Пролог. I am something

Ним был окружён разнообразными голосами, которые сливались в один огромный гул. Казалось будто все пристально наблюдают за мальчиком. Он пытался не обращать внимание, главное — получить одобрение матери, а для этого нужно занять призовое место. Всё остальное не имеет значения. Мальчик закрыл глаза, вдох-выдох — мгновение спустя Ним в воде. Она была намного глубже и больше чем казалась в бассейне, здесь не было видно дна, но повсюду были лица кого-то знакомого. Чем больше всматриваешься в них, тем расплывчатее становились они, но также тем ярче светились глаза и улыбка будто множество маленьких звёздочек. Всё время глаза мальчика были закрыты, он сам не понимал почему, но открывать не хотел. Ним думал так «Не видеть ничего даже лучше, чем видеть что-то. Так спокойнее». Когда послышался смех, его глаза резко открылись, мальчик сам не понял как оказался на дне. Он мог услышать как сильно билось сердце, а возле мальчика образовалось множество пузырьков воздуха от того, что Ним от паники пытался сделать хоть что-то. Мальчик со всей силы плыл наверх. Вода начала светлеть, а тёплый смех был всё громче, казалось тот самый человек, находиться на берегу, стоит только поднажать и Ним сможет увидеть. Он вынырнул, но неожиданно появились миллион резких вспышек света, больше не было ни смеха, ни звёзд. Не было того самого. Вместо них были лишь непонятная масса силуэтов, которых можно было разглядеть под резкими вспышками. У мальчика заложило уши, они были такими яркими, что хотелось закрыть глаза, но он больше не мог сделать этого, на груди висело что-то круглое, холодное и тяжелое… Он продолжать неподвижно стоять, но было какое-то странное чувство…Мальчик просто хотел снова услышать смех, увидеть неземные звёзды. Ним чувствовал как задыхался, будто в его лёгкие пробралась вода и она полностью заполняет их. Было чувство, что силуэтам с камерами были всё равно на мальчика, вспышки не утихли, а наоборот стали только сильнее. Ним хотел закричать, умолять о помощи, биться, махать руками и ногами, но всё что он… Всё что он делал — это неподвижно стоял и держал в руке холодную, золотую кругляшку, мальчику очень хотелось к маме и домой, по крайней мере уйди от всех камер. Но кому нужен мальчик без всех побед и медалей? Ним не выдерживал, но он не мог даже заплакать…Почему всем было так важна медаль, а не сам мальчик? Даже маме…В это время откуда-то начала выходить непонятная, чёрная жижа. Она захватывала всё больше и больше, но почему-то никто не замечал. Словно так и должно быть. Ним не на шутку переволновался, но не мог сдвинуться с места. Люди исчезли под жижей, но это выглядело так будто так должно быть. Будто это норма, но мальчику не нравилась такая норма. Горючие, слёзы сами по себе дорожкой катились по щекам и это было единственное, что он мог делать. Паника быстрее захватила Нима, чем неизвестная субстанция. Он закрыл глаза и надеялся, что она уйдёт, надеялся, что это всё сон, надеялся, что всё будет хорошо, надеялся во тьме снова услышать смех, увидеть звёзды, надеялся не быть в одиночестве. Самое убийственное то, что жижа будто специально не поглощала мальчика. Ним уже смирился и ожидал, но ожидание становилось всё больше и больше. Глаза начали щипеть, но на коже не ощущалась жижа. Может она давно поглотила мальчика? Ниму было слишком страшно открыть глаза, пошевелиться, открыть рот. Что будет дальше? Будет ли дальше когда-нибудь? Эти мысли убивали мальчика, слёзы катились, несмотря на жжение глаза. Тело начало дрожать, его глаза были закрыты. Ему стало невмоготу стоять, его глаза были закрыты. Всё вокруг него затихло и кажется сердце тоже перестало биться, его глаза были закрыты.