Storm accident

***

*- Принято. Полечу на рассвете. Конец связи.* Девушка завершила диалог с Азурой и стала ожидать. По истечении часа её пригласили. Летчица делает глубокий вдох, стучится и входит. Долгие несколько часов Лирия была на заседании с правителем. Наконец, письмо отдано, встреча двух глав назначена. Девушка отправилась на отдых. Рано утром, когда солнце едва показалось из-за горизонта, Летчица отправилась в путь с Крайней Северо-Восточной башни замка. Отдаляясь от владений потенциальных союзников, девушка невольно оглянулась и заметила огромную почти чёрную тучу позади. — Ого… мне стоит поторопиться, — сама себе посоветовала она и полетела быстрее. Через пару часов поднялся ветерок. — Не хорошо… Только бы долететь до Таверны… — успокаивала себя Лирия. К сожалению, обстоятельства не были благосклонны к ней. Буря началась намного раньше, чем прогнозировала Стелла, и таки нагнала Летчицу. Начался дождь, ветер усилился. Затем туман — видимость упала до нуля. Вдарили ливень и шквал. Теперь различить что-либо дальше вытянутой руки стало невозможно. Лирия уже даже не была уверена, туда ли она летит. С таким ветром, даже компас вытащить на лету не представлялось возможным, но и приземляться было слишком опасно — потом не взлетишь. Девушка уже просто летела, как ей казалось, прямо и надеялась на то, что она увидит населенный пункт, или на то, что стихнет буря. Вскоре водная стена сменилась снежной. — Неужели! Снег! Значит я в тундре и скоро прибуду. Надеюсь... — всё поддерживала диалог с собой девушка. На деле, из-за нулевой видимости, девушка отклонилась от маршрута и сейчас летела значительно южнее, всё в той же тундре относительно недалеко от Незербейн. Летчица продолжала бороться с непогодой, но стихия взяла своё. Девушка оказалась слишком низко над деревьями и зацепилась за одно из них. Механизм крыльев поврежден. Лирия зажмурилась, понимая, что полетом она больше не управляет, и жёсткого приземления не избежать. Падая, она пыталась сгруппироваться, но всё же задела ещё несколько веток, о которые повредила правое колено. Каким бы ни было жёстким падение, девушке повезло угодить в относительно мягкий сугроб, а не в ледяную глыбу или ствол сосны. Подобное приземление позволило ей остаться в живых, в сознании и даже достаточно быстро опомниться. — Агх...ну и посадочка, — всё ещё общалась с собой девушка, держась за голову. Она попыталась встать, но ничего не вышло, голова немного кружилась, а нога была сильно повреждена. — Вот же черт. Ещё и крылья неисправны, — она взглянула за спину, первично оценив поломку, и сбросила механизм за невозможностью починить, — Спокойно Лирия, нужно сообщить, что ты попала в передрягу, — начала рассуждать она. Девушка хотела обратиться к Азуре по кольцу, но посмотрев на палец, прибор она не обнаружила. — Нет...нет...НЕТ! Чтоб его это кольцо! Где оно?! Так и знала, что это произойдет! Теперь я даже сообщить никому не могу, что я...а где я? ЧТО Я ЧЕРТ ПОЙМИ ГДЕ! Что теперь делать прикажете?! Не сумев сообщить о происшествии, девушка решила, что ей нужно как можно скорее собраться с силами и попытаться дойти до Незербейн пешком. Летчица стала предпринимать попытки подняться, но повреждённая нога давала о себе знать. Кроме того, одежда была насквозь мокрой, начал ощущаться холод. Несмотря на боль, Лирия смогла подняться и, хромая, медленно направилась прямо. Компас так же был разбит при падении, а пасмурное небо, метель и плохая видимость не давали сориентироваться по солнцу. Она не знала, куда идти, и лишь надеялась, что дойдет куда-нибудь. К закату буря стихла. Но холод не отступил. Напротив - стал лишь сильнее. Девушка не сдавалась и упрямо двигалась дальше. Вот уже почти темно. Летчица решает остановиться. Ночью идти слишком опасно. Найдя подходящее дерево, пользуясь лишь заледеневшими руками и левой ногой, с трудом, но она забралась туда, достала из поясной сумки верёвку и привязала себя к ветке, чтобы во сне не свалиться вниз. Как-то прожив ночь, Летчица стала спускаться. Это было ни сколько не проще, чем забираться. Сил не прибавилось. За ночь она толком не смогла уснуть из-за холода. Её руки были ледяными, губы — синими, а пара изо рта, который должен быть, когда человек выходит на мороз, нет ещё с прошедшего вечера. Вопреки всему, девушка всё продолжает бороться. Ещё сутки она провела в муках от боли и холода, бездумно двигаясь вперёд, надеясь выйти куда-то. В попытках облегчить свои страдания она даже взяла ветку и шла опираясь на неё со стороны поврежденного колена. На утро третьего дня Лирия вспомнила, что можно попытаться запустить фейерверк, который она взяла не из надобности, но из привычки. Вдруг кто-то услышит или увидит. Было всего четыре заряда. Сняв ракеты с пояса, сразу стало видно, что один размок и точно не полетит. Остались ещё три. Два были прицеплены обратно, а ещё один спустя несколько попыток — запущен. Девушка с надеждой посмотрела в небо, ожидая, что на этот «хлопок», каким-никаким эхом разнёсшийся по лесу, кто-нибудь придёт. Постояв минут десять-пятнадцать, не услышав и не увидев ни намека на живые души, она отправилась дальше. Предположительно к полудню сил уже едва хватало даже на то, чтобы просто идти (даже ранее взятая палка не помогала, было решено избавиться от неё). Все конечности отмерзли настолько, что стали «гореть». Но страшнее и тяжелее всего было то, что с момента падения небо всё ещё оставалось серым, а солнце, по которому можно было бы найтись, предательски не подавало даже намеков на своё положение, даже не пыталось пробиться сквозь густые унылые тучи. Надежда гасла с каждым чёртовым шагом.

To be continued...