Часть 4

— Оу, да! Наконец то суша! — сказал Штыкер. — А то, задолбало жрать эту драную похлёбку! — поддержал брата Пикер. И ведь действительно. На горизонте было видно очертание острова. В центре у этого клочка суши, по ходу, была гора. Или, может быть, вулкан… Спустя час мы уже причалили и гуляли по прибрежному поселению. Это была небольшая, на несколько сотен человек, колония. В порту имелась торговая контора, в центре селения — рынок. Не обошлось и без кабака. Он здесь назывался «Костяной Крест» — на его вывеске красовались нарисованные скрещенные кости» Чем же заняться в этом местечке? *** КАРОЧИ ТИПЕРЬ ГРЕТА БУДЕД ПЕЙСАТЬ ПРА НАШЫ ПРЕКЛЮЧЕНЕЯ. ПОСЛИ ПЛАВОНИЯ НА БАЛЬШОЙ ДЕРИВЯННОЙ ПЛАВАЛЕ, КАТОРОЕ ЗОНЯЛО СТОЛЬКА ДНЕЙ, СКОЛЬКА ГРЕТА НЕ МОЖИТ САСЧИТАТЬ, МЫ АКАЗАЛИСЬ НА КОКОМ-ТА ОСТРАВЕ. НАШ НОЧАЛЬНЕГ, КАТОРАГО МЫ ЗАВЁМ ЧЕФ, СКОЗАЛ, ЧТОБ МЫ НИ ЗОДЕРЖЕВОЛИСЬ В ЭТОТ МЕЛКИЙ ДЕРЕВНЯ И ШЛИ В ОЧИНЬ ДРЕВНЕЙ ХРАМ, ГИДЕ ТЫЩИ ЛЕТ НОЗАД ЖИЛИ ДАЕСТОРИЧЕСКИЕ ШАМАНЫ. ЧЕФ НОЗЫВАЕТ ЕТИ ШТУКИ «ТИХНАЛОГЕЯМИ», И ЗО НИХ СТОЛЬНАЙ ГРАФ АТВАЛИТ ОЧИНЬ-ОЧИНЬ МНОГА ДЕНЯГ. ПАМИМА ПРОЧИГО, МИ НОШЛИ МЕСТНАГА ПРАВАДНИКА, КАТОРЫЙ НАС ВЁЛ К ЕТОЙ ХРАМЕ. КАГДА МЫ ВЫШЛИ ИЗ ДИРЕВНИ, ТО МЫ ОКАЗАЛИСЬ В БАЛЬШОЙ-БАЛЬШОЙ И ГУСТОЙ ЛЕС. ЧЕФ НАЗЫВАЕТ ЕТО «ДЖУНКЛЯМИ». ТАК ЕМУ СКОЗАЛ КОКОЙ-ТА БАРОДАТЫЙ КОРОТЫЖКА, КАТОРЫЙ ОЧ МНОГА ЗНАЛ. В ДЖУНКЛЯХ БЫЛО ОЧИНЬ МНОГО ЖИВНОСТИ. Я ПАЙМАЛА КАКУЮ-ТО ПЁСТРУЮ ПТАХУ, КАТОРУЮ КАСТАПРАВ НОЗЫВАЛ «ПОПЕГЕЕМ». ПОПЕГЕЙ БЫЛЬ КОСТЛЯВЫЙ, МАЛО МЯСО. ТО ЛИ ДЕЛА КРАКАДИЛ, КОТОРЫЙ БЫЛ ЗДАРАВЕННЫЙ, АПАСНЫЙ, НО ВКУСНЫЙ И СЫТНЫЙ. НАШ ПЛУД ЗМИЙ СКОЗАЛ, ЧТО ШКУРА КРАКАДИЛА ОЧ ХАРОШО МОЖИТ СТОИТЬ ДИНЬГАМИ. ДЕНИГИ ЕТА ХАРАШО. ДЖУНКЛИ КАРОЧИ БЫЛИ ПРЯМ ВААЩЕ ГУСТЫЕ И ИЙТИ ПА НИМ БЫЛА ОЧ СЛОЖНО. НО ТИПА НИКТА НИ НОПОДАЛ НА ГРЕТУ И ИЁ ДРУЗЕЙ, ПАТАМУШТА ГРЕТА ОЧ СИЛЬНАЯ, ГРЕТА — ОГР, А ОГРАФ ФСЕ БАЯЦЦО. ПАКА МИ ШЛЫ ПА ДЖУНКЛЯМ, ТО ПЫКЕР И ШТЫКИР ЧТА-ТО АБСУЖДАЛИ. Я ПЛОХА СЛЫШОЛА, НО АНИ ВЫГЛЕДЕЛИ ВИСЁЛЫМИ. НАВЕРНОЯ РОССКАЗЫВАЛИ ДРУК ДРУКУ ОНЕГДОТЫ. ЧЕФ АГЛЯДЫВАЛСЯ ПА СТАРАНАМ, А СТРИЛЕЦ ДИРЖАН НАГАТОВИ СВАЮ СТРЕЛЯЛУ. СПУЗТЯ ВРЕМЯ, МИ ОКОЗАЛЕСЬ ОКАЛА КОКИХ-ТА ЗДАРАВЕННИХ РЖАВЫХ ВРОТ. ХАРАШО, ЧТО ОНИ БЫЛИ НАПАЛАВИНУ АТКРЫТАМИ, И В ХРАМ, ЕСЛЕ ЕТО ОН, МОЖНА ПАПАСТЬ, ЗАБРАТЬ ТЕХНОЛОГЕЕВ, И ПАТОМ ПЛЫТЬ ДАМОЙ И ПАЛУЧАТЬ МНОГА ДЕНЯК. МИ АСТАНАВИЛИСЬ У ВАРОТ ЕТОГА ХРАМА. ШТА ДЕЛОТЬ ЩА? *** Те несколько дней, что мы шли через джунгли к «храму», Костоправ решил учить Грету грамотности. Это выглядело, откровенно говоря, диковинно. — Грета пишет… странно, — признался Костоправ. — Она, я бы сказал, неглупая. Просто, как бы, у неё «альтернативная грамотность». Я видал раньше неграмотных людей, и они писали абсолютно по другому. У неё будто мозг работает и воспринимает информацию не так, как у представителей других рас. Воистину, огры — крайне необычные создания! — Грета необычная! — прорычала здоровячка. — Грета уметь пейсать! — Я думаю, ещё пару месяцев с тобой позанимаемся, и ты будешь писать и разговаривать почти как разумные люди. Короче говоря, Грета, ты делаешь успехи, молодец! Полуогриха довольно улыбнулась, а взгляд был такой, будто она жулик, перехитривший сельских дурачков. Когда мы пришли к воротам храма, то солнце зашло за горизонт, моргнув напоследок красным. Мы не решились идти туда уставшими, а потому разбили лагерь в полусотне ярдов у входа. На следующее утро мы решили пытаться проникнуть в храм… Вход выглядел… Необычно. Он будто был «встроен» в скалу. Было похоже, что половину здоровенной трубы, диаметром ярдов в десять, вставили в гору, и перекрыли её полукруглыми металлическими створками. На «воротах», если их так можно назвать, были нацарапалы рисунки. Судя по всему, местные дикари постарались. Одна из створок была будто приоткрыта чуть меньше, чем на пол-ярда. Войти туда мог бы только очень щуплый человек. А среди нас не было щуплых. Вдруг Грета подошла к воротам и пыталась их раздвинуть. Несколько минут она тужилась, пытаясь раздвинуть древние тяжеленные створки, но всё было тщетно. Какой бы сильной не была дикарка, эти ворота были даже для её могучей силы перебором. После этого Костоправ несколько минут разглядывал ворота и прилегающие к ним механизмы. Но и у него ничего не вышло. Тут я подумал и решил, что нужно работать командой, как единый механизм, в котором шестерни — это мы все. — Ребята! Да, все вы! — начал я. — Это задание нас должно озолотить, и мы не сдадимся, пока не проберёмся внутри! Эти ворота — сраная железка, и если мы все вместе попытаемся их сдвинуть — у нас всё получится! Мы — лучшие наёмники, которых видывал этот мир! Мы — гордость своей Гильдии! Так что давайте всей толпой сдвинем сраные ворота, и заберём все ценности! Услышав мою речь, все воодушевились, мы взяли обе створки, по три тела на каждую, и кое как, приложив невероятное сверх-усилие, расширили проход настолько, что даже Грета смогла бы войти в него вразвалочку. Войдя внутрь «храма», мы поняли, что там крайне темно. Не имелось тут ни факелов, ни ламп, ни других источников света. Потому мы зажгли свои факелы, которых мы в портовом городишке взяли с запасом. Стены коридоров были сделаны из металла, и на них были… Странные «светильники». Но, что удивительно, это были не какие-то масляные горелки, а странный «механизм» с каким-то стеклянным «шаром», внутри которого находилась тонкая металлическая проволока, не толще нитки. И ещё местами хватало всяких трубок и верёвок. Пройдя чуть глубже и оказавшись в неком зале, мы увидели странную херню, которая выглядела как металлический цилиндр со стеклянным окошком. Помимо этого тут было несколько шкафов и высокие колонны с какими-то пугивацами и рычажками. В окошке того цилиндра видно лицо человека, который… Будто спит в некой жидкости. Скорее всего — это труп. Потому что никакой человек не проживёт несколько тысяч лет в какой-то жиже. Но с другой стороны — почему он выглядит как спящий? Приглядевшись, я увидел, что у него к черепу и шее прилегают какие-то штуки, похожие на что-то металлическое. Помимо этого тут стояли странные ящики с какими-то стеклянными окнами и штука, отдалённо похожая на клавишницу печатной машинки. Присмотревшись, я понял, что на клавишах были буквы. Как ни странно, но треть буков были мне знакомы. Это были буквы обычного ромилийского алфавита. А ещё несколько клавиш — будто из эльдоррской письменности. Похоже, это реально храм, построенный нашими далёкими предками тысячи лет назад. А рядом с этим «ящиком» с клавишницей была закрытая металлическая дверь. Нужно думать, что делать дальше. Нужно идти глубже в храм, чтобы найти те самые «древние технологии», за которыми нас и послали. Несколько минут я думал, что делать дальше. Нажимать кнопки, конечно, идея интересная. Но что, если их нажатие запустит какую-нибудь ловушку, которая всех нас погубит? Оглядев комнату, я увидел солидный такой, прочный и тяжёлый лом. Примерно такими ломами воры выламывают дома ограбляемых зданий. Подняв его, я понял, что он реально очень массивный. Навскидку — почти пуд, если не больше. — Грета, иди сюда, — подозвал я огриху. — Возьми лом и попробуй раскурочить дверь, что ведёт дальше. Ты у нас самая сильная, и в грубых делах на тебя можно положиться. — Да! Грета — это мощь, а дверь — слабая! — обрадовавшись, Грета взяла лом. Она будто не чувствовала его веса. — Попробуй применить метод рычага… — сказал Костоправ. Не знаю, услышала и поняла ли Грета слова нашего умника, но она решила с самого края, где было что-то похожее на замок, поддеть эту дверь. Когда полуогриха вставила лом в этот самый «замок», то раздался странный «треск», и в Грету… Ударила молния прямо из замка, после чего «светильники» загорелись красным светом. — Ааааргх! Больно! — болезненно прорычала здоровячка, упав у двери. После этого странный, будто нечеловеческий голос что-то говорил. — Popytka narushenia tselostnosty dveri bunkera! Zapustit’ zashitnyi protokol! После «речи» неизвестного диктора раздался шум со стороны «цилиндра», в котором находилось тело таинственно человека из прошлого. Приглядевшись, я увидел, что «жижа» из этой «бочки» пропадала, утекая куда-то вниз, а мужчина начал шевелиться и вертеть головой по сторонам. Спустя примерно секунд двадцать вместилище странного «гостя из прошлого» открылось. Мужчина сделал шаг из своего «гроба». Помимо странных металлических штук в черепе и шее, его левая рука была будто из серебра, а правая из чего-то чёрного, тоже прочного и необычного. — Narushiteli, mat’ vashu! Ub’u vas ko vsem chertyam, suka blet! — говорил мужчина. Мы ничего не понимали. Хотя, некоторые слова отдалённо напоминали наш ромилийский, будто на нём говорил человек с очень сильным акцентом. Что делать? Пытаться противостоять таинственному воину из прошлого, уговорить его или убежать ко всем чертям из этого адского места, забив на поручение? Ситуация, я бы сказал, накалялась. В воздухе повисло напряжение. Таинственный мужчина с металлическими руками был в пяти метрах от нас. Он злобно скалился и оглядывал нас, будто оценивая. Ну и мне казалось, будто его глаза светились… Из левой руки у него «вылезло» что-то похожее на лезвие, а из правой какая-то трубка. Скорее всего — это своего рода «вживлённое» оружие. Я бы, наверное, мог попытаться договориться, но очень уж этот уродец выглядел опасным и агрессивным. Так что надо было вступить в бой. Вдруг он неестественно резко, будто за мгновение, подскочил к Пикеру и Штыкеру и одним размашистым ударом лезвия снёс им головы с плеч, после этого направил правую руку в сторону Греты и Костоправа. Вдруг из трубки, чтоб его, повалила струя огня! Наш умник за две секунды превратился в обгорелый кусок мяса, а Грета пусть и загорелась, но благодаря нечеловеческой выносливости оказалась жива. Не обращая внимания на сильнейшие ожоги полуогриха подскочила к противнику и хотела уничтожить урода. Тот снова сделал неестественно быстрый скачок за спину здоровячке и пробил её спину клинком. Полуогриха упала. Вдруг Стрелец выпустил из своего арбалета болт и попал в глаз древнему чуду-юду, но тот, будто не чувствуя боли, выдернул болт из глазницы, отбросив его в сторону. Может этот уродец и не человек вовсе? В следующую же секунду в нашего арбалетчика прилетел сгусток огня. Меньше чем через секунду он начал биться в агонии. Тем временем за спиной «гостя из прошлого» оказался наш плут, скрытный и неуловимый Змей. Он был как тень, я его заметил лишь в последний момент. Наш ассасин был как всегда великолепен. Он вонзил кинжал туда, где по идее должно быть сердце. Но клинок будто не мог пробить кожу этого урода. Какого хрена?! — Podkozhnaya bronya, suki! — сказал всё на том же непонятном языке урод с металлическими руками. Не став ждать, пока противник убьёт нас всех, я подскочил и решил снести ему башку. Ощущение было, будто я пытался разрубить мечом стальную колонну. Этому уроду всё было нипочём. Я начал думать, что зря мы решили сражаться с этим таинственным существом… — Что ты такое, рот твой наоборот?! — только и вырвалось у меня. Я решительно не имел понятия, как убить эту машину смерти. Его ничто не брало! Превозмогая боль, Грета, будто обманывая смерть, встала, замахнулась своей секирой и хотела обрушить топор на голову металлическому человеку, но… Топорище упало у ног «стражника» храма. Двумя резкими движениями металлический урод отрубил Грете голову. Настолько серьёзное ранение даже для огров перебор. Здоровенная серокожая туша полуогрихи упала и истекала кровью из обрубка на месте шеи. Из всего отряда остались только двое: я и Змей. Плут готовился метать сбалансированный ножик, а я держал наготове свой меч. Но что мы можем сделать этой неубиваемой херне? Этот урод обладает очень сильным колдунством! И как наши далёкие предки могли создать настолько могучих воинов? Направив на нас правую руку, в которой была та самая трубка, он выплеснул на нас струю огня… Кажется, это конец… *** — Так, тут я что-то переврал, — думал я, сидя за письменным столом у себя в кабинете. У меня имелась своя усадьба, красивая жена Рита и трое детей. Старшего пацана звали Рамон, дочь звали Ниа, а младшего пацана Берт. Я добился успеха в наёмничестве и отошёл от дел. Со скуки я решил написать рассказ об одном из последних своих приключений. Но я подумал и понял, что увлёкся и сильно отошёл от действительности в своём жизнеописании, и что на самом деле последние пару глав сильно расходились с тем, что происходило на самом деле. Вот что бывает, когда разыгрывается фантазия! Боже, как я мог придумать настолько бредовый вымысел? Человек с металлическими руками? Чума меня побери, ну и сюр! Да и ещё настолько крутой, что перебил элитный отряд наёмников! Если бы я тогда умер, то как бы мог писать все эти строки, сидя в уютной усадьбе? Хотя, память меня могла подводить. Что же на самом деле произошло в том храме? Кто из нас всех выжил, кроме меня? Совсем я старый стал… Но нужно думать, что писать дальше. Такая концовка, мягко говоря, не очень хорошая и логичная. Ну не мог какой-то человек, которому тысяча лет, убить всех нас! *** … После того, как Грета пыталась открыть дверь ломом, то загорелся свет красных фонарей, а из «бочки» вышел таинственный «гость из прошлого». Он сделал несколько шагов из вышеупомянутой «цистерны» и посмотрел на нас с недоброй ухмылкой. Мне стало немного не по себе от его взгляда. Вряд ли получится решить всё миром, но я хотя бы попытаюсь. Кто знает, каким оружием мог быть вооружён этот таинственный пришелец из прошлого? Когда злосчастный «металлический человек» вышел из этой «бочки», то из его правого глаза мне прямо в голову посветил странный луч. У меня было ощущение, будто мне в лицо смотрел какой-то гипнотизёр. Что делает этот «реликт»? — Нейро-лингвистическое сканирование завершено… — сказал этот «попаданец» из прошлого странным монотонным голосом. — Так… Какого дьявола вы забыли в этом бункере? Если вы сейчас же не уберётесь, то мне придётся вас ликвидировать, вы в курсе? Я вас всех убью! Чёрт, сколько же времени прошло! Если хронометр не врёт то… Я полторы тысячи лет провёл в стазисе! Хотя, вы и слов таких, наверное, не знаете… — Хм-м… э-э-э… Мы наёмники, и нам надо раздобыть технологии, которым много-много лет… А как вас зовут? — я пытался осторожно подбирать слова. — Моё имя — не ваше дело, — он скорчил недовольную гримасу. — Если вы сейчас же не покинете бункер, то я вас ко всем чертям убью, смекаете? — Грета тебя ушатает, туша из бочки! — полуогриха угрожающе зарычала и сжала топор покрепче. — О, неужели это жертва Вируса Ускоренного Развития? — усмехнулся попаданец. — Чёрт, и зачем нашим предкам тысячи лет назад понадобилось колонизировать глухомань в сотнях световых лет от Земли?.. Но ладно, я отвлёкся. Проваливайте отсюда по-хорошему! Иначе я вас в салат покрошу! — Уж извиняй, гость из прошлого, но мы не уйдём. — сказал я этому уродцу. — Да и смысл тебе защищать тех, кто скорее всего тысячи лет назад помер? — Вы думали, тут лишь одна камера стазиса? — усмехнулся «охранник», как я его про себя назвал. — Лучшие умы человечества должны очнуться, когда ситуация на поверхности стабилизируется… — Стабили-что? — почесал репу Пикер. — Говори по-ромилийски, чума побери! — Это значит «придёт в норму», — сказал наш умник, Костоправ, копьеносцу. — Так, выходит, вам более полутора тысяч лет? Неужели теория наших учёных о том, что давным-давно на нашей планете была развитая цивилизация, верна? Невероятно! Если вас привести в какой-нибудь институт, то там бы вас могли расспросить и узнать столько новых сведений о далёком прошлом! Вы просто кладезь информации! — Ага, хотите сделать меня «подопытным кроликом»? Хер вам! — потирая ладони, «охранник» подошёл к неприметной «дверце», похожей на сейф, понажимал кнопки, открыл его, и достал оттуда какие-то странные штуки, которые очень отдалённо напоминали пистоли, только рукоять под более крутым углом. — Последнее предупреждение: убирайтесь отсюда! — «На поверхности» уже более тысячи лет живут самые разные народы, гость из прошлого, — сказал Костоправ. — Есть империи, недавно появились пистоли с кремневым замком, да и население немалое, по приблизительным прикидкам на нашей планете живёт не меньше полутора миллионов человек! Я думаю, на поверхности уже давным-давно всё стабильно… — Значит так? — «охранник» почесал подбородок. — Тогда почему сигнал с наружных сканеров не пришёл?.. После этих слов он подошёл к металлической коробке со стеклянным окошком, нажимал какие-то кнопки, и то загорелось… — Чёрт! Кто-то сломал сканеры аж восемьсот лет назад! Так, проверим ещё кое-что… — он продолжал клацать по клавишам, после чего схватился за голову. — Нет-нет-нет! Этого не может быть! «Охранник» выглядел так, будто кто-то убил всю его семью. Очевидно, увиденное в стеклянном светящемся «окошке» его шокировало. — Что случилось? Что-то вышло из строя? — любопытно поинтересовался Костоправ. Глядя за «охранником», он быстро делал пометки карандашом в своём блокноте. Этого румарца хлебом не корми, дай что-нибудь поизучать. — Они… Они все мертвы! — в его голосе слышалось отчаяние человека, потерявшего всё, чем он дорожил. — Я… Я… Я последний живой человек из докатастрофных времён! После этого он металлической правой рукой ударил в стену, да так, что оставил выбоину не менее десяти дюймов глубиной. Видать, он дорожил этими «лучшими умами человечества». Иначе бы он не впал бы в такую ярость, узнав, что они мертвы. Поразительно! И как «охранник» сам не умер за тысячелетия в этой «бочке»? Наверное, этот сукин сын невероятно везучий. Хотя, везение ли это? Он выжил, но все его друзья и знакомые погибли. Я бы сказал, что эта участь — хуже смерти. — Если узнаю, какая мразь сломала наружные сканеры — убью ко всем чертям! — с болью в голосе почти что рычал этот «реликт» из прошлого. — Или умру, пытаясь убить этих уродов! Суки! — В нескольких часах пути есть деревенька… — робко проговорил Пикер. — Ну да, там живут типа колонисты. Но вряд ли это они виноваты! — дополнил слова брата Штыкер. — Те тут и десяти лет не прожили. Вот кто жил тут восемьсот лет назад, так это арстотки, местные дикари! С зелёным оттенком кожи, в набедренных повязках, вооружены луками и копьями. Одним словом — отсталые дурачки! — Убью всех сраных дикарей! — по лицу было видно, что «охранник» был очень зол. — Устрою уродам геноцид! Они пожалеют, что родились на свет! После гневной тирады в сторону дикарей «охранник» решил идти, судя по всему, на поверхность… Проводив взглядами «охранника», мы снова стали думать над тем, как двинуться глубже в подземелье. Туда вела лишь одна дверь. Литая металлическая пластина, которую не известно как открывать. Тут в дело вступил Костоправ. Порывшись в своём рюкзаке, он достал очередную склянку. — Я до последнего не хотел использовать это зелье, но раз уж грубая сила нашей здоровячки не помогла, то… — И что эта жижа сделает с дверью? — я вопросительно поднял бровь. — Это гений алхимической мысли румарских учёных. Оно ускоряет коррозию металла в тысячи раз… — Если этой двери дохера лет, она бы и так вся проржавела за такое время… — недоверчиво сказал Змей. — Попытка не пытка, — пожал плечами наш учёный, после чего забрызгал всю дверь этой жижей. На удивление, створка начала буквально на глазах, секунда за секундой, ржаветь. Прошла минута, и она стала представлять собой сплошную массу ржавчины. Увидев это, Грета снова взяла валявшийся рядом лом и несколькими ударами пыталась выбить злосчастную створку. После трёх сильных ударов дверь упала внутрь, в противоположную сторону от нас. Подпалив факелы, мы двигались дальше по довольно широкому, ярда в четыре, коридору. В нос бил запах ржавчины и сырости, дышать было тяжело. Воздух был очень спёртым. Что неудивительно. Тут тысячи лет не ступала нога человека. Спустя время в боковых частях коридора мы увидели две двери. Открыта была одна и в неё мы и вошли, держа свои клинки наготове. Помещение, в которое мы вошли, являлось каким-то складом со множеством коробок. Почти во всех вместилищах была пыль в перемешку со ржавчиной и какие-то кривые железяки. Время не пожалело содержимое. Из склада дверь вела ещё дальше, и там находился широкий зал, на высоченной стене которого висело непрозрачное стеклянное окно, как на том ящике. Нам оно точно ничего не даст. Пошарив по помещению, мы нашли под каким-то креслом свёрток, плотно обтянутый какой-то странной гладкой материей. Прозрачной, а на ощупь как кожа. Это была книга, название которой я прочитать не мог. Я дал «нычку» Костоправу. — Это древне-ромилийский, на таком писали, читали и говорили тысячи двести лет назад, а то и ранее, — сказал Костоправ. — Тут написано… «История создания парового двигателя: как это новшество запустило Промышленную Революцию. Издание с иллюстрациями». Невероятно! Это точно интересная информация! Её у нас с руками оторвут! Думаю, можно уходить отсюда. А вы как считаете, Шеф? Я отложил в сторону перьевую ручку и посмотрел на листы, где я запечатлел свои приключения. Вышла неплохая такая новелла. Дописав последние строки, в которых я и мои подопечные отдавали в руки Графу «древнее знание», я откупорил бутылку домашнего вина, налил его в бокал, немного побултыхал его, чтоб оно «подышало», и начал с удовольствием потягивать. Всё-таки, хороший у меня кабинет. На стене картина, стол из резного красного дерева, мягкое кресло, шкафчик с винами и коньяком. Когда я смаковал вино и смотрел на своё «творение», которое, наверное, можно продать в печать, в кабинет зашёл один из моих детей: старший сын Рамон. Он был рад, видя меня. — Пап, а пап! А можно я прочитаю твою книжку? — он всем телом излучал детскую любознательность. — Чуть позже… — добрым голосом я ответил дитю. — Пап, а сколько приключений у тебя всего было? — широко раскрыл глаза Рамон. — Ты же в молодости был лихим наёмником! — Я много в чём участвовал. — я сделал ещё глоток вина. — И вообще, иди занимайся с гувернанткой. Мне нужно побыть одному. Пожав плечами, Рамон ушёл, а я погрузился в раздумья. Всё таки, эта авантюра с «древними знаниями» — это самый необычный заказ за всю мою карьеру наёмника. А заказов у меня было очень много. Я ещё думал о своих подопечных. Что же с ними случилось? Как я ушёл на покой, они «растворились в неизвестном направлении». Наверное, я об этом не узнаю. Не удивлюсь, если продолжили наёмничать. Хотя прошло столько лет… Уже двенадцать лет я веду тихую и спокойную жизнь. Надеюсь, они живы и здоровы. Учёный Костоправ, плут Змей, варварша Грета, копейщики Пикер и Штыкер, Стрелец… Хотел бы я вас снова увидеть. Вы были верными боевыми товарищами, которые много раз прикрывали меня. Хотя, зная то, как опасна «работа» наёмника, кто-то из них мог погибнуть. Или они накопили много-много денег и тоже осели и живут тихой жизнью, и владеют «мануфактурами», которые приносят им деньги? Буду надеяться, что это так. Ну а я что? Я, наверное, буду и дальше писать о своих приключениях. Как я говорил, мне пришлось много чего за свою жизнь повидать. Материала хватит ещё на немалое количество новелл… Всё таки, опасна и разнообразна работа наёмника! Fin.