Часть 1

      – Кролик, кролик, жгучий страх, ты скользишь в чужих мирах!..       Если вам вдруг кажется, что строчки звучат странновато, вы еще не всех кроликов во Вселенной перевидали! Уверен, что и я еще повидал не всех. Этот конкретный кролик казался очень любопытным экземпляром и отчаянно что-то мне напоминал… То ли из прошлой жизни, а может, из будущей – во времени всякое случается, особенно с повелителями времени и другими влипшими в сложные игры с континуумом созданиями. На самом деле случается и со всеми прочими, и еще не такое… но они этого обычно не запоминают. В неведении блаженство… или как там еще обычно любят «милосердно» приврать? Ну или не совсем приврать, истина в некоторой промежуточной инстанции имеется и здесь. Пусть не блаженство, но часто так все же бывает спокойнее, особенно, когда ничего не можешь с этим поделать. Что не отменяет всяких дежа вю, параноидальных подозрений, жутких предчувствий, галлюцинаций… да уж, то еще блаженство, но всё, конечно, относительно в этом лучшем из миров и некоторых соседних, ближайших, параллельных, альтернативных… и дальних, и вообще не в мирах… Ладно, опять увлекся. И про страхи всё же параноидально рановато. Давай-ка другой перевод, Секси, старушка, а?!..       – Кроль, о кроль, светло горящий в глубине туннельной чащи!..       Тьфу, норы! Но из стен торчали очень загадочные штуковины. Я предпочитал считать их зарослями. В некотором смысле чаща тоже подойдет. Тёмная, мало что в ней видно, растет что-то загадочное, и что-то загадочное может прятаться в этих зарослях, если еще сами заросли не слишком хищные. Возможно, это просто безобидные скопления ядовитых грибов. Хм, а почему ядовитых? Потому что и кроль, конечно, светло горящий – мелькнул беленьким пушистым тылом и исчез в складках… ну, скажем, просто в неровностях, тенях и общем слабом освещении норы. Звуковая отвертка может быть достаточно яркой, но все же не самый мощный прожектор, не в том её соль и прелесть. Нора, кстати, сама по себе весьма здоровенная! Гораздо крупнее габаритов кролика. Говорит ли это о том, что это не его нора? Люди, например, способны прорывать очень крупные тоннели, куда крупнее своих естественных габаритов. Но возможны варианты. Как минимум, кролик тут уверенный обитатель и пользователь, если не творец.       – Кем задуман огневой, соразмерный образ твой?..       Эхо моих слов внезапно перестало раскатываться по пространству, остановилось, поглотилось, и с легким хлопком тоннель исчез. Я на мгновение ослеп от яркого солнечного света. При первом же вздохе почти задохнулся от сладких медвяных ароматов, а в ушах стоял стрекот – от крылышек множества огромных насекомых, похожих на стрекоз и бабочек, суетящихся по каким-то своим важным делам и поводам – явно собирали нектар, чем еще заняться в таком медвяном месте?       – Кролик!!!       Кролик тоже был здесь, прямо передо мной, и словно усмехался, глядя мне в глаза.       – Привет, Доктор! Мармеладку? – протрещал он странным голоском, тоже напоминающим стрекот крылышек.       – Э…       Я попытался сделать шаг, но под ногами странно хлюпало и слегка засасывало, будто я наступил в озерцо сладкого сиропа. Что значит, будто? Похоже, это и был сироп. Впереди, за кроликом, высился приличной высоты холм карамельного цвета, увенчанный карамельного цвета башенкой. Видимо, размягченная солнечным светом, башенка на моих глазах начала крениться, крениться, и наконец сорвалась с холма, чтобы со смачным хлюпаньем превратиться в бесформенную массу внизу.       – Ты разговариваешь? – недоверчиво уточнил я у кролика, тот согласно качнул ушами, продолжая ухмыляться. – И знаешь меня? А я тебя знаю? Кто ты? Кролик мигнул – внутренними веками, располагавшимися вертикально.       – Точно не волк! – отозвался он. – Даже не Злой Волк!       – Мы встречались?       Кролик хихикнул.       – Да постоянно!       Он подпрыгнул, весело потерев лапки в воздухе – еще бы, они же были все в сиропе! – шлепнулся на место, на диво ловко, будто сладость не доставляла ему никакого дискомфорта, отбил чечетку на сиропной почве, будто на гладком паркете.       – Я – это ты. В некотором смысле!       – В некотором – это в каком?       – Беги! – заверещал кролик не своим голосом… Точно не своим – это же был мой голос! – Беги!..       Я все равно залип в сиропе…       – Ладно, – вздохнул кролик снова уже «привычным» стрекочущим голосом. – Не догадываешься, да? Но в целом ага – смысла все равно особенно нет… – Он снова подпрыгнул и выдал петляющий танец, то оказываясь вдали, почти у горизонта, то у меня за спиной, то снова на месте. – Ладно, не бери в голову, не совсем ты, просто… ну, скажем, тотем: часть жизненной энергии со своей личностью, одна из множества проекций одной сущности. Тотемный зверь – название-то какое паскудное, а? Сами они звери! – внезапно обиделся кролик.       – Кто – они?       – А кто б то ни было! – легкомысленно отозвался тотемный незверь. – Я и выгляжу так не всегда, но это твое вечное «Бежим, бежим, главное – бежим!» – а потом вжух: «Джеронимо!» во временной тоннель и на другой конец континуума!       – А-а… Слушай, погоди-ка, я сейчас сплю, что ли?       – Ну, почти… – замялся кролик с сомнением.       – Что значит твоё «почти»?       – Ну, если «смерть – это сон»…       – ТА-АК! Это ещё что за шутки?!       – А тебя не волновало всё это время, как ты вернешься, а? – кролик сделал умильные глазки, наклонив голову набок и возбужденно шевеля ужасно подвижным мягким носом. – Лез в нору, в тоннель, к ещё невидимому свету – в другую, возможно, Вселенную – а где твой корабль, Доктор? А что случилось до того, как ты вошел в тоннель?       – Я… Мм…       – Время-шремя, – усмехнулся кролик, раздражающе прыгая из стороны в сторону, – время-шремя! А знаешь, вот она – настоящий тигр! Жгучий страх светло горящий! – шерстинки на кролике встали дыбом, превратив его в огромный пушистый шар, а глаза загорелись неудержимым восторгом.       – Она?       – Ты знаешь, – отозвался он мягко, и, оказавшись вдруг вплотную, так же мягко ткнулся нежным носом в мой нос, огромные глаза почти впечатались в мои собственные.       – В глубине полночной чащи! В ночи, что длится двадцать четыре года! Она будет звать тебя сладеньким! – прошептал кролик, и исчез, и все кругом исчезло на мгновение. Чтобы стать совершенно другим. Навечно.