Часть 4. Ну как же так, цветочек?

POV: Нам Гю Я бежал, непременно подходя к финишной черте, даже не оглядываясь на выбывших, но еще живых неудачников сзади, что молили меня о помощи. Это игра на выживание , я не могу быть милым и добросердечным дурачком, тем более к незнакомцам. Или же не хочу? В любом случае, я давно похоронил в себе человечность, а моя работа хирургом лишь только подрепила кредо думать лишь о себе, и относиться к людям как к средству выгоды и достижения целей, обесценив человеческую жизнь словно та была расходным материалом. Они, обычно, как бабочки —  летят на яркий свет, но в погоне за беззаботной жизнью обязательно попадают в путы паука. И таких прекрасных бабочек я каждый день партиями видел в клубе пентагон. Но где они сейчас? все до одной сгинули на дне грязного реализма, не просто испачкав свои прекрасные крылья, а став частью нескончаемого безобразного месива. А что такое человеческая жизнь? это как капля в океане. Умрет один, его место быстро займут другие... сотни, тысячи, миллионы... Сто девяносто шестая, стоявшая впереди выглядела... скажем так, я со спины уже заметил , как ей нехорошо.  С каждым раундом девчушка становилась все медленнее и расстеряннее, бедолага часто спотыкалась на ровном месте,  а сейчас — свалилась бы на песок и выбыла , если бы я вовремя не подхватил ее за подмышки. — Все таки нужна помощь, Ми На? — шепчу ей на ухо и подкидываю девушку на руки, словно ребёнка. Она действительно очень хрупкая и легкая, по моим ощущениям в ней было не более сорока пяти килограммов. На таймере пять секунд... я быстро добегаю до финиша прижимая сто девяносто шестую плотно к себе, и, как только дохожу до черты, бросаю девушку на песок словно ненужный хлам, пристально изучая ее взглядом, пока остальные чудом выжившие еще отходили от игры и бредили, благодаря богов за то что остались живы. Впрочем, и в богов я тоже давно перестал верить. Я подхожу ближе к девчушке и грубо трогаю ее слабый пульс на запястье, оставляя синяки. — живая, значит, не все потеряно, учитывая ее бледную и холодную кожу.  Вероятно, причиной недомогания послужило низкое давление вследствие стресса, хах — это забавляет. Еще одна такая игра и девчонка не жилец. — усмехаюсь, и прижимаюсь ладонью на ее левую грудь, там, где неровно, замирая, отчаянно бьется маленькое сердечко и борется за жизнь .—Ммм,  да у тебя еще и аритмия, это очень весело, не находишь, цветочек?  Но не волнуйся, девочка, я не позволю завянуть такому прекрасному цветку как ты — опускаясь ниже я шепчу ей на ухо эти слова, все еще чувствуя нестабильность сердца, дрожь в теле. Где то сзади меня громко окликивает Танос, зовя за собой. Нервным движением руки я показываю другу, что мне сейчас не до него. Есть делишки куда интереснее.... Я еще не понимаю, зачем вообще помогаю этой слабачке, но мне уже очень интересно куда же приведет игра. А ты, милый цветочек, даже понятия не имеешь в чьи руки только что попала и как тебе придётся выкручиваться. Бью Ми Ну по щекам и трясу за плечи, но девушка никак не приходит в чувства, а лишь слабо дрожит. *** Когда всех ошарешенных игроков увели в общежитие, я, подхватив девушку на руки не робея подошел к одному из охранников. —Простите, но у вас есть медпункт? человеку плохо.  —Медпункт закрыт на перерыв, наш врач сейчас занят — надвигаясь ближе, ко мне подходит охранник в маске треугольника, которая искажает его голос. — Ну и дерьмо... — нервно поджимаю губы и смотрю на охранника таким взглядом, будто бы навожу на него родовое проклятие.  — Слушайте, мне просто нужна свободная койка и капельница с глюкозой, чтобы поставить ее на ноги.— меняю положение рук, которые затекли от постоянной нагрузки, закидывая легкий груз на плечо. — Игрок 124, вы действительно считаете себя врачом и думаете, что ваши действия помогут выжить игроку 196? — руки охранника напряглись и крепче сжали автомат. — Хах, господин, все так и есть. — Перед тобой стоит самый настоящий хирург, и я знаю как оказывать первую помощь человеку в гипогликемической коме. – Следуйте за мной, игрок 124. Я проверю ваш профиль в базе данных чтобы убедиться что вы тот, за кого себя выдаете— и он разблокировав ключ- картой большую железную дверь, грубо берет девушку с моих рук и укладывает на твердую передвижную больничную койку, каких в том коридоре зачем то было ещё около с десятка, а затем ведет меня за собой через долгие запутанные темные коридоры, мне казалось, пока я шел через эти дебри — прошла целая вечность, но вооруженный охранник меня не обманул и вывел прямо к двери с табличкой :  "Медпункт. Посторонним вход запрещен" Он быстро открывает двери своей ключ-картой и завозит девушку, а затем сам заходит в светлое помещение с белыми стенами и полами, там стояло черное кожаное кресло и серый рабочий стол с бумажной волокитой и стационарным компьютером, но стоило мне сделать шаг ближе к комнате — как передо мной закрылись двери в медпункт, оставляя меня во тьме пустых коридоров наедине с собой и своей мигренью, которая как волна начала поглощать меня в самый неподходящий момент. Хм, наверняка этот тип сейчас вбивает меня в базу данных, а значит нужно всего лишь чуть чуть подождать.. не волнуйся, цветочек, Нам Гю тебя спасет.. В ожидании я сажусь рядом с дверью облокачиваясь на нее, сжимая пульсирующие виски руками — вся прелесть отходняков. Моя спина тут же отзывается противным хрустом который режет ухо, а еще болью в пояснице — это, опять, совершенно некстати артроз суставов дает знать о себе на фоне ломки, в последний раз я употреблял пару колес экстази еще на вечеринке в пентагоне... Но как же хорошо, что охранники не изъяли у меня запрещенку, оставив висеть на поясе в небольшой сумочке, которую я оставил в общежитии надежно запрятав за матрасом. Пытаясь нащупать второй маленький пакет с цветастыми таблетками в неглубоких карманах кофты,я нашел лишь самокруты и обычный табак с зажигалкой. — я раздраженно фыркнул и помотал головой, сам не веря в то что потерял их или же оставил в общаге. — Черт, как так... они же были почти что последние... — нервно облизываю сухие губы, организм изрядно обезвожен, и сейчас он требует только новой дозы и воды.  Я смотрю на свои обезображенные шрамами от уколов вены, и черчу на них невидимые круги указательным пальцем от скуки, задевая неровную поверхность огрубевшей кожи в рубцах. Дверь спонтанно открывается, отнимая у меня опору, и я снова поворачиваюсь заглядывая в стерильный кабинет пропахший формалином. — Игрок 124, можете заходить— зовет охранник, восседая за компьютером и что то быстро пишет на листе бумаги. Я медленно захожу в медпункт и глазами ищу Ми Ну, но, логично что ее нигде нет в этой каморке. — Господин, что там с игроком 196? вы обещали дать мне ее вылечить — я подхожу ближе к треугольнику и облокачиваюсь руками на серый матовый стол, оставляя пятна. — Пройдете со мной в палату, игрок 124 — охранник встал из за стола и своей ключ-картой открыл двери, мы оказались в маленькой одиночной палате где на той самой передвижной койке лежала бледная сто девяносто шестая, а рядом стояла не подключенная капельница с глюкозой. Около стен расположилось высокие шкафы с многочисленными ящиками и кривыми надписями на них о тех лекарствах, которые там хранились.  Перчаток у них не оказалось, поэтому я быстро нахожу спирт и обильно смачиваю им руки,так, что капли резко пахнущего раствора капают на пол — на практике в меде меня бы моментально убили за такое зверское расточительство. Охранник стоит у двери и пристально наблюдает за моими суетливыми действиями, пока я ловко нахожу тонкую синюю вену на бледной бархатистой коже Ми Ны, и мягко ввожу катетер- бабочку. Ну вот, теперь уж точно лекарство начало поступать по прозрачной трубке устройства, и вскоре ты очнешься, спящая красавица. — тихо, будто бы безучастно хихикаю над этой полумертвой оболочкой, а затем напоследок провожу еще мокрой от спирта рукой по ее лбу, убирая выбившиеся из прически прядки с милого лица. *** Как только я вышел из палаты и летящей походкой направился к выходу, меня останавливает уже знакомый мне охранник. — Игрок 124, подождите. Нам нужна ваша помощь — он приграждает мне выход из комнаты своей высокой фигурой. — Я готов, что нужно делать?  ***