Глава 3.

      Как только Алсу переступила порог квартиры, её сердце ушло в пятки. Она чувствовала тяжелый взгляд отца устремленный в спину. Она слышала его порывистое недовольное дыхание.       — Иди в комнату, я сам с ней поговорю. — голос отца прозвучал тихо, но твердо. Он обращался к жене.       Мать сняла пальто, шапку, разулась и молча прошла вглубь квартиры, не обращая внимания на дочь. И девушку это ранило. Она почувствовала предательство с двух сторон… со стороны брата, и матери. И что ей делать сейчас, когда отец даже не скрывает своей злости и недовольства, буравя её гневным взглядом? Куда бежать и что говорить?       — На кухню. — сказал отец, подталкивая дочь в спину. Алсу покорно двинулась вперед, с неимоверной силой перебирая ноги. Она присела на деревянный стул, и сложила руки на коленях, сцепила их в замок, опустив голову вниз. Её трясло, так, будто у неё была лихорадка. Сердце гулко колотилось в груди, затмевая все вокруг. Алсу не слышала ничего кроме стука собственного сердца.       — Я задам всего один вопрос. — голос отца прозвучал где-то совсем близко. — Ответишь правду, отпущу. Солжешь, познаешь, что такое плата за ложь в глаза родителям.       Алсу тяжело сглотнула, нервно заламывая пальцы рук. Захид кинул ее одну выгребать за ним дерьмо.       — Отец… я не при чем. — прошептала девушка, пытаясь снять с себя все обвинения. Но что же тогда будет? Отец сорвет свою злость на брате? И кому от этого станет легче? Алсу обуяли сомнения и тревога. Она была на краю пропасти и перед ней стоял выбор: взять вину на себя, и принять наказание, или сдать брата с потрохами, и остаться непричастной.       — Захид связался с плохой компанией? Это группировка? — отец пропустил слова дочери мимо ушей, задавая свой вопрос, на который яростно хотел получить правдивый ответ.       Мужчина видел сомнения и страх собственной дочери, но сейчас ему было на это все равно. Ему нужно было знать, чтобы уберечь и не навлечь беды на собственных детей.       — Алсу! Отвечай.       Девушка мотнула головой из стороны в сторону, зажмурившись, не позволяя нахлынувшим слезам скатится по щекам. Единственное, что она сейчас чувствовала — это страх. Он был сильным и резким. Он проникал внутрь, и брал контроль над телом и разумом девушки.       — Ответь мне, сейчас же!       Громкий звенящий голос отца обжигал, и причинял поверхностную боль, от которой девушка не могла убежать или спрятаться. Алсу упорно молчала. Молчала, прикрывая брата, но какой ценой? Ценой собственного достоинства.       — Ты сделала неверный выбор. Твой ответ не устроил меня, дочка. — в голосе отца скользнула обида на Алсу, за то, что она не ответила ему. Мужчина медленно поднялся со стула, и грубо схватил дочь за локоть, поднимая ее, и заглядывая в испуганные серые глаза.       — Отец… — голос девушки охрип и стал безжизненным. — прошу, не снимай на мне свою злость.       Алсу впервые видела отца таким разгневанным. Таким безжалостным, и таким грубым по отношению к своим детям. Он упал в ее глазах. Она никогда не забудет его перекошенное от злости лицо.       Отец одним движением толкнул дочь на пол, медленно наступая на нее, хватая со спинки стула полотенце. Каждый новый шаг в свою сторону, Алсу воспринимала так, как будто на неё наступает дикий зверь. Обезумевший, готовый разорвать на кусочки.       Нижняя губа девушки мелко дрожала, а из глаз текли слезы. Она медленно отползала назад, от гнева отца. Ее спина коснулась холодной стенки, и девушка поняла, что бежать некуда. Она в тупике. Она в его руках.       Отец замахнулся, и Алсу вскинула руки прикрывая лицо, от последующего удара. Яркая, неожиданная боль захлестнула ее с головой. Она тонула в своём отчаянии, и молилась, чтобы все это закончилось. Она будто попала в ад, но была дома, там где должен быть уют, тепло, и забота близких. Но ее обжигало пламя, и отрицательные эмоции родных, срывающих на нее свои обиды, гнев, и недовольство.       Эту ночь Алсу не забудет никогда. Она отчетливо отпечаталась у неё в памяти, и всегда будет преследовать ее. И каждый раз при виде отца, ее тело будет содрогаться.       Когда Захид явился домой поздним вечером, в доме Хасановых стояла гробовая тишина. Захид хотел зайти в комнату сестры, но не решился. Он тихо ушёл к себе, и уснул тревожным сном, боясь, что завтра у него будут проблемы от родителей.       Но ничего такого не было. Захид встал раньше всех, наспех позавтракал и ушел, не попрощавшись ни с кем. Алсу уже в это время не спала. Да и вообще эта ночь была для нее бессонной. Она много думала. Девушка выглянула в окно, и проводила брата недовольным взглядом. Он пошел не в школу, это она сразу поняла. Алсу решила проследить за братом. Это идея пришла ей в голову неожиданно и она даже не обдумала ее. Накинув вещи, какие попались под руку, девушка тихо выскочила из комнаты, надела уличную куртку, ботинки, и вышла из квартиры.       Сегодня стояла более теплая погода, нежели пару дней назад, когда дул ветер и шёл снег. Алсу быстрым шагом пересекла дворы, и шла теперь за братом, который не обращал внимание по сторонам. Его шаг был размашистыми, поэтому Алсу пришлось ускориться. Захид дошел до места назначения: парикмахерская.       Девушка сначала удивилась тому, зачем ее брату понадобилось туда пойти, но потом заглянула в окно, и все поняла. Она увидела Марата и Андрея. Алсу немного пригнулась, чтобы ее не смогли увидеть. Она внимательно наблюдала за троицей. Андрей сидел в кресле перед зеркалом, а парикмахер стригла его налысо. Марат и Захид сидели позади на стульчиках. Они о чем-то говорили, и посмеивались.       Андрея довольно быстро постригли, и пацаны стали одеваться, чтобы уйти. Алсу задалась вопросом, откуда у них деньги? Она наблюдала как парикмахер о чем-то говорит с Маратом. Женщина в миг стала недовольной. По всей видимости парикмахерша сказала что-то поперек слова Марату, и он сразу обозлился кидаясь в ее сторону, словно обезумевший, но Андрей с Захидом вовремя придержали друга. Алсу вскинула брови, мысленно ужасаясь такому поведению. Беспризорники. Она бы в жизни себе не позволила вести себя так.       Марат разозлился не на шутку, и схватил какую-то вещь, швыряя ее прямо в зеркало позади женщины. Посыпались осколки. Троица выбежала из парикмахерской прочь. Алсу сорвалась на бег, следуя за ними. И настигла она их только тогда, когда они оказались возле подъезда Марата.       — Вы с ума сошли?! — закричала девушка, останавливаясь чуть поодаль от них, и упираясь ладонями в колени, пытаясь восстановить сбивчивое дыхание.       Троица резко обернулась, не ожидая увидеть здесь Алсу.       — Ты что следила за мной? — недовольно спросил Захид, переводя взгляд с друзей на сестру.       — Да. — на выдохе ответила девушка, подходя ближе. — Совсем совесть потеряли?       — Хорош, сеструха, все пучком, — на расслабоне ответил Марат, натягивая улыбку до ушей, и дергая дверную ручку подъезда. — идем.       Захид и Андрей последовали за другом. Алсу одолели сомнения нужно ли подняться с ними. Она нервно закусила нижнюю губу, осмотревшись по сторонам.       — Пошли уже, — из-за двери появился Марат, зазывая Алсу.       Девушка гордо вздернула подбородок, и зашла в подъезд, поднимаясь на нужный этаж, где жил Марат. Ещё вчера поздним вечером она дала себе обещание, что не будет больше с ними шляться, и что же в итоге? Она опять с ними.       Алсу была замыкающей, когда они все вошли в квартиру, где жил Марат. Она ещё не была у него в гостях, но заметно удивилась, что квартира была даже очень хорошей. Обставленная, и видно ремонт сделан.       Захид, Андрей и Алсу остались стоять в прихожей, пока Марат проскочил вглубь квартиры. Вернулся он с кружкой воды, передавая ее по очереди Андрею, а затем Захиду.       — А ты? — обратился Марат к девушке. — Пить хочешь?       Алсу покачала головой из стороны в сторону, складывая руки на груди, и опираясь плечом на стену.       — Ну ты конечно клоун Никулин! — воскликнул Марат, обращаясь уже к Андрею.       — Чего?       — Как посмотришь, чушпан, чушпаном. — ответил Марат, осмотрев друга сверху вниз. — прикид этот сраный.       Алсу закатила глаза. Им не надоело обсуждать как выглядит Андрей? Одно и тоже. Девушка благоразумно промолчала, на случай, если Марат решит высказаться и на её счет.       — Вон, — Марат кивнул в сторону брата Алсу. — Захид и то получше выглядит. Респект тебе, брат.       Захид ответил другу своей широкой улыбкой. Ему наверняка льстило то, что друг его хвалит.       Марат недолго помолчал, а затем развернулся, уходя назад вглубь квартиры, кинув через плечо, обращаясь к Андрею:       — У тебя когда день рождения?       — Двадцать второго апреля. — громко сказал пацан, чтобы Марат его услышал. — Как у Ленина.       Захид хмыкнул, и подавил усмешку, отворачиваясь к стенке. Андрей кинул на него недоуменный взгляд, но ничего не сказал. Видимо не понял, причину смеха в свою сторону.       — Ммм… через два месяца, — вслух сказал Марат, возвращаясь в прихожую с какой-то вещью в руках. — на, с днем рождения!       Андрей с недоумением посмотрел сначала на Марата, а затем на вещь, которую он ему протягивает.       — Не… Не надо. — неуверенно ответил Андрей, явно не ожидая, что Марат ему вручит какой-то подарок, ссылаясь на его день рождения.       — Подарок. — настаивал Марат, и сам вложил в руки Андрея вещь. — Держи.       Андрей неловко покрутил вещь в руках, опустив на нее взгляд.       — Пальто, это еще… — высказался опять Марат, осмотрев друга.       Не долго думая, Марат посмотрел на верхнюю полку с шапками, и снял одну из них, меняя шапку Андрея на новую.       — Какой щедрый мальчик, — с издевкой сказала Алсу, криво усмехаясь. Марат бросил на неё короткий взгляд, слегка улыбнувшись. Он даже не подколол её в ответ.       — Ну ка, покрутись.— сказал он, обращаясь к Андрею, который покорно выполнил приказ, медленно развернувшись на месте, вокруг своей оси.       Марат несколько раз цокнул языком, осматривая друга.       — Жених. — сказал он, улыбаясь.       — Ну вы только посмотрите на него, ведешь себя прям как наша бабуля, — выпалила Алсу, играя бровями.       — Точно! Она всегда мне это говорила, когда я примерял новые вещи! — подтвердил Захид, вспоминая былые времена.       — Сами вы бабульки, задрали! — Марат сказал это вовсе не со злобой. Он говорил это с улыбкой, которая долго не слезала с его губ.       Как только Марат, так сказать приодел Андрея, они разошлись, но перед этим троица говорила о том, что сегодня будут показывать что-то в ДК. И честно сказать, девушка этим заинтересовалась. Она внимательно слушала, и не встревала в их разговор. И сделала выводы, что Марат надеется, что придет какая-то девочка по имени Айгуль, а вот Андрей, как показалось странным для Алсу, пригласил девушку, сотрудницу милиции, которая вела с ними разговор, и поставила их на учет, чтобы Андрей с Захидом появлялись для подписи, что они под присмотром.       Немного поболтав, все разошлись по своим домам. Алсу молча шла всю дорогу с братом до дома. Она размышляла о том, стоит ли ей пойти тоже в ДК. Все таки дома делать нечего, а тут хоть что-то.       — Я наверное пойду с тобой. — сказала девушка, после длительного молчания, когда они уже почти подошли к подъезду.       — Правда? — удивленно спросил Захид.       — Да.       Ничего больше не сказав, девушка первая зашла в подъезд, и поднялась на нужный этаж. Ее сердце неожиданно кольнуло, как только она приблизилась к уже знакомой двери. Она ушла, никому ничего не сказав. Сегодня у отца был выходной. А мать взяла пару дней отгула, чтобы привести себя в чувства. Алсу понимала, что ей сейчас выскажут все. Но она уже придумала отговорку.       — Чего стоим? Заходим. — послышался голос Захида. Он дернул ручку двери, и первым вошёл в квартиру.       Девушка поняла, что она стояла напротив двери, полностью замерев, и погрузившись в свои мысли. Мотнув головой, прогоняя их, девушка перешагнула порог, и тихо прикрыла за собою дверь. Она так и не сказала Захиду о том, что вчера произошло. И он даже не поинтересовался. Алсу это огорчило. Она была готова отдать что угодно и сделать все, чтобы брат был в порядке, а он даже не может спросить у нее элементарных вещей о том, как ее здоровье, о чем думает, и что ее тревожит. Но и с другой стороны, она не могла винить его. Он был ещё ребёнком. Что он может?       Алсу сняла тяжёлые ботинки, и аккуратно поставила их в тумбочку для обуви. Выпрямившись, она столкнулась лицом к лицу с недовольным лицом матери. Она перестала узнавать в ней, ту мать, которая была совсем недавно. В ней будто появилось что-то отчужденное… то, чего раньше у неё не было, или она все скрывала.       Девушка сжалась, под таким тяжёлым взглядом матери, явно не предвещающим ничего хорошего.       — Куда-то ходила? — как можно спокойнее попыталась спросить мать, но Алсу услышала в ее голосе нарастающую злость. И она не понимала, что она опять сделала не так?       — Я… была у подруги. — тихо ответила девушка, снимая куртку, вешая ее на крючок, и направляясь к себе в комнату, под пристальным взглядом матери, которая проводила ее, не сказав больше ни слова. Как только она оказалась в своей комнате, то облегченно вздохнула, прикрывая веки. Алсу положила ладонь на грудь, там где находится сердце. Она чувствовала и слышала, как оно быстро бьется. Тремор быстро настиг ее, и пальцы на руках мелко задрожали. Волнение и тревога подскочили так неожиданно, что девушку сначала затошнило, а затем в ушах появился звон. Сделав глубокий вдох, Алсу присела на край кровати, пытаясь успокоиться. Она считала, что такая реакция на собственных родителей, ненормальная. Она уже не могла чувствовать себя здесь в безопасности, и комфорте. Все вмиг изменилось.       Стрелка часов плавно скользила по кругу. Время шло, а Алсу по-прежнему сидела на кровати, и смотрела в одну точку, пытаясь справиться с тревогой. И нет никого, кто бы помог. Она совершенно одна, в кругу семьи. Она дома, но дом не ощущается. Её как-будто вытеснили.       Понимая, что она не сможет теперь находится дома, девушка решила, что она будет выбираться на улицу вместе с братом. И плевать, что там говорил Турбо. Плевать, что скажут родители. Зато она не будет находиться долго дома, где больше нет ничего хорошего и светлого. Их дом заполонила тьма, которая свергла её близких.

* * *

      Ближе к вечеру на улице похолодало, и поднялся ветер. Алсу пришлось надеть шапку: черную вязаную без всяких побрякушек. Она стояла рядом с Андреем, Маратом и братом, возле ДК.       Алсу все еще не могла остыть после того, что случилось дома, перед тем как она ушла с Захидом. Мать накричала на неё, что она стала где-то шляться, да еще и брата за собою таскает. Девушка расстроилась, от такого предъявления в свою сторону, потому что все было наоборот. Но она не могла донести этого до родителей, потому что она понимала, что ей не поверят. Так, что она пропустила все слова через себя.       Девушка засунула руки в карманы, чтобы согреть замёрзшие пальцы. Она смотрела на Марата, у которого была расстёгнута куртка, и ей становилось еще холоднее. Марат как обычно достал сигарету, начиная разговор:       — Короче, Айгуль если придет, — он сделал паузу. — а она по любому придет, вы короче потеряйтесь, поняли?       Алсу вскинула брови, и слегка наклонила голову на бок, не ожидая такой дерзости. Для чего тогда они шли все вместе?       — Мы поняли, че орать то, — спокойным голосом за всех ответил Андрей.       — А может и мне подружку найдем? — усмехаясь, предложил Захид, на, что получил от всех троих укоризненные взгляды. — И что я такого сказал?       — Молчал бы лучше. — осадила его девушка, метнув взгляд на тропинку, где к ним приближалась какая-то девушка. Марат тоже ее заметил. Он начал суетиться.       — Опа, инспекторша! — тихо сказал Марат и быстро скрылся за высокими белыми колоннами.       Троица проводила его взглядами, а затем вернули внимание к инспекторше. Она пересекла между ними расстояние, и остановилась напротив Андрея. Она посмотрела на Алсу и Захида. Брата девушки она сразу узнала. Она улыбнулась всем троим.       — Ну привет, — она сделала секундную паузу. — всем вам.       — Здравствуйте. — поздоровалась Алсу, натягивая улыбку. Честно сказать, эта инспекторша показалась Алсу очень милой. У неё была такая внешность, которая не очень то и подходила для такой работы. Да и голос у неё был мягкий.       — Здрасте, — в один голос сказали Андрей и Захид. — Эм… ладно ведите. — сказала инспекторша, и в её голосе скользнула неловкость от всей это ситуации.       Андрей и инспекторша двинулись вперёд, а Захид и Алсу шли позади них.       Все вместе они зашли внутрь ДК, которое встретило их теплом и ярким светом от множества люстр висящих на высоком белом потолке. Андрей первым подошёл к кассе, чтобы купить билеты. Он вытащил из кармана мелочь, и положил на столешницу, протягивая женщине за стеклом, у которой было кудрявое гнездо на голове, и очки с толстой оправой.       Андрей слегка замялся, и стал рыться у себя в карманах пальто.       — Быстрее давай, не один в очереди. — недовольным голосом сказала женщина, показывая все свое нутро.       Алсу скривилась в лице. Не нравились ей такие люди. Зачем строить из себя не пойми кого? Сложив руки на груди, девушка нервно посмотрела на Андрея, который все рылся в карманах. Она уже поняла, что ему не хватает денег.       — Извините, а можно я за один заплачу, а за второй завтра занесу, — извиняющимся и тихим голосом спросил Андрей.       — Я добавлю мне…       Алсу не успела договорить, как инспекторша её опередила:       — Все нормально у меня есть.       Она добавила несколько монет к деньгам Андрея. Алсу не понравилось, то, что её нагло перебили.       — Кавалер… етить твою… — едко сказала женщина, протягивая бумажные белые билеты.       Алсу мысленно выругалась, от такого невежества со стороны взрослой женщины. Никакого воспитания! Надо же себя так вести прилюдно...       Брат с сестрой подошли к кассе следующими, также приобрели билеты, и они все вчетвером двинулись в зал.       Здесь было освещение похуже, но так было даже лучше. Зато не будет глаза резать.       Андрей с инспекторшей сели впереди на свои места, а Алсу с братом позади них.       Около пятнадцати рядов, как минимум по двенадцать мест в длину, тянулись во весь зал. Впереди висело большое белое полотно, на которое будет светить проектор.       Через несколько минут свет погас, и проектор загорелся, показывая на весь экран черно-белое видео.       Неожиданно позади, на задних местах послышался свист, и мальчишеские голоса:       — Че за фуфло!? Фильм врубай, эротику!       Затем, послышался уже другой чей-то голос, и Алсу узнала его. Он принадлежал Ералашу. Она повернулась назад, и наткнулась на него взглядом. Он сидел рядом с каким-то пацаном, на ряд дальше.       — Да не! — закричал он. — Ералаш включайте, про мандарины!       Алсу недовольно вскинула брови, тихо цокнула языком, и вернула свое внимание на экран, на котором показывали и рассказывали про группировки, их жестокость и прочее.       Видео продлилось от силы тридцать минут. Когда оно закончилось, и вверх поползли субтитры, свет резко включился, а инспекторша вдруг поднялась с места, и направилась к сцене. Алсу с Захидом переглянулись.       Девушка в форме преодолела три ступеньки, и встала посреди сцены, привлекая всеобщее внимание на себя.       — Здравствуйте, сейчас мы с вами посмотрели фильм о нашем с вами городе.       Алсу посмотрела на Андрея, и заметила, что он заметно напрягся. Затем она перевела взгляд на Захида, наткнувшись на его профиль лица. Девушка все же видела и чувствовала и его напряжение. Захид плотно сжал свои тонкие губы, сдвинул густые брови на переносице, и то и дело, проводил рукой по своим коротко стриженным чёрным волосам. Алсу перевела взгляд на девушку, стоящую на сцене, которая продолжала свою отрепетированную речь:       — О наших с вами проблемах.       — Куда выперлась, кино давай! — послышался грубый голос из зала, явно принадлежавший какому-то пацану. Некоторые рассмеялись, но другие посмотрели на пацана осуждающе.       С переднего ряда неожиданно вскочил мужчина и закричал:       — Тишину!       — Не волнуйтесь! Фильм будет. — спокойным голосом продолжила инспекторша. — Но сначала мы с вами поговорим. Это будет короткий диспод, и он не займет много времени. Меня зовут Ирина Сергеевна.       Из толпы вновь послышался голос, и принадлежал он Ералашу:       — Узнали!       По залу снова прошёл смех.       — Я не буду никого осуждать, — инспекторша не обращала внимание на слова пацанов. — знаете, мне бы хотелось, чтобы мы сегодня услышали обе стороны. И в качестве одной из них, сегодня у нас присутствует руководитель оперативного комсомольского отряда имени Дзержинского Денис Коневич.       Ирина Сергеевна перевела взгляд на мужчину в очках, который стоял рядом со сценой, сцепив руки за спиной. Он поднялся на сцену, под слабые аплодисменты со стороны зала.       — Оппонировать ему, рассказывать ему свою точку зрения, так называемых мотальщиков, будет человек, который совершенно недавно, решил стать группировщиком.       Теперь уже и Алсу напряглась от таких слов со стороны инспекторшы. Она посмотрела на Андрея со спины. Он сидела молча, его взгляд был прикован к сцене.       Ирина Сергеевна прямо посмотрела на Андрея, и спустя несколько секунд паузы, она окликнула его:       — Андрей, будь добр, поднимись на сцену пожалуйста.       В зале воцарилась напряженная, гнетущая тишина. Все уже поняли к кому инспекторша обращалась, поэтому почти все взгляды были направлены на Андрея.       — Да у них нет никакой позиции, — заговорил мужчина в очках на сцене. — да, что они скажут: “мы зверье?” Это и я могу за них сказать, если надо. — мужчина открыто провоцировал, не заботясь о последствиях и своих словах, брошенных на ветер.       — Андрей, выйди пожалуйста к людям. Пусть они увидят, что ты ни какой-то там злодей. — упрашивала инспекторша, своим спокойным голосом. Но Пальто ничего ей не отвечал. Он молчал, опустив голову. — Андрей!       И в следующую секунду, Пальто соскочил с места и побежал прочь из зала. Он пронесся между рядов сквозной вихрь, прямо к двери.       — Подожди, пожалуйста! — вдогонку ему крикнула Ирина Сергеевна, но Андрей не остановился. Он уже скрылся за дверьми.       Алсу удивленно переводила взгляд с распахнутой двери, на сцену, вцепившись руками в подлокотники. Она тихо вздохнула, и откинулась на спинку кресла, обшитого бордовой тканью, поднося кулак ко рту и прикусывая кожу.       — Пошли отсюда, — хрипло шепнул Захид, поднимаясь с места, хватая сестру за руку, и утягивая её за собою. Они молча прокрались между рядами, и выскользнули из зала, на ходу надевая уличные вещи.       — Я просто… у меня слов нет, — вслух попыталась высказаться девушка, распахивая входную дверь, подставляя прохладному воздуху свое лицо.       — Ситуация-пиздец одним словом. — Захид сказал это, прежде чем смог обдумать то, что слетело с его губ. Он медленно повернулся в сторону сестры, которая резко остановилась. Их взгляды встретились. Захид прикусил нижнюю губу, делая несколько шагов назад.       — Ты вообще страх потерял? — почти шепотом спросила девушка, медленно наступая на брата. — Тебе язык щипцами или паяльником выжечь?       — Да оно само, Алсу! — оправдался Захид, начиная ускорять шаг, и оборачиваться через плечо, чтобы смотреть за сестрой, которая быстро наступала, сжимая ладони в кулаки. — Я больше так не буду!       Захид убежал на более менее безопасное расстояние, и усмехнувшись, выкрикнул:       — Но не обещаю!       Алсу сорвалась с места и побежала за братом, надеясь отвесить ему тяжелый подзатыльник. Но увы, Захид оказался быстрее и более выносливый. Алсу выдохлась на полпути, останавливаясь, и прожигая брата взглядом на расстоянии. Прикрыв веки, девушка отмахнулась от Захида, и спокойно пошла пешком, поравнявшись с братом.       — Я думаю, заглянуть в магазин, надо купить кое-что. — предупредила девушка, обращаясь у брату. Тот не проявил никакого интереса. Он пожал плечами, засунув руки в передние карманы джинс.       — Ладно, тогда я пошел.       Захид махнул сестре на прощание, и они разошлись по разным сторонам. Алсу вышла на улицу, где суетился народ, так как уже вечерело, и люди шли с работы по домам.       Алсу шла медленно наслаждаясь погодой, задирая голову к верху. С неба посыпались белые хлопья снега, осязая на уже грязный истоптанный снег на дорогах. Девушка засмотрелась на тёмное небо, и неожиданно врубилась в кого-то, вписавшись в чужую грудь. Она резко отпрянула, вытягивая ладони вперёд.       — Извини… — Алсу медленно расширила глаза, не верят тому, кто перед ней стоит. Она совершенно не ожидала его увидеть. — Турбо?       Парень выглядел расслабленно, засунув руки в куртку, которую он отобрал у Стаса еще в Москве. Его взгляд остановился на лице Алсу, изучая его. Кажется, он и сам был слегка удивлен тому, что встретил её.       — Под ноги вообще не смотришь? — голос Турбо прозвучал довольно тихо, казалось, будто он не хотел привлекать внимание.       — А что должна? Я всегда смотрю вперед с гордо поднятой головой! — возмущенно сказала девушка, задирая подбородок, делая серьёзное лицо.       На лице Турбо сначала не дрогнул ни один мускул, но затем, его губы медленно растянулись в широкую улыбку, как у чеширского кота.       — Что смешного? — с недоумением спросила девушка, складывая руки на груди, начиная нервно стучать носком ботинка по земле.       — Я вовсе не смеюсь. — Турбо мигом принял серьезное выражение лица, делая вид что всего секунду назад он не улыбался. Лгун.       — Я видела. — Алсу сощурилась, слегка наклоняя голову на бок, начиная бесцеремонно рассматривать парня, но это заняло всего несколько секунд. Девушка засмущалась, и отвела взгляд в сторону. А еще, она была поражена тем как она могла так спокойно говорить с ним. Она не чувствовала тяжести, и тревоги. В ней появилась какая-то легкость. Сейчас почему-то Турбо не вызывал в ней негативные эмоции. Она Не боялась его. И это всё было довольно странно.       Турбо посмотрел себе под ноги, задумавшись, и наверняка обдумывал то, что можно сказать. Именно сейчас, он решил, что не хочет выглядеть в глазах девушки… глупым или бездарный, упрекающим все и всех. Ему хотелось сказать ей что-то, что заставило бы её улыбнуться, и не разозлить её или выбесить.       — Знаешь, у тебя… глаза как сигаретный дым, — прошептал Турбо с совершенно серьёзным выражением лица, всматриваясь в чужие глаза, и делая два шага вперёд. В его голове резко вспыхнула злость по отношению к себе. Вместо того, чтобы сказать что-то получше, и уж точно не комплимент, который девушка может воспринять как-то не так, Турбо внутренне распереживался, что ему было крайне не свойственно. А еще, он снова был к ней слишком близко. Но отходить не хотел. Да и видел, что девушка тоже не делает шаги назад.       Алсу усмехнулась, а затем растянула губы в широкой улыбке. Комплименты Турбо не умел делать, но… было приятно услышать, что-то в свою сторону. Она думала, что парень скажет сейчас что-то с издевкой. Но нет. Он приятно удивил её. В первый раз.       Девушка смущенно опустила голову, пряча румянец на щеках от парня. Она не привыкла смотреть кому-то слишком долго в глаза, не считая брата. Тот просто дурачок, поэтому он первым всегда отводил взгляд. Но сейчас, первой отвела взгляд Алсу. Ей было неловко, находиться так близко к Турбо, учитывая, что такое уже было. И это повторяется снова. В глубине души, она буквально таяла от такой близости. Но разум, как обезумевший кричал ей, что все это неправильно. Но душе и сердцу не прикажешь. Они отвечают за любовь. А разум за рациональность. Два качества, борющихся в тебе до последнего. Это беспроигрышная битва, в которой никогда не предугадаешь, кто одержит победу.       Турбо поднял руку и аккуратным движением руки убрал выбившуюся прядку коричневых волос девушки за ухо. Он сделал это осторожно, боясь причинить ей боль или, что от этого действия ей станет неприятно. Но знал бы он, как Алсу внутренне радовалась, и чуть ли не визжала от такого действия. За тот промежуток времени, что она его знает, она впервые видит его таким… таким нежным, и привлекательным в ярком свете от уличного фонаря, в активном вихре снежинок. Несколько крупиц снега приземлились на его кудрявые волосы, и у Алсу появилось необъяснимое желание, притронуться к чужим волосам. Но она вовремя остановила себя. Не могла. Это бы выходило за рамки дозволенного.       — Ты не услышала меня, Алсу. — неожиданно сказал Турбо, нарушая между ними приятное равновесие, разрушая его, словно гром среди ясного неба. — Я говорил, не нужно за нами увязываться. И что же ты сделала?       Все приятные ощущения вмиг растворились у девушки. Турбо, как по щелчку пальца, уничтожил все, задевая её своими словами. Сначала он делает комплимент, касается её, а затем говорит такие слова. Алсу сделала несколько шагов назад, поднимая голову, и устремляя негодующий взгляд на Турбо. Вот и все. Вся нежность и приятный душещипательный момент испарились, исчезли, будто бы их и не было. Казалось, это была иллюзия.       — Что? О чем ты? — Алсу пыталась подобрать нужные слова, взять себя в руки. Но неприятный осадок накрыл её с ног до головы.       — Я знаю, что ты была с пацанами. — голос Турбо резко изменился, всего за какие-то считанные секунды.       Алсу молчала. Она нервно стала смотреть по сторонам, начиная приглаживать свои волосы, и хаотично придумывать в своей голове ответ. Но подходящих слов не оказалось. Поэтому она ничего не ответила.       — Это последнее предупреждение. Дальше, я буду действовать, а не просто говорить. — сказал Турбо. Он резко сделал ещё шаг вперед, наклоняясь к девушке, касаясь губами её уха, горячо прошептав: — А если, ты так сильно жаждешь находиться в нашем кругу, ты можешь…       Турбо резко замолчал, не договаривая свое предложение. Он медленно отпрянул, и слегка мотнул головой из стороны в сторону, будто бы отгоняя от себя навязчивые мысли.       — Могу, что? — тихо спросила девушка, посмотрев парню в глаза.       — Ничего. Мне пора. — сказал Турбо, и задев девушку своим плечом, пошел вперед, по своим делам.       Алсу закатила глаза, прикрывая веки. У неё появилось желание догнать Турбо, и сказать ему все, что она о нём думает. А еще, ей хотелось узнать, что он хотел сказать, но так и решился. Раздраженная, Алсу двинулась в сторону нужного магазина, но у неё уже пропало желание покупать что-либо. Поэтому на полпути она свернула на другую улицу. Здесь было очень многолюдно, нежели на предыдущей улице.       Девушка услышала чей-то громкий задорный голос. Она шла мимо людей, и неожиданно краем глаза заметила синюю куртку. В мыслях сразу всплыл Марат. Алсу медленно двинулась в сторону толпы, которые остановились возле какого-то мужчины, сидящего на корточках, крутящего стаканчики. Девушка встала рядом с какой-то женщиной, посмотрела на незнакомого мужчины сверху вниз.       — Ой, дядь, дядь, а давай я сыграю! — послышался голос, до боли знакомый.       Алсу подняла взгляд, и наткнулась на Марата. Её глаза медленно расширились. Марат её не увидел. Он обратил своё внимание на крутящиеся стаканчики на дощечке.       — Смотрим внимательно! — закричал мужчина. — Выиграем обязательно! Немецкая рулетка, она же татарская!       Речь мужчины была заучена, и произносилась четко. Алсу не слушала его. Она смотрела на Марата. А тот в свою очередь резко перевел взгляд куда-то вперед. Алсу проследила за ним, и наткнулась на какого-то пацана, который выглядит слишком подозрительно.       Алсу нахмурилась. Она почувствовала что-то неладное. Марат резко натянул улыбку, и протянул мужчине три рубля. Тот безоговорочно принял их, приговаривая:       — Опа! Если постараться, можно отыграться, а кто просто так стоит, глаза пучит, ниче не получит! Угадай где шарик, заплачу гонарарик!       Мужчина стал активно передвигать стаканы, в одном из которых должен быть шарик. Если ты угадываешь, где он находится, то ты выигрываешь приз.       Стаканчики остановились, и Марат ткнул в один из них. И он угадал. Шарик оказался в том стаканчике, на который он указал. Алсу удивилась, тому, что Марат с первого раза выиграл.       — Молодец! Поздравляю, так и быть, держи! — мужчина передал Марату бумажные деньги. Толпа воодушевилась. — Кто следующий?       Марат резко поднял голову, и посмотрел по сторонам, наткнувшись наконец на Алсу. Он вскинул брови, явно удивленный тому, что девушка оказалась здесь. Алсу хотела подойти к нему, но Марат ушёл, всем своим видом показывая, что он её нет знает. Девушка была в недоумении. Что-то было не так.       Из толпы выскочила женщина, задирая руку кверху и выкрикивая, что она готова сыграть. Марат резко притормозил, оборачиваясь в сторону женщины.       — Сто рублей можно? — сказала она, протягивая бумажные деньги.       — Это… н-не надо вам. — послышался неуверенный осторожный голос Марата, обращенный к женщине.       — Так пацан, иди отсюда, выиграл, дай теперь другим! — возмущенным голосом закричал мужчина, прогоняя Марата, которого люди и так отпихнули.       Алсу вытягивала голову, пытаясь высмотреть, где Марат, и заметила, что он так и не ушёл. Наоборот, он пытался через людей, посмотреть на женщину, которая дала сто рублей. Алсу недоумевала, почему вдруг Марат стал себя так вести. Они знакомы?...       Вернув внимание на стаканчики, Алсу вместе с толпой разочарованно вздохнула, когда шарика не оказалось под стаканчиком, на который показала женщина.       — А шапку можно? — с воодушевлением спросила женщина, касаясь своего пушистого головного убора. Алсу кинула на неё неодобрительный взгляд. Вот к чему приводит азарт.       — Это нашего мама, универсамовского! — неожиданно сказал Марат, обращаясь к мужчине, крутящему стаканчики. Алсу расширила глаза, не верят его словам.       — Иди отсюда, ты палишь все! — сказал незнакомый пацан, и схватил Марата за шиворот уводя его в сторону.       — Шапку? Ну не знаю… ну ладно. — согласился мужчина, принимая головной убор женщины.       Алсу видела сомнения на лице женщины, когда пришло время указать на нужный стаканчик. Люди из толпы кричали свои догадки, сбивая. Женщина схватила наконец стаканчик, подняла его и… он оказался пуст. В толпе прошлись еще более разочарованные вздохи, как будто это они проиграли шапку и сто рублей.       Женщина явно расстроилась. Она не верила в то, что проиграла.       — Ну, идите теперь женщина. — сказал мужчина, поднимаясь, и выпрямляясь во весь рост.       — Нет, — сказала женщина, мотнув головой из стороны в сторону. — у меня еще пальто. — она стала расстегивать пуговицы, устремляя взгляд на стаканчики.       Алсу вскинула брови. Она была в шоке, от такого поведения взрослой женщины, которая готова была отдать, что угодно, лишь бы сыграть.       — Хорошее? — спросил мужчина.       — Хорошее.       — Ладно, давайте ваше пальто, вместо шапки и десять рублей. — сказал мужчина.       Алсу была поражена такому договору. Это было слишком.       — Менты! — послышался громкий неожиданный голос Марата. — Атас, менты!       Алсу вскинула голову, наткнулась взглядом на кричащего Марата, который сорвался с места и побежал.       — Шухер! — закричал мужчина, и вместе со своими пацанами побежал прочь от толпы людей.       Девушка зацепилась взглядом за Марата, и побежала за ним. Она хотела поговорить с ним.Но какого же было её удивление когда она увидела, что Марат бежит за тем мужчиной и его пацанами. Девушка немного замедлилась, но все таки продолжала быстрым шагом идти за пацанами, которые скрылись за большой машиной с кузовом. Алсу подошла к машине, и встала поближе, чтобы слышать о чем будут, говорить, но так, чтобы ее не видели.       — А там нету никого! — послышался мужской голос.       — Там двое ментов было, — быстро сказал Марат, переводя сбивчивое дыхание. — Честно пацаны.       — Даешь слово пацана? — спросил мужчина.       — Нет. — на выдохе сказал Марат.       — Понятно. — сказал мужчина.       Алсу внимательно прислушивалась к голосам, и не сразу услышала приближающиеся шаги. Она повернула голову в сторону, и увидела женщину и мужчину, которые шли в её сторону.       — А ты еще кто такая?! — громко воскликнула женщина.       — Я… — Алсу не успела договорить, как вдруг мужчина налетел на нее, и схватил со спины, поднимая ее над землей. — Что ты делаешь?! Отпусти меня! Помогите!       — Мелкая сучка, подслушивает! — с визгом сказала женщина.       Они завернули за машину, показываясь другим.       — Не было там никаких ментов. — сказала женщина. — Зато вот эта девка, стояла и подслушивала.       — Отпусти! — закричала Алсу, пытаясь вырваться из чужих грязных рук. — Мне больно!       Все взгляды устремились на девушку. В глазах Марата появился… Страх. Он в упор смотрел на девушку, не веря своим глазам.       — А это еще кто? — спросил мужчина, взглядом изучая Алсу. — Ну ка отпусти её.       — Да она резкая какая-то… — хрипло сказал другой мужчина с бородой, но отпустил все таки девушку.       Алсу отшатнулась в сторону, отряхивая себя от чужих прикосновений. Она переводила взгляд с одного на другого. Страх подскочил слишком быстро. Что ей теперь сделают?       — И че тебе надо? — спросил мужчина, обращаясь к девушке, кривясь в лице, и прожигая её своим неприятным взглядом.       Алсу съежилась под пристальным вниманием незнакомцев. Она неловко начала переминаться с ноги на ногу, опустив голову вниз.       — Ладно, тебя на потом оставим. Вернемся к тебе. — мужчина перевел взгляд на Марата.       — Отпустите ее. — сказал Марат, пряча глаза в пол. — Она не хотела.       — За бабу значит решил вступиться? Жалостливый ты наш.       — Это была Андрея мамка, а Алсу… ну сестра Захида.       Мужчина резко и грубо схватил Марата за воротник, слегка наклоняясь к нему.       — Ты че думаешь, мы, что-ли не люди? Или че? Ее без пальтишка бы оставили? — мужчина отпустил пацана, похлопав его по плечу. — А ты Марат, пацанов своих подставил. А если б тебя твой кореш подставил? Чё б ты сделал?       Марат молча начал снимать свою синюю куртку, бросая ее на снег, в сторону. Алсу приобняла себя, наблюдая за всем этим, с неподдельным страхом в глазах.       — В глаза смотри мне. — предупредил мужчина, делая шаг назад, и в следующую секунду со всего размаху влепил Марату с кулака по челюсти, уложив его на снег. Алсу вскрикнула, привлекая к себе внимание. — И вставай.       — А с ней че делать? — спросил мужчина с бородой, ткнув пальцем в девушку.       — Ну, проучи ее, чтобы знала своё место.       Почти все двинулись прочь, кроме одного мужчины, который вдруг оскалился, посмотрев на девушку. Алсу отступила назад, понимая, что ее некому защитить.       — Не… трогай ее. — хриплым голосом сказал Марат, пытаясь подняться со снега. — Помалкивай. — сказал мужчина, и двинулся в сторону Алсу. Он широко усмехнулся, демонстрируя свои кривые зубы. В его глазах было безумство. Алсу хотелось кричать, но это было бессмысленно.       — Я больше так не буду. — тихо сказала девушка, и в её глазах появились слезы. Она понимала, что сейчас что-то случится. Страх подкрался еще быстрее, крепко схватившись за девушку и не отпуская ее ни на секунду.       — Знаю. — только и ответил мужчина, а затем, вскинул руку, и с кулака ударил Алсу по лицу. Девушка с криком упала на мокрый и холодный снег, оставляя на нём свою кровь.       — Алсу! — закричал Марат, резко подскакивая, и запинаясь, двинулся в сторону девушки, опускаясь перед ней на колени. Мужчина тем временем уже скрылся между домами.       Девушка всхлипнула и приподнялась, хватаясь руками за разбитый нос, из которого хлынула алая кровь. Алсу почувствовала кровь во рту: неприятную, словно металл. В носу появилась ужасная нестерпимая боль. Алсу смотрела помутневшими глазами от пелены слез на Марата, который мельтешил перед ней, сгребая чистый снег, и прикладывая к ее носу. Кровь осталась на воротнике куртки и рукавах девушки, но Алсу не замечала этого. Горькие слезы смешались с алой жидкостью. Алсу снова дотронулась дрожащими пальцами до лица, и вскрикнула.       — Идем, не плачь, все уже позади. — успокаивал Марат, помогая девушке подняться, хотя у самого тоже была рана, и боль, но он пытался не показывать этого.       Они шли по безлюдной улице, под покровом снежного вихря. Марат осторожно придерживал девушку за плечи, медленно шагая по улице.       — Далеко у тебя дом? — спросил он, глянув на Алсу, которая безудержно плакала.       — Н-нет. — её голос был совсем тихий.       — Хорошо, только успокойся. — причитал Марат. Ему было тяжело смотреть на Алсу, которая всегда в его глазах была дерзкой, а сейчас она плакала перед ним.       Минут через двадцать, они наконец-то дошли до нужного подъезда. Марат предложил подняться с Алсу вместе, проводить её прямо к двери. Девушка не стала возражать. Как только они подошли, Марат сам постучал в дверь.       — Все хорошо, Алсу. — тихо сказал Марат, сжимая пальцы на её плече, показывая тем самым, что он рядом, а она уже почти дома.       Дверь открылась, и на пороге появился отец девушки. Сначала на его лице промелькнула злость, но затем она сменилась удивлением.       — Алсу! Дочка? — мужчина протянул свои руки к девушке, осторожно касаясь её лица. — Что с тобой? Кто это сделал?       Марат помог девушке зайти внутрь квартиры, помогая ей сесть на тумбочку. На шум прибежали Захид и женщина. Как только они увидели Алсу, то оба встали в ступор. Захид перевёл взгляд с сестры на друга. Марат качнул головой из стороны в сторону, показывая тем самым, что сейчас он ничего не сможет объяснить. Только наедине.       — Там один мужик до нее докопался. Я ей помог. — солгал Марат, неуклюже переминаясь с ноги на ногу.       — Дочка! — закричала женщина, падая рядом с Алсу на колени, и прикасаясь к её лицу, которое было в крови. Из глаз матери рекой хлынули слезы. Она изливала душу, вместе с дочерью. Пыталась разделить её боль.       Марат поджал губы, пытаясь сдержать эмоции. Он смотрел на родителей Алсу, которые не находят себе места, явно шокированные тем, что их дочь побили. И он хотел бы сказать им правду. Но не мог.       — Я… пойду, наверное. — сказал Марат, дернувший ручку чужой двери вниз, и скрываясь за дверью, оставляя семью наедине.       Алсу метнула взгляд на захлопнувшуюся дверь, тяжело сглатывая. Ее губы стали красные и потрескались. Ее вид был ужасен. Отец оттащил жену, у которой была истерика, от дочери.       — Захид, уведи сестру в ванную. — распорядился мужчина, поднимая с полу женщину, уводя ее в комнату.       Захид без слов, помог сестре дойти до ванной, чтобы она умылась. Он помогает снять грязную куртку, и ботинки, которыми она натоптала в квартире.       Алсу подсунула ладони под теплую струю воды, начиная смывать кровь с лица. От каждого прикосновения, следовала боль, от которой пока нельзя было избавиться. Брат стоял рядом, и наблюдал за девушкой своими печальными карими глазами, прижимая куртку сестры к себе. Он так хотел расспросить её, кто посмел с ней сделать такое. Но понимал, что пока не стоит этого делать.       Как только Алсу управилась, она взяла хлопчатобумажное бежевое полотенце и осторожно промокнула им свое лицо, каждый раз кривясь от боли. Швырнув полотенце в сторону, девушка вышла из ванной на негнущихся ногах, направляясь к себе в комнату. Ее тело мелко трясло. Она улеглась на кровать, даже не удосуживаясь переодеться. Завернувшись в одеяло, девушка спряталась ото всех, не желая никого видеть и слышать. Она не спала — притворялась, а потому слышала каждое слово отца и брата. Слышала, как отец выплёскивал свою злость в гнусных словах, проклиная тех, кто сотворил такое с его дочерью. Но он был не лучше. Алсу было мерзко все это слышать от него. Ведь сам он проделал тоже самое.       Заткнув уши, девушка зажмурила глаза, пытаясь не слышать голос отца, от которого начинало тошнить.       Через полчаса, Алсу провалилась в тревожный сон, от которого часто вздрагивала, и что-то бормотала. Ей снилось, что ее бьет тот мужчина, но на месте него был собственный отец. Он демонстрировал свою кривую улыбку, и доминантность, позволяя себе издеваться над собственным ребенком. С этой ночи, Алсу стали преследовать кошмары.