Первый поцелуй с персонажами (16+) (часть 1)

Бакуго Кацуки Солнце палило нещадно, отражаясь от песчаной поверхности тренировочного поля. Пыль вихрилась в воздухе, забиваясь в глаза и горло, но я не обращала на это внимания. Мой взгляд был прикован к Бакуго, который стоял напротив меня, сжимая кулаки. Наш учитель, видимо, решил, что столкнуть нас в спарринге – отличная идея. Подруги заливались смехом, по-видимому, считая это невероятно забавным, а вот Бакуго, как обычно, был в ярости. Особенно после того, как Киришима с Каминари, переглянувшись, с хитрыми ухмылками заорали: "эй, Бакуго! Только не сломай ей что-нибудь! Знаем мы, как ты "нежно" относишься к тем, кто тебе нравится!" После чего в них полетели взрывы, сопровождаемые угрозами "уничтожить" их обоих.  - Чтоб тебя! Кто додумался до этого? - прорычал он, прожигая меня взглядом. Я пожала плечами, стараясь не выдать волнение, которое охватило меня с головы до ног.   - Не знаю. Но раз уж так вышло... - я облизнула пересохшие губы, решившись на безумный шаг. - Давай сделаем этот бой интереснее. Победитель загадывает желание проигравшему. Любое. Искры заблестели в его алых глазах. На мгновение он замер, обдумывая мое предложение. Потом ухмыльнулся, обнажая острые зубы.   - Ха! Ты об этом пожалеешь, неудачница. Готовься выполнять любое мое дерьмовое поручение!  - Посмотрим, кто еще пожалеет, - огрызнулась я в ответ, хотя внутри все дрожало. Я знала, что шансы мои невелики. Бакуго был невероятно силен, целеустремлен и беспощаден. Но сама мысль о том, что у меня может быть шанс узнать, что у него на уме, стоила риска. Поединок начался стремительно. Бакуго атаковал со всей яростью, его взрывы разносились по всей тренировочной площадке. Я старалась уклоняться, контратаковать, использовать свою причуду, но он был слишком быстр, слишком силен. В конце концов, меня прижали к земле, лишив возможности двигаться.  - Что и требовалось доказать, - прорычал Бакуго, стоя надо мной. - Я же говорил, ты проиграешь. Внутри все кипело от досады и разочарования. Я надеялась, что смогу хотя бы немного продержаться, но все закончилось слишком быстро. Я уже приготовилась услышать какое-нибудь унизительное поручение, что-то в его стиле. Но вместо этого Бакуго просто фыркнул, вытер пот со лба и бросил через плечо:   - Не жди от меня никаких поблажек в следующий раз, слабачка. И ушел, оставив меня лежать на земле, покрытую пылью и разочарованием. Он просто ушел. Никакого желания. Никакой насмешки. Ничего. Я поднялась на ноги, чувствуя, как горечь подступает к горлу. Неужели я ошиблась? Неужели ему действительно все равно? Неужели все эти намеки, подколки, случайные взгляды – все это было лишь плодом моего воображения? Я смотрела ему вслед, ощущая себя глупой. Что ж, похоже, придется смириться с тем, что Кацуки Бакуго – это неприступная крепость, в которую мне никогда не проникнуть. ….  Сердце колотилось так сильно, что, казалось, вот-вот выпрыгнет из груди. Весь день после тренировки я пыталась убедить себя, что Бакуго просто забыл о нашем дурацком споре. Или, что еще хуже, счел его настолько незначительным, что даже не стал тратить время на "желание". Разочарование было горьким привкусом на языке. Мне действительно было интересно, что он придумает. Что он чувствует. Я сидела на своей кровати, укутавшись в плед и листая конспекты, хотя буквы плясали перед глазами. В голове вертелась одна и та же мысль: "почему он просто не скажет, что чувствует или думает?". Он всегда такой... импульсивный, резкий, но рядом со мной будто сдерживается. Или я себе это придумала? Внезапный стук в дверь заставил меня подскочить.   - Кто там? - спросила я, стараясь, чтобы голос не дрожал. Ответа не последовало. Дверь распахнулась, и в комнату, словно ураган, ворвался Бакуго. Он стоял, нахмурившись, скрестив руки на груди, и смотрел на меня своим фирменным испепеляющим взглядом. Но в этот раз в его глазах читалось что-то еще... что-то, чего я никогда раньше не видела.  - Ты думала, я забыл, да? - прорычал он, его голос был хриплым, каким он бывал только после интенсивных тренировок. Я сглотнула, ощущая, как пересохло во рту:  - Я... ну… да. Я подумала, ты не придал этому значения. Он фыркнул:  - Не придал значения? Да я весь день только об этом и думал, идиотка! Я удивленно вскинула брови:   - Тогда почему ты просто не сказал мне на тренировке? Бакуго нахмурился еще сильнее, будто ему было больно говорить:   - Потому что... - он запнулся, отвел взгляд. - Потому что это не для чужих ушей. Наступила тишина, такая плотная, что, казалось, ее можно потрогать. Я смотрела на Бакуго, и внезапно все остальное в комнате исчезло. Остались только мы двое, и напряжение, которое висело между нами. Он сделал шаг вперед. Я затаила дыхание. Он снова запнулся, не уверенный в себе , наверное, впервые. Но потом он выдохнул и сказал, очень тихо, почти шепотом:   - Я пришел за своим желанием. И тут я поняла. Все эти намеки, все эти ссоры, все эти взгляды исподтишка... все вело к этому моменту. Моменту, когда маски будут сброшены, и останутся только настоящие чувства. И, честно говоря, я давно уже этого ждала. Он резко схватил меня за подбородок, грубо, но в то же время бережно, поднимая мое лицо. Я ахнула от неожиданности. И затем он поцеловал меня. Это был совершенно неожиданный поцелуй. Он не был нежным или романтичным. Он был диким, грубым и требовательным. Его губы набросились на мои, словно голодный зверь на свою добычу. Он не спрашивал разрешения, не давал мне времени на размышления. Он просто взял то, что хотел. Я застыла, не зная, что делать. Его поцелуй был таким напористым, таким неожиданным, что я не могла сообразить. Мой разум отказывался принимать то, что происходило. Его язык проскользнул в мой рот, исследуя каждый его уголок. Я почувствовала привкус железа. Наверное, он прикусил губу. Постепенно, шок начал отступать, и я начала чувствовать. Страсть, которая исходила от Бакуго, была заразительной. Он целовал меня так, словно хотел поглотить, растворить меня в себе. Его руки сжали мои плечи, притягивая меня ближе. Я почувствовала твердость его тела, тепло, исходящее от него. И тут я сдалась. Я закрыла глаза и отдалась его поцелую. Мои руки поднялись и обхватили его шею, зарываясь в его колючие волосы. Я ответила на его поцелуй, вкладывая в него всю свою страсть и желание. Мой поцелуй был неумелым и неловким, но наполненным такой жаждой, что Бакуго, казалось, удивился. Он отстранился на мгновение, смотря на меня с удивлением и какой-то новой, незнакомой мне, эмоцией в глазах. Но затем он снова прильнул к моим губам, на этот раз более ласково. Он целовал меня медленно, исследуя каждый миллиметр моего рта своим языком. Я приоткрыла губы, позволяя ему углубить поцелуй. Его язык углубился, исследуя меня. Он обхватил своими губами мои, слегка прикусывая их, заставляя меня стонать. Мои руки крепче сжали его шею. Я хотела быть ближе к нему, почувствовать его всем своим телом. В его поцелуе я чувствовала все. Страсть, гнев, тоску, и, самое главное – желание. Желание обладать мной, желание защищать меня, желание быть со мной. Я чувствовала, как мое тело горит, как все мои чувства обострены до предела. Его поцелуй был как огонь, который разгорался внутри меня, сжигая все преграды. Его руки начали бродить по моей спине, опускаясь все ниже и ниже. Я чувствовала его пальцы, касающиеся моей кожи сквозь ткань футболки. Я отстранилась от него, задыхаясь. Мое лицо пылало, а дыхание было сбитым. Я смотрела на Бакуго, и в его глазах увидела отражение своего собственного желания.  -  Знаешь… - произнес он немного запыхавшись и с характерной для него прямотой. - Я… я не могу просто так игнорировать то, что чувствую к тебе. Я замерла, не зная, что сказать. Все слова казались бессмысленными перед этой бурей чувств, которая бушевала внутри меня. Я не понимала, было ли это по-настоящему, или это всего лишь очень сладкий сон, игра больного воображения. Не знала, правильно ли поняла то, что он только что сказал. Я знала одно – я не хотела, чтобы этот момент заканчивался.   Тодороки Шото Прохладный вечерний воздух приятно освежал кожу после душного дня. Я вышла побродить по территории академии, желая немного развеяться.  Вдалеке я заметила знакомую фигуру, одиноко стоящую посреди тренировочного поля. Шото. Он, как обычно, оттачивал свои навыки, создавая ледяные глыбы одной рукой и обжигая их пламенем другой. Я улыбнулась. Его преданность делу всегда восхищала меня.  - Занимаешься допоздна? - спросила я, подойдя ближе. Он обернулся, и его лицо, обычно сдержанное и бесстрастное, расплылось в едва заметной, но такой теплой улыбке.    - Я не мог уснуть. Решил немного потренироваться, - ответил он, вытирая пот со лба.  - Может, нужна помощь? - предложила я, зная, что он не откажется от возможности попрактиковаться в координации причуд.  Несколько месяцев отношений с Шото пролетели как один миг, но из-за плотного графика тренировок и учебы нам редко удавалось побыть наедине. Поэтому мы оба были рады возможности даже потренироваться вдвоем, без лишних глаз. Он кивнул, и мы приступили к тренировке. Я использовала свою причуду, чтобы создать различные мишени и препятствия, а он атаковал их своими стихиями. Мы работали в тишине, понимая друг друга с полуслова. Между нами царила особенная связь, которая крепла с каждым днем. После тренировки мы неспешно направились к общежитию. Нам обоим хотелось продлить этот момент, побыть вдвоем, не думая о героях, злодеях и учебе. В тишине вечера шаги звучали громче обычного, а воздух казался наэлектризованным. Всю дорогу я чувствовала на себе его взгляд. Особенно часто он задерживался на моих губах. Каждый раз, когда я ловила его взгляд, Тодороки смущенно отводил глаза, и легкий румянец заливал его щеки. Когда мы подошли к двери в мою комнату, я остановилась. На сердце стало немного тоскливо от того, что этот вечер подходит к концу. Я повернулась к Шото, и наши глаза встретились. В его взгляде я увидела нежность, желание и какое-то невысказанное томление. Он смотрел на меня так, словно хотел запомнить каждую черточку моего лица, каждую деталь моей внешности. В этот момент я поняла, что он хочет меня поцеловать. И я тоже этого хотела.   — Могу я… — начал он тихо.   Я прервала его:   — Не спрашивай… Просто сделай это.   Тодороки наклонился, двигаясь медленно, словно боясь спугнуть момент. Его дыхание коснулось моего лица, посылая по телу легкий озноб. Он был так близко, что я чувствовала тепло, исходящее от его тела, и могла разглядеть мельчайшие детали его лица – тонкие ресницы, едва заметные шрамы и переливы в его разноцветных глазах. Его губы коснулись моих. Это было нежное прикосновение. Мягкое, неуверенное, словно он боялся сделать что-то не так. Верхняя губа коснулась моей нижней, а затем наоборот, будто пробуя вкус поцелуя. Я ответила на его прикосновение, слегка приоткрыв губы, приглашая его углубить поцелуй. Шото принял мое приглашение с видимой радостью. Его губы стали более настойчивыми, но по-прежнему оставались нежными и ласковыми. Он обхватил мою нижнюю губу своими, слегка прикусывая её, заставляя меня вздрогнуть. Мое дыхание участилось, а сердце забилось еще быстрее. Я почувствовала, как он улыбается в поцелуй, и эта улыбка передалась и мне. Его руки обхватили мою талию, притягивая меня ближе, так, что между нашими телами почти не осталось пространства. Я обхватила его шею руками, переплетая пальцы в его мягких волосах. Поцелуй становился глубже, более требовательным. Я чувствовала вкус его губ – сладковатый, с легким привкусом ментола, напоминающий о чем-то знакомом и желанном. Он целовал меня медленно, размеренно, словно желая запомнить каждую деталь этого момента. Наши языки встретились, сплетаясь вместе. Я закрыла глаза, полностью отдаваясь этому моменту, погружаясь в океан ощущений. Я чувствовала, как все мое тело наполнено теплом и светом, как все тревоги и страхи отступают перед этой нежностью. В его поцелуе я чувствовала не только страсть, но и нежность, заботу, и даже немного неуверенности. Он словно открывался мне, показывая свою уязвимость, доверяя мне свои чувства. Поцелуй продолжался, казалось, вечность. Время остановилось, и мир вокруг нас перестал существовать. Были только мы, наши губы, слившиеся в одно целое, и тишина, нарушаемая лишь учащенным дыханием. Когда мы наконец оторвались друг от друга, наши лбы соприкоснулись. Я открыла глаза и увидела в его глазах отражение своего собственного смятения и восторга. Его губы были припухшими и влажными, а щеки слегка покраснели. Он улыбнулся мне, и эта улыбка была самой красивой, которую я когда-либо видела.  Я слегка отстранилась от него и краем глаза заметила Ашидо Мину, стоящую в конце коридора. Наши с ней комнаты находились рядом, и, видимо, она шла к себе, но остановилась на полпути с широко открытыми глазами, когда увидела наш поцелуй с Шото.   Я повернулась к Шото с улыбкой.    - Кажется, завтра весь 1-А класс будет знать о наших отношениях… или даже вся академия.   Тодороки лишь слегка усмехнулся и не выглядел обеспокоенным:    - Это не имеет значения… Пусть узнают, - произнес он тихо и снова наклонился ко мне еще за одним поцелуем.     Даби Полумрак комнаты давил на меня, как и тяжесть двойной жизни. В тот вечер я сидела в общей гостинице Лиги злодеев, погруженная в работу. На столе передо мной лежали бумаги, которые нужно было заполнить - отчеты по патрулям, которые я собирала в течение нескольких недель. Я была шпионом комиссии, и моя задача заключалась в том, чтобы собирать информацию о действиях Лиги. Но сейчас, с чашкой горячего кофе в руках, я пыталась сосредоточиться на своей основной работе. Раздался тихий скрип двери, и в комнату вошел Даби. Его потрепанное лицо, изрезанное фиолетовыми ожогами, всегда вызывало у меня смесь страха и… чего-то еще. Его пронзительный взгляд, казалось, видел меня насквозь.  - Работаешь допоздна, шпионка? - прозвучал его хриплый, насмешливый голос, разрезая тишину комнаты, словно лезвие. Я подняла глаза от своих записей и встретила его взгляд.    - У меня много работы, - ответила я с легким раздражением. - Не мешай. Он медленно подошел ко мне, его шаги были тихими и угрожающими, словно у крадущегося хищника. Остановившись у стола, Даби оперся на него руками, наклонившись ко мне.  - Интересно. А что там в твоих отчетах, дорогая? Результаты патрулирования улиц? Или, может, наши секреты и слабости? - он говорил нарочито медленно, каждое слово было пропитано ядом и двусмысленностью. Я постаралась сохранить невозмутимое выражение лица.   - Ничего интересного для тебя, - огрызнулась я. Он усмехнулся, и эта усмешка была пугающей:   - Неужели? А мне кажется, ты таишь в себе много интересного. Секреты, желания… - он провел пальцем по краю моего плеча, отчего по телу пробежала мелкая дрожь. Я попыталась отодвинуться, но Даби перехватил мою руку, сжимая запястье с неожиданной силой.  - Боишься, что я узнаю, что на самом деле скрывается под маской злодейки? - прошептал он, наклоняясь ближе. Его горячее дыхание опалило мою шею. Я почувствовала, как кровь прилила к лицу. Его слова, его близость, его прикосновения… это начинало действовать мне на нервы. Я всегда считала, что могу контролировать ситуацию, но сейчас чувствовала, что теряю контроль.  - Ты слишком высокого мнения о себе, - прошипела я, пытаясь вырвать руку. Он не отпускал. Наоборот, его хватка становилась все сильнее:  - А ты слишком сильно себя недооцениваешь. Знаешь, шпионы обычно используют все возможности, чтобы добиться цели. В том числе и… свои прелести, - он насмешливо облизнул губы, глядя на меня с вызывающей похотью. Внутри меня что-то сломалось. Его слова задели меня за живое, пробудив какие-то темные, запретные желания. Я всегда держала свои чувства под замком, но сейчас, под его пристальным взглядом, они рвались на свободу.  - Заткнись, - прошептала я, чувствуя, как мои щеки горят. Даби усмехнулся:   - Заставишь меня? - он медленно наклонился, его лицо было в нескольких сантиметрах от моего. Я видела в его глазах отблеск огня, и этот огонь завораживал меня, пугал и возбуждал одновременно. Мой разум кричал, что это безумие, что я предаю все, во что верила, но мое тело хотело другого. Хотело его. И затем, не выдержав напряжения, я сделала то, чего никак не ожидала. Я схватила его за ворот футболки и притянула к себе. Его губы были сухими и горячими, как пустыня. Я впилась в них, жадно и отчаянно, словно тонущий хватается за соломинку. Поцелуй вспыхнул, как искра, превратившаяся в пожар. Губы Даби накрыли мои с яростной жаждой, словно он долго сдерживал эту страсть, и теперь она прорвалась наружу. Вкус его губ был горьким, с привкусом табака и чего-то еще, чего-то темного и обжигающего, что влекло меня к нему, как мотылька к пламени. Это был дикий, необузданный поцелуй. Никакой нежности, никакой романтики. Только страсть, ярость и отчаяние. Я целовала его так, словно хотела наказать его за то, что он разбудил во мне эти темные чувства, и наказать себя за то, что позволила этому произойти. Его руки не теряли времени. Они грубо скользили по моему телу, обжигая кожу сквозь тонкую ткань рубашки. Он с силой сжимал мои плечи, скользил по спине, очерчивая каждый изгиб. Под его прикосновениями по телу пробегали мурашки, а внизу живота разгоралось сладостное томление. Одна рука зарылась в мои волосы, переплетаясь с прядями, другая опустилась ниже, очерчивая линию талии, заставляя меня вздрогнуть. Его пальцы, обветренные и шершавые, казались раскалёнными. Они скользили под мою рубашку, касаясь голой кожи живота, заставляя меня выдохнуть сквозь поцелуй. Затем он отстранился на мгновение, тяжело дыша. В его глазах бушевал ураган, смесь желания и какого-то мучительного голода.   - Ты сводишь меня с ума, - прохрипел он севшим от возбуждения голосом. Я не успела ответить. Его руки скользнули вниз, обхватывая мои ягодицы. Сильный хват заставил меня ахнуть. Без предупреждения он поднял меня, прижав спиной к холодной стене. Удар об стену выбил из меня остатки воздуха, но я не отстранилась. Наоборот, обхватила его ногами, прижимаясь к нему еще сильнее. Даби целовал меня, не давая передышки, его губы блуждали по моему лицу, оставляя за собой дорожку горячих поцелуев. Он целовал мою шею, ключицы, мочку уха, заставляя меня извиваться от удовольствия. Его руки с силой сжимали мои ягодицы, заставляя меня чувствовать каждый мускул его тела, его твердость, его силу. Я чувствовала, как его возбуждение растет с каждой секундой, и это только подстегивало мое собственное желание. Я застонала, не в силах сдержать себя. Его поцелуи становились все более настойчивыми, более требовательными. Он словно хотел стереть все границы, оставить на мне свой след. В этот момент я уже не знала, кто я – шпионка комиссии или сообщница Лиги Злодеев. Я была просто девушкой, плененной своим желанием к опасному и запретному мужчине. И я знала, что этот поцелуй – только начало. Начало чего-то темного, опасного и, возможно, разрушительного. Но я уже не могла остановиться. Я хотела больше. Я хотела его. Наконец, он оторвался от моих губ, тяжело дыша. Его взгляд был прикован к моему лицу, изучающий, оценивающий. Даби смотрел на меня так, словно видел меня впервые, словно пытался понять, кто я на самом деле.  - У меня в комнате будет удобнее, - прохрипел он, его голос был низким и хриплым, словно шепот самого дьявола в человеческом обличье. Он медленно опустил меня на пол, не отрывая взгляда. Мое сердце бешено колотилось, а в голове крутились тысячи вопросов. Что я делаю? К чему это приведет? Но я не могла остановиться. Я была словно загипнотизирована, пленена его силой и его желанием.  - Что скажешь, шпионка? Готова пойти в логово зверя? - его усмешка была наглой и самоуверенной. Я смотрела на него, не в силах отвести взгляд. Его глаза горели, как два уголька, манящие меня в темноту. И я знала, что не смогу устоять. - Ты же знаешь, что я не могу тебе отказать, - прошептала я. И это была не ложь.   Таками Кейго Вечерний воздух был прохладным и свежим, приятно контрастируя с дневной духотой города. Я шла рядом с Ястребом, стараясь не смотреть на него. Последние несколько недель он вел себя странно - больше внимания, больше комплиментов, даже анонимные букеты цветов, которые, я почти уверена, были от него. Ястреб был моим кумиром с тех пор, как я впервые увидела его в действии. Грация, скорость, сила - все в нем было восхитительно. Возможность стажироваться у него в агентстве была для меня настоящим подарком судьбы. Он брал меня к себе на стажировку три года подряд, начиная с первого курса. Но в последнее время все стало каким-то… другим.  - Красивый вечер, правда? - сказал он, нарушая тишину. Его голос был мягким и теплым, как всегда. Я кивнула, стараясь не запинаться.   - Очень. Город совсем другой в это время суток. Мы шли молча какое-то время, наблюдая за тем, как загораются огни в окнах домов. Я чувствовала его взгляд на себе, ощущая тепло, исходящее от него.  - Знаешь, я тут подумал... а не показать ли тебе одно местечко? Говорят, вид оттуда открывается просто невероятный. Я нахмурилась. Куда он меня тащит в разгар патрулирования?   - А разве нам не нужно следить за порядком? Он махнул рукой, небрежно отмахиваясь от моих возражений.   - Не волнуйся, преступность в этом районе сейчас неактивна. К тому же, я уверен, что несколько минут передышки нам не повредят. И как я могла ему отказать? Он был слишком убедителен, и, честно говоря, мне было слишком интересно, куда он меня ведет. Вскоре мы взмыли в небо, рассекая ночной воздух крыльями. Мы летели недолго. Вскоре Ястреб плавно опустился на крышу пятизвездочного отеля - одного из самых высоких зданий в городе, а я последовала за ним. Отсюда открывалась захватывающая панорама. Миллионы огней мерцали внизу, словно рассыпанные драгоценные камни.  - Вот это да... - выдохнула я, не в силах оторвать взгляд от открывшегося мне вида.  - Красиво, правда? - прозвучал его мягкий голос рядом. Я обернулась. Ястреб стоял в нескольких шагах от меня, его крылья слегка шевелились, словно ловя порывы ветра. Он смотрел не на город, а на меня. И в его взгляде я увидела что-то, от чего у меня перехватило дыхание.  - Знаешь, - начал он, внезапно остановившись. - Я давно хотел тебе кое-что сказать. Я замерла, сердце бешено заколотилось. В воздухе висело какое-то предчувствие, которое одновременно пугало и завораживало. Он развернулся ко мне, его золотистые глаза смотрели на меня с какой-то новой, незнакомой мне нежностью. Его крылья слегка шевелились за спиной, создавая легкий ветерок.  - Я помню, как впервые увидел тебя, - сказал он, его голос был тихим и искренним. - На спортивном фестивале Юэй. Ты была невероятной. Твой поединок не был похож на обычное сражение, скорее на… танец. Я смущенно отвела взгляд, чувствуя, как краснею. Я никогда не думала, что он вообще помнит обо мне.  - Я надеялся, что ты выберешь мое агентство для стажировки, - продолжал Ястреб. - И был безумно рад, когда это произошло. С тех пор я каждый раз ждал твоих визитов, как праздника. Я снова посмотрела на него, пораженная его словами. Я никогда не думала, что значу для него так много.  - Ты очень талантливая, - сказал он. - И я уверен, что тебя ждет блестящее будущее. Но дело не только в твоей силе. Ты… ты особенная. Ты заставляешь меня чувствовать что-то, чего я никогда раньше не чувствовал. Он сделал шаг ко мне, и я не отступила. Между нами оставалось совсем немного места. Я чувствовала его тепло, его запах, слышала его дыхание.  - Я знаю, что это, наверное, неправильно, - прошептал он. - Учитывая, что я твой наставник, и что ты еще учишься. Но я не могу больше этого скрывать. Он поднял руку и нежно коснулся моей щеки. Его прикосновение было таким нежным, таким ласковым, что по моему телу пробежала дрожь.  - Я влюблен в тебя. Его слова словно оглушили меня. Я не могла поверить, что слышу это. Ястреб, герой номер два, влюблен в меня? Это казалось нереальным. Я ничего не сказала, просто смотрела на него, завороженная. Он наклонился ближе, его губы были в нескольких сантиметрах от моих. Я почувствовала его дыхание на своей коже.  - Можно я тебя поцелую? - прошептал Ястреб, его голос был полон надежды и неуверенности. Я кивнула, не в силах произнести ни слова. Он нарушил дистанцию, и воздух вокруг нас словно загустел, наполнившись напряжением. Его губы коснулись моих, и это было совсем не то легкое прикосновение, которое я ожидала. Это было дерзко, уверенно, с легким оттенком…голода. Словно он ждал этого момента слишком долго. У меня перехватило дыхание. Поцелуй был… завораживающим, как стремительный полет его крыльев. Ястреб всегда казался таким беззаботным, мягким, и вдруг эта напористость… Это было так по-другому, так… возбуждающе. Он немного углубил поцелуй, и в этот момент я почувствовала, как тепло разливается по всему телу. Его губы были мягкими, но властными, и они умело исследовали мои, заставляя меня позабыть обо всем на свете. Его язык нетерпеливо коснулся моих губ, словно прося разрешения войти, и я невольно приоткрыла рот, позволяя ему это сделать. По телу пробежала дрожь. Это было не то робкое, неуверенное прикосновение, которое можно было бы ожидать от наставника к ученице. Это было что-то совершенно иное, что-то запретное и безумно притягательное. Он целовал меня так, словно я была его самой большой тайной, его самым сокровенным желанием. Он обхватил мои плечи руками, и я почувствовала, как он подтягивает меня ближе, пока между нами не осталось ни малейшего просвета. Его крылья, словно случайно, слегка коснулись меня, окутывая теплом и создавая ощущение уединенности, словно мы были одни во всем мире. Поцелуй становился все более требовательным, более интенсивным. Он словно хотел раствориться во мне, забрать меня с собой в этот безумный водоворот страсти. Я перестала думать, перестала сопротивляться, просто отдалась ему, позволяя вести меня за собой. Его язык танцевал с моим, переплетаясь и лаская. Мои руки непроизвольно поднялись, одна легла на его плечо, а вторая зарылась пальцами в его мягкие золотистые волосы. В голове зашумело, а ноги стали ватными. Ястреб прикусил мою нижнюю губу, заставляя меня застонать. Звук потонул в ночной тишине, но, казалось, еще больше распалил его. Он оторвался от моих губ, тяжело дыша, и я увидела в его глазах то, чего никогда раньше не замечала – чистое, неподдельное желание.  - Ты... - он запнулся, словно подбирая слова. - Ты совсем не такая, какой я тебя представлял, птенчик.  Он снова нагнулся, и его губы снова коснулись моих. Но на этот раз поцелуй был другим. Менее требовательным, более нежным. Словно он хотел показать мне, что за всей этой дерзостью и уверенностью скрывается что-то большее, что-то настоящее и искреннее. И именно этот поцелуй заставил меня сдаться окончательно. Он был полон обещаний, надежд и какой-то невероятной, щемящей нежности. Когда Ястреб отстранился, я посмотрела в его глаза, и увидела там отражение своего собственного замешательства и восторга.  - Не извиняйся, - прошептала я, слегка улыбаясь. - Мне тоже понравилось. Даже очень. В ответ он лишь хитро улыбнулся, словно говоря: "я знал". А затем, он снова притянул меня к себе, и на этот раз, я была готова ко всему. И, судя по его взгляду, он тоже.