День 14. Воспоминания.

День 14. Начало записи. 07:30. Утро началось как обычно: лёгкий завтрак, стандартная проверка отсеков и привычная беседа с инженерной группой о состоянии оборудования. Топливо по-прежнему расходовалось слишком медленно, но инженеры уже перестали задавать вопросы — видимо, приняли это как новую норму. 10:00. Я провёл время с механиками, наблюдая за их работой. Текущие задачи заключались в обслуживании насосов и проверке шлюзов. Внешне всё выглядело штатно, но в разговорах я чувствовал напряжение. Никто не говорил об этом открыто, но даже простейшие задачи выполнялись с излишней осторожностью, словно любая деталь могла взорваться. 13:00. Обед прошёл в молчании. Повар старался поддерживать разнообразие, но припасы начали повторяться. Руденко подшучивал над отсутствием свежих овощей, но я заметил, как многие не ели с прежним аппетитом. 15:30. Я вернулся к своей каюте и провёл несколько часов за записями. Мысли путались, порой я забывал, что написал всего несколько минут назад. Всё больше времени уходило на то, чтобы перечитать старые записи и убедиться в их последовательности. 18:00. На вечерней проверке ничего необычного не произошло. Экипаж был вежлив, но разговоры шли вполголоса. Возникло странное чувство, что каждый пытается избегать прямого взгляда. 21:00. Рутинный день завершился. Я вернулся в каюту, полон меланхолии. Время текло медленно, и, несмотря на спокойствие дня, ощущение неумолимой силы глубин никуда не делось. 00:36. Я не мог уснуть. Шум генераторов, приглушённые звуки воды за обшивкой и бесконечная пустота вокруг — всё это сливалось в одну тревожную мелодию. В каюте царила темнота, лишь слабый свет лампы падал на стол, освещая мой блокнот. Сидя здесь, я задумался о том, как мы докатились до такого положения. Как могли мы, лучшие специалисты своего дела, оказаться в ловушке, которую никто не может объяснить? Казалось, что каждая наша попытка осознать, что происходит, только углубляла загадку. Мои мысли унеслись к семье. Жена, сын… Видели ли они последние отчёты? Верят ли они, что мы всё ещё живы? Я вспомнил, как сын рисовал наш корабль перед отплытием. Я тогда пообещал ему, что мы обязательно вернёмся. Теперь я сомневался, выполню ли я это обещание. 01:45. Тишину нарушил слабый металлический стук, где-то за пределами отсека. Ранее я пытался не обращать на это внимания, но теперь оно становилось всё более навязчивым. Что-то или кто-то хотел, чтобы мы знали о его присутствии. Я попытался успокоиться, сосредоточиться на более практичных мыслях. Еда, ресурсы, состояние экипажа. Всё выглядело нормальным, но каждый из нас чувствовал, что это «нормальное» было иллюзией. Мы плыли в бесконечность, окружённые тайной, и оставалось лишь ждать, когда она раскроется. 02:30. Записав эти строки, я закрыл блокнот. Сна по-прежнему не было, но я решил хотя бы отдохнуть. Глаза закрылись, но мысли продолжали кружить, как беспокойные духи в ночи. День 14. Конец записи.