«И кто же ты?»

Ньют принёс Бель в берлогу и аккуратно положил её в гамак. Середина рабочего дня, все ещё заняты, поэтому в Хомстеде никого не было. Сев рядом на стул, юноша бездумно начал заплетать и расплетать отросшие волосы девушки. В какой-то момент он не выдержал и, оставив локоны Бель в покое, устало откинулся на спинку стула. — Почему вы сразу так сблизились? Клэри, всё это время смотревшая мутным взглядом на парня, будто отрезвела. — Ты... Ревнуешь? — Да. — Ньют, - девушка слезла с гамака и забралась на колени к парню. Голова кружилась и болела, но ей было всё равно, она не хотела недопонимания с любимым. - Мой Ньюти. Я люблю тебя. Сказав это, Клэри поцеловала юношу. Тот, сначала ошарашенный словами девушки, с жадностью впился в губы глэйдерши, с силой сжимая её талию и прижимая к себе. — Какая же ты... - не договорив, глэйдер поцеловал оголенное плечо девушки и прижался лбом к её шее. — Ньюти... - Клэри в нерешительности заерзала на коленях парня. Заместитель лидера в последний раз поцеловал девушку у уха и, привстав, посадил её обратно в гамак: — Я понимаю, принцесса. — Спасибо, любимый. Насчёт Т... - Бель чуть не оговорилась, но вовремя поняла ошибку, - того парня, новенького. Не волнуйся, как мужчина он меня вовсе не интересует. Мы как будто очень похожи, поэтому нашли общий язык. Попробуй с ним тоже подружиться! Юноша скептически приподнял бровь: — Хорошо, я попробую. Что касается Галли и его удара... — О, я не злюсь на него, - Клэри махнула рукой и прикрыла глаза. - скорее негодую, ведь Джордж год назад был практически похоронен на этой плантации, а капитан... Можно сказать, что он взрослый мужик. Им бы думать, где и что. Ньют хмыкнул. Его девочка растет, уже не так эмоционирует, думает над ситуациями. Он гордится ей. — Отдохни до вечера, а там увидимся. Ньют поцеловал девушку в лоб и ушёл к остальным, готовить напитки и еду для посиделок. *** — Пес-ню! Пес-ню! Глэйдеры, уже порядком выпившие, просили Бель спеть что-нибудь, как раньше. Строители, дурачась, дрались, бегуны поодаль обсуждали лабиринт, Ньют, стараясь подружиться с новеньким, сидел рядом с ним и переговаривался о жизни в Глэйде, наблюдая за реакцией брюнета. Всё было мирно и радостно. — Может быть кто-нибудь другой споёт, а? А то братец меня нехило приложил! Клэри указала на всё ещё красный нос и рассмеялась. Галли закашлялся и смутился, на что другие строители начали хлопать его по спине и подшучивать над ним. — Я помню какой-то текст... - Новенький неуверенно поднял ладонь и посмотрел на ребят. Те в свою очередь одобрительно захлопали и сели вокруг костра в тесный круг. Теперь, даже если шептаться, будет слышно всем. — Кто приходит и заводит эти часы... Словно наших дней возводит солнце на весы... Дней до разлуки... Как мы жили - не ценили каждый светлый час... Мы с тобою позабыли все, что выше нас... Там, во вселенной... Юноша слегка нараспев читал строки какого-то совершенно нерифмующегося стихотворения. Грустно, но воодушевленно, заставляя всех вслушиваться и замирать душой. Некоторые ребята начали хлюпать носами и покачиваться в такт напеву. Кто-то положил соседу руку на плечо и так и остался, в своих мыслях. «И правда похожи...» - Ньют поймал себя на этой мысли. Приглядевшись, он заметил, что у Бель и новенького похожий цвет волос, форма носа... Даже то, как они поют разные странные стишки, - они были действительно словно мужская и женская версии друг друга! Блондин не решился развивать в своей голове эту тему. Для него принцесса была единственной и неповторимой, а парень, что так похож на неё... Привлек его, но как потенциально хороший друг. — Знаю, сердце разорваться может любя! Это как с душой расстаться - жить без тебя! - Брюнет с каким-то вызовом начал говорить строки, доказывая себе, доказывая всем истину, которую знает только он сам. - Ты боль моя, любовь моя! Я все тебе отдам, любовь моя, всего себя! Океаны расплескаться могут любя! Это как с душой расстаться - жить без тебя! Ты боль моя, любовь моя! И над тобою стану солнцем я, для тебя! В глазах Клэри заблестели слёзы. Она вспомнила прошлое, подумала о туманном будущем, и ей стало так горько и грустно! Она не может рассказать, она одна в этой борьбе, и единственные, кто рядом с ней, если она ошибётся, могут уйти навсегда. Новенький очень хорошо попал словами стихотворения в самое сердце. Ньют обнял свою девушку, заметив её слёзы. Он не знал, почему она плачет, но хотел оберегать её. — Утром темным, днем холодным тихо пойду.... Отведу лучом покорным от тебя беду... Друг мой сердечный... Ты поверь мне, я не стану солнцем для других... На твоём плече оставлю свет своей руки... Свет всей вселенной! На последней ноте голос юноши сорвался, и он улыбнулся, пожав плечами. Ребята, спокойные, умиротворённые и растроганные, просто обнялись всем кругом. Семья. — Хэй, Клэри... — Да? Новенький широко раскрыл глаза и начал то открывать, то закрывать рот, чем привлек внимание остальных. — Твоё обещание... Я вспомнил. Бель зависла на пару секунд, а потом рассмеялась: — И кто же ты? — Томас! Меня зовут Томас!