Неизбежность выбора.

Ярким солнечным днем Мэй вышла из класса, пахнущая дымом и раздражением — её зелье на уроке профессора Шарпа снова взорвалось. Не она успела сделать и шага, как Себастьян прижал её к холодной стене, заблокировав выход рукой. — Грант, — низкий голос звучал как вызов. — Мы играем в молчанку? Или ты просто боишься признать, что я лучший выбор? — Выбор между тобой и котлом с кислотой? — Мэй попыталась выскользнуть, но Сэллоу придвинулся так, что его колено упёрлось в стену рядом с её бедром. — Котёл не целует так, как я, — он наклонился, почти касаясь губами её уха. — И не обещает, что взорвет твою жизнь. В хорошем смысле. Мэй рассмеялась, но дрожь в голосе выдавала легкое смятение. — Твой «хороший смысл» — оксюморон, Сэллоу. Слизеринец поймал ее запястье, подняв над головой, и девушка почувствовала, как его пальцы впиваются в кожу — не больно, но властно. — Давай договоримся: ты перестаёшь убегать, а я перестану притворяться, что мне плевать, — его дыхание обжигало шею. — Договор требует рукопожатия, — гриффиндорка вырвала руку, шутливо толкнув юношу в грудь. — Увы, твои руки слишком заняты. Сэллоу засмеялся, позволив ей уйти, но прежде прошептал: — Завтра я не буду таким щедрым.

***

Поздним вечером Мэй пряталась за стеллажом с древними фолиантами, когда вдруг палочка Оминиса коснулась её плеча. — Прятаться от меня бесполезно, — он стоял в двух шагах, его голос звучал как лезвие, обёрнутое шелком. — Я нашел бы тебя по запаху кофе. И страха. — Страх? — Грант невинно приподняла бровь, пока сердце в грудной клетке неистово колотилось. — Я боюсь только того, что ты прочтешь мне лекцию о морали. Он шагнул вперёд, заставляя её отступить к полке. Свитки зашелестели в опасном предупреждении. — Мораль — для тех, кто не умеет видеть суть, — изящные пальцы скользнули по корешку книги рядом с макушкой девушки. — А суть в том, что ты врешь себе, думая, что можешь бежать вечно. Мэй попыталась отодвинуться, но полка навязчиво упиралась в спину. Его аура — холодная, неумолимая — окружила её. — Я не бегу, — выдохнула гриффиндорка. — Я исследую варианты. — Варианты? — Мракс наклонился. Его губы находились в опасной близости от её виска. — Я — не вариант, Грант. Я — неизбежность. Мэй замерла, чувствуя, как его палочка вырисовывает незатейливые, едва ощутимые узоры на оголенном участке ее руки. — Ты играешь нечестно, — сбивчиво проговорила она. — Справедливость — иллюзия, — Оминис отступил, оставив отважную львицу дрожать. — Но я дам тебе время. До завтра.

***

Тем временем Анна уже вовсю устраивала репортаж, активно шипперя своего главного фаворита мелодрамы. — Внимание, зрители! — близняшка выскочила из-за угла с телефоном, когда Мэй выходила из библиотеки. — Только что в эфире: слепой самурай против огненного клоуна! Кто победит? — Анна, — Мэй схватила её за рукав, — если ты не исчезнешь, я расскажу всем, как ты на пятом курсе влюбилась в тролля. — О, это был тролль? — Сэллоу притворно ахнула. — А я думала, это Гаррет после трёх чашек огненного виски! Чат «415 база, ответьте!» Анна: Голосовое с шёпотом: «Только что видела, как Оми загнал Грант в угол. Буквально. Полки дрожали! Себ, учись.» Имельда: Отправляет стикер «Огонь и лёд». Поппи: А если они оба признаются ей на одном уроке? Я принесу попкорн! 🍿 Натсай: Прикрепляет настойку «Экстракт драмы». «Наслаждайтесь, пока Анна не взорвала мозг всем нам.» Некоторое время спустя Мэй сидела у камина, переписываясь с обоими слизеринцами. Себастьян: «Завтра в 8. Задний двор. Придешь — узнаешь, зачем.» Оминис: «Завтра в 8. Выручай-комната. Без глупых вопросов.» Грант довольно усмехнулась, отправляя каждому: Мэй: «Только если ты принесешь зелье от мигрени. У меня что-то голова разболелась от этих приключений.» Анна, шпионящая за ней через портрет, добавила в чат подруг: Анна: «Ставлю 100 галеонов — она выберет побег в Азкабан. И я вместе с ней!»