Пролог

Когда вы поняли, что «Вы» — это именно вы, а не кто-то другой? Тот «Вы», что был вчера, тот же, что и сегодня? Или это лишь тень, отражение чего-то большего? Когда наши глаза закрываются, а разум уходит в мир грёз, мы умираем — и с рассветом рождается новая личность. Новое «Я», впитавшее отголоски прошлого. Ваше «Я» говорит с вами? Или молчит, бросая лишь мыслеобразы? Чувствуете ли вы его присутствие? Или, возможно, однажды оно исчезнет, оставив только пустоту? ***Чувство, что что-то стекало по коже. Липкое, вязкое, оно пропитывало одежду, окрашивая её в багровый оттенок. Боль больше не была резкой – лишь тупая пульсация, глухая и неизбежная. Мир расплывался. Но лица – их лица – оставались чёткими. Кто-то дёрнул его за волосы, заставляя голову запрокинуться. Голос, низкий, холодный, прошелестел у самого уха: — Смотри. После неё твоя очередь. Он не хотел смотреть. Он не хотел слышать. Он не хотел чувствовать. А страх цеплялся за него ледяными пальцами. И последнее, что застыло перед его глазами — это клинок, сверкающий в лунном свете, прежде чем погрузиться в горло. И его собственный хрип, заглушивший всё остальное, даже их крики... ***Воздух врывается в лёгкие. Холодный. Тяжёлый. Боль пронизывает всё мое тело, словно тысячи игл впились в каждую клетку. Я не двигался. Страшно – вдруг боль захлестнёт с новой силой? Колючая трава. Ночной дождь. Влажная земля под телом. И пустота. Боль пробудила меня. Резкая, настойчивая, требующая осознания. Но прежде, чем Я успел задаться вопросом. Усталость навалилась с новой силой И прежде чем Я успел задаться вопросом – Веки сомкнулись. И Я снова исчез во тьме. ***Ночь была Ее союзницей. В темноте она видела всё — каждый изгиб ветвей, каждую дрожь травы, каждый силуэт, что оставлял на земле свою тень. Её глаза сверкали в поиске новой добычи. Змея извивалась в траве, тело вздрогнуло, уловив движение сверху. Поздно. Когти сомкнулись на чешуйчатом теле, впиваясь в тёплую плоть. В первый раз — это был голод. Во второй — необходимость. В третий… Она почувствовала что-то новое. Каждый вырванный кусок плоти приносил ей осознание. Не только инстинкт, не только чувство насыщения — но понимание. Мысли. Кем Она была? Она не знала ответа, но теперь знала, что вопрос существует. Змея больше не извивалась. А она смотрела на ночное небо, в котором мерцали далёкие звёзды, и впервые осознала, что в этом мире есть нечто большее, чем просто охота.