Абсолютное доверие

Как бы Адаму ни была чужда классическая музыка, игра на фортепиано и всё с этим связанное, слушать Шопена или Рахманинова в исполнении Сандры ему очень даже нравилось. Теперь, когда их инструменты стояли в одной комнате, они могли даже практиковаться в игре в дуэте. Первый человек любовался своей девушкой, когда та, забавляясь, играла одну и ту же пьесу в разной манере. Наблюдать за тем, как грешница бесилась, когда у неё раз за разом не получалось сыграть сложный момент, также было ну очень интересно. Каждый раз реакция девушки на неудачу была разной, а оттого смотреть этот спектакль никогда не наскучивало.  Саша же думала, как бы отблагодарить ангела за его подарок. Инструмент хоть и не был запредельно дорогим, такое внимание к себе хотелось поощрить. Тем более, мужчина дарил ей букеты, звал на свидания, исполнял её желания и просто был рядом, а она? Пару раз подарила алкоголь да духи, в любви вот призналась. Да, она вела хозяйство и содержала дом в чистоте, чему учила и самого Адама, но при этом её подарки не были ровней его подаркам. Девушка решила, что пора наконец проявить инициативу. Тут же она вспомнила о гитаре, которую заказывала неопределенное время назад. Сама гитара была почти готова, цвета и форма подобраны, оставалось только выбрать роспись. Грешница долго думала, какую роспись она бы хотела видеть на инструменте, но в голову ничего не лезло. Зато ей понравилось идея расписать гитару самой. Она уточнила у ангела, который занимался её гитарой, может ли она прийти в мастерскую и сама выбрать роспись, на что получила положительный ответ.  И вот, сегодня утром в чудесный субботний день, Саша сидела на диване в гостиной, смотря из окна на небесный город. Видеть по утрам, вставая с кровати, новую часть города было очень необычно, но очень даже приятно. Единственное, что мешало девушке - они с Адамом никак не могли решить, как спать. До сих пор они менялись, то грешница спала на диване, то первый мужчина. Но вот сейчас девушка задумалась о том, чтобы наконец определиться кто, где и с кем спит. Потому что от приятных ночевок на диване у неё болела спина и появились мешки под глазами из-за недосыпа. А ещё она хотела видеть лицо своего мужчины. Первый человек спал явно без маски, а это было бы шансом любоваться им хотя бы перед сном. Сны с Эдемом закончились и больше девушке не снилось ничего, кроме какого-то белого шума, но она всё время вспоминала черты лица любимого ангела. Она думала, что какая бы причина ни стояла за нежеланием мужчины снимать маску, они должны перебороть это вместе.  Возвращаясь в реальность, грешница поняла, что слышит какое-то копошение со стороны спальни. Поднявшись с дивана и аккуратно сложив одеяло, девушка тихо пошла в сторону комнаты. Вдруг он без маски? Только проснулся и теперь сидит со своим тупым выражением лица, пытаясь проморгаться. От представления этой картины Сандра заулыбалась и остановилась напротив двери. Из спальни не доносилось ни звука, а потому девушка, буквально задержав дыхание, начала тихо открывать дверь. Заглянув в образовавшуюся щелку, она опешила. Первого человека не было в кровати, а окно было открыто. Грешница открыла дверь полностью на неё выскочило что-то белое и огромное, отчего девушка завизжала и, развернувшись, вписалась лицом в дверную раму.  — Ой бля! — Адам попытался сорвать с себя пододеяльник, но не смог найти дырку и, побежав вперёд, упал рядом со своей девушкой.  — Так, не снимай с себя тряпку, — Саша прижала к носу руки и, не обнаружив на полу ничего красного, рванула в ванную.  Закрыв дверь, девушка убрала руки от носа и рта и облегченно выдохнула. Ни губу, ни нос она не разбила, чему была неимоверно рада. Прислушавшись к своим ощущениям, она поняла, что на её голове начала наливаться шишка. Видимо, она во время падения опустила лицо к полу, сама того не поняв, из-за чего вписалась в угол макушкой. Теперь, когда грешница немного успокоилась, боль начала постепенно появляться. Голова гудела, словно колокол, по которому ударили тяжеленным молотом. Девушка открыла дверь ванной и снова чуть не упала, увидев знакомую маску. Благо, мужчина успел поймать её раньше, чем её тело встретилась с полом.  — Бля, ну ты прости меня, ладно? Я не думал, что ты такое ускорение примешь и в дверь влетишь, — ангел всё ещё не отпускал Сандру, теперь обнимая её за талию.  — Неси меня на кухню, — девушка повисла на шее первого человек и тот, хмыкнув, подхватил её под колени и понес в пункт назначения, — Я хочу гречку с молоком.  — Будет сделано, — ангел усадил грешницу прямо на стол и пошел рыться в ящиках, — Бля, где греча?  — В ящике с крупами, — девушка пожала плечами, мол, сам не понял, чтоли?  — Ебать ты мне Америку открыла, я хуею! Давай теперь разберемся, где, блять, ящик с крупами?  — Первый правый от раковины, — грешница пересела на стул, чтобы легче было слезать в случае чего.  — Пасиб. Ну давай, рассказывай, как у тебя дела? — Адам полез в ящик со сковородками и кастрюлями, начиная греметь ими и материться.  — Ну, нормально, — Саша закрыла уши, чтобы не слышать грохот, из-за которого уже болящая голова начинала гудеть еле сильнее, — Было, пока ты не напугал меня до второй смерти.  — Ну не хотел я, чтобы ты с косяком целовалась! Я думал, что будет смешно, — первый человек всыпал крупу в кастрюлю водой, начиная крутить её так, — Сейчас что-то болит? Хош я тебе таблетку какую дам?  — Да не надо, — девушка посмотрела на мужчину, который, поставив кастрюлю около раковины, пошел к холодильнику за молоком, но споткнулся об ящик, выбив его из шкафа, из-за чего всё в нем находящееся вылетело на пол с ужаснейшим грохотом.  — Да что за блядство?! — ангел начала махать крыльями, пытаясь взлететь, но только устроил больший беспорядок.  — Пиздец, Адам, давай я сама? — грешница уже было со стула, намереваясь выгнать первого человека с кухни, как вышеупомянутый подскочил с пола и, на удивление аккуратно подняв её на руки, сказал: — Не, давай ты просто в гостиной посидишь? Я щас тут быстренько всё уберу и мы продолжим разговор, — Адам усадил девушку на диван и, постаравшись мило улыбнуться, показал большой палец и сбежал на кухню, чтобы не попасть под горячую руку.  Сандры выдохнула, как только она услышала звук закрывающейся двери. Пусть сам с этим возится. Пусть побудет героем. Ящик-то он вставить сумеет, причем сделает это прекрасно, но вот нормально сложить посуду у него явно не получится. Всё будет торчать в разные стороны и застревать при открывании. Ну и ладно, потом. Сейчас он просто отдохнет, а то она так вспотела, что голова вся мокрая. И болит. Грешница как-то на автомате поднесла руку к шишке, но тут же одернула её, шипя. Крови на пальцах, конечно, не было, не неприятные ощущения из-за того, что она по потревожила повреждение, остались. Тут же девушка, задумавшись о боли, вспомнила про таблетки, которые, на самом деле, стоило бы попросить. Она, хоть и провела в Раю достаточно много времени, знала о местной медицинской индустрии не так много, как хотелось бы, а потому у неё никогда не было нужных таблеток. Только грешница про подумала, что надо встать с дивана, как на столе с характерным хлопком появились пачка таблеток и стакан воды.  Девушка улыбнулась сама себе и выдавила себе таблетку, после чего запила её водой. Удивительный райские медикаменты действовали практически мгновенно, а потому буквально через минуту Саша почувствовала облегчение. Она расслабилась и буквально растеклась по дивану, прикрыв глаза. Осталось только дождаться гречки. Будто подтверждая слова девушки, её живот заурчал. В голову снова полезли мысли о том, что она делает недостаточно. Как будто паразитирует в их отношениях. Как в браке с Кириллом. Стало больно от такой ассоциации. То было не любовью, а каким-то вялым принуждением. Девушка теперь винила себя в том, что является обузой в отношениях, сравнивая себя с окружающими. Она понимала, что стоит проработать этот вопрос, обговорить, но никак на это не решалась. Почему-то открываться другим для неё было очень сложно и неловко. Со стороны кухни послышались громкие шаги, а потому грешнице пришлось разлепить глаза.  — Ой, ты тут уснула, что ли? — Адам стоял с двумя тарелками каши и сахарницей в руках.  — Не, просто глаза прикрыла. Ставь на стол, — Сандра уселась в позу лотоса и подтянула стол ближе к дивану, — Спасибо за таблетки, они просто волшебные!  — Знаю, сам ими пользуюсь, — первый человек поставил тарелку с гречкой с молоком перед девушкой, а вторую поставил себе на ноги, — Я тут с тушеночкой наварганил. Во, держи сахар.  — Спасибо. Приятного аппетита, — грешница решила сначала попробовать кашу, а потом думать, надо ли добавлять ещё сахара.  — Пвыятново, — мужчина говорил с набитым ртом, явно наслаждаясь процессом поглощения пищи. От одного взгляда на него хотелось есть, а потому девушка смело запустила ложку гречки в рот.  — Слушай, а очень даже неплохо получилось, — кашу на самом деле было бы сложно как-то испортить, особенно гречку.  — Ещё бы было невкусно. Я прощен?  — Ну, я подумаю, — грешница почувствовала легкий толчок в плечо, отчего её губы растянулись в улыбке.  — Всё, ешь сиди. Хотя не ешь много! Мы потом летать пойдем, обблюешься ещё вся. 

***

— Бля, ты там скоро? — чуть приглушенный, голос Адама послышался из-за двери.  — Не торопи меня! Дай только зубы почищу, — девушка стояла перед зеркалом, пытаясь собраться с мыслями и как-то отсрочить неизбежное.  — Ты их уже раз десятый чистишь, выходи давай, — ангел постучал в дверь ванной, которая тут же распахнулась, чудом не ударив его по лицу.  — Так, ладно, пошли. Где мы вообще планируем этим заниматься? Я просто без идей, — Саша прошла в гостиную, где взяла с дивана белую сумку-крылья.  — Как где? На крыше, — мужчина подошел к девушке и открыл перед ней портал. Заметив, как та испуганно посмотрела на него, он продолжил, — У тебя же планер, ты по-другому не взлетишь, нужна высота.  — Да я же там расшибусь! Ты убить меня хочешь?! — Бля, так я для этого с тобой и иду. Да и вообще, я же не на небоскреб тебя веду, а в твой любимый старый райончик. Всё, пошли уже, — первый человек почти забежал в портал. Было видно, как ему не терпелось полетать вместе со своей девушкой.  Грешница, выдохнув, зашла в портал и тут же почувствовала сильный ветер, который ударил ей в лицо. Стало немного тревожно от такой ветреной погоды, но, когда она почувствовала крепкие объятия со спины, то немного успокоилась. Правда, чего она так волнуется? Мужчина в любом случае с ней, он явно не позволит чему-то плохому случиться. Да и ветер будет только помогать при взлете. Оба медленно, без слов двинулись к краю крыши. Когда девушка глянула вниз, то все те мысли, что она зря боится, улетучились. Теперь ей снова было страшно, страшно от того, что что-то пойдет не так. Главное не травмироваться.  — Так, давай, открывай свои крылышки. Смотри, вообще тебе нужно разбежаться, — сумках в руках грешницы, которая посмотрела на него с ещё большим ужасом в глазах, превратилась в крылья и чуть не выпала из рук девушки, — Бля, аккуратнее, а то ещё щас без крыльев останешься.  — Так, ты точно успеешь меня схватить? Ты тогда лети рядом, а лучшее вообще меня за крылья держи, понял? — Сандра, выдохнув, начала надевать на себя планер. Вроде хотелось полетать, а вроде было до дрожи страшно.  — Конечно я буду рядом, из-за этого можешь не бояться. Реакция у меня охуенная, так что ты не ссы, — Адам подошел к девушке и, пару раз подергав крепления, где-то затянул потуже.  — Так, мне нужно разбежаться, да?  — Ну вообще, совсем чуть-чуть, больше оттолкнуться ногами от крыши, чтобы придать ускорения. Я сделал аппарат, который в нормальных условиях не работал бы по всем законам физики, он работает скорее из-за моей магии. Поэтому ты можешь даже пару раз взмахнуть крыльями чтобы набрать высоту, — грешница активно кивала в ответ на слова первого человека, а потому тот решил продолжить, — Смотри, ты когда прыгнешь… Блять, ты че?!  — Ебать, Адам, лови меня! — девушка чуть разбежалась и прыгнула с крыши, пытаясь всунуть оставшуюся ногу в  специальный мешочек.  — Пиздец ты внезапная, — мужчина тут же нырнул с крыши вслед за Сашей, подстраиваясь под её скорость и начиная лететь рядом, — Ну, как тебе?  — Неплохо, — грешница была сосредоточена на полете, наблюдала за гуляющими снизу ангелами, здоровалась с пролетающими мимо, — Слушай, мне даже нравится.  — Вот-вот, а ты боялась! Попробуешь приземлиться на ту крышу?  — А давай! — девушка глянула на двухэтажную кафешку и решила, что справится.  Грешница улыбнулась и, уверенная в собственных силах, полетела в сторону пункта назначения. До крыши было как раз нужное расстояние, чтобы успеть потерять высоту достаточно, чтобы приземлиться. Ангелы, стоявшие в очереди для входа, смотрели на девушку завороженно, наблюдая за странным аппаратом. Внезапно взгляд Сандры упал на знакомую фигуру, которая хлопала в ладоши. Девушка даже не сразу поняла, кто это, но когда разглядела знакомую омерзительную улыбку и услышала пронзительный свист, от которого уши в трубочку заворачивались, то поняла, что теряет контроль над своим телом. Всё, что она сейчас слышала, это свист, переходящий в визг. Насмешливый, гадкий, до боли знакомый. Как умел только он. Она решительно не слышала крики Адама о том, что она слишком разогналась. А потом темнота. И звучащее где-то на задворках сознание «Wurde erwischt».

*** 

Серый город уже приелся, от знакомых пейзажей начинало тошнить. В пустых развалинах не осталось ничего родного и близкого, всё и всех забрала война. В городе, не считая Сандры, остались только женщины разных возрастов. Саша оказалась самой младшей, а потому её редко выпускали из импровизированного убежища. Впервые за долгое время она вышла на улицу, когда в город зашли советские солдаты. Девочка радовалась, потому что видела маму. Ольга была одним из немногих врачей, проживающих в городе, а потому посчитала своим долгом отправиться на фронт, чтобы спасать и защищать раненых. Дочь она хотела отправить к бабушке с дедушкой в Забайкалье, что поручила сделать своему соседу и по совместительству другу семьи, Виктору. В город она шла, не зная, что Сандра всё ещё там. Женщина не надеялась в ближайшее время увидеть дочь, а потому, когда вошла в город, сначала не узнала исхудавшую девочку, завернутую в какие-то тряпки.  То, что их отряд отступил до сюда было не самой лучшей новостью. Немцы активно наступали, техники часто не хватало, как и медицинских принадлежностей. Больше всего Ольга боялась, что её дочь будет в опасности. Известие о смерти Виктора также стало для неё ударом. Было решено эвакуировать из городка оставшихся жителей. Многие здания были в аварийном состоянии, готовые обрушится в любой момент, да и нельзя было оставаться на пути немецких солдат. Подкрепление должно было подойти к вечеру, но из-за снежных бурь связь прерывалась, а вскоре и вовсе исчезла. В распоряжении солдат было всего две машины, одна из которых оказалась загружена техникой и припасами, а потому было решено перевозить мирных жителей частями. Саша не попала в первую партию, а потому вместе с матерью и оставшимися в городе людьми спряталась в одном из более менее нормально сохранившихся домов.  Они сидели и обнимались, прижавшись друг к другу как можно ближе. Впервые за долгое время они встретились. Достаточно было просто молчать и чувствовать тепло чужого тела рядом, понимать, что вы наконец снова вместе. Неизвестно было, встретятся ли они когда-нибудь, а потому сейчас и Ольге, и Сандре хотелось отдаться мгновению максимально. Девочка уже давно сопела, уложив голову на плечо матери, а женщина, хоть и чувствовала, как после нескольких бессонных ночей её веки налились свинцом, не давала себе уснуть. Она не могла просто так расслабиться, а потому предпочла не спать, но знать, что творится вокруг. Из-за усталости её голова гудела, а потому она не сразу различила в ночной тишине тихие шаги. Явно не похожие на шаги исхудавшей от голода женщин. Ольга тряхнула головой и чуть отползла от дочери, вглядываясь в темноту, но почувствовала у виска холодный металл. Её внутренности как будто облили ледяной водой.  — Не шевелись, meine liebe Helga, — от знакомого голоса стало тошно, но ещё хуже было от осознания, что Саша начала просыпаться.  — Мам? Что-то случилось? — прошептала девочка, боясь разбудить остальных. Она плохо видела в темноте и ничего не понимала спросонья, только почувствовала, как мама куда-то отодвинулась.  — Саша, пожалуйста, — женщина хотела было попросить дочь не волноваться и постараться успокоиться, но, услышав раздраженный выдох прямо над ухом, тут же замолчала, поджав губы.  — Дорогая, ты же позволишь мне поговорить с моей любимой дочерью? — мужчина сжал челюсть Ольги пальцами, поворачивая её голову к себе. Приняв её молчание, как согласие, он продолжил, — Что ж, чудно.  — Мам, что прои… — Сандра разволновалась, разглядев рядом с мамой фигуру человека, явно настроенного враждебно.  — Тихо, Александра. Молчи, — рука страшного человека зажала рот девочки, и та почувствовала, что задыхается, — Пойдем прогуляемся.  Мужчина убрал руку ото рта девочки и схватил её за шкирку, поднимая над землей, от чего та только испуганно пискнула, тут же зажав рот руками. Приобняв Сашу за плечо, немец медленно повел её к выходу, наставив на неё пистолет, намекая Ольге, что ей не стоит делать резких движений. Когда девочка выходила из небольшой комнаты, то задела что-то ногой и, посмотрев на это, чуть не вскрикнула. На полу лежали уже мертвые солдаты, а вдоль стены стояло несколько немцев, которые равнодушно наблюдали за картиной. Она почувствовала, как ей сводит горло, не представляя, что с ней сейчас сделают. Мужчина всё шел и шел, ничего не объясняя, а только иногда ускоряясь. Когда они наконец оказались на улице, немец остановился и соизволил подать голос.  — Ты знаешь, кто я? — мужчину почти не было видно в темноте, но Сандра была уверена, что встречается с ним впервые.  — Нет, — девочка еле выдавила из себя это слово, чувствуя, как хватка на плече усилилась.  — Oh, du verärgerst mich. Hat Mama dir noch nie von mir erzählt? — немец расплылся в ужасной улыбке, свистнув, а девочка почувствовала, ей стало дурно.  Ей было плохо от того, что она понимала этот язык. От каждого слова внутри как в барабан били. А этот ужасный свист, короткий, но такой отвратительный, что хочется закрыть уши, и вовсе пугал. Насмешка, что-то злое и едкое, всё самое мерзкое, казалось, смешалось в этом свисте. Когда из здания начали выводить плачущих женщин, одну за другой, Саша слышала только стук своего сердца у себя в ушах. И свист. Или это был ветер, она сама уже не понимала. Всё свистело, гудело и кричало. Люди плакали, солдаты переговаривались между собой, а где-то слышались стрельба. — Komm schon, antworte mir, Alexandra. Bist du nicht glücklich, mit deinem Vater wiedervereint zu werden? — от этих слов, этого взгляда пронзительных голубых глаз, этого обращения, от всего этого стало дурно.  На неё смотрели со всех сторон. Люди, которых загоняли в машины, смотрели на неё с ужасом. С ней разговаривают на немецком, не трогают. Она одна из них. Всё это время враг был под боком. От общей картины у девочки резко закружилась голова. Она почувствовала, как земля уходит из под ног, когда, очередной раз взглянув на двери здания, увидела, как оттуда вывели Ольгу с разбитой губой. 

***

Пришла в себя девушка почти сразу же. Она обнаружила себя лежащей на твердой поверхности, а в глаза ей было солнце. Зажмурившись, она прикрыла заслезившиеся глаза рукой, начина вертеть головой в разные стороны. Первому человеку всё же удалось усадить грешницу на крышу. Сейчас мужчина пытался сложить «крылья» обратно в сумку, но из-за чего-то у него никак не получалось, из-за чего он раздраженно что-то шипел себе под нос. Сандра, прохрипев, поднялась на локтях и глянула на ангела, который, услышав звуки с её стороны, дернулся в её сторону.  — Ты как? Что вообще случилось? — Адам подошел к девушке и поднял её на руки, взволнованно заглядывая ей в глаза.  — Я не знаю. Пожалуйста, давай пойдем домой, — грешница прижалась в мужчине и прикрыла глаза.  — Хорошо. Только есть проблема: планер не закрывается.  — Дай сюда, — девушка вытянула руку вперед. Когда ангел недоверчиво подвинул к ней аппарат, та один раз нажала на кнопку, отчего «крылья» сразу же сложились.  Первый человек промычал, но взял сумку из рук девушки, закинул её себе на плечо и, подняв Сашу на руки, открыл портал, в который тут же зашел. Приятная прохлада квартиры сразу остудила разболевшуюся голову и даже привела в чувства. Девушка, до этого тряпкой повисшая на сильный руках, теперь завозилась и попросила опустить её на пол. Сумка была брошена на диван, после чего грешница уселась рядом с ней. Мужчина уселся рядом, пристально глядя на грешницу. Но не торопил, ждал, когда она сама решится всё рассказать. А она чувствовала, что не готова. Но должна. Нельзя держать близкого человека в неведении, но как же тяжело было жаловаться, признаваться в чем-то подобном, личном. Признаваться, что боишься.  — Ладно, хочешь я начну? — сказал Адам, начиная мять в руках рукав своей робы. Мужчина как будто бы видел, что произошедшее как-то связано с болезненными воспоминаниями из прошлого, — Ну, про маску.  Грешница открыла рот в немом шоке, не зная, что сказать. Ангел так долго отмахивался от вопросов про маску, не хотел ничем делиться, как вдруг сам решил рассказать о своей проблеме. Сандра закрыла рот и с интересом уставилась на первого человека.  — Сейчас я ношу маску потому, что мои эмоции как бы очень легко читать. Это не очень хорошо, когда ты занимаешь какую-либо должность, да и так проще как бы, — мужчина замахал руками, не зная, как объяснить это чувство.  — Прятаться от себя самого? — услышав эти слова, ангел очень удивился, что было видно даже через маску, — Знаешь, мне тоже не нравилось, когда люди читали меня одним взглядом, сразу казалось, будто все мои чувства - общественное достояние. Ох, мода на солнечные очки была для меня просто спасением! Я даже физически чувствовала облегчение от того, что людям стало сложнее копаться в моих мыслях.  — Да, вот ты меня отлично понимаешь! Я просто ненавижу, когда мне ещё и в лицо этим, блять, тыкают. Абсолютная мерзость. Вообще, после Эдема я даже на свое отражение смотреть не мог, — изо рта мужчины вырвалась горькая усмешка и тот поджал губы, замолчав, — Да и знаешь, это всё же добавляет крутости. Особенно когда я спускаюсь туда.  — А… — девушка уже хотела спросить, не про Ад ли он случаем, но тут же почувствовала, как её шею ставило. Прекрасно, она даже с Адамом, который, вообще-то, участвует в истреблении, обсудить это всё не может! — Слушай, я думаю, что теперь надо попробовать походить без маски.  — Бля, не, точно не сейчас. Нет, правда, я не готов выходить в люди без неё, — было видно, как мужчине неловко говорить об этом.  — Подожди, попробуй походить без неё со мной, с Лют, Вегги. С тем, кому ты доверяешь. Будем ходить друг к другу в гости, ты хоть есть сможешь нормально. Давай попробуем, а? — грешница взяла ангела за руку, смотря ему в глаза, — Ладно, давай я тогда тоже расскажу тебе, что произошло. Попытаюсь.  — Ага! — первый человек активно закивал головой, готовый наконец услышать то, что так его интересовало.  — Я плохо помню свое детство, но знаю, что это пошло оттуда. Была война, мне было лет шестнадцать, наверное, мы с мамой тогда столкнулись с немцами. Помню, как впервые встретила своего отца. Это единственный момент нашей встречи, который я запомнила. Он говорил со мной на немецком. И ты только сейчас не смейся…  — Бля, ты за кого меня принимаешь? У нас тут всё серьезно.  — Хорошо. Я с того момента начала бояться свиста. Звучит странно, да, но всё из-за него. Он свистел как-то по-своему, по особенному. Собственно, этот свист я и услышала, когда летела, — девушка наконец выдохнула и откинулась на спинку дивана, прикрыв глаза. Всё это она выдала на одном дыхании, а потому сейчас пыталась прийти в себя.  — Пиздец. Подожди, ты типа немка? — мужчина обдумывал всё услышанное, снова начав насиловать свою робу.  — Наполовину. У меня только отец немец. Я, вроде как, жила в Германии, но я этого совсем не помню. Оттуда я и знаю немецкий. Я почти не помню ни свое детство, ни юношество, поэтому я даже не могу рассказать подробнее, — грешница взглянула на первого человек и, открыв рот, увидела, как тот стягивает с себя маску, словно в замедленной съемке.  Теплые золотые глаза показались из-под пушистых пепельно-русых ресниц. Чуть лохматые брови надломились, а губы оказались поджаты. Саша смотрела на Адама удивленно, ловя и разглядывая каждую деталь его лица. Теперь это был не сон, не видение, а реальность. Ей доверились, открылись. Теперь она чувствовала, что у этих отношений есть потенциал, будущее. Они оба готовы открыться друг другу, доверить страшные и смущающие тайны, пройти через это вдвоем. Девушка потянулась рукой к лохматым темно-русым волосам, пригладив их и любовно посмотрев в лицо любимого ангела. Она готова разглядывать это лицо вечно. Первый человек же, заметив такое внимание к себе, неловко улыбнулся и отвернулся. Заметив на лице мужчины желтый румянец, грешница захихикала, начиная чесать кожу головы ангела.  — Ты просто прекрасен, — прошептала девушка на ухо мужчине, — Ходи так чаще.  — Конечно, я пиздат! Слушай, а можно быстренько вернуться к теме твоего прошлого?  — Давай, я не против ответить на вопросы, но не скажу, что всё помню, — грешница встала с дивана и потянулась, после чего уселась обратно. От таких серьезных разговоров у неё болела спина.  — А какое у тебя всё-таки отчество? И сразу же второй: у тебя же фамилия Ахматова по матери, как я знаю, тогда какая по отцу? — Отчество Федоровна, но моего отца звали Теодор. Федоровна чтобы звучало по-русски и можно было из этого выжать отчество, собственно. Настоящая моя фамилия - Рихтер, — девушка подумала, что больше добавить нечего, но решила сказать ещё кое-что, — В Германии я была Сандрой Рихтер, в СССР Александрой Ахматовой. Вот так вот.  — Слушай, а Сандра Рихтер ведь реально пиздато звучит, не думаешь? — мужчина наконец посмотрел грешнице прямо в глаза, отчего та улыбнулась.  — Думаю, что так и есть. Просто для нормальной жизни мне нужно было иметь более русские имя и фамилию. 

***

Воплотить план по тому, чтобы сделать хождение без маски для первого человека нормой, Сандра решила буквально через несколько дней после их разговора. Она первым делом посоветовалась с самим ангелом, готов ли тот встретиться с Лют и Вегги и провести с ними вечер без масок. Он, хоть и колебался, подумал, что идея неплохая, тем более своим девочкам он доверяет. Решено было встретиться у Адама в квартире, немного посидеть за настолками, а потом, если будет желание, выпить чего-нибудь для поднятия настроения. Или, что ещё лучше, делать это, играя. Экзорцисты пришли к шести часам, постучав в окно.  — Ебать, да вы ж мою идею спиздили! — засмеялся мужчина, открывая окно. Он ещё был в маске, планировал снять её неожиданно.  — И вам добрый вечер, — Лют улыбнулась, залезая первая, — Привет, Сандра.  — Здравствуйте, девочки, — крикнула грешница с кухни, набирая на поднос закуски.  — Лют, давай быстрее, ты чего там застряла? — бурчала Вегги, сложив недовольно руки на груди.  Лейтенант закатила глаза, но ничего не ответила, а только слезла с подоконника и встала рядом. Когда вторая ангел уже почти залезла в квартиру, с кухни пришла грешница. Она поставила поднос с орешками, сырной тарелкой и луковыми колечками на стол перед диваном, после чего села рядом с первым человеком.  — Слушай, а че у нас попить есть? — мужчина потянулся к подносу, но замер, потому что не мог выбрать, что хочет взять.  — А приготовь нам этот свой коктейль. Вег, закрой окно, пожалуйста, — сказала Саша, заметив, что девушка уже в квартире.  — Радлер типа? Ну я ебану, — первый человек подорвался с дивана и быстрым шагом направился на кухню, уже откуда-то из коридора крикнув, — Вагин, сыграй пока девочкам какую-нибудь хуйню на этой своей дудочке.  — Сэр, у меня нет с собой флейты, — стоило ангелу сказать это, как перед ней с тихим хлопком появилась золотая флейта. Обращаясь уже к сидящим перед ней девушкам, она спросила, — Что мне играть хотя бы?  — Да хоть «В траве сидел кузнечик», что хочешь, — сказала грешница и посмотрела на Лют, которая согласилась с ней кивком.  — Вы че, реально хотите, чтобы я сыграла? — в ответ она получила кивки, она выдохнула и начала играть вышеупомянутую пьеску.  — Блять, подожди, — с кухни послышался крик Адама, звон столовых приборов и чего-то ещё, — Давай заново.  Когда Вегги начала играть с начала, первый человек медленно вышел с кухни с маской в виде кузнечика, сложив руки перед собой, изображая то ли динозавра, то ли богомола. Сандра и лейтенант засмеялись в голос, а девушка, игравшая на флейте, лишь пару раз не попала в ноты, еле сдерживая смех. Мужчина начал совершать какие-то странные танцевальные движения, в процессе чего сорвал маску, чем удивил двух экзорцистов.  — Ну че, не ожидали, а, сучки? — ангел заулыбался во все тридцать два, оперевшись руками о бока. — Бля, честно? Чуть флейтой не подавилась, — Вегги удивленно уставилась на первого человека без маски, начиная без стыда его разглядывать.  В итоге, вечер прошел гораздо спокойнее для Адама. Хоть скучно и не было, он чувствовал себя спокойно в компании трех самых близких для него девушек. Саша же просто радовалась, что мужчина наконец расслабился и мог проводить время также, как и с маской. Лют, хоть и видела до этого первого человека без маски, правда не долго, теперь относилась к этому по-другому, как к чему-то особенному. Безусловное доверие.