Часть 10

Я сел в кресло, которое когда-то казалось комфортным, но теперь ощущалось как капкан. Скрипучий звук старой кожи, запах затхлости. Этот мир вдруг стал таким тесным, как если бы я был зажат в коробке, из которой нет выхода. Под моими руками — сценарий, и этот лист всё ещё обжигал пальцы. Казалось, я только что сжег его, но его слова продолжали гореть у меня в голове. Виски. Он мне нужен. Я налил в бокал, не думая. Понял, что давно не пил. Или, может быть, я и пил, но всё смешивалось. Моя рука нервно сжала бокал. Я сделал глоток, и алкоголь заполнил горло, едва не заставив меня задохнуться. Горечь. Точно такая же горечь, как всё, что я пережил. — Черт, ну что с нами происходит? — произнёс я вслух, словно мой голос мог вырвать меня из этого состояния. Скользя взглядом по комнате, я снова осознал, что это не просто случайности. Слишком много вопросов оставалось без ответов. Я знал, что должен был всё это проанализировать. Я должен был понять. Убийства. Всё, что я делал, всё, к чему я был причастен, было частью какого-то сценария. Каждый мой шаг, каждое решение — оно не было моим. Я не мог контролировать свои действия. Но те, кого я убивал, не просто исчезали. Их смерти были не случайными. Это нужно было кому-то. Записки. Неудивительно, что я стал их находить. Я думал, что это просто совпадение. Но теперь я понимал — это было не так. Они приходили ко мне, как потоки тени, скрытые, незаметные. И вот они снова появились. В каждом деле, в каждом шаге. Они оставляли мне подсказки, как туман, затуманивающий сознание. Ты не один. — Черт, они следят за мной, — сказал я и нервно выдохнул. Я достал блокнот, начал рисовать. Схема. Кажется, что-то я начал понимать, но этот круг не заканчивается. Всё больше и больше людей начинают вписываться в картину, но ни один из них не кажется мне случайным. Она. Та женщина с фотографии. Я начал вспоминать. Она была частью чего-то большего. Её трагедия — её месть — это не просто эмоции. Это был план. Она была не просто женой погибшего, она была частью игры, частью того, что ведет меня к моему падению. Это было слишком очевидно. Она знала, что я не могу отказаться от расследования. И теперь она вернулась, не как жертва, а как игрок. Её смерть — не случайность. Она была заложницей в этой игре. И теперь, когда я всё это понял, я начал осознавать, что это было заранее спланировано. Все, что происходило со мной, происходило по чьему-то решению. Кто-то наблюдал. Кто-то знал. А я был просто инструментом в этой игре. Я продолжал рисовать. Все убитые люди, все оставшиеся без следа, все лица, что мелькали в моих воспоминаниях. Каждое убийство, каждое исчезновение, каждый шаг, который я делал. Они были связаны, но я не знал как. Я нарисовал стрелки, стрелки, которые связывали эти убийства. Эти люди не просто исчезли. Они были частью чьего-то плана. И вот она — та женщина с фотографии. Я знал, что она была не просто жертвой. Она была ведущей, она была частью этого. Мстительница — и в то же время, планировщик. Она не просто пыталась отомстить. Она контролировала ситуацию. Но почему? Почему она вернулась в мою жизнь? Я задумался, взял глоток виски и выдохнул. В этом всём было что-то невообразимое, что-то, что я не мог понять. Что если её смерть не была случайностью? Что если она стала частью плана, который вел меня по этому пути, по пути разрушения? Я закрыл глаза. Ответы не приходили. Вопросы множились. Но я знал одно: эта женщина не оставит меня в покое. Она была связана с каждым моим шагом, с каждым моим решением. Я был не один. И теперь я знал, что мне нужно найти её. Узнать, как она связана с этим планом. И если я смогу, я должен остановить её. Потому что она не оставит меня в покое, и я не смогу выбраться из этого, пока не сделаю это.