Часть 6

Стеша проснулась, ощутив, что вся её футболка была влажной, кажется, за эту ночь она не хило распереживалась. Девушка отбросила одеяло и босиком ступила на холодный пол, подойдя к окну. Какое-то время, туманно смотря в даль, она покопалась в прощелине между стеной и батареей и совсем скоро достала оттуда свой блокнот, куда делала записи. Глаза быстро забегали по строчкам: «…Абрамов Вадим, 11а класс. Отобран в академию по конкурсу, способность к быстрому счету и вычислениям… Сергеева Наталья, 6в, отобрана по конкурсу, волейболистка… Арефьева Кристина, отобрана по конкурсу…» Стеша шумно захлопнула блокнот, и он скользнул обратно в расщелину, ей явно не хотелось, чтобы кто-то читал ее записи, а судя по приглушенным шагам в такую рань, шли явно к ней. И Стефания уже, кажется, догадалась кто именно. У Стеши проскользнула мысль: «а если маньяк, который похищает талантливых детей, делает это не только потому, что ему не выгодно трогать детей обеспеченных семей?» — сразу после этой догадки, дверь с шумом отворилась. — Тебя не учили стучаться? — возмущённо спросила Стеша, легко определив, что порог ее палаты перешагнул Леша. — Когда я вчера сказал, что можешь обращаться ко мне на «ты», я не имел ввиду хамство. — Просто пытаюсь ограничить свою территорию, — ответила девушка, глупо полагаясь на то, что если она заболтает Лешу, то тот забудет про кровь, хотя в глубине души она осознавала, что это бесполезно. — Ты смотрела на сколько у тебя талон на анализ крови? — поинтересовался Алексей, непринужденно переведя тему. Девочка тяжело вздохнула и наконец посмотрела на медбрата с тяжелым сожалением, едва ли не плача. — А можно обойтись без этого? — умоляюще спросила Стефания. — Ты же говорил, что договоришься там с кем-то… Ну вот и скажи, что я кровь сдала, ни тебе, ни мне не хочется мучиться. Она еще какое-то время смотрела на Алексея с мольбой, но тут медбрат рассмеялся. — А на экспертизу для выявления, есть ли у тебя воспаление, я пустую пробирку отправлю? — улыбнулся Лёша. — Солнце, я понимаю, но давай мы отложим шутки. К тому же через пять минут нам надо быть уже в процедурном. Стеша почувствовала, как по коже забегали мурашки, а через мгновение они переросли в настоящую дрожь. Девушка попыталась сдержать слезы, но стеклянные глаза уже выдали ее уязвимость. — Леш, ну пожалуйста… — сделала ещё одну попытку девочка. — Стеш, ты от этого не отвертишься, давай мы спокойно быстренько все сделаем, пошли… — Нет! — тут же воскликнула Стеша и сама не поняла, как крепко сжала края подоконника. — Стешечка… — Леша только было сделал шаг навстречу девушки, как она отпрянула. — Не подходи ко мне! — воскликнула Стефания уже на автомате. Алексей тяжело выдохнул и, скрестив руки на груди и пару мгновений подумав, сказал, пытаясь не превратить предупреждение в угрозу. — Если ты сопротивляешься, значит мне придется звать врача, а поверь, Вероника Андреевна женщина пусть и справедливая, но точно не мягкая. На Стешу это заметно подействовало, она судорожно выдохнула и все же рискнула подойти к Леше. Все-таки ей не нужно было, чтобы о ее ятрофобии знали все, а еще и вели к процедурному кабинету, как умолишенную. — Ну вот, солнце, так бы сразу, — усмехнулся Леша и сам, взяв направление с тумбы, взял Стешу за руку и вывел из палаты. Процедурный кабинет находился на этаж ниже, Стеша переступала с ноги на ногу, страх так и не отступил, а когда на горизонте появилась табличка «Забор проб крови», у нее заметно похолодели руки. — У тебя такие холодные руки… — заметил Леша. — Генетика? — Защитная реакция, — процедила Стеша и сама не поняла, как переступила порог кабинета. Тут же наступила сомнительная дезориентация, она начала оглядываться, а в глазах все поплыло, но Лёша ее вовремя перехватил, чуть потряся руку девушки. — Какие люди! — воскликнула молодая девушка, кажется тоже медсестра, сидя за рабочим столом. — Алексей, почему решили пожаловать? — Ксюш, не издевайся! — воскликнул Леша. — Помнишь, я вчера просил… В общем я сам кровь у нее возьму, — он взглядом указал на Стешу. — Ладно-ладно! Передаю тебе в руки кабинет, а я пойду, хоть кофе выпью, — сказала медсестра и через мгновение покинула кабинет. Стеша не успела понять, как ее усадили на кушетку, в которую она в мгновение вцепилась, как в спасательный круг. — Ну что, готова, бояшка? — спросил Леша, поставив поднос со всем необходимым. — Да не бояшка я! — возмутилась Стеша. — Ну раз не бояшка, давай сюда ручку, — попросил Леша, взяв в руки жгут. Стефании ничего не оставалось сделать, как положить оголенную руку на подушечку и тревожно закусить губу, пытаясь не ёрзать от страха. — Давай только договоримся — ты не дергаешь рукой, а я не делаю тебе больно? — осторожно спросил Леша, поглаживая рукой в перчатке по будущему месту взятия крови. — Ничего не могу гарантировать, — фыркнула девочка. — Мне нравится твоя харизма, но давай ты сейчас попытаешься ее поубавить, — усмехнувшись, попросил Леша, закрепляя жгут. — Посмотри, иголочка тут совсем тоненькая, не как в шприце. — Зато эффект боли такой же, —проворчала Стеша себе под нос. — Солнце, я тебя понимаю, но без результата анализа крови мы не узнаем, есть ли у тебя пневмония, и какие тебе давать лекарства. — Ага, как иронично, делать больно, чтобы узнать, нужно ли делать ещё больнее. Странноватая логика, — процедила Стеша и тут резко дёрнула рукой, завыв от приступа боли. По щекам тут же покатились слезы, кровь обильно потекла по трубке в пробирку. — Чуть-чуть осталось, солнце, —прошептал Леша, отстёгивая жгут. Через минуту пробирка полностью была наполнена кровью, а лицо Стеши оказалось красным и чуть припухшим. Она уже не плакала, но все равно глухо стонала, пытаясь унять эмоции. Леша глубоко вздохнул и опустился рядом с ней, взяв ладонь девочки в свою руку.

***

Когда, через 5 минут Стеша уже чувствовала себя чуть лучше, Леша, выводя ее из процедурного, напомнил про ещё одну менее жестокую пытку. — Тебе же делали флюрографию когда-нибудь до этого? — Ага… Это конечно не больно, но все равно не особо комфортно, — ответила на выдохе Стефания, уже понимая, куда ее ведут. — Зато дело одной минуты, — ответил Алексей и, взглянув на наручные часы, постучал в кабинет рентгенолога. После одобрения для входа, он осторожно приоткрыл дверь и зашёл сам, наблюдая, как Стеша растерялась. — Ренген грудной клетки, Лаврентьева, — произнёс он, отдавая врачу лет тридцати направление. — Снимай все по пояс, включая цепочки, — протараторил рентгенолог, не отрывая взгляда от экрана ноутбука. Стеша только было потянулась снимать кулон, как вдруг сказала, посмотрев на Лешу через плечо. — Ты можешь выйти? — Ой, да, конечно! — быстро сказал медбрат, и тут же дверь хлопнула, а Стеше стало максимально некомфортно без Алексея. Снимок сделали быстро, рентгенолог оказался, пусть и молчаливым, но хотя бы ничего лишнего не говорил. Вердикта Стеша ждала с бьющимся сердцем, надеясь, что врач ошибся, и это другая болезнь, которую надо лечить таблетками, но буквально через минуту просмотра снимка, врач выдал ответ. — Двусторонняя пневмония, причём весьма серьезная, если сейчас же не начать лечить, то есть риск отказа легких. Я сейчас отправлю снимок твоему лечащему врачу, он назначит препараты. Стеша едва сдержала слезы, сглотнув застрявший в горле ком. Выйдя из кабинета уже со стеклянными глазами, она заметила, что Леша ушел… Ну да, у него нет в обязанностях носиться за ней, как за маленьким ребенком. Зайдя в свою палату, Стеша заметила, что медбрат все-таки не бросил ее. Он сидел на подоконнике, деловито скрестив руки и, как только Стефанида зашла, задал интересующий его вопрос. — Пневмония? Стеша кивнула и сразу же всхлипнула. — Не реви ты сразу. Если она односторонняя, могут и в таблетках назначить. — В…врач сказал, что двухсторонняя…, — после этих слов Стеша потянула руки к лицу, стирая полившиеся слезы. Леша тихо выругался, но не успел он сделать к ней и шаг, дверь с шумом открылась, и Вероника Андреевна зашла спокойной, но уверенной походкой. — Мой подозрения подтвердились, — монотонно сказала она и, как только подняла взгляд на Стешу, сказала. — Тебе постельный режим нужен, Стефания! Девушка не стала спорить, присела на кровать и, накинувшись одеялом, пытаясь сдержать слезы, выжидающе смотря на Веронику Андреевну. — Так, — продолжила она. — Надо будет колоть цефтриаксон по одному миллиграмму. Он болючий, так что, скорее всего, надо будет разбавлять лидокаином… Колоть два раза в день, перед завтраком и после ужина. Алексей, —женщина посмотрела на медбрата с полной строгостью. — Ты все знаешь. Через пару минут врач вышел, а Стеша уже позволила себе не сдерживать слезы. — Два! Два раза в день! — воскликнула она, уже задыхаясь от собственных всхлипов. — Леш… я не хочу. — Стефания, тут не отвертишься, — с сожалением в голосе сказал Алексей. — Пневмония — штука серьезная и очень опасная, если ее не лечить. Таблетки тебе бы навряд ли помогли, а если сейчас не начать что-то принимать, есть риск оказаться под капельницей. — Ты мне угрожаешь что ли? — спросила Стеша, шмыгая носом. — Предупреждаю.