Глава 6- Скрытая близость.

Школа в понедельник дышала обыденностью. Коридоры заполнялись голосами, звонки звенели по расписанию, и каждый ученик знал свою роль. Но для Селены всё происходящее казалось отдалённым, будто она наблюдала за школьной жизнью через стекло. События субботней ночи всё ещё не отпускали её мысли. Образ мистера Каэля — молчаливого, напряжённого, неожиданно заботливого — преследовал её. Майя пыталась вернуть подругу в реальность: — Сел, ты снова уставилась в окно. Ты так уже в стену врежешься. — Прости. Просто задумалась. — Ага. О нём? Селена промолчала, но ответ был очевиден. Субботний вечер стал границей. До — была просто школа, обычные дни, контрольные, новые лица. После — всё стало личным, острым, будто мир перестал быть плоским. Его глаза, голос, рука, которую он протянул, когда ей было страшно. Математика в тот день была как всегда: скучная для всех, настороженно напряжённая для неё. Мистер Каэль объяснял новую тему, его голос был ровным, строгим. Никто и не подумал бы, что всего пару дней назад он подкинул одну из своих учениц домой после того, как вытащил её из неприятной ситуации. Но Селена чувствовала: что-то изменилось. Между ними — не пустота, а натянутая струна. Когда прозвенел звонок, все начали собираться. Селена специально тянула время, пока класс не опустел. Она сделала вид, что ищет что-то в рюкзаке. Он это заметил. — Селена, — его голос прозвучал спокойнее, почти мягко. — У тебя всё в порядке? — Да... я просто... хотела поблагодарить вас ещё раз. За субботу. Он посмотрел на неё пристально, но не ответил сразу. Затем медленно сказал: — Не стоит благодарности. Я просто оказался рядом. И должен был помочь. — Но вы... вы следили за мной? — Я наблюдал. Не следил. Есть разница. Селена кивнула. Они молчали, пока он не сказал: — Ты изменилась. После всего. Ты стала... внимательнее. К себе. Ко мне. Это заметно. — Я просто больше не хочу, чтобы мной управляли. Его глаза стали серьёзными: — Это правильно. Но не всегда легко. Она снова кивнула, опуская взгляд. — Я рада, что вы были рядом. Тогда. — А я — что успел. Она уже повернулась, чтобы уйти, как он добавил: — Завтра у меня свободное время после занятий. Если хочешь — можешь зайти. Обсудим геометрию. Или то, что не в программе. Она замерла на мгновение, потом кивнула и вышла. Весь вечер Селена не могла думать ни о чём другом. Слова, сказанные им, были нейтральны на первый взгляд, но в них был подтекст. Он не отталкивал её. Не делал вид, что ничего не произошло. Он признал. Почти пригласил. Она снова села за стол и достала блокнот. Пальцы сами потянулись к карандашу. Она рисовала — линии, формы, пространство. Архитектура — её мечта. Но в этих эскизах было что-то новое. Эмоции. Нерв. Тонкая дрожь. И вдруг она заметила, что рисует здание — с большими окнами, как глаза. Внутри — силуэт. Его. Он стоял у окна. Смотрел вниз. На кого-то. На неё. Селена выдохнула. Она закрыла блокнот, но не спрятала его. Впервые за долгое время она чувствовала не тревогу, а предвкушение. На следующий день она пришла в класс после занятий. Кабинет был пуст. Мистер Каэль стоял у окна, как в её рисунке. — Ты пришла. — Вы ждали? Он кивнул. Помолчал. Потом повернулся и указал на стул рядом с собой. — Садись. Геометрия подождёт. Хочу знать, как ты себя чувствуешь. По-настоящему. Она села. И, как будто сорвалась завеса, они начали говорить. Не как учитель и ученица. А как двое людей, уставших притворяться. Они говорили о страхах, о мечтах, о том, как трудно быть собой, когда весь мир требует маски. Разговор длился долго. И только когда солнце стало клониться к горизонту, он сказал: — Ты заслуживаешь настоящего будущего. И если я хоть чем-то могу помочь — скажи. Она не знала, что сказать. Но знала точно: она не одна. И это — многое меняло.