ㅤ

      Маленькая комната находилась в небольшой квартире на девятнадцатом этаже. Единственным источником света был мягкий, тусклый свет монитора ноутбука, отбрасывавший призрачное сияние на углы комнаты.       Стену украшал флаг давно несуществующей империи — казалось бы, странный декор. Но хозяин квартиры знал его истинное назначение: прикрыть рваные обои. Стол был покрыт недописанными заметками, недоделанными чертежами и прочей макулатурой, со стороны казавшейся мусором.       Мебель стояла скромная и старая: немного потрёпанный диван и маленький столик, на котором лежала стопка книг. Их начинали по многу раз, но так и не заканчивали. На полу лежал старый ковёр, оставшийся от прошлых жильцов и уже потерявший свою первоначальную яркость.       На диване лежал, растянувшись, светловолосый парень с голубыми глазами, в которых читалась бесконечная усталость, — казалось бы, не свойственная столь молодому человеку, ведь ему чуть больше …дцати. В кромешной темноте он смотрел в потолок. В комнате стоял запах сигарет: в последнее время он всё реже выходил на балкон и курил прямо в комнате, используя вместо пепельницы банку от недавно выпитого энергетика.       Тишину нарушил телефон, лежавший поодаль: он вдруг завибрировал, привлекая внимание ритмичным и настойчивым дрожанием. Звук уведомления разорвал тишину комнаты и заставил парня мгновенно отвлечься от своих мыслей. Он медленно потянулся к телефону с надеждой, что кто-то вспомнил о нём. Когда он разблокировал немного потрескавшийся экран, на нем появилось уведомление о новом сообщении. Его пальцы немного дрожали от нетерпения, когда он открыл его и начал читать.       Парень зашел в ванную, по пути накинув на себя футболку на пару размеров больше, чем носят люди его комплекции. Стоя перед зеркалом, он пытался пригладить непослушные волосы длиною в каре; в глазах его блестела надежда. Пока он возился с чайником, тишину разрезал скрипучий звук дверного звонка. На пороге стояла Алина, от нее веяло вишней и морозным воздухом. Отводя прядь волос за ухо, она рассматривала его своими глазами цвета яркого изумруда.       Он помог ей снять куртку и повесил ее в шкаф. Парень повернулся к ней и смерил взглядом.Девушка выглядела очаровательно и стильно. Ее волосы были накручены с помощью плойки, локоны равномерно распределены вокруг ее лица, придавая ему мягкость и женственность. Ее зеленые глаза блестели ярко и полны живости, словно отражали цвет природы весной. Они выглядели теплыми и такими проницательными, словно окна в ее душу. Встретившись с ним глазами, она мило улыбнулась.       Плавно из коридора они медленно сместились на кухню, где уже закипал чайник. Выбрав две наиболее красивые кружки, он разлил кипяток и, кинув в каждую пакетик дешевого чая, протянул одну кружку спутнице. Та в это время без остановки болтала о том, как прошла ее неделя. Он же лишь молча слушал; ему нравилось звучание ее голоса. На ее расспросы он отвечал односложно — как-никак, целую неделю он безвылазно провел дома. Он пообещал ей завтра обязательно прийти на пары. Повисло молчание.       Видя его скованность, девушка предложила что-нибудь совместно посмотреть. Он предложил ей самой выбрать фильм, а сам в это время вышел покурить на балкон, где обнаружил последнюю перевернутую в пачке сигарету. Покупая новую пачку, юноша всегда переворачивал одну сигарету; он верил, что этот ритуал принесет ему удачу, и, закуривая ее, шепотом загадывал желание. Услышав голос подруги, он отложил сигарету до лучших времен.       Выключив свет на маленькой кухне, он вошел в зал. В это время девушка уже выбрала фильм и перенесла ноутбук на диван. Маленький экран вынудил их сесть очень близко друг к другу.        Ноутбук транслировал какую-то романтическую комедию, но юноша даже не старался сфокусироваться на сюжете. Он вдыхал запах ее духов, чувствовал рядом ее тепло — сейчас он был по-настоящему счастлив. Она прижалась чуть ближе, и он задумался о том, что он чувствует к ней. В глубине души он понимал, что вместе они быть не могут. Он все глубже погружался в мысли и даже не заметил, что фильм кончился.       Идиллию прекратил телефонный звонок. Она потянулась к телефону и, после небольшого диалога с человеком на том конце трубки, повернулась к нему и поблагодарила за вечер — ее ждала мама дома. Он проводил ее до двери своего подъезда. Она обняла его на прощанье.       Поднявшись в квартиру, он забыл обо всем — сейчас он был действительно счастлив и чувствовал себя живым. Достав с верхней полки маленькую коробку, он перебрал ее содержимое. Ему так хотелось вручить ей свои стихи, посвященные ей, хоть и были они написаны коряво, ибо поэтом он не был, но в них все же было что-то чувственное, несмотря на их простоту. В этот момент он понял, что вручить их лично, наверно, уже не удастся. Будучи смертельно болен, он понимал, что скорее всего это была их последняя встреча.       Но и медленно угасать он тоже не хотел, не хотел показаться слабым. Появилась идея, а что если уйти по своим правилам? Он собрал все то, что хотел передать ей, написал записку и оставил на полу. Написал прощальное письмо, где изложил все обстоятельства, написал о том, как любит ее и жалеет, что так эгоистично поступил. Отправил его отложенным сообщением на 8 утра. Оторвавшись от дел и заглянув в окно, он увидел рассвет. Скоро уже шумный город проснется, и буйный ритм жизни продолжит ход.       Вышел на балкон и достал последнюю сигарету из пачки. Поджигая ее, он загадал счастья для своей единственной подруги. Постоял, окинул взглядом город в последний раз. Открыл дверь в квартиру, позвонил в полицию и сообщил, что в квартире труп. Набрал ванну и перерезал вены. Об этом она узнает всего через час, чуть позже с ней свяжется полиция для установления обстоятельств.       Даже спустя пару лет она по-прежнему перечитывает его коряво написанные стихи о чувствах к ней. О том, что его диагноз был поставлен неверно, никто из них двоих так и не узнает.