату, чтобы вымыть руки. После спустилась обратно. На первом этаже несколько горничных расстилали скатерть на длинном столе в столовой. Завидев хозяйку дома, они остановились, поприветствовав её. Эсма кивнула в знак приветствия и сказала: — Скатерть поменяйте, — её голос звучал мягко, но властно. — Постелите шёлковую. — Хорошо, госпожа, — ответила старшая горничная. — Я хочу, чтобы стол был готов ровно к восьми. И приготовьте мне кофе, принесите в гостиную, — добавила Эсма и направилась к одному из диванов гостиной. Не успела она сесть, как входные двери особняка распахнулись, и в дом шумно вошли двое мужчин. Старший из них выглядел серьёзным, младший смеялся. — Прекрати, это не смешно, Мурат, — упрекнул старший. — Мама думает, что ты учишься, а ты шляешься где попало. — Фикрет, да оставь меня в покое! Брат купил машину, я же должен был посмотреть, — оправдывался Мурат, всё ещё смеясь. Эсма приподняла бровь, ухмыляясь: — Что вы так бурно обсуждаете? — Да про что ещё? Конечно, про работу, — с улыбкой ответил Мурат, подходя к матери. — Наша несравненная султана! — Он обнял Эсму и чмокнул её в щёку. Фикрет закатил глаза, но всё же улыбнулся, подходя к ним. — Сколько можно про работу? Сейчас думай об учёбе, — с лёгким упрёком сказала Эсма, садясь на диван. Мурат тут же устроился рядом с ней. — Как дела, мама? — поинтересовался Фикрет, садясь напротив. — Хорошо, — коротко ответила Эсма, а затем задала встречный вопрос: — Почему вы так рано? — Ты же сама сказала приехать пораньше, вот я и приехал, — пояснил Фикрет. — А я приехал, потому что запахи с твоей кухни были слишком манящими, — рассмеялся Мурат. — Сегодня должен приехать Фарук, — вставил Фикрет. — Хотя, приедет ли, это ещё вопрос. Мурат снова рассмеялся: — В этот раз не сбежит. Мама отправила Османа в Стамбул, чтобы он его привёз. Смех Мурата подхватили Фикрет и даже горничные. — Хватит вам, — прервала их Эсма. — Я просто хочу видеть всех своих сыновей вместе. Что в этом такого? Мурат снова обнял мать и чмокнул в щёку: — Нечего, не злись, мама. Я же просто шучу. О, несравненная Султана! Эсма улыбнулась, чуть покачав головой. — Удивительно, как ты преуспел в красноречии. Вот бы ты в учёбе был так же успешен. — Не удержалась она от лёгкого упрёка. — Да, — поддержал Фикрет, тепло улыбнувшись. Мурат опустил взгляд, притворно смущённый. — Ну что ж, раз вы пришли пораньше, может, выпьете со мной кофе? — предложила Эсма. — Конечно, мама, — ответил Фикрет. — Без вопросов, — добавил Мурат. — Асие, приготовь кофе для этих прекрасных молодых людей, — обратилась Эсма к одной из горничных. Мурат посмотрел на самую молодую горничную, которая была занята у стола, и ухмыльнулся. Девушка, заметив его взгляд, слегка покраснела и, робко улыбнувшись, опустила глаза. ♡ Зайдя в здание компании, двое мужчин двигались вперёд, попутно приветствуя сотрудников. Один из них обратился к другому: — Фарук, гости уже здесь. Их отвели в конференц-зал. Мужчина по имени Фарук, не останавливаясь, достал телефон и стал набирать номер. — Кому звонишь? — поинтересовался его спутник. — Осману. Спутник улыбнулся и сказал: — Осман тоже здесь. Я думал, ты знаешь. Фарук нахмурился, отменил вызов и, разводя руками, произнёс: — Откуда мне это знать, если ты не сказал, а Осман не звонит? Навстречу им шла темноволосая девушка с папкой в руках. Она вежливо поздоровалась и обратилась к спутнику Фарука: — Господин Акиф, гости уже ждут в конференц-зале. Акиф кивнул, и они продолжили путь. Подойдя к стеклянным стенам конференц-зала было видно мужчину в очках, сидящего за столом и читающего книгу. Фарук ухмыльнулся, а Акиф тихо засмеялся. — Вот он, — улыбнулся Акиф. Подойдя к двери, Фарук первым вошёл внутрь, хлопнув ладонью по стене: — Хоть интересно, Осман? Осман, заметив брата, отложил книгу, встал и обнял брата: — Брат. — Почему не предупредил, что приедешь? — спросил Фарук, отходя назад. — Я думал, у тебя совещание. Решил не отвлекать. Всё равно бы нашёл тебя позже, — ответил Осман. Он повернулся к Акифу, пожал ему руку: — Здравствуй, Акиф. — Рад тебя видеть, Осман, — кивнул Акиф. Фарук положил руку на плечо Османа, с лёгкой усмешкой сказал: — Не нашёл дома тихого места для чтения и сбежал сюда, верно? — Нет, я приехал, чтобы сдать свой проект. А заодно мама загрузила меня заказами. Дала целый список того, что ей нужно привезти. — Ах да — кивнул Фарук. — И ты, кстати, тоже в этом списке, — добавил Осман, показывая на брата. Фарук лишь усмехнулся, продолжая кивать. Акиф, смеясь, заметил: — Приказ сверху, тут уж ничего не поделаешь. — Ладно, тогда вечером поедем в Бурсу вместе, наконец-то, — заключил Фарук. — Отлично, — согласился Осман. — У меня совещание. Никуда не исчезай, — предупредил Фарук, направляясь к выходу. — Я буду здесь, но ты позвони маме. Она начнёт спрашивать, когда мы вернёмся. А если ты этого не сделаешь, то она будет названивать мне. Ты же знаешь, как она не любит, когда мы опаздываем, — с красноречивым выражением лица ответил Осман. Фарук остановился, обернулся и с улыбкой сказал: — Ладно, хорошо. Беру Эсму-султан на себя. Не переживай. Он ушёл. Осман, оставшись один, вздохнул с лёгкой улыбкой, взял книгу и вернулся на своё место, продолжая читать. ♡ Закончив обсуждение, Фарук закрыл папку и встал вместе с остальными. — Итак, поздравляю, — сказал мужчина, с которым только что заключили сделку. Они пожали друг другу руки. — Да, ты ничуть не уступаешь своим родителям, — добавил партнёр, с лёгкой улыбкой. — Ты просто загнал нас в угол. Акиф подошёл, протягивая руку для рукопожатия: — В этой семье все знают, как торговаться, господин Радо. — Я это уже заметил, — ответил Радо после рукопожатия, проходя вперёд. В этот момент Акиф обратился ещё к одному мужчине и, пожимая ему руку, произнёс: — Спасибо. Затем Акиф быстро направился к двери, открыл её перед Радо. Тот, усмехнувшись, сказал: — Утомил нас господин Фарук. — Если устали, отправляйтесь в отель. -Почему в отель? — нахмурился Радо, бросив взгляд на Акифа. Фарук тоже недоумённо посмотрел на Акифа, который поспешил объяснить: — Господин Радо хочет немного развлечься этим вечером. — Вот как, — Фарук усмехнулся и указал рукой на Акифа: — Тогда с вами поедет он, а меня, прошу, извинить. — Послушай, Фарук, я тебя никуда не отпущу. — Радо поднял палец в шутливом упрёке. — Ты нас мучил весь день, теперь моя очередь! — Радо, не хочу вас обидеть, но… — Мы только что подписали контракт на 23 миллиона евро, и ты уже хочешь избавиться от меня? — рассмеялся Радо. Фарук развёл руками, не находя достойной причины для отказа, и, наконец, согласился: — Хорошо, но у меня ещё дела. Закончим — и я присоединюсь. Пока с вами будет Акиф. Радо кивнул, довольный, и посмотрел на Акифа: — Тогда отпразднуем как следует. После этих слов Радо ушёл, а Акиф последовал за ним. Фарук, оставшись в зале, попрощался с остальными и, когда все разошлись, прислонился к двери, глубоко вздохнул. Постояв пару секунд, он направился туда, где его ждал Осман. Осман был на том же месте, читая книгу.Увидев брата, он закрыл её, взял куртку и встал: — Можем ехать? — спросил он. — Да, — Фарук устало провёл руками по лицу. — Но не в Бурсу. Нужно развлекать партнёров. Осман нахмурился: — Брат, мама рассердится. Она ждёт нас обоих, а не только меня. — Ничего не могу поделать, — развёл руками Фарук. Осман вздохнул: — Ладно, делай как хочешь. — Он направился к выходу, но Фарук остановил его, взяв за локоть. — Нет, брат, я не дам тебя маме на растерзание. Поедем вместе. — Фарук, не тяни меня туда, мне там будет скучно, — Осман скривился, но попытки вырваться были вялыми. Фарук обнял его за плечи: — Не упирайся. Увидишь, как тяжело я работаю. Поедешь с Акифом, а потом я к вам присоединюсь. Сегодня встряхнём этих мужиков! Давай, может, даже потанцуешь? Осман закатил глаза, в притворном недовольстве сказал: — Только попробуй не приехать. Фарук усмехнулся, уходя: — Я обещаю. Осман пошёл дальше, скептически кивнул, но на его лице всё же появилась лёгкая улыбка. ♡ Неспешно и задумчиво, девушка направлялась в кафе «Карибу». Зайдя внутрь и пройдя к барной стойке, она достала кошелёк из глубокого кармана тёмно-зелёной куртки. — Доброе утро, — приветливо произнёс бариста. Девушка кивнула, протягивая деньги. — Латте, как всегда? Ещё один лёгкий кивок. — Одно латте для Сурейи! — громче объявил бариста. Сурейя отошла в сторону и терпеливо начала ждать свой заказ. — Здравствуйте, — раздался мужской голос слева. Она повернулась и увидела того самого мужчину, который спас её вчера. — Ох, это снова вы, — сказала она, облокотившись на стойку и потирая глаза. Мужчина, чувствуя лёгкую неловкость, оглядел кафе, а затем произнёс: — Мне жаль, что вчера всё так получилось. Мне очень стыдно. Приношу свои извинения. Сурейя выпрямилась, полностью развернувшись к нему: — Мне кажется, вы здесь ни при чём. — Тот негодяй был моим гостем, — тихо добавил он, смотря ей в глаза. Она задумчиво посмотрела в сторону. — Но вы же не отвечаете за этот его поступок, верно? Мужчина невесело улыбнулся соглашаясь, а затем серьезно добавил: — Это так, но мне всё равно стыдно. Никто не имеет права так себя вести. Такое поведение непозволительно. — Согласна, — тихо ответила Сурейя. Наступило небольшое молчание, после чего она произнесла: — Ну хорошо, — девушка посмотрела прямо на него. — Если я вас прощу, вам станет легче? Улыбнувшись чуть радостнее, мужчина кивнул. — Тогда я прощаю. И благодарю вас, Супермен. Мужчина рассмеялся, а Сурейя подхватила его смех. Перестав смеяться, он протянул руку: — Супермена зовут Фарук. Сурейя, улыбнувшись, пожала его руку. — Ну а вы Сурейя? — с лёгким вопросительным тоном сказал Фарук. — Да. — Очень приятно. — Мне тоже, — ответила она, немного смущённо отворачиваясь. Через несколько секунд молчания она снова посмотрела на него: — Господин Фарук, а как вы узнали, что я приду сюда? Не задумываясь, он ответил: — Я надеялся. Сурейя удивлённо улыбнулась: — Что ж, вы ещё и счастливчик. Они снова рассмеялись. — Надеюсь, вы не откажетесь, — загадочно сказал Фарук и направился к выходу, оставив Сурейю в растерянности. — Что? — спросила она ему вслед, но ответа не последовало. Фарук вышел из кафе и допил своё кофе у машины. Услышав звонок, он вытащил телефон. На экране высветилось: «Эсма Султан». Он сбросил вызов и убрал телефон обратно в карман. Сев в машину, он посмотрел на двери кафе и увидел, как Сурейя выходит. На улице уличные музыканты пели песню, в которой упоминалось имя Сурейи. Она остановилась, оглянулась и, заметив скрипичный футляр с запиской, наклонилась, чтобы прочитать: «Надеюсь, ты не откажешься». Сурейя, широко улыбнувшись, прикрыла лицо рукой. Фарук, наблюдая из машины, тоже улыбнулся. Покачав головой и смутившись, Сурейя подошла к музыкантам. Один из них весело изобразил её слегка нахмуренное выражение лица, и она прищурилась, усмехнувшись. Присев возле футляра, она аккуратно закрыла его, взяла в руки и встала. Девушка смущённо попросила их прекратить, но её просьба утонула в аплодисментах прохожих. Она оставила деньги возле музыкантов и, чуть поклонившись, сделала несколько шагов прочь. Музыканты махнули ей на прощание, и она ответила тем же. — Спасибо, — повторила она, кинув через плечо. Фарук наблюдавший за этим сделал победный жест рукой, он выпрямился, завёл машину и, бросив последний взгляд на Сурейю, нажал на газ. В дороге раздался звонок. — Говори, Акиф, — ответил Фарук. — Почему ты не отвечаешь на звонки? — Отвечаю. — Не на мои, а своей матери, — продолжил Акиф. — Что изволит Эсма Султан? — Она спрашивает, почему ты не приехал вчера. Сегодня у вас будут гости. Будет господин Вали. Ты должен приехать — Знаю, знаю, без меня не обойдётся. — И, пожалуйста, не выключай телефон, — добавил Акиф. — Почему? — Потому что твоя мама сразу звонит мне, пока ты не ответишь, — объяснил Акиф. Фарук невесело усмехнулся: — Хорошо, не переживай. Я позвоню ей. — Она просила… — Позвоню. Сбросив вызов, Фарук произнёс: — Не думай, что я твоя собственность, Эсма Султан. ♡ Взяв себе выходной и решив заняться делами дома. Сейчас Эсма сидела в просторной гостиной. На ней было платье с просторными рукавами до локтей, словно созданное из полотна абстрактного искусства. Яркие мазки краски, переходящие от глубокого синего и пурпурного к зелёному и солнечно-жёлтому, складывались в хаотичный, но удивительно гармоничный узор. Волосы были собраны в аккуратный пучок, подчёркивая её утончённые черты, а белые туфли на шпильке придавали её образу завершённости и изящества. Перед ней на полу на коленях сидела Асие, держа в руках кофейную чашку. Девушка внимательно всматривалась в узоры гущи, затем нахмурилась, перевернула чашку и, будто испугавшись, быстро поставила её обратно на блюдце, отодвигая подальше. — Что там, Асие? — нахмурившись, спросила Эсма. Асие натянуто улыбнулась, избегая её взгляда. — Ничего особенного. — Как это «ничего»? Я же тебя знаю. Если перевернула чашку, значит, что-то увидела. — Госпожа, можно я не буду сегодня гадать? — Делай то, что я сказала, — строго произнесла Эсма, её голос прозвучал твёрдо и уверенно. — Гадай. Ну же. Говори, что видишь. Асие нерешительно протянула руку к чашке, снова перевернула её и заглянула внутрь. — Говори! — настояла Эсма. Девушка, крутя чашку в руках, начала тихо и медленно: — Я вижу ворота особняка, госпожа. И змей за ними. Они пытаются заползти внутрь. Эсма лишь слегка качнула головой, словно услышала нечто привычное. — Ты уже говорила мне об этом раньше. — Да, госпожа. Но в этот раз одна змея смогла проникнуть внутрь. И это ещё не всё. Она бросается на вас, но укусить не может. Однако и вам, госпожа, некуда бежать. Вам нужно бороться. Асие сделала паузу и продолжила тихим, но отчётливым голосом: — Я вижу пол змеи госпожа. Эта змея — женщина. Эсма, не подав ни малейшего признака эмоций, поднялась с места. В её глазах читалась сосредоточенность. — Всё? Асие лишь кивнула, избегая взгляда госпожи. Вернувшись в свою комнату, Эсма села за туалетный столик и посмотрела на своё отражение в зеркале. Её лицо оставалось непроницаемым. Слова Асие звучали в её голове: «Она в вашей постели, госпожа. Она не уйдёт, пока не ужалит. В дом придёт женщина — и это будет змея.» ♡ Киймет и Ипек шли по улице, неспешно прогуливаясь и тихо смеясь. Их путь пролегал мимо небольшого уличного кафе, где, за одним из столиков, сидела женщина с холодной, но утончённой осанкой. Эсма. После утренних событий, связанных с гаданием, она решила сменить обстановку и ненадолго покинуть свой дом. Её задумчивый взгляд скользил по прохожим, словно она искала ответы в их лицах. — Я хочу купить туфли, которые увидела в последнем магазине, — сказала Ипек, бросив взгляд на витрины. — Сходим позже, — спокойно ответила Киймет. — А пока можем зайти в другой магазин. Может, там тебе что-то понравится больше. Ипек уже собиралась согласиться, когда её взгляд вдруг зацепился за одну из посетительниц кафе. — Это же Эсма-султан! Пойдём поздороваемся. — Нет, — категорично отрезала Киймет. — Давай, мама, — настаивала Ипек. — Я сказала «нет», — Киймет попыталась остановить дочь, пытаясь схватить её за руку, но Ипек уже уверенно направлялась к Эсме. Тяжело вздохнув, Киймет последовала за ней. — Доброе утро, госпожа Эсма, — вежливо обратилась Ипек, остановившись у столика. Эсма подняла глаза и слегка кивнула: — Доброе. — Как вы поживаете? — продолжила Ипек с лёгкой улыбкой. — Какой сюрприз, — вмешалась Киймет, подходя ближе и заставляя Эсму слегка улыбнуться. — Что ты здесь делаешь? Разве не должна быть на работе? — Привет, Киймет. Сегодня я решила поработать из дома. Обстоятельства позволяют. А заодно вышла прогуляться и подышать свежим воздухом. Присаживайтесь, не стойте. — Спокойно ответила Эсма, жестом приглашая их присесть. Ипек уже начала садиться, собираясь поблагодарить, но Киймет мягко, но настойчиво остановила её: — Мы бы с радостью, но у нас много дел. — Эти дела можно отложить, мама, — не сдержалась Ипек. Она села напротив Эсмы и, широко улыбнувшись, сказала: — Госпожа Эсма, вы, как всегда, выглядите великолепно! Эсма слегка улыбнулась: — Спасибо. Ты тоже выглядишь прекрасно. Кстати, что вас сюда привело? — Мы решили… — начала Киймет, но Ипек перебила её. — Я поехала, чтобы помочь маме с домашними делами. Не хочу, чтобы она занималась этим одна. Эсма чуть прищурилась, а затем, с улыбкой, произнесла: — Ты просто чудесная дочь. — Да, она у меня настоящее чудо, — с лёгкой иронией подтвердила Киймет. Затем, сменив тему, обратилась к Эсме: — Кстати, как твои сыновья? — У них всё хорошо, — коротко ответила Эсма, снова устремив взгляд на прохожих. Наступила небольшая пауза, и Киймет поспешно встала: — Ну ладно, нам пора. Как я уже говорила, у нас много дел. Всегда рада тебя видеть, Эсма. — Взаимно, Киймет, — кивнула Эсма, явно не пытаясь их задерживать. — Передайте привет от меня Фаруку, — вставила Ипек, поднимаясь. — Конечно, — спокойно ответила Эсма. — Только не забудьте, — добавила Ипек. — Я ничего не забываю, — заметила Эсма с лёгкой улыбкой. Когда они отошли достаточно далеко, чтобы быть вне слышимости, Киймет резко повернулась к дочери: — Это что ещё за поведение? — Я всего лишь передала привет, — с лёгким раздражением ответила Ипек, закатив глаза. — Иди уже, — Киймет легонько подтолкнула её вперёд. ♡ Фарук, сидя за столом в своём кабинете, с раздражением разорвал бумаги и бросил их на стол. — Соглашения с тобой у меня нет и больше не будет. Прощайте, — его голос звучал твёрдо и бескомпромиссно. Радо, сидящий напротив, молча смотрел на него. В его взгляде кипели гнев и обида. Не сказав ни слова, он резко встал, бросил испепеляющий взгляд на Фарука и вышел. Помощник Радо тут же поспешил за ним, чтобы не отставать. Акиф, стоявший в стороне, с досадой и нервозностью наблюдал за происходящим. Когда дверь за Радо захлопнулась, Фарук поправил пиджак и, взглянув на Акифа, произнёс: — Не смотри на меня так, — строго сказал он. — Или ты думал, что я стану иметь дело с негодником? Акиф тяжело вздохнул и ответил: — Я понимаю, хорошо, будет так, как ты скажешь. Но что теперь? Мы ведь часть важного проекта, а этот человек обещал вложить миллионы, — он указал в сторону двери. — Нам нужно найти инвесторов в ближайшее время. Фарук неторопливо поднялся из-за стола, подошёл ближе и хлопнул Акифа по плечу. — Позвони тем парням из Баку. Пусть приезжают. Акиф удивлённо поднял брови: — Разве ты им ещё не отказал? Фарук усмехнулся: — Друг мой, пока дело не сделано, всегда должен быть запасной план. Понял? Акиф, словно сбросив груз с плеч, усмехнулся в ответ: — Вот это я понимаю! Брат, ты всегда на высоте. С тобой нельзя соревноваться. Кто попытается сделать тебе даже маленькую подлость сразу пожелеет. Ты не сломаешься. Ты лучший! Фарук с лёгкой улыбкой указал пальцем в сторону двери: — Видишь, Радо уже жалеет. — Пусть катится куда хочет, — поддержал Акиф. — Хай знает. Фарук сел обратно за стол и, потирая подбородок, задумчиво произнёс: — Это нужно отметить. Акиф подхватил его идею: — Конечно! Может, куда-нибудь съездим? Что скажешь? Откинувшись на спинку кресла, Фарук задумчиво ответил: — Закажи столик у Илмаза. Акиф уже набирал номер, когда вдруг остановился: — А ты в Бурсу не поедешь? Госпожа Эсма ведь просила приехать. Фарук цокнул языком и улыбнулся. — Госпожа Эсма замучит меня звонками, — задумчиво произнёс он. — А когда я ей всё объясню, она сначала найдёт меня, потом тебя и оторвёт нам головы. Акиф рассмеялся: — Такая уж судьба, — проговорил он, выходя из кабинета с телефоном в руке. Фарук остался один. Он задумчиво посмотрел на стол, а затем на окно, погрузившись в свои мысли. ♡ Эсма, облачённая в элегантное белое пальто из плотной шерстяной ткани длиной до щиколоток с расклешённым низом, шла по улицам Бурсы с непринуждённой уверенностью. За ней следовали работники особняка, стараясь не отставать. Прохожие, замечая её, подходили с уважением, чтобы поприветствовать и поцеловать ей руку. День был посвящён важным покупкам. Она заходила в магазины, внимательно осматривая предлагаемые товары. Ткани — только лучшие, с мягким блеском шёлка и утончёнными узорами. Золотые подносы — массивные, с тончайшей резьбой, которая блестела на свету. Всё выбиралось с безупречным вкусом и строгими требованиями к качеству. Когда Эсма вышла из очередного магазина, её сопровождали горничные, едва справляясь с множеством аккуратно упакованных свёртков. Один из мужчин, работник особняка, заметив их движение, мгновенно оставил недопитый чай на маленьком столике и поспешил к женщинам, чтобы взять у них часть ноши. Проходя через базар, Эсма задерживалась у лавок, изучая овощи и фрукты с такой внимательностью, будто выбирала драгоценности. Она указывала на понравившиеся продукты, негромко приказывая купить или отложить. Её указания были точны, а интонации не допускали возражений. Затем её взгляд привлекла витрина с ювелирными изделиями. Среди множества украшений и ярких предметов её внимание остановилось на традиционном фиолетовом кафтане для девичника, украшенном тонкой вышивкой и блёстками. Лёгкая ухмылка скользнула по её губам, намекая на внезапно возникшую мысль, известную только ей. Эсма продолжала свой путь с той же царственной осанкой. ♡ Ипек сидела в машине, задумчиво смотря в окно. Её взгляд скользил по улицам, но мысли явно были где-то далеко. Когда автомобиль подъехал к особняку Боранов, шофёр аккуратно остановил машину и поспешил открыть дверь. Сначала из машины вышла Киймет, затем мужчина постарше, а следом — Ипек. Она ступила на асфальтированную площадку, выложенную узорчатой брусчаткой, аккуратно поправив воротник красивого пальто с мехом с свободными рукавами. Её взгляд сразу упал на особняк светлого оттенка, чьи окна ярко светились в вечерних сумерках. Дверь дома распахнулась, и из холла доносились негромкие голоса. Фикрет, сидевший в кресле с чашкой чая, обернулся на звук. — Спасибо, — произнёс мужчина, входя в дом. Фикрет быстро встал, и вслед за ним поднялись его братья. — Здравствуйте, — поприветствовал Фикрет гостей, обратившись сначала к Киймет, а затем к мужчине. — Здравствуй, Фикрет, — сдержанно ответила Киймет. — Здравствуйте, господин Шахап. — Добрый вечер, — кивнул Шахап. Ипек, войдя внутрь, осматривала зал с явным интересом, будто пытаясь найти кого-то взглядом. — Ипек, рад тебя видеть, — обратился к ней Фикрет, слегка улыбнувшись и протянув руку. — И я тоже, — улыбнулась девушка, пожав его руку. — Прошу, проходите, — Фикрет жестом указал на гостиную. — Спасибо, — отозвался Шахап, направляясь с семьёй к уже сидящим там ещё одними гостями. Шахап подошёл к мужчине, сидящему в кресле: — Господин Вали, для меня честь познакомиться с вами, — сказал он, протягивая руку. Вали, мужчина средних лет, встал, чтобы ответить на приветствие. Рядом с ним поднялась женщина в изящном платье кремового цвета. — Для меня тоже, — ответил Вали, пожимая руку. — Господин Шахап — один из первых производителей шёлка. Ещё наши деды были дружны, — улыбнулся Фикрет, поясняя. — Правда? — спросил Вали с интересом. — Да, — подтвердил Шахап. — А госпожа? — Моя жена Элиф, — представил Вали. — Очень рад, — ответил Шахап. Осман, стоя чуть в стороне, наклонился к Мурату. — Где мама? — Фарук так и не приехал, готовься: тебе достанется за это, вот увидишь, — усмехнулся Мурат. Осман посмотрел в сторону лестницы. — Рада знакомству, — произнесла Ипек, пожимая руку Элиф. — Очень приятно, — улыбнулась Элиф. После этого она пожала руку Киймет, стоявшей чуть сбоку. — Здравствуйте, — сказала Киймет. — Прошу, садитесь, — улыбнулся Фикрет, жестом приглашая всех сесть. — Добрый вечер, парни, — Киймет обратилась к Осману и Мурату, пожимая им руки поочерёдно. Мурат ответил первым, слегка ухмыльнувшись: — Добрый вечер, как вы? — Хорошо, — ответила Киймет с лёгким кивком. — Рад видеть, — сказал Осман, его голос был мягким, но лишённым лишних эмоций. — Привет! Как вы? — поинтересовался Шахап, смотря на них. — Добрый вечер, всё хорошо, спасибо, — произнёс Мурат с улыбкой, пожимая руку. — Рад вас видеть, — добавил Осман. Когда все расселись, горничная с подносом подошла ближе, предлагая гостям чай. Шахап, благодарно кивнув, взял один чай: — Спасибо за чай. — Угощайтесь, — коротко сказал Осман. Горничная подошла к Ипек. — Спасибо, — улыбнулась девушка, аккуратно беря в руки чай — Угощайтесь, госпожа, — произнесла горничная, направляясь к другим гостям. Фикрет украдкой посмотрел на Ипек, его губы чуть дрогнули в неловкой улыбке, прежде чем он опустил глаза, словно стесняясь. Ипек же продолжала незаметно коситься на дверь, словно кого-то ожидала. Её мать, заметив это, бросила на неё строгий взгляд. — Ты не знаешь, зачем мы приехали сюда? — спросила Киймет тихим, но твёрдым голосом. — Ты слишком явно кого-то высматриваешь. Ипек, не глядя на мать, пробормотала: — И кого же, мама? — Ты знаешь, — Киймет сохраняла на лице холодную улыбку. Ипек, не желая продолжать разговор, недовольно отвернулась, сделав вид, что сосредоточилась на своём чае. В это время Эсма величественно спускалась в зал. Она была облачена в роскошное бархатное платье глубокого сапфирово-синего оттенка, украшенное изысканным узором из крупных цветов. Ткань идеально облегала верхнюю часть её фигуры, подчёркивая утонченную талию, и плавно расширялась книзу, создавая элегантный силуэт. Лёгкий клёш рукавов на запястьях добавлял нотку изысканной старинной аристократичности. Её туфли с тонкими ремешками были украшены длинной бахромой из мерцающих кристаллов, которая покачивалась при каждом её шаге, переливаясь в свете ламп. Макияж Эсмы был выполнен в теплых тонах: выразительные глаза подчёркивали мягкие коричневые тени и густые длинные ресницы, а её губы покрывала помада приглушённого винного оттенка, гармонично дополняющая её облик. Волосы спадали крупными волнами на плечи, придавая образу лёгкую, но тщательно продуманную естественность. Из украшений Эсма выбрала изящные минималистичные серьги с прозрачными камнями, которые добавляли блеск и подчёркивали сдержанную элегантность. Её внешний вид сочетал в себе роскошь и утончённость. Когда Эсма появилась в зале, все присутствующие встали, отдавая дань уважения хозяйке дома. — Добрый вечер, господин Вали, госпожа Элиф. Рада видеть вас в нашем доме, — обратилась она к гостям с лёгкой улыбкой, пожимая руку. — Взаимно, госпожа Эсма, — ответил Вали, и посмотрел на жену. — Знакомьтесь — это моя жена, Элиф. Госпожа Элиф, приветственно кивнула. Ипек, следившая за каждым движением Эсмы, едва заметно поправила волосы, стараясь выглядеть безупречно. — Добро пожаловать, — улыбнулась, Эсма и посмотрела, на Господина Вали: — Желаю вам успехов на новой должности, господин Вали. Наш дом всегда открыт для вас, — учтиво произнесла она. Она продолжила приветствовать гостей, а затем сказала: — Прошу за стол, — пригласила она. — Господин Вали, прошу садитесь, — указала Эсма место за столом справа от себя. — Спасибо, — ответил господин Вали, вежливо кивнув в ответ, прежде чем занять предложенное место. Горничные ловко разносили блюда, разливая аромат вкусной еды. Самая молодая горничная, неуверенно подойдя к Мурату, взглянула на него украдкой. Мурат, уловив её смущение, слегка наклонился вперёд и с хитрой улыбкой подмигнул, отчего девушка моментально отвела глаза, покраснев, и поспешила удалиться. — Щедрый стол госпожи Эсмы славится на всю Бурсу, — сказала Киймет, одобрительно кивая. — Всё выглядит настолько аппетитно, — заметил Вали, оценивающе глядя на накрытый стол. — Приятного аппетита, — ответила Эсма, сдержанно улыбнувшись. Пока Эсма беседовала с гостями, Мурат сидел за столом, украдкой печатая что-то на телефоне под столом. Фикрет, заметив это, слегка наклонился к нему и тихо спросил: — Мурат, мама ведь ещё не знает, что Фарук не приедет? — Пока что не знает, брат, — усмехнулся Мурат, не отрываясь от телефона. — Но если бы знала, давно бы устроила всем взбучку. И ему тоже устроит, как только вернётся. Мурат продолжил быстро что-то печатать, но Фикрет хмуро добавил: — Ты же знаешь, что бы ни случилось, Фарук всегда выходит сухим из воды. — Ну ты же знаешь, у нашей Эсмы Султан есть любимчики — Мурат тихо рассмеялся. Однако, уловив взгляд матери, он моментально спрятал телефон, перестав улыбаться. Фикрет, заметив выражение лица Эсмы, поспешно отвёл взгляд, будто ничего не произошло. — Вы прекрасная хозяйка, госпожа Эсма, — с улыбкой сказала госпожа Элиф. — У этих блюд удивительно тонкий вкус. — Спасибо, всё действительно очень вкусно, — поддержал её господин Вали, слегка кивнув. — На здоровье, — мягко ответила Эсма, позволяя себе лёгкую улыбку, но взгляд её остался строгим и внимательным. — Знаете, госпожа Эсма, я хочу поблагодарить вас за вашу поддержку в одном из районах. Если бы не вы, многое было бы сложнее, — искренне произнёс господин Вали, слегка склонив голову в знак уважения. — Социальная поддержка всегда была важной частью нашей семьи. — Ответила Эсма с лёгкой улыбкой. — Вы всегда можете рассчитывать на нас. Мы сделаем всё возможное. — Ну конечно, — продолжил Вали, — если бы не ваша поддержка, победить на выборах было бы крайне непросто. В этот момент Ипек, делая глоток воды, задумчиво посмотрела на пустующее кресло напротив Эсмы. В её глазах мелькнуло разочарование, словно того, кого она ожидала увидеть, здесь не оказалось. ♡ Фарук заходит в клуб, за ним идёт Акиф. Их встречает Илмаз, и они пожимают друг другу руки, приветствуя друг друга. Фарук продолжает путь к своему столику, взглядом скользя по сцене, где он видит певицу в красном блестящем коротком платье выше колен с длинными рукавами и глубоким вырезом на груди, который прикрывает прозрачная ткань. На её ногах — чёрные туфли на высоком каблуке, как для пилона. Эту женщину звали Бурджу, и Фарук знал её. Его взгляд немного смещается вправо, и он видит Сурейю, играющую на скрипке. Она стояла немного в стороне. Сурейя заметила его почти мгновенно. На секунду её взгляд застыл на нём. Фарук, садясь, встретился с её взглядом и слегка улыбнулся, как бы приветствуя её. Сурейя, не сдержавшись, ответила ему той же лёгкой улыбкой, но тут же отвела взгляд, её сердце билась быстрее, чем она могла бы объяснить. Через мгновение она, сама того не осознавая, опустила скрипку и начала петь совершенно другую песню. Лишь спустя секунду она осознала, что сделала ошибку, и неловко отстранилась от микрофона, взглядом скользнув на Бурджу, которая продолжала петь. Бурджу, бросила на неё странный взгляд, полон недоумения. Фарук, видя её реакцию, не удержался и тихо рассмеялся — его смех был лёгким, он не мог скрыть свою забаву. Сурейя, тоже не удержавшись, усмехнулась в ответ. Акиф, уже давно сидящий рядом с Фаруком, смотрел на Сурейю в растерянности, а потом перевёл взгляд на Фарука. Его глаза задавали вопросы, но Фарук лишь взглянул на него мимоходом, будто ничего не случилось. Фарук продолжал смотреть на Сурейю, улыбаясь, и в этот момент ему позвонили. Отведя взгляд от сцены лишь на секунду, он достает телефон из внутреннего кармана, и его лицо сразу меняется. На экране высветилось: «Эсма Султан». Фарук выключил звук и положил телефон на стол. Его настроение немного омрачилось. Когда Сурейя снова взглянула в его сторону, он сразу же улыбнулся, облокотился подбородком на пальцы, прикрывая губы. А Эсма, находясь в стороне от гостей, нетерпеливо продолжала звонить Фаруку, её звонки становились всё более настойчивыми. Вдалеке она слышала, как Шахап продолжал разговор с Вали. — Вы экспортируете? — спросил Вали, его голос был серьёзным. — Да, думаю, о доставках на Ближний Восток. Там, где родина шёлка. Есть перспективы, — ответил Шахап, его глаза блеснули интересом, а голос звучал уверенно. ♡ Сидя за туалетным столиком, Эсма хмурилась, снимая с себя серьги. За её спиной стояла Нургюль, которая внимательно наблюдала за госпожой, стараясь подобрать нужные слова. — Не злитесь, госпожа Эсма, — робко начала она. — Вы же знаете Фарука. Ему просто нужно найти хорошую партию и завести семью, тогда он успокоится, — добавила она уже с чуть более воодушевлённой улыбкой. Эсма молча положила серьги на столик, бросив на Нургюль хмурый взгляд. Затем она резко выдохнула, словно выпуская раздражение. — Но он в этом чёртовом городе. И я не могу всегда знать, с кем он общается и кто его окружает. Важно, чтобы он женился на хорошей девушке из нашего окружения. Той, кто понимает и уважает наши порядки, — произнесла Эсма строгим голосом, берясь за ватный диск, и мицеллярную воду, чтобы стереть макияж. — Сейчас девушки совсем другие. Все хотят создать своё дело, путешествовать… — осторожно попыталась вставить Нургюль. — Да разве дело в этом, Нургюль? — резко перебила Эсма, её голос поднялся на октаву. — Я должна знать, кто заходит в этот дом, кто входит в жизнь моего сына и, в конечном итоге, в нашу семью! — Она прижала ватный диск к виску и с силой провела по коже, словно пытаясь избавиться не только от макияжа, но и от накопившегося раздражения. — Я не собираюсь терпеть кого-то, кого даже не знаю. Комната погрузилась в напряжённое молчание. Эсма, сложив ватные диски на столик, взглянула на своё отражение, а затем обернулась к Нургюль. На её лице появилась едва заметная улыбка — лёгкая, но со скрытой решимостью. — И знаешь, — сказала она тихо, но с уверенностью, — я думаю, что знаю ту, которая станет идеальной женой для моего Фарука. ♡ Поздняя ночь. Эсма спала, её лицо освещал лунный свет, пробивающийся через окна. Она спала спокойно, укрывшись покрывалом. Всё казалось умиротворённым, пока двери её комнаты не приоткрылись. Медленно и бесшумно в комнату заползла змея. Её движение было плавным, словно тёмный шёлк скользил по полу. Она направлялась к кровати, грациозно поднялась на неё и, шурша покрывалом, скрылась под ним. Змея ползла всё ближе к Эсме, и в тот момент, когда её холодное тело почти коснулось лица женщины, Эсма внезапно вскрикнула, просыпаясь в холодном поту. Её дыхание было частым, глаза широко раскрыты. Резко скинув с себя одеяло, она лихорадочно осматривала кровать, но ничего не увидела. Поняв, что это был всего лишь сон, она облегчённо выдохнула. Эсма провела рукой по лицу, пытаясь успокоиться, но вскоре осознала, что заснуть уже не удастся. Она медленно встала, накинула лёгкий халат и направилась на кухню. Войдя на кухню, она направилась к столешнице, где стоял стеклянный кувшин с водой. Наполнив стакан, она села за стол. Положив голову на сцепленные в замок руки, она вдруг вспомнила сегодняшние слова Асие: «Эта змея пролезет в вашу кровать и не уйдёт, пока не ужалит. В ваш дом придёт женщина — это она, змея.» Мысли закружились вихрем, но их прервал мягкий поцелуй в щёку. Эсма вздрогнула, обернувшись, и увидела Османа. — Мама, — прошептал он, обняв её со спины. — Всё хорошо? Эсма улыбнулась, но в её глазах читалась усталость. — Не могу уснуть, — вздохнула Эсма, поправляя волосы. — А ты почему не спишь? Плохо себя чувствуешь? — Нет-нет, всё в порядке, — поспешил ответить Осман, садясь напротив. — Просто тоже не спится. Эсма хитро улыбнулась. — Почему не спится? Голодный? Осман засмеялся: — Немного. — Тогда подожди, я что-нибудь приготовлю, — она поднялась и направилась к столешнице, не оставляя ему времени на возражения. — Мама, не надо! — тут же начал отговаривать её Осман. — Не беспокойся. — Как это «не надо»? — улыбнулась Эсма, доставая деревянную доску и нож. — Не волнуйся, мне не сложно. Она открыла холодильник, достала копчёную колбасу и начала её нарезать. Параллельно продолжала разговор с сыном: — Со временем я отучила трёх сыновей есть ночью, но тебя так и не смогла. Закончив с колбасой, Эсма поставила сковороду на плиту, разбила яйца и добавила к ним ломтики. Пока яичница готовилась, Осман, задумавшись, спросил: — Мама, а когда мы поженимся, ты расстроишься? Эсма усмехнулась, повернувшись к нему. — Почему я должна расстроиться? Наоборот, обрадуюсь. Что тут плохого? Осман кивнул, его губы тронула лёгкая улыбка. — Тогда у меня будут внуки. Внуки, которых я буду любить так же, как вас. — Эсма мягко улыбнулась, её взгляд стал задумчивым. — А невестки? Если они тебе не понравятся? — поинтересовался Осман. Эсма усмехнулась: — Ну, раньше ты этого со мной не обсуждал. Если хочешь сказать что-то конкретное, не тяни. — Да нет, ничего такого, — поспешно ответил Осман. — Просто интересно. — Тогда скажу так: важно, кто они и из какой семьи. У них должно быть хорошее воспитание и образование. Осман кивнул. — И ещё одно: никто не войдёт в этот дом без моего согласия, — с лёгкой строгостью добавила Эсма. Осман улыбнулся. Когда яичница была готова, Эсма переложила её на тарелку, добавила нарезанный хлеб и поставила перед Османом. — Ешь, сынок. — Заметив задумчивость Османа, Эсма, посмотрела на него с лёгкой улыбкой. — Знаешь, Осман, — начала она, хитро прищурившись, — поговорим о внуках, когда ты приведёшь девушку. Она неожиданно взяла его за щёку и чуть подёргала, словно маленького мальчишку. На лице Османа, заиграла лёгкая усмешка. В этот момент на кухню вошёл Фикрет. — О! А что это вы тут тихонько устроили? Ждали, пока все уснут, и решили устроить яичную вечеринку? — с притворной обидой произнёс Фикрет, выразительно втянув носом воздух. — Аромат-то на весь дом! — Тоже голоден? — спросила Эсма, улыбаясь. — Меня запах разбудил, — ответил Фикрет. Через мгновение на кухне появился и Мурат. — Ого, мама, почему младший сын узнаёт последним, что вы тут всех кормите? Эсма засмеялась, глядя на своих сыновей, а те подхватили её смех. — О, Эсма Султан, разве мы не твои дети? Я тоже хочу яичницу! — воскликнул Фикрет, подойдя к ящику с приборами. Он быстро схватил вилку, даже не потрудившись закрыть шкафчик, и тут же рванул к столу, а Мурат следом за ним. — Что же это в этом доме никто не спит? — усмехнулся Осман, пытаясь приструнить братьев, которые уже кинулись к столу. Фикрет и Мурат быстро подхватили хлеб и яичницу, не давая друг другу спуску. — Мне! — заявил Мурат. — Отдай, это моё! — возразил Фикрет, ударив его по руке. Осман от них не отставал. Братья делили остатки еды, шутя и смеясь. Эсма остановилась, посмотрела на своих сыновей с любовью и нежностью. ♡ Эсма сидела на стуле, на ней был уютный домашний комплект, состоящий из легкого кардигана и нежного платья. Мягкая ткань светло-розового оттенка обволакивала её фигуру, подчеркивая естественную грацию и элегантность. Платье, выполненное из легкого материала, не стесняло движений. Лиф был украшен белым кружевом, а вырез горловины акцентирован двумя маленькими пуговицами. Длина платья до колен создавала идеальный баланс между комфортом и изысканностью. Кардиган свободного кроя, выполненный в том же оттенке, дополнял образ, мягко обвивая её плечи и ниспадая до колен. Перед Эсмой сидела Нургюль. Ноги Эсмы были погружены в серебристую миску с тёплой водой. Слева от Нургюль стоял металлический поднос с ажурными краями. На нём лежала кружевная салфетка, а также стояли флаконы с маслами и ароматной водой: внутри переливались зелёные, жёлтые, коричневые и прозрачные жидкости — экстракты жасмина, эвкалипта, розы и сандала. Нургюль взяла один из флаконов, открыла его и аккуратно влила немного в воду. — Напомни мне потом позвонить госпоже Елиф, жене губернатора, — сказала Эсма, задумчиво наблюдая за движениями Нургюль. — Надо пригласить её и Киймет с дочкой сходить вместе в хамам. А ещё купить Елиф набор для хамама. Нынче ведь никто не знает, как это положено, — они приносят полотенца из дома. Эсма фыркнула, а Нургюль рассмеялась, продолжая массажировать ноги госпожи. — Да, госпожа. — И приготовим кое-что для Ипек. Нургюль посмотрела на неё с интересом, её глаза засветились. — Что именно? Вы думаете, она станет вашей невесткой? Эсма усмехнулась. — Посмотрим. — А для кого? — А для кого, по-твоему, подходит Ипек? — Вам, госпожа, конечно, виднее. Но я думаю, для Фикрета. Они, между собой похожи, — ответила Нургюль, скромно, но с яркой улыбкой. Улыбка исчезла с лица Эсмы. — Причём тут Фикрет? Старший — Фарук. Всему своё время, — Эсма подняла бровь. Нургюль выпрямилась. — Вы правы, простите. — Ипек — пара для Фарука, — уверенно произнесла Эсма. — Только такая красавица сможет привязать его к дому. Будь у него жена, он бы вообще не уехал. Ну сдался ему этот Стамбул? Мёдом там намазано, что ли? Ипек вернёт его домой. Ну а на работу пусть ездит, конечно. Нургюль молча слушала. На её лице появилось лёгкое выражение несогласия, что не ускользнуло от Эсмы. — Ты думаешь, она ему не подходит? — вдруг спросила Эсма, пристально посмотрев на Нургюль. Та подняла брови и, слегка растерявшись, ответила: — Как я могу так думать, госпожа? Я не смею обсуждать такие вещи. — Никому не говори о нашей беседе. Ясно? — с легкой строгостью добавила Эсма. Нургюль кивнула: — Не переживайте, госпожа. Никому не скажу. Эсма, решив закончить разговор, вернулась к более лёгкой теме: — Добавь ещё жасминового. Хорошо пахнет. Нургюль сделала, как ей велели, а Эсма, закрыв глаза, расслабилась, вдыхая лёгкий, сладкий аромат. ♡ Киймет сидела на диване, обитом коричневой тканью. Её плечи укрывал полосатый плед с оттенками коричневого, зелёного и голубого, что придавало её образу уют и тепло. Её тело словно устало склонилось на одну сторону, голова покоилась на подушке с узором. Правой рукой она слегка прикрыла лоб, будто отгоняя тяжёлые мысли. В тишине комнаты послышались шаги, приближавшиеся всё ближе. Киймет убрала руку от лица и краем глаза заметила свою дочь. Ипек, шла с фарфоровой чашкой и таким же блюдцем. Чашка была тонкой, с цветочным узором, голубые цветы на белом фоне выглядели невероятно изысканно. — Спасибо, родная, — устало сказала Киймет. Ипек улыбнулась и аккуратно поставила чашку на столик перед диваном. — На здоровье, мамочка, — с тёплой улыбкой ответила она, присаживаясь рядом. Киймет тихо вздохнула, массируя лоб, как будто пытаясь избавиться от накопившегося напряжения. — Как у Эсмы хватает сил на всё это? Я вчера за два часа вымоталась. Ипек взглянула на мать, затем отвела глаза и слегка ухмыльнулась: — Ей это привычно, — произнесла она — У неё всегда так, — и её взгляд на мгновение стал задумчивым, словно она мысленно уже оказалась в том особняке. Внезапно она повернула голову к матери: — Мне вот тоже это весьма по душе. Киймет рассмеялась, глядя на дочь: — Может, ты живёшь в другом доме, а я и не в курсе? — сказала она со смехом. Ипек закусила губу, но ей было не до шуток. — Где ты этому научилась? Нас здесь всего трое, и никаких гостей, — продолжала Киймет, беря чашку и делая небольшой глоток чая. — Ладно, мама, ты с утра всем недовольна, что бы я ни сказала, — Ипек раздражённо сдвинула брови. — И почему ты вообще злишься? Киймет поставила чашку обратно на столик, её лицо стало серьёзным: — На тебя злюсь, Ипек. На то, как ты себя ведёшь. Ты не можешь скрыть, что тебе нравится этот особняк и тот, кто там живёт. — Послушай, — Киймет выпрямилась. — Знай себе цену, будь гордой. Скрывай свои чувства, не надо всё сразу выдавать. Люди должны уважать тебя. — Мама, перестань, — резко перебила её Ипек. — Не перебивай меня, — строго сказала Киймет. — Ладно, молчу, — почти выкрикнула Ипек, поджав губы. Снова взяв чашку, Киймет чуть наклонилась в сторону Ипек, её голос стал ещё серьёзнее: — Как ты думаешь, какая она, Эсма? Лицо Ипек внезапно стало твёрдым и решительным. — Сейчас она улыбается тебе в лицо, но как только ты переступишь порог особняка, он станет клеткой. Ты попадёшь в лапы волков. Эсма манипулирует даже губернатором, и с тобой будет то же самое, — её голос звучал мрачно, как предвестие бурь. На лице Ипек снова, появилась лёгкая улыбка: — За это можешь не переживать, — с уверенностью произнесла Ипек, её голос стал твёрдым и спокойным, несмотря на всю угрозу в словах матери. — Я справлюсь. Я сильная, умная и знаю, чего хочу. Никто мне не помешает, особенно ты. Киймет резко повернула голову к дочери. — Я смогу добиться расположения Эсмы-султан, — уверенно произнесла Ипек. — И если она захочет стать моей свекровью, я не откажусь. — Дочка, сначала надо добиться расположения её сына, а не Эсмы. Ты вообще думала, хочет ли Фарук жениться? Ипек только улыбнулась. — Если Эсма Султан решила, значит, будет так. Ты не веришь, что я могу это сделать, мама? — Верю, — вздохнула Киймет. — Но зачем спешить? Под надзором Эсмы несладко. У неё даже сыновья по струнке ходят. Ипек ничего не ответила, лишь молча смотрела на мать. — Скажу одно, — продолжила Киймет, откидываясь на диван. — Если ты всё сделаешь наоборот, в этом особняке ты будешь не госпожой, а марионеткой. ♡ Фарук зашёл в кабинет, и следом за ним, закрывая дверь, вошёл Фикрет. Оба направились к рабочему столу. — Проходи, брат, — Фикрет указал на стул перед столом. — Иди садись, — невесомо подтолкнув брата, ответил Фарук. Фикрет остановился. — Но это твой стол. — Мы не делим на моё и твоё, — Фарук уселся, — привыкай быть боссом. Теперь я буду чаще в Стамбуле, брат, — с улыбкой продолжил Фарук, — так что теперь ты будешь отвечать за всё здесь. Фикрет сел за рабочий стол и ответил: — Мама так не думает, — и закрыл ноутбук. — Пусть думает, — Фарук махнул рукой. — Ты работаешь больше меня, ты заслужил. — Скажем так, я делаю всё, что в моих силах, брат, — непринуждённо сказал Фикрет. Фарук улыбнулся и кивнул. — Ну и как вчера всё прошло? — с любопытством спросил он. — Брат, ты же её знаешь… Устроила ужин, достойный султана, поразила гостей. Ну и, как всегда, держала всё под контролем — ты ведь знаешь, она это любит. В общем, была сама собой, — усмехнувшись, сказал Фикрет. — Узнаю маму, — рассмеялся Фарук. — А у тебя был хороший вечер? — с интересом спросил Фикрет. — Мой вечер… — Фарук слегка помолчал, а потом с загадочной улыбкой добавил: — Был прекрасным. ♡ Эсма Боран сидела в своём кабинете, сосредоточенно просматривая документы. Вокруг царила идеальная тишина, нарушаемая лишь шелестом страниц и стуком её ногтей по столу. Звонок прервал её сосредоточенность. Эсма включила громкую связь стационарного телефона. — Да? — сухо спросила она. — Госпожа Эсма, к вам господин Фарук, — сообщил секретарь. Эсма чуть приподняла бровь, услышав это. «Явился, наконец», — мелькнула мысль. — Пусть войдёт, — ответила она с едва уловимым безразличием. Дверь открылась, и в кабинет зашёл Фарук, лучезарно улыбаясь, словно ничего не произошло. Но Эсма даже не подняла на него взгляда, продолжая заниматься делами. — Вот документы, которые ты просила, — начал он, протягивая жёлтую папку. — Зачем сам принёс? Это мог сделать кто-то из работников, — не отрываясь от своего занятия, заметила Эсма. — Хотел тебя увидеть, — ответил он с лёгкой улыбкой. Эсма медленно оторвалась от своих бумаг и, сложив руки на столе, внимательно посмотрела на сына. — Ну как ты? — спросил Фарук, усаживаясь напротив неё. — Не очень, — холодно отозвалась она. — Я тобой недовольна. Гости спрашивали про тебя, а я не знала, что сказать. Ты старший сын, а тебя не было. Было неудобно. Фарук откинулся на спинку стула. — Мама, я давно уже вышел из возраста, чтобы быть всегда с тобой. Эсма нахмурилась и отложила ручку. — Если я захочу, ты будешь. Все будут. — Её голос стал твёрже, а взгляд — пронзительным. Фарук усмехнулся. — Семья превыше всего, — продолжила она, словно подводя черту. — Конечно, — коротко ответил Фарук. Эсма пристально наблюдала за ним, словно пыталась проникнуть в самые глубины его мыслей. — Если честно, твоя любовь к Стамбулу начинает меня волновать, — заметила она. — Ты стал там часто задерживаться. В чём дело? Улыбка Фарука слегка угасла. — Или тебя держит что-то другое? — Эсма приподняла бровь, внимательно изучая его лицо. — Например, что? — с лёгкой усмешкой спросил Фарук. — Моя мама говорила: если мужчина не приходит домой, значит, его держит женщина. Фарук рассмеялся: — У меня никого нет. — Он чуть наклонился к матери и добавил с улыбкой которая не доходила до глаз: — Пока. Эсма пристально смотрела на него, не отвечая. — Даже если бы и был, я бы не стал тебе говорить. В прошлый раз я уже совершил такую ошибку. Эсма прищурилась. — Ты бы уже тысячу раз пожалел. Для тебя так лучше. На лице Фарука мелькнула невесёлая ухмылка. Он ничего не ответил, а просто встал. — Куда ты? — властным голосом спросила Эсма. — У меня ещё есть дела. Надо работать. Конечно, если вы позволите, Эсма Султан, — ответил он, сложив руки как для молитвы и чуть поклонившись. — Что ж, иди, — уже мягче ответила Эсма. — Возвращайся к работе. Фарук улыбнулся и, уже собираясь выйти, услышал её голос: — Но вечером ты придёшь, не так ли? Он обернулся и рассмеялся. Эсма чуть улыбнулась в ответ. — Ну как тебе отказать? — Фарук широко улыбнулся, подошёл к матери, наклонился к ней, чтобы ущипнуть за щёку. — Перестань, перестань! — возмутилась Эсма, смеясь и убирая его руки. — Время, когда ты меня щипал, уже прошло. Фарук рассмеялся и, почтительно поцеловав её руку, сказал: — Увидимся. Он выпрямился, развернулся и, уходя, аккуратно закрыл за собой дверь. Эсма ещё некоторое время смотрела ему вслед, обдумывая их разговор. Затем, слегка нахмурившись, она взяла телефон и набрала номер. — Алло, Киймет. ♡ За длинным столом, покрытым белоснежной скатертью, сидела Эсма с сыновьями, и ужинала. Рядом ходила молодая девушка, деликатно наливая воду из прозрачного кувшина. Они ели, не спеша, каждый был погружён в свои размышления. — Кстати, — нарушил тишину Фикрет, — завтра приедет автоперевозчик. Нужно пригласить его на обед, а потом поедем в офис. — Он посмотрел на Фарука, ожидая ответа. — Хорошо, только ты сам завтра с ними пообедай, — ответил Фарук, не поднимая глаз. — Я утром мчусь в Стамбул, а ты всё уладь. Эсма резко повернула голову в сторону Фарука. В её глазах мелькнула вспышка неудовольствия. — Почему ты снова едешь? — её голос звучал сдержанно. — Дела, мама, — спокойно ответил Фарук, будто это объясняло всё. — У тебя снова какие-то бесконечные дела, которые ты должен решать лично? Разве ты не можешь распределить задачи между Стамбулом и Бурсой? — спросила Эсма, её голос стал острее. — Я только сегодня тебе сказала, что мне не нравится вот это всё! — Мама, это дело на миллион долларов, отказаться что ли? — Есть Акиф и другие, мы платим им деньги, они вполне могут этим заняться! Если для вас они бесполезны, тогда зачем они вообще нужны? — продолжала возмущаться Эсма. — Они помогают, но этого недостаточно. Там должен быть я, и разве тебе нужно это объяснять? Ты же сама понимаешь, что я должен быть там, — Фарук говорил спокойно, но в его словах был намёк на важность своего присутствия. Эсма отложила столовые приборы, и её лицо приобрело выражение недовольства. Мельком взглянув на мать, Фикрет, который молчал, наконец нарушил тишину: — Что за дело, брат? Фарук чуть усмехнулся, продолжая есть, сказал: — Не скажу. Эсма посмотрела на него, и Фарук, увидев её взгляд, подмигнул и улыбнулся. — Сюрпризом будет. Все, кроме Эсмы и Фикрета, расмеялись. Фикрет, несмотря на мимолётную улыбку, продолжал смотреть на мать. — Вот только завтра тебе нужно быть на встрече, — сказал Фикрет, пытаясь поддержать мать. Фарук стал серьёзным. — Почему мне надо быть там? Мы всё обсудили, я могу ехать, нет необходимости в моем присутствии. Эсма, которая до этого молча следила за разговором, снова заговорила: — Если нужно остаться, останься. — Мама, Фикрет здесь, он прекрасно всё знает. Он отлично справляется. — Возразил Фарук. — Не переживай, проблем не будет. — С улыбкой добавил он, глядя на Фикрета. Несмотря на все похвалы брата, Фикрет не выглядел радостным, но пытался этого не показывать. — А ты? — вдруг спросил Осман, наблюдавший всё это время за братом. — Я буду искать инвесторов, нужно развивать компанию, — не колеблясь ответил Фарук, его голос был твёрдым и уверенным. Осман лишь кивнул. — Ладно, хватит уже о работе. Я с вашим отцом никогда не говорила о работе дома, — перебила разговор Эсма, её голос стал мягче. — Но тебе нужно сократить поездки в Стамбул, я против того, чтобы ты делал это так часто. Фарук с улыбкой посмотрел на Мурата. — Мама, ну ты же сама всё понимаешь, что ты от меня хочешь? — его голос стал более серьёзным. — Вот как раз из-за того, что я всё это знаю, мне и не нравится, что ты так часто там, — ответила Эсма. — Баде, убирай со стола и неси десерт, — закрыв эту тему, сказала Эсма. Баде в это время вглядывалась в Мурата. Она дернулась выныривая из своих мыслей и быстро подошла, чтобы убрать. Мурат тихо рассмеялся. Эсма прищурилась и взглянула на Мурата. — Прибыл господин Шахап, госпожа Эсма, — вышла из кухни Нургуль. — Отлично. Проводи их, поедим десерт вместе, — сказала Эсма. — Слушаюсь, — кивнула Нургуль и удалилась вместе с Баде. Фикрет застыл, а Фарук подозрительно посмотрел на Эсму. Эсма сделала вид, будто не заметила реакции окружающих. Фарук устало вздохнул. ♡ В просторной гостиной с высоким потолком царила спокойная атмосфера. Свет люстр мягко освещал помещение, отражаясь на блестящей поверхности столика, заставленного чашками чая, тарелками с пирожными и хрустальной вазой. Эсма сидела на одном из кресел в центре и пила чай, сохраняя прямую осанку. Её взгляд, полный достоинства и строгости, был обращён на своих детей и гостей. Рядом с ней, немного наклонившись вперёд, сидел Фарук держа в руках стакан армуду с чаем. Его серьёзное лицо и уверенная поза выдавали, что он занимает главную роль в разговоре. Справа от Эсмы на диване расположились Киймет и Шахап, которые держались сдержанно. Рядом сидела Ипек, она была словно маленький магнит для взглядов, выглядела утонченно элегантно. На ней было черное платье с мелким узором, подчеркивающее ее стройную фигуру, с длинными свободными рукавами, которые придавали образу изящества. Каштановые волосы мягкими волнами ниспадали на плечи, а легкий макияж удачно подчеркивал выразительные глаза. Она изредка поглядывала на Фарука, то улыбаясь, то задумчиво опуская взгляд в стакан. Осман, Фикрет и Мурат неспешно наслаждались десертами, сидя на против гостей. — Давно не виделись, Фарук, — нарушил тишину Шахап. Фарук, допивая чай, поставил стакан на столик слева от себя, улыбнулся и спокойно ответил: — Господин Шахап, сейчас много работы, бизнес отнимает много времени. — Дай ему волю, он будет работать, не поднимая головы, — вставила Эсма с лёгкой улыбкой. — Но когда-нибудь он меня услышит. Фарук посмотрел на братьев, явно не понимая, к чему клонит мать. — Что? — спокойно спросил он, его бровь чуть дернулась вверх. — Что пора задуматься о семье… я права? — Она обвела взглядом всех присутствующих. — Конечно, права, — поддержала её Киймет, вежливо улыбнувшись. На этих словах Ипек с трудом сдержала довольную улыбку, а Киймет, заметив это, строго посмотрела на дочь. Однако, быстро сменив выражение лица, вновь обратила внимание на Эсму. При этом, незаметно для других, она легонько ущипнула Ипек за спину, от чего та невольно дёрнулась, потеряв улыбку. Фарук усмехнулся: — Кто про что, а мама про своё. Эсма, не обращая внимания на его шутки, сказала: — Некоторые вещи нельзя откладывать. Надо думать о жизни, Фарук. Работа работой, но главное — семья и дети. Они придают силы и радость. Разве не так? — Эсма сделала ударение на последней фразе, пристально глядя сыну в глаза. Фарук, понимая, к чему ведёт разговор, перевёл взгляд на Ипек, которая теперь сидела, слегка склонив голову, но её блестящие глаза говорили о том, что она с нетерпением ждёт его реакции. Секунда молчания показалась вечностью для Ипек. Фарук посмотрел на мать, затем опустил глаза и нахмурился. «Всё ясно» Вздохнув, он встал: — С вашего позволения. Осман и Фикрет в недоумении посмотрели на Фарука, а Мурат, продолжая есть десерт, наблюдал с любопытством. — Посидел бы, Фарук, — предложил Шахап. — Мы ведь общаемся. — Мне рано утром ехать в Стамбул. Извините, — спокойно ответил Фарук. Эсма резко подняла голову, пристально глядя на сына. — Может, буду там чаще из-за бизнеса. Вы ведь знаете, я сын своей матери, — добавил он с лёгкой улыбкой. — Всем хорошего вечера, — добавил он и направился к лестнице. — Всего хорошего, — отозвался Шахап. — И тебе, — добавила Киймет. Киймет снова строго посмотрела на Ипек, а та грустно опустила глаза. Киймет бросила взгляд на Эсму, но ничего не сказала. — Я сейчас вернусь, — произнесла Эсма, поднимаясь. — Конечно, Эсма, иди, — сказала Киймет, кивнув. Фарук уже поднялся на второй этаж, когда услышал за спиной голос матери: — Фарук! Он остановился и обернулся. Эсма подошла ближе и заговорила с раздражением, переходящим в гнев: — Ты же только что приехал, почему уезжаешь так быстро? Ты мой старший сын, в особняке гости, и ты не можешь просто встать и уйти только потому, что тебе утром нужно в Стамбул. В этом доме есть свои порядки и правила, и ты обязан их соблюдать. Фарук вздохнул: — Я прекрасно знаю правила этого дома, мама. Ты нас хорошо обучила. Но… — Фарук вздохнул. — Эти твои игры, мама… Я прекрасно знаю, кого и с какой целью ты приглашаешь в этот дом. Твои намёки, колкие слова между делом… Когда ты хочешь причинить кому-то боль, мама, в этом тебе равных нет. Эсма не выдержала и резко перебила: — Я не хочу причинять боль своим детям! Фарук усмехнулся: — А чего ты хочешь, мама? — Чтобы ты женился, — твёрдо ответила она после короткой паузы. Фарук приподнял брови и кивнул. — Найди себе хорошую девушку, женись, создай с ней семью. Я хочу этого, — продолжила Эсма. — Хорошо. На ком? — На ком захочешь, — ответила Эсма. — Нет, мама, — сказал он невесело улыбаясь. — На ком захочешь ты. Эсма взглянула на Фарука, глубоко вздохнув. — Фарук, милый, — на мгновение в её голосе прозвучала усталость. Она посмотрела на сына, как на маленького ребёнка, которому не удаётся донести, что хорошо, а что плохо. — Я не люблю Стамбул. Не люблю людей, которые там живут. У них нет чести. У них нет семейных ценностей и принципов. Он держит тебя в своих лапах. Если ты уже попал в эти сети, выбраться будет трудно. Прошу тебя, не связывайся с девушкой из Стамбула. Ей не будет дела ни до тебя, ни до нашей семьи. Фарук, тихо рассмеялся, взял её лицо в свои ладони и посмотрел ей прямо в глаза. — Меня никто не разлучит с тобой и нашей семьёй, мама. Ни другой человек, ни другой город. Конечно, Фарук всегда думал, что причина кроется именно в этом. Но только позже он узнает, что причина была совсем в другом. — Я твой сын, — отстранившись от Эсмы и бережно взяв её руки, сказал Фарук. Он поцеловал её руки, улыбнулся, а затем, ущипнул Эсму за щеку. Эсма рассмеялась, с улыбкой легонько ударила его по руке и откинула её. Фарук, смеясь, попятился в свою комнату, оставив её. Как только дверь за ним тихо закрылась, улыбка на лице Эсмы мгновенно исчезла. ♡ — Ну что, вы готовы? Давайте быстрее! — Нургюль, вышла из кухни на улицу, уверенно шагая к багажнику машины. В руках она держала аккуратно сложенный банный набор. — Гюлистан, поживее! — Всё готово, я уже иду! — отозвалась Гюлистан, поспешно выходя следом. — Давайте скорее! — повторила Нургюль. В этот момент из дома вышла Эсма. Мустафа, увидев её, сразу отступил от машины и направился ей навстречу. Эсма шла уверенной походкой. На ней было светлое пальто классического кроя, под которым скрывалась чёрная водолазка, подчёркивающая её стройную фигуру. Свободные брюки светлого оттенка мягко струились вдоль ног, а коричневый ремень придавал образу завершённость. На её ногах были чёрные кожаные туфли на высоком каблуке — элегантные, классического дизайна. В ушах поблёскивали крупные серьги с золотыми деталями, добавляя нотку роскоши. Её макияж был сдержанным, но выразительным: тёплый оттенок кожи подчёркнут лёгким контурингом, глаза выделены тёмной подводкой, а густые ресницы добавляли взгляду глубины. Губы украшал глубокий оттенок красного, придавая образу изысканную строгость. В левой руке она держала чёрную кожаную сумку строгой формы. Поправляя свободной рукой свои светлые волосы, гладко зачёсанные назад и собранные в аккуратный низкий пучок. Параллельно этому, не замедляя шага, она спросила у Мустафы: — Кто заедет за Элиф? — Я отправил Назифа, госпожа, — поспешно ответил он, шагая рядом с ней. — Он уже звонил? — Да, сообщил, что доехал. — А кто заберёт Киймет и Ипек? — Эсма остановилась у машины. Мустафа замешкался, открывая перед ней дверь, и немного растерянно спросил: — Они не на своей машине, госпожа? Эсма нахмурилась. — Ты никого не отправил? Мустафа покачал головой: — Нет… — Молодец, Мустафа. Молодец, — её голос был холодным, почти безэмоциональным, но в этой сдержанности сквозила явная недовольная нотка. Достав телефон, она быстро набрала номер. --- Фикрет стоял у стола, просматривая бумаги, когда телефон завибрировал. Он без лишних движений взял трубку, присел и спокойно ответил: — Слушаю, мама. — Отправь машину в дом господина Шахапа. Нужно забрать Киймет и Ипек, — без лишних предисловий сказала Эсма. Фикрет нахмурился: — А где все? — Если бы кто-то был, я бы тебе не звонила, — резко ответила Эсма. — Делай, что я говорю, и не задавай вопросов. — Хорошо. Куда их везти? — В дворцовый хамам. — Понял, отправлю. Фикрет усмехнулся краем губ, но улыбка тут же исчезла, когда мать добавила: — Только нормального водителя отправь. — Хорошо, мама, всё сделаю, — заверил он. Как только Эсма убрала телефон, Мустафа спохватился: — Я бы всё уладил, госпожа. Эсма взглянула на него и спокойно произнесла: — Но не уладил. Сев в машину, она захлопнула дверь. Мустафа с поникшим видом обошёл машину и занял место водителя. Тем временем Нургюль и Гюлистан наблюдали за происходящим, находясь у другой машины. Нургюль, облачённая в светлое длинное пальто, держалась прямо, но в её лице сквозило явное недовольство. Она тихо пробормотала: — Гоняет его туда-сюда… Гюлистан, сидя на заднем сиденье и держа банный набор, обеспокоенно махнула рукой: — Тише, услышит же. Садись давай. Но Нургюль не отрывала взгляда от Мустафы, который уже заводил машину. — Пусть слышит. Иногда меня это так злит… Когда все заняли свои места, машины тронулись и выехали за ворота особняка. ♡ Две машины плавно подъехали к хамаму. Мустафа быстро вышел из первой машины, обогнул её и распахнул дверь для Эсмы, подавая ей руку. Эсма, грациозно опираясь на его ладонь, вышла наружу. К ним подъехала ещё одна машина, и из неё вышла госпожа Элиф. Увидев Эсму, она приветливо улыбнулась: — Госпожа Эсма, как я рада вас видеть! — Добро пожаловать, Госпожа Элиф, — сдержанно кивнула Эсма. — Давайте не будем задерживаться. Пойдёмте внутрь. Когда они вошли внутрь, тёплый воздух хамама мягко окутал их, наполняя пространство ароматами розовой воды и эвкалипта. Работники подошли, чтобы забрать верхнюю одежду гостей. Эсма неспешно сняла своё пальто и передала его одной из девушек. Заметив Ипек и Киймет, которые уже стояли рядом, она коротко кивнула в знак приветствия. Затем Эсма обернулась к Нургюль и жестом подозвала её. Та протянула небольшой банный набор Элиф и подозвала Ипек, которая беседовала с матерью в стороне. Нургюль тут же вручила ей ещё один набор. Ипек аккуратно открыла набор: внутри были мыло, скраб, губка и небольшая медная миска. Она взглянула на Эсму, а затем с почтением поцеловала её руку. Эсма ответила ей лёгкой улыбкой. Вскоре женщины разместились в хамаме. Помещение наполнил мягкий пар, создавая атмосферу покоя и уединения. Высокие сводчатые потолки, облицованные тёплым терракотовым камнем, словно хранили вековую тишину, приглушая звуки разговоров и плеск воды. Свет фонарей, расставленных по периметру, отбрасывал мягкие тени на стены. Эсма устроилась на мраморной скамье, пока банщица делала ей массаж с ароматными маслами. В это время Элиф и Киймет плавали в бассейне, наслаждаясь теплом воды. Ипек погружала руку в воду, проверяя её температуру, прежде чем присоединиться к ним. После процедур женщины собрались в зале для отдыха. Помещение было обставлено низкими деревянными столиками, на которых стояли блюда с сочными фруктами — инжир, виноград, дыня — и кувшины с рубиновым шербетом. Удобные диваны, покрытые белыми полотнами, располагали к долгому отдыху. — Шербета? — предложила Баде, обращаясь к Элиф. Элиф взяла стакан. — До сих пор я думала, что видела всё, но такого хамама мне ещё не доводилось посещать. — Это старые традиции, — мягко ответила Эсма. — Сейчас их уже почти никто не придерживается. Меня даже считают старомодной. — Эта старомодность только на пользу, — заверила Элиф. Эсма отпила шербет и кивнула Нургюль: — Принеси то, что я просила. Нургюль скрылась за дверью и через несколько минут вернулась с бархатной коробкой белого цвета. Она вручила её Эсме, Киймет, выпрямилась, внимательно всматриваясь в предмет, словно пытаясь разгадать, что это. Ее взгляд задержался на коробке, и всё её внимание сосредоточилось на этой вещи. Эсма открыла её — Ипек, — обратилась Эсма, — это для тебя. Ипек подошла, слегка растерянная. Эсма повернула коробку так, чтобы девушка могла рассмотреть её содержимое. — Это… это для меня? — ахнула Ипек. Внутри лежал великолепный кафтан. Глубокий синий цвет ткани напоминал звёздную ночь, а серебряная вышивка сияла, отражая свет фонарей. Камни, словно россыпи звёзд, рассыпались по узорам, создавая завораживающий эффект. — Что скажешь? — Эсма улыбнулась, её голос звучал мягко, но с оттенком гордости. — Увидела этот кафтан на рынке. Своих дочерей у меня нет, но тебя я могу побаловать. Его сшил один старый мастер, который хорошо знает своё дело. Даст Аллах, увидим его на тебе. Надеюсь, скоро будет подходящий повод его надеть. Но пока об этом говорить не будем. Эсма бросила мимолётный взгляд на Киймет, краем глаза уловив её скрытое недовольство, но сделала вид, что не заметила. Улыбка на её лице осталась неизменной. — Нужно поговорить о будущем, верно, Киймет? — добавила Эсма. — Да… да, конечно, — с выдохом ответила Киймет. Ипек взяла кафтан в руки, любуясь его узорами. — Спасибо большое, Госпожа Эсма. Он великолепен. — Нравится? — с улыбкой спросила Эсма. — Очень! — с восторгом ответила Ипек, поцеловав руку Эсмы. — Даст Аллах, увидим дни, когда ты его наденешь, — сказала Эсма. — Что? — с интересом подалась вперёд Элиф, — а кто жених? — Это мы ещё не решили, — хитро улыбнулась Эсма. — Завтра загляну к Киймет и Шахапу на кофе, если, конечно, пригласят. Ипек выжидательно посмотрела на мать, её глаза искали одобрения или хотя бы намёк на ответ. Взгляд был спокойным, но в нём читалось напряжённое ожидание. — Ну что ты, Эсма, конечно, приходи! — сказала Киймет. — Ты всегда желанный гость. Мы очень тебя уважаем, и ты это знаешь. Эсма снова улыбнулась, а Киймет обратилась к Нургюль: — Налей мне ещё шербета. Эсма Мимолётным взглядом встретилась с Ипек, которая ответила ей лёгкой улыбкой. Затем её взгляд скользнул к Киймет, которая старалась сохранять спокойствие, хотя внутреннее напряжение было почти ощутимым. Несмотря на это, Эсма была довольна ситуацией. Всё складывалось именно так, как она хотела. ♡ — Что значит никто не знает, где он?! Земля под ним, что ли, разверзлась?! — недовольно произнесла Эсма, стоя у панорамных окон своего кабинета. Её голос звенел от недовольства, а взгляд скользил по оживлённым улицам Бурсы за стеклом. Она крепче сжала телефон, не скрывая раздражения. — Он меня в гроб вгонит раньше времени! — сказала она. Её собеседник молчал, явно не зная, что ответить. — С кем вы работаете сейчас? — продолжила Эсма, сделав шаг назад она обернулась. — Ну так спросите! Он уже давно не маленький ребёнок! Должен был сказать, куда пошёл! — её раздражение нарастало, а голос стал ещё резче. Тишина в ответ только больше злила её. Акиф, который до этого ходил по комнате, разговаривая с госпожой по телефону, тяжело вздохнул и сел на журнальный столик. — Вероятно, он занят… делами другого рода, — осторожно начал он. — Какими делами? — голос Эсмы стал насмешливым. Акиф выдержал паузу, будто взвешивая, стоит ли продолжать. — Не знаю, в курсе ли вы… Фарук проявляет интерес к одной девушке. Эсма, которая уже собиралась сесть за стол, резко остановилась и выпрямилась. — Кто эта девушка? Откуда она? Где они познакомились? — слова звучали отрывисто, как удары молота. — И главное… почему я узнаю об этом только сейчас? Последний вопрос явно был адресован кому-то, кто ещё должен будет на него ответить. — Не волнуйтесь, госпожа Эсма, — осторожно сказал Акиф. — Они познакомились недавно, в ночном клубе. Её зовут Сурейя, она певица. Кажется, Фарук от неё в восторге. Не так, как от других девушек. — Достаточно, — резко перебила Эсма. — Можешь не продолжать. Не дожидаясь слов прощания, она сбросила звонок. * Эсма сидела на диване, неспешно потягивала кофе и смотрела на Киймет и Шахапа с загадочной улыбкой. Хозяева дома переглянулись, но хозяева дома смотрели на неё с явным недоумением. — Мне очень нравится Ипек, — произнесла Эсма с дружелюбным выражением, не теряя своей улыбки. — Ну что ты, Эсма… — ответила Киймет, радушно кивая. Шахап тоже улыбнулся, наблюдая за гостьей. — Не только потому, что она ваша дочь, но и потому что она красавица и хорошо воспитана. Она мне приглянулась, — продолжила Эсма. — Интересно, к чему это ты ведёшь, госпожа Эсма, — с лёгкой усмешкой спросил Шахап. Эсма хитро прищурилась. — Похоже, только ты не знаешь, к чему я веду, — произнесла она, глядя прямо на Киймет, чья улыбка сразу поблекла. Шахап нахмурился, быстро перевёл взгляд с Эсмы на жену. — Это так? — спросил он у Киймет. — Нет, — ровным голосом ответила Киймет, выпрямившись. — Я знаю ровно столько же. — Я прошу у вас Ипек. Хочу видеть её своей невесткой, — уверенно сказала Эсма. Шахап, который до этого сидел расслабленно, выпрямился, а Киймет посмотрела на мужа, её лицо напряжённо вытянулось. — Если вы согласны, то не вижу смысла тянуть, — добавила Эсма. — Эсма, так дела уже не делаются, — возразила Киймет. — Моя дочь даже не в курсе. Она должна сама решить свою судьбу. Шахап кивнул, соглашаясь с женой. Эсма сделала лёгкий жест рукой, словно отметая их возражения: — Нынешние дети давно обошли нас с тобой. Они чтут традиции больше, чем мы думаем. Не бойся, всё уже решено, и они про всё в курсе. Не сомневайся, Ипек будет в восторге, — уверенно сказала Эсма, её голос звучал спокойно, но в нём сквозила непоколебимость. Киймет и Шахап переглянулись, но промолчали. — Я своё слово сказала, — подвела итог Эсма. — Ваша дочь и мой сын… С Божьей помощью Ипек станет моей первой невесткой. Я жду вашего ответа. — Хорошо, — вздохнула Киймет. — Допустим, мы дадим своё согласие. Но что скажут дети? Они сами должны принять это решение. Лицо Эсмы ожесточилось, а улыбка мгновенно исчезла. — Я хочу, Киймет. Этого мало? — В голосе Эсмы прозвучали стальные нотки. Киймет выпрямилась, её лицо вытянулось от удивления. В глазах читался вопрос: «Ты серьёзно?» Но Эсма смотрела так, будто сдаваться не собиралась. Они с Эсмой обменялись долгими взглядами — немой диалог, наполненный напряжением. — Постой, Эсма, — наконец прервал молчание Шахап. — Дай нам немного времени. Нам нужно сначала поговорить с дочкой. Эсма секунду молчала, внимательно рассматривая лица хозяев дома, а затем отставила чашку на столик и холодно улыбнулась. — Хорошо, господин Шахап, — сказала она, поднимаясь. — С вашего позволения. Ипек, подслушивавшая разговор, быстро и радостно убежала в свою комнату. — Эсма, ты куда? — всполошилась Киймет, вставая вместе с мужем. — Постой, ты даже кофе не допила! — Я уже напилась. Спокойной ночи, — отрезала Эсма, не оглядываясь, направляясь к выходу. — Эсма… — окликнул её Шахап. — Не утруждайтесь, я знаю дорогу, — бросила она, захлопнув дверь. Надев пальто, Эсма спускалась по ступенькам. Её мысли бурлили. Как они могли ей отказать? О чём тут можно было думать? Киймет, которая вечно твердила о том, что их дети должны пожениться, теперь вдруг засомневалась? Это было просто смешно. Эсма внутренне хмыкнула, распахнула тяжёлую дверь и быстрым шагом направилась к машине. М устафа, заметив госпожу, сразу подбежал к двери машины и открыл её. — Заводи, Мустафа! — приказала Эсма. — А то сейчас окна повыбиваю и к чертям спалю этот дом. — Как скажете, хозяйка, — Мустафа коротко кивнул, прикрывая дверь за ней. Он бросил взгляд на дом, из которого его госпожа вышла словно фурия, и сел за руль. Эсма устроилась в машине, её взгляд был холоден и сосредоточен. ♡ — Знаешь, Эсма приходила к нам, — начал Шахап, мягко глядя на Ипек, которая удобно устроилась рядом с ним на диване. Его голос был спокойным, но в глазах читалась серьёзность. — Она наш старый друг, вы вместе выросли с её детьми. Честно, я не ожидал от неё такого предложения. Но… — Он сделал паузу, внимательно всматриваясь в лицо дочери. — Мы не дали ей ответа, не спросив тебя. Ведь ты знаешь, что я всегда на твоей стороне, и в любом решении я тебя поддержу. Киймет, которая до этого молчала, почувствовала, как напряжение стало буквально накрывать её с головой. Её бросало то в жар, то в холод. Ожерелье, надетое поверх блузки, мешало ей, и она, тяжело пыхтя, пыталась его снять, что в стрессовом состоянии удавалось с большим трудом. Наконец, не выдержав, она воскликнула: — Другими словами, Эсма хочет видеть тебя своей невесткой, дочка! Шахап сразу повернулся к жене и укоризненно посмотрел. — Нужно всё хорошо обдумать, взвесить все плюсы и минусы, чтобы потом не жалеть. Ведь нелегко быть невесткой Эсмы… — проговорила Киймет, наконец сняв украшение и бросив его на журнальный столик. Она продолжила, разуваясь: — Иначе хлебнёшь горя, понимаешь? — Киймет, может, позволим девушке самой всё решить? — вмешался Шахап, чем вызвал у Ипек милую улыбку. — Хорошо, господин Шахап, — вздохнула Киймет, упав на подушки. — Хорошо. Шахап уже хотел сказать что-то ещё, но Ипек остановила его мягким прикосновением к руке: — Папочка… — Дочка… — мягко ответил он. — А можно мне немного подумать? — Она посмотрела на него искренне и с лёгкой задумчивостью. — Мне нужно время. Киймет подозрительно прищурилась, внимательно наблюдая за дочерью. Шахап же улыбнулся. — Конечно, дочка. Ты не обязана сразу принимать решение. Кому надо — подождёт. Кому не надо — пусть делает, как хочет. Киймет в шоке подняла брови и легонько ударила себя по лбу, недоумённо качая головой — Любимый мой папочка, — Ипек подалась ближе к отцу, заключив его в тёплые объятия. — Моя родная, — с нежностью ответил Шахап, погладив её по голове, и его лицо озарилось умилением. ♡ — Короче, я родом из Бурсы. Сколько себя помню, моя семья занималась транспортным бизнесом, а мама создала отельно-ресторанный. У нас большая семья, много детей, — с лёгкой улыбкой сказал Фарук, глядя на Сурейю. — Но ты всегда сам, — заметила Сурейя, склонив голову набок. — Когда вокруг столько людей, временами хочется побыть одному, — объяснил он. — А ты? — Я… я всегда сама, — натянуто улыбнулась Сурейя, опустив взгляд. Фарук внимательно посмотрел на неё, отставил бокал с вином и мягко спросил: — А семья? Мама, отец? Лицо Сурейи осветила слабая, чуть горькая улыбка. — Нет… — Голос её был ровным, но в глазах мелькнула боль. — У меня есть только тётя. Родителей я потеряла в аварии, тётя и работа. Он молча кивнул, чуть нахмурившись. — Прости… — Да нет, — быстро отмахнулась она, заставляя себя улыбнуться чуть шире. — Ничего страшного. Это жизнь. Уже прошло много времени. Человек привыкает… как ни странно. Она почувствовала, как предательски щиплет глаза, но не позволила себе ни на секунду сломаться. Улыбка оставалась на месте, даже не дрогнула. Фарук неожиданно усмехнулся, и его губы тронула лёгкая, почти мальчишеская улыбка. — Прости, я не нашёл другого способа привезти тебя сюда, — он чуть виновато посмотрел на неё. Сурейя внимательно посмотрела на него. В её глазах читалось сомнение — спрашивать или нет? В конце концов, она решила спросить: — Ты правда не замечаешь, каким кажешься со стороны? Или тебе всё равно, что о тебе думают окружающие? Фарук нахмурился, взял в руку бокал и прищурился: — Каким кажусь? И что же они считают? — Твой имидж, например… Он поднёс бокал к губам, но так и не сделал глотка. Вздохнув, он поставил его на стол, прикрыл глаза и провёл ладонью по лицу. — Имидж сердцееда? — выгнул он бровь. — Ну, судя по всему, ты уже к этому привык, — Сурейя чуть склонила голову, словно бросая вызов. Фарук усмехнулся, развёл руками: — Да, я знаю, что обо мне говорят. Но я привык. Сурейя молча кивнула. — Возможно, со стороны я так и выгляжу… — Фарук слегка наклонил голову. — Но мы не такие, какими нас представляют другие. Чем ближе подойдёшь, тем чётче увидишь картинку и детали на ней. Она внимательно посмотрела на него, словно стараясь увидеть эти самые детали. — Только приблизившись, можно узнать человека, — он подался вперёд, заглядывая ей в глаза. Сурейя не могла с этим не согласиться. Фарук поднял бокал и вытянул руку немного вперёд. — За наше знакомство. Сурейя улыбнулась, тепло, без напряжения, и подняла свой бокал, и чокнулась с ним. — Это уже начало, — тихо сказал Фарук, глядя прямо в её глаза. Сурейя рассмеялась — искренне, мягко. Фарук подхватил её смех, и между ними повисло лёгкое, почти невесомое ощущение чего-то нового, ещё неясного, но уже настоящего. Они ещё долго разговаривали, изучая друг друга, раскрываясь медленно, осторожно — как два незнакомца, которые начинают становиться кем-то большим, чем просто случайные собеседники. ♡ Секретарша аккуратно поставила на стол чашку ароматного кофе и молча удалилась. Эсма взяла чашку в руки, наслаждаясь ароматом, и с лёгкой улыбкой посмотрела на Киймет, которая сидела напротив. Она сделала небольшой глоток, и тишина в комнате растянулась, пока Киймет не выдержала и заговорила первой: — Эсма, мы говорили с Ипек… — Вот как? — Эсма слегка приподняла брови, продолжая неспешно пить кофе. — Мы всё ей объяснили, рассказали о ситуации. Конечно, она очень удивилась, услышав это… — Киймет сделала паузу, наблюдая за реакцией подруги. Эсма усмехнулась, её взгляд скользнул по чашке. — Ну, это понятно. Тема непростая. Но ведь Ипек — скромная девушка, не так ли? — Да, — Киймет сдержанно улыбнулась, кивая. — Но она согласна. Эсма слегка приподняла брови, её взгляд смягчился. Как приятно, когда кто-то не разочаровывает… — Умная девочка, — с лёгким одобрением протянула она. — Просто чудо. Киймет чуть вздёрнула подбородок. — И красивая, и умная, и знает, какое решение будет для неё правильным. Она понимает, что для неё лучше. На этих словах взгляд Киймет стал твёрже. Эсма внимательно посмотрела на неё, затем неспешно откинулась на спинку кресла. — Тогда не стоит откладывать. Мы решим этот вопрос в самое ближайшее время, не так ли, Киймет? В её глазах вспыхнул знакомый хитрый блеск. Киймет задумчиво посмотрела на подругу, словно обдумывая что-то важное, но затем, мягко улыбнувшись, взяла в руки чашку. — Да, ты права. Какой смысл ждать? Эсма, удовлетворённая этим ответом, снова поднесла кофе к губам и негромко ответила: — Именно. ♡ Черная Audi заехала в старый район и припарковалась возле многоэтажного дома с облупленными стенами. Фарук и Сурейя расстегнули ремни безопасности и повернулись друг к другу. — Мы еще увидимся? — спросил Фарук. — Когда пожелаешь, — улыбнулась Сурейя. Они смотрели друг на друга, улыбаясь, но их прервал звонок телефона. Фарук достал мобильник и ответил: — Что там, Акиф? — О, слава богу! — раздался взволнованный голос. — Честное слово, я чуть не умер от беспокойства! И не только я, твоя мама тоже. — Акиф, я перезвоню через десять минут, — сказал Фарук, не сводя глаз с Сурейи. — Хорошо, но не включай телефон! — настойчиво попросил Акиф. — Ладно, не буду, — пообещал Фарук и сбросил звонок. Сурейя вышла из машины, а Фарук, последовав за ней, достал ее чемодан из багажника. — Большое спасибо, — сказала Сурейя и протянула руку к чемодану, но Фарук не спешил его отдавать. Она убрала руку, и только тогда он поставил багаж на асфальт. Затем взял ее ладонь в свою, переплетая их пальцы. — Завтра увидимся? — спросил он, скорее утверждая, чем спрашивая. — Хорошо, — согласилась Сурейя. — После обеда. — После обеда, — повторил Фарук. — После обеда, — снова сказала Сурейя, улыбаясь. — После обеда, — повторил он, чуть склонив голову. Сурейя, не дожидаясь следующего слова, подалась вперёд и сама поцеловала Фарука. Он со страстью ответил. Как только их губы разомкнулись, рядом раздался голос: — Вот как, Сурейя… Они одновременно обернулись. Перед ними стоял мужчина с растрепанными светло-каштановыми волосами и усами. На нем была черная кожаная куртка поверх темной толстовки, черные брюки и поношенные кеды. Вид у него был усталый, небрежный. Он лениво облокотился о стену, но его глаза горели странным светом. — Этот тип годится для тебя? Именно такой мужчина тебе и нужен? — Омер… — тихо произнесла Сурейя и сделала шаг вперёд, но Фарук остановил её. — Стой, подожди, успокойся, — мягко сказал он. — Постой минутку, — попросила Сурейя. — Спокойнее, — повторил Фарук. — Послушай… — начала было Сурейя. Омер медленно двинулся к ним. — Стой, успокойся, — сказал Фарук, удерживая Сурейю за плечи. — Фарук, подожди, я просто скажу ему кое-что… — Сурейя, успокойся, — уже громче сказал он. — Прошу тебя… — Нечего такого, подожди тут, — твёрдо сказал Фарук, затем повернулся к Омеру. — Ты кто, брат? — Это ты кто такой?! — Омер с силой ударил кулаком по стене. По крайней мере, так показалось Фаруку, но мужчина даже не дрогнул — злость полностью заслонила все его чувства. — Омер… — подала голос Сурейя, но Фарук жестом велел ей замолчать. — Так вот почему… — Омер внезапно рассмеялся, но в его смехе не было радости. — Дорогая машина, дорогая одежда… Проблема была в деньгах?! Его глаза вспыхнули яростью. — А я из-за тебя месяцами на улице спал! Плюнул на свою жизнь! Все ради тебя! — Фарук… — Спокойно… — Не подходи, прошу! — Тихо, не бойся. Стой здесь, Сурейя. — Я обезумел из-за тебя! Пожертвовал всем! А тебе нужны были только деньги?! Фарук убедился, что Сурейя остается на месте, и медленно подошел к Омеру. — Послушай, друг, расскажи мне, в чем твоя беда? — Тебе конец, чувак. За Сурейю деньгами не откупишься. Только кровью. — Вот как? — Фарук не воспринял угрозу всерьёз. — Давай, иди отсюда. Иди, иди, пошёл! Он резко оттолкнул Омера, заставляя его отступить. — Пошли отсюда, — Сурейя потянула Фарука за локоть. — Не беспокойся. Держи телефон при себе, позвони, если он появится. И давай сюда чемодан. Все хорошо, не бойся. Но внезапно Омер выхватил из кармана складной нож, бросился вперёд и ударил Фарука. — Фарук!!! — закричала Сурейя. Он тяжело облокотился о машину, его ноги подогнулись, а руки судорожно схватились за рану. Сурейя переводила взгляд с него на Омера, который, не говоря ни слова, развернулся и побежал прочь. — Фарук! — Сурейя присела перед ним. — Фарук, ты живой? Скажи что-нибудь! Посмотри на меня! Фарук! Но он лишь хрипел, сжимая ладонь на ране. — Помогите! Кто-нибудь, помогите! В окнах начали появляться встревоженные лица. Среди них Сурейя заметила свою тетю. — Тетя! — закричала она. — Вызывай скорую! И полицию! Быстрее, прошу тебя! Она снова повернулась к Фаруку, слезы потекли по ее щекам. — Фарук, держись! Прошу тебя! Слышишь меня?! На помощь! ♡ Нургуль и Мустафа стремительно поднимались по лестнице. На них были пижамы, поверх которых поспешно накинуты пальто. Их лица отражали тревогу. — Нургуль, телефон! — Мустафа протянул жене трубку. — Давай! — не замедляя шаг, Нургуль взяла телефон. Подбежав к двери, она нетерпеливо постучала, но, не дожидаясь ответа, вошла в комнату госпожи. Мустафа остался ждать снаружи. Эсма, разбуженная стуком, резко села на кровати и включила лампу. — Что случилось, Нургуль? — Госпожа… — Нургуль протянула ей телефон. — Звонит господин Акиф из Стамбула. — Что там Акиф? — Эсма почувствовала нарастающее беспокойство. — Алло, Эсма-султан… — голос Акифа звучал напряженно. — Фарук в больнице. Его ранили ножом. Сердце Эсмы сжалось. Она в ужасе посмотрела на Нургуль, не в силах сразу найти слова. Ее пальцы сжались на телефоне, а в груди разлился холод, сменяясь волной паники. ♡ Чёрный Mercedes-Benz V-Class припарковался у больницы «Истине». Не дожидаясь, пока Мустафа откроет дверь, Эсма сама распахнула её и вышла из машины. Осман и Эмре последовали за ней, не обращая внимания на окружающих. Быстрым шагом Эсма направилась ко входу. Внешне она сохраняла величественный, собранный вид, но внутри всё бурлило от беспокойства за сына. Осман, Эмре и Мустафа шли по обе стороны от неё, чуть сзади. Её шаги были уверенными, взгляд — непоколебимым. — Мы стояли у подъезда, нормально прощались… — донёсся взволнованный голос. — Потом появился Омер… Он начал приставать к нам… всё произошло внезапно. Фарук попросил его уйти, а потом… всё случилось. Я не знаю, может, это из-за того, что он его увидел… Он словно обезумел… Я не понимаю… Эсма, до этого не реагировавшая ни на что вокруг, резко остановилась, услышав имя сына. Осман, Эмре и Мустафа повернули головы почти синхронно с ней. Она увидела девушку, которая давала показания полиции. Вид у неё был неважный: заплаканная, потрёпанная, потерянная, на грани истерики. Но сейчас внимание Эсмы было сосредоточено на другом — на сыне. Она повернулась и зашагала дальше. Эмре нахмурился, но последовал за ней. Мустафа, заметив, что Осман замешкался, подтолкнул его, и тот, словно очнувшись, поспешил следом. — Не могу поверить… Всё произошло так быстро… — донеслись последние слова девушки, но Эсма уже не слушала. Акиф, едва завидевший их, поспешил навстречу. — Госпожа Эсма… — Как он? Где он? — без лишних предисловий спросила Эсма. — Всё в порядке, госпожа Эсма, — попытался успокоить её Акиф. — Он очнулся. Сейчас с ним врач, его перевели в палату. Нужно немного подождать, но угрозы жизни нет. Эсма внимательно слушала, улавливая каждое слово. Когда Акиф замолчал, она коротко кивнула. — Но кто?.. — подал голос Осман. — Кто это сделал, Акиф? Акиф на мгновение отвёл взгляд в сторону, к девушке, всё ещё сидевшей неподалёку. Эсма проследила за его взглядом и, заметив девушку, нахмурилась. — Кто она? — голос её оставался спокойным, но в нём уже ощущалась сталь. — И что она здесь забыла? — терпение Эсмы таяло на глазах. Акиф тяжело вздохнул и отвёл взгляд. — Ещё раз увижу её здесь, — холодно и угрожающе произнесла Эсма, делая шаг к нему. — Ещё раз увижу её возле Фарука — пожалеешь, Акиф. Я тебя уничтожу. Чтобы её духу здесь не было. Последние слова прозвучали уже за его спиной. Осман похлопал Акифа по плечу в знак поддержки и, не говоря больше ни слова, ушёл вслед за Эмре и Мустафой. Полицейские поблагодарили девушку за показания и удалились. Сурейя осталась сидеть, насупившись. Увидев Акифа, она оживилась и поднялась. — Кажется, вы уже дали показания? — спросил Акиф, подходя к ней. Сурейя кивнула. — Хорошо. Теперь уходите. — Я останусь. Не уйду, пока не увижу Фарука, — твёрдо сказала она. — Госпожа Сурейя, — голос Акифа стал твёрдым. — Сейчас с ним его мать, госпожа Эсма. Все очень расстроены. Не создавайте дополнительных беспокойств. — Не понимаю, чем я кого-то беспокою… — возмутилась Сурейя. — Госпожа Сурейя, — перебил Акиф. — Фарук едва не умер. И всё это — из-за ухажёра девушки, с которой он знаком несколько дней. Сурейя сглотнула. — Очевидно, вы недостаточно хорошо знаете Фарука. Позвольте мне прояснить ситуацию. Господин Фарук — выходец из знатной семьи. У него безупречная репутация — и в работе, и в личной жизни. После такой неприятной ситуации лучше закончить всё и перевернуть эту страницу. Закрыть эту тему. Сурейя опустила голову, её губы дрожали. — А теперь уходите. Пока не наткнулись на госпожу Эсму. Я вас прошу. — Но я… — попыталась возразить она. — Послушайте, — жёстко оборвал её Акиф. — Не ставьте никого в трудное положение. Не только Фарука, но и себя. Если вы хоть немного думаете о будущем, закончите эти отношения. Здесь и сейчас. Так будет лучше для всех. Надеюсь, я ясно объяснил. С этими словами он развернулся и ушёл. Одна-единственная слеза скатилась по щеке Сурейи. Тётя, всё это время сидевшая позади, встала и подошла к ней. — Ты слышала? Он вежливо нас выгнал. Всё. Пойдём. Она начала собирать свои вещи и, уходя, бросила через плечо: — Давай, двигайся. Сурейя взяла сумку и медленно пошла следом. ♡ Эсма, Осман, Эмре и Мустафа ждали возле палаты, каждый погружённый в свои мысли. Атмосфера была напряжённой, но внешне все сохраняли спокойствие. Внезапно в дверь постучали, и появился Акиф. Мустафа коротко кивнул ему, тот ответил тем же. Затем Акиф повернулся к Эмре, но в ответ получил лишь безразличный взгляд и едва заметный кивок. — Кто этот Омер, про которого она говорила? — спокойно, но с явной сталью в голосе спросила Эсма. — Любовник? Или просто поклонник? Акиф сделал глубокий вдох, прежде чем ответить: — Честно, я не знаю, госпожа Эсма. — Не знаешь? — повторила она, едва сдерживая раздражение. В последнее время ей слишком часто давали подобные ответы, и это уже начинало выводить её из себя. Она резко повернула голову к Эмре, но тот лишь отрицательно мотнул головой. Эсма в раздражении отвела взгляд. — Госпожа Эсма… — начал было Акиф, но она тут же оборвала его: — Лучше молчи. Она смотрела в стену, но голос её был полон холодного гнева. — Я не поднимаю шума, потому что думала, что в Стамбуле мой сын занят делами. Я ни во что не вмешиваюсь, потому что рядом есть люди, которые должны защищать его. Ведь ты уверял меня, что всё под контролем. Вот, пожалуйста. Акиф открыл было рот, но Эсма резко оборвала его: — Молчи. Лучше молчи. Акиф вздохнул, понимая, что спорить бесполезно. Эсма перевела взгляд на Мустафу. — Пусть врач закончит осмотр. Если позволит, мы заберём Фарука в Бурсу. С Мустафой решите, как его перевезти. Справитесь? Или мне и Эмре всё самим организовывать? — Не беспокойтесь, Эсма-султан, я всё сделаю, — пообещал Акиф. — Надеюсь, — коротко бросила Эсма. В этот момент из палаты вышел врач. Все тут же подошли к нему. — Как он? — голос Эсмы дрогнул, но она тут же взяла себя в руки. — В целом, всё хорошо, — ответил врач. Эсма кивнула, ожидая подробностей. — Состояние стабильное, на данный момент нет риска кровотечения или инфекции, но важно следить за его восстановлением. Пусть отдыхает. — Спасибо. Можно к нему? — спросила Эсма, уже делая шаг к двери. — Только не задерживайтесь, — кивнул врач. — Мы ненадолго, — спокойно добавил Осман. Врач отошёл в сторону, и Эсма первой вошла в палату. Она быстро подошла к кровати и присела рядом с Фаруком. — Сынок, родной… — тихо сказала она, осторожно касаясь его щеки. — Пожалуйста, не утомляйте больного, — раздался голос медсестры. Эсма подняла голову и строго посмотрела на девушку. — Я — его мать. И знаю, что можно, а что нет. Медсестра на секунду опешила, а потом развернулась и поспешила выйти. — Не переживайте, не будем, — с улыбкой добавил Осман. Фарук тихо засмеялся. — Беги, девушка, беги, пока цела. Спасайся! — шутливо проговорил он ей вслед. Затем, взглянув на мать, он усмехнулся: — Ой, и смех, и грех. Ты бы всю больницу сейчас построила… или наполовину разнесла. Эсма приподняла бровь. — Разнесла бы, если бы не пустили. Но сперва нужно тебя на ноги поставить. Фарук потянулся, чтобы ущипнуть её, но Эсма ловко перехватила его руку и легонько хлопнула по ней. — Мальчик мой… Родной… — Снимай, Осман, снимай! Пусть все увидят, какая Эсма Султан на самом деле! — засмеялся Фарук. — Сейчас! — подыграл ему Осман. — Не смей, Осман! — сразу предупредила Эсма. — Мама, да перестань, он шутит, — улыбнулся Осман. Фарук смеялся, хотя было видно, что даётся это ему с трудом. Когда он успокоился, его взгляд посерьёзнел. — Ну что, не спросишь, как это случилось? Или ты уже отправила Эмре всё выяснить? Эсма спокойно посмотрела на него. — Пока нет. Сначала выздоравливай. А потом я спрошу лично тебя. Она наклонилась ближе и твёрдо добавила: — Ты же не думаешь, что я забуду? Фарук усмехнулся, покачал головой. — Знаю… Ты ничего не забываешь. ♡ Фарука перевезли в Бурсу. Все были обеспокоены случившимся, но он уверял, что чувствует себя лучше — и, в целом, так и было. — Теперь я могу хвастаться, что мой брат пережил удар ножом, — как-то пошутил Мурат. Но его шутку никто не оценил. В ответ ему только сказали, что это совсем не смешно и очень серьезно. Ипек часто навещала его вместе с матерью, а иногда к ним присоединялся и отец. Она заботилась о Фаруке: поправляла подушку, приносила воду, следила, чтобы он не переутомлялся. всегда находилась рядом. Эсме это нравилось, но Кыймет то и дело поглядывала на дочь с подозрением. Тем временем Эмре разузнал всё об Омере. Заодно он собрал информацию и о девушке по имени Сурейя. Если бы не вся эта история с Омером и непонятная, но слишком сильная привязанность за каких-то несколько дней, Эсма, возможно, даже задумалась бы об их отношениях с Фаруком. Но обстоятельства говорили сами за себя: эта девочка принесёт только неприятности… ♡ — Я очень рада видеть вас всех здесь, — сказала Эсма, оглядывая женщин, сидевших в её гостиной. — К тому же, у меня чудесные новости! Люди прекрасно отреагировали, и, что особенно важно, нам удалось повлиять на развитие Бурсы. Она сделала паузу, давая собравшимся возможность осознать сказанное, а затем продолжила с гордостью в голосе: — Благодаря нашему фонду удалось организовать несколько новых социальных программ, расширить поддержку для женщин и детей, а также привлечь внимание властей к важным вопросам. Это большой шаг вперёд, и я уверена, что мы на этом не остановимся. ♡ Эсма сидела в своём кабинете, сосредоточенно перебирая документы, когда зазвонил телефон. Она подняла трубку. — Да, Нургюль? — Госпожа, вы просили сообщать вам, если Фарук куда-то поедет. Так вот, он уехал. — Куда? На автовокзал? — Они ничего не сказали, госпожа, — ответила Нургюль. Эсма сжала губы. — Поняла. Она сбросила звонок и сразу же набрала Мустафу. — Мустафа, куда ты отвёз Фарука? — вместо приветствия спросила она. — Госпожа… э-э… в Гемлик, — немного замявшись, ответил он. — По работе? — Наверное, — неуверенно произнёс Мустафа. — В Стамбуле он сел на гидроплан. ♡ Фарук вёл машину, а рядом с ним сидела Сурейя, поглядывая на него с тёплой улыбкой. Он быстро набрал номер матери, и уже на втором гудке Эсма подняла трубку. — Сынок, ты где? — раздался раздражённый голос. — У меня были дела, мама. Сегодня возвращаюсь в Бурсу, — спокойно ответил Фарук. — У меня для тебя сюрприз, — добавил он, в голосе прозвучало веселье. — Правда? — любопытство отразилось в голосе Эсмы. — Хорошо, будь осторожен. — Конечно, — ответил Фарук и завершил звонок. Как только разговор закончился, Эсма тут же набрала Киймет. Она понимала: нужно действовать быстро, пока Фарук окончательно не увяз в этой девушке. — Алло, Киймет. — Эсма. — Слушай, — без лишних предисловий начала Эсма, — приходи сегодня вечером с Шахапом и Ипек. Нам нужно обо всём поговорить. Шахап должен дать согласие, я хочу поскорее завершить это дело. — Да, Эсма, давно пора, — согласилась Киймет, но в её голосе звучала серьёзность. — Я давно думаю об этом, но никак не могла найти выход. И, как всегда, решение нашла ты, всё продумала, всё организовала. Молодец. — Вот и обсудим за ужином, — усмехнулась Эсма, откидываясь на спинку кресла. — До вечера. — До вечера, — подтвердила Киймет, и разговор завершился. Эсма сразу же позвонила Нургюль. — Нургюль. — Слушаю, госпожа. — Сегодня вечером приготовьте изысканный ужин на восемь персон. — Хорошо. — Пусть будут лёгкие супы, запечённый кабан, овощной салат и айран. А на десерт пусть приготовят пахлаву. И возьмите те приборы. — Золотые? — Конечно, — сказала Эсма так, будто другой вариант даже не рассматривался. Затем она с лёгкой улыбкой пробормотала себе: — Сегодня будет прекрасный день… Замечательный день… Попрощавшись с Нургюль, она снова сосредоточилась на работе, уверенная, что всё идёт именно так, как она задумала. * Фарук заехал на территорию особняка и остановил машину у лестницы, ведущей ко входной двери. Гюлистан, увидев приближающуюся машину, тут же всё бросила и подбежала к окну. Сурейя вышла из машины и замерла, оглядывая величественное здание. Её взгляд скользил по высоким окнам, массивным колоннам и безупречно ухоженному двору. Сурейя, чувствуя себя немного неловко, стояла рядом с машиной, ожидая, пока Фарук выйдет. Он заметил её волнение, протянул руку, и она тут же приняла её, словно это помогло ей обрести уверенность. — Боже… Это что, судный день настал? — потрясённо выдохнула Гюлистан, не отрывая взгляда от окна. — Я, кажется, схожу с ума… — О чём ты вообще? — спросила Нургюль, подходя к ней, но, увидев картину за окном, сама застыла. — С ума сойти… — пробормотала она. Остальные работники, заметив их реакцию, тут же бросили свои дела и подошли к окнам. Их взгляды с удивлением и напряжением следили за Фаруком, который уверенно вёл за руку незнакомую девушку. — Ничего хорошего от этого не жди, — мрачно произнесла Нургюль, не отрывая глаз от этой сцены. Фарук и девушка шаг за шагом приближались ко входу. — Ещё чуть-чуть, и судный день действительно настанет… — покачала головой она. — Надвигается настоящая катастрофа… ♡ Эсма сидела в своём элегантном чёрном вечернем платье с кружевными рукавами и V-образным вырезом. Фасон с запахом подчёркивал фигуру, а струящаяся ткань с разрезом придавала образу изящества. Длинные серьги, босоножки на каблуке и мягкие локоны завершали её утончённый и аристократичный вид. Она улыбнулась, бросив взгляд на Османа, который неспешно пил чай. — Осман, позвони брату, спроси, когда он будет, — спокойно сказала она. Осман кивнул, отставил чашку, достал телефон и отошёл в сторону, набирая Фарука. Ипек с трудом скрывала волнение, её глаза светились предвкушением. Фикрет же напротив, едва заметно улыбался, время от времени бросая на неё короткие взгляды. Осман, слушая гудки, машинально подошёл к входной двери. В этот момент она распахнулась, и на пороге появился Фарук, уверенно входя в дом. Он крепко держал за руку девушку которая ему помогла. — Осман, — коротко кивнул Фарук. Сурейя, немного скованно, повторила его жест. Осман, не отвечая, медленно опустил руку с телефоном, сбросив вызов. Он молча смотрел на брата и его спутницу. Эсма, ещё мгновение назад улыбающаяся, резко изменилась в лице. Фикрет удивлённо взглянул на мать. Киймет и Шахап переглянулись. Лицо Ипек омрачилось — её взгляд метался между сияющими улыбками Фарука и Сурейи, их переплетёнными пальцами. Тишину нарушил Фарук: — Всем добрый вечер. Я не знал, что у нас гости, — добавил он с лёгкой виноватой улыбкой. — А я не знала, что ты приедешь с чужим человеком, — холодно заметила Эсма. Улыбка Сурейи тут же померкла. — Она не чужая, — твёрдо сказал Фарук, не отводя взгляда от матери. Эсма пристально посмотрела на него. — Познакомьтесь, это Сурейя. Сурейя, робко улыбнулась и кивнула Эсме. — Твоя будущая невестка, — спокойно добавил Фарук. Эсма продолжала смотреть на него в упор, а он отвечал ей тем же, но с большей мягкостью. Он почувствовал, как Сурейя сильнее сжала его руку. Глядя на неё, он улыбнулся в знак поддержки, а затем вновь перевёл взгляд на мать. Однако напряжение в комнате только нарастало.