Часть 6

Очнулась только когда оказались в просторной игровой комнате. – Моя фамилия в магическом мире – Лестрейндж. А твоя? Ты, часом, не грязнокровка? Подхватила его чарами и как пушинку подняла на два метра вверх. – Еще раз так в мою сторону скажешь. Выпотрошу! Похоже, и с Освальдом дружбы не выйдет. Но мальчишка заливисто засмеялся. Он в своем ли уме? Немного потрясла, продолжает смеяться. Медленно, осторожно опустила весельчака на пол. Примчится его опекун, а тут я безобразничаю, обижаю наследника. – Ты не грязнокровка. Они так точно не умеют. Так как тебя зовут, какая фамилия у твоего рода? И что ответить? Правду сказать не могу, а Лоуренсы маггловская фамилия. – Аддамс, – внезапно раздался чуть хриплый, очень приятный мужской голос. Мы оба от неожиданности подпрыгнули. Хм. Кто это? Одет немного старомодно: черный костюм, в руках держит перчатки и головной убор в виде цилиндра. Брюнет, темно-зеленые глаза смотрят внимательно. Идеально симметричное лицо, четко очерченные тонкие губы. Интересная внешность. Освальд встал чуть впереди, прикрывая меня. – Вы кто? И как сюда попали? – смело спросил Лестрейндж. Маг он. А попасть в особняк, не защищенный чарами, проще простого. Почему не озаботились наложить защиту? Так мороки много. Здесь же простецы живут, земли и строения принадлежат подданному английской короне. Странно будет выглядеть появляющееся из ниоткуда имение или отсутствие оного. Уж не по мою ли душу явился человек? А человек ли он? Необычно пахнет и аура такая темная, у моей мамы она не была столь концентрированной. – Я Чарльз Аддамс, дядюшка милой Морриган. Откуда он узнал мое имя?! Так понимаю, бежать бесполезно. Мужчина тепло улыбнулся. Мы, хоть и маленькие, доверять пришельцу не собираемся. Спина Освальда еще сильнее напряглась. Он медленно полез в карман брюк. Что у него там? Экстренный вызов Найджела или активатор портала? – Помню тебя совсем крошкой, – продолжил улыбаться маг. Он заметил телодвижения юного Лестрейнджа, но виду не подал и сам стоит на месте, не совершает резких движений. Медленно подошел к подоконнику, сдвинул игрушки, присел. Старается не пугать нас. Но это не отменяет того, что он является незваным гостем. – Аддамс, – делано равнодушно произнес вошедший в комнату Найджел. А опекун Освальда готов драться. Волшебная палочка наготове. – Лестрейндж, – улыбка гостя превратилась почти в оскал. Хорошо знакомы и не ладят. – Чарльз, – пропела впорхнувшая следом леди Кэролайн. – Кэр, ты стала еще прекраснее, – пришелец склонился к протянутой руке ведьмы. Хм, он прав. Очень хороша маркиза. Среди вампирш таких не встречалось. Привлекательная внешность – отличительная черта ночных охотников. Леди Кэролайн тоже хищник? – Не бойся, дядя не позволит тебя забрать этому, – шепнул Освальд. Наивный. Аддамс сильнее присутствующих в комнате, всех вместе взятых. Хозяин поместья настоял на серьезном разговоре в более подходящем месте. Чарльз на выходе обернулся и подмигнул мне. Отчего-то он мне нравится. Вроде надо бояться того, кто узнал мою тайну, а не получается. – А ты кем мне будешь? Сестрой или невестой? Лучше бы, конечно, сестрой. Жениться в ближайшую сотню лет не собираюсь. У моего друга такая противная невеста. На мисс Статтон похожа. А с сестрой можно обо всем говорить, заниматься изысканиями. Знаешь, сколько интересного в руинах старого замка? У-у! Много. Я только начал раскопки. А еще у меня есть пони. Можем по очереди кататься. Хочешь? Но это только если ты станешь мне сестренкой. Успокоила, сказала, что у меня уже есть жених. И все, мы сделались друзьями на век. Иных ответов ему не надо было. Тарахтел не переставая, отвлек от тяжелых дум. Освальд оказался добрым, открытым ребенком и смелым, не побоялся чужака. Несмотря на высокое положение, не чванлив. Вежлив с прислугой, а ведь люди, работающие в имении, не маги. За мной зашла графиня. Время позднее, пора ложиться спать. Мальчик ни в какую не хотел со мной расставаться. Предложил леди Сесилии свою постель, а мне диванчик, сам собрался спать на полу. Истосковался по общению. С детьми прислуги не принято дружить. Да и нет никого его возраста в имении. – Освальд, Мариэль завтра придет. Мистер Аддамс станет вашим общим гувернером. – Так дядя уволил противную мисс Статтон? – обрадовался мальчишка. Для чего держат мегеру если все от нее страдают? Больше во всей Британии не сыскалось приличных учителей? – Что ты такое говоришь! – делано возмутилась графиня: – Она продолжит преподавать тебе маггловские науки, а мистер Аддамс – магические. Стоп! Она знает о волшебном мире? Ну и слепая же я. Леди Сесилия сквиб. Надо и гувернантку проверить. – Мариэль, приходи, как проснешься. Вместе позавтракаем. Освальд потупился под насмешливым взглядом моей опекунши. Я не стала над мальчиком смеяться. Оказавшись вновь в детском теле и начав общаться с малышами, близко к сердцу принимаю их проблемы, которые взрослым кажутся не стоящими выеденного яйца. Ребенок тоже человек! Живет, думает, страдает, боится, любит. Все как у взрослых. – До завтра, Освальд. Приду пораньше. Приятных снов. Не спеша отправились в летний дом. На парк спустились сумерки. Низко стелющийся туман придал загадочности. Ждала, что вот сейчас появятся волшебные существа, но увы. Даже плохонькое привидение не изволило явиться. – Мариэль, тебе придется пройти опрос у мисс Статтон, – сказала Сесилия, когда мы подошли к калитке сада, немного до дома пройти осталось. Пожала плечами. Надо, так надо. Меня больше Чарльз беспокоит. Вспомнила его улыбку и вдруг показалось, будто я его знаю. Что-то в нем есть родное, давно забытое. В вампирской жизни его точно не было. А вот в воспоминаниях девочки волшебницы – сплошные дыры. Может ли Аддамс тоже быть хронопутешественником? Или если он не человек, то мог и тысячу лет прожить. Сестра Агнес уже спала, а Роза рукодельничала. Очень она была недовольна из-за того, что ее оторвали от важного дела. Я умудрилась запереться в ванной. Неприятная девица не стала шуметь, оставила меня в покое. Спокойно умылась и переоделась в теплую пижаму. Что-то остановило меня, будто на невидимую стену наткнулась. Не знаю был ли это подозрительный знакомый запах, обоняние вампира постепенно возвращается, или сработала интуиция, но я наотрез отказалась ложиться в постель. Роза скривила зверскую морду, собралась насильно уложить. Применила простой прием. Заорала. На шум примчалась заспанная сестра Агнесс и Сесилия с наполовину разобранной прической. – Что здесь происходит? – строго спросила Розу графиня. Пока дура открывала рот, собираясь с мыслями, я заложила ее по полной. – Она насыпала мне на простыни зудящий порошок. И ведь взяла откуда-то порошок бархатной фасоли. Растение тропическое, в этих широтах не растет. О чем думаю?! У магов в теплицах все растет. Мог кто-нибудь причастный с магглой поделиться. – Она врет! – завопила служанка. – Я заметила волдыри у нее на руках. Мисс забыла надеть перчатки. – А ну, вытяни руки, – приказала Агнес. Дурочка попала! Моя воспитательница не простит, негодяйка ее ангелочка собралась обидеть. Девица спрятала покрасневшие от расчесов лапки за фартук. Подписала себе приговор, а мне и делать почти ничего не пришлось. Монахиня зажгла люстру. Следы коричневого порошка обнаружились на простынях и пододеяльнике. Даже на наволочку насыпала! – Роза, немедленно приберись. Завтра пойду к управляющему, пусть переведет тебя на другую работу. Слово другую Сесилия особо выделила. Видимо, намекает на понижение в должности. Щеки девицы покрыли некрасивые красные пятна. А чего она хотела? Думала после диверсии ее по головке погладят и прибавку к зарплате выпишут? – Это девчонка сама устроила… – Прекрати! Мари хорошая девочка, она бы никогда так подло не поступила! – рассердилась Агнес. Ох, святая простота. Я думала к Розе применить более серьезные меры. – Мариэль, переночуешь у меня, – графиня присела, заглянула мне в глаза. Беспокоится. Я улыбнулась и кивнула. Служанка ожгла нас ненавидящим взглядом, молча вышла. Хлопнула входная дверь, покинула коттедж. Буду надеяться, ей не придет в голову поджечь наш дом. Не понимаю людей, которые с голого места ненавидят всех вокруг. Вот что ей сделала я? Ничего! Сесилия – хороший человек, вряд ли могла обидеть Розу. Во всяком случае, специально точно нет. – А эта негодница и вам, леди, могла испортить постель. Знаю я таких! Надо проверить, – сказала Агнес и направилась в комнаты графини. Не пакостить хозяйке у служанки хватило ума. Так что мы спокойно легли. Заснула мгновенно, очень уж утомительным был день. А вот утром решила устроить драматическую сцену. До пробуждения Сесилии пробралась в ее кабинет, спряталась за штору и начала плакать. Красиво, с крокодильими слезами и тихими всхлипами. Неожиданно у меня появился неучтенный зритель. Пришел Чарльз, Агнес его впустила. Она у нас ранняя пташка, давно проснулась, успела помолиться и начала проводить инспекцию. Записывает в тетрадку все недочеты и недоработки Розы. Из укрытия меня вытащил Аддамс, а должна была Сесилия. Зато успела рассмотреть его вблизи. У нас одинакового цвета глаза! – Малышка! Ты почему плачешь? Кто тебя обидел? – засуетилась графиня. – Никто не обижал меня. Просто я соскучилась по Тому. И моя подруга Герда с сестричкой голодают. Мне стыдно. Я хорошо кушаю, у меня есть все. А они…, – снова разревелась. И вот ведь что удивительно, не притворяюсь. Мне реально жаль Герду, а без Марволо холодно и одиноко. – Тише, тише, крошка. Успокаивайся и рассказывай все по порядку, – погладил меня по спине Чарльз. А не выходит! Слезы льются, говорить уже не могу, сплошная икота получается. – Дамы? – Мари очень сдружилась с Томасом Реддлом. Они одного возраста, оба умненькие, – начала рассказывать Агнес. – Томас – внук барона Торнтона. Мы с Кэр посетили приют, я заметила семейное сходство мальчика с Реддлами. Выяснили у директрисы подробности и сообщили его родным, – пояснила Сесилия. – Да. Барон весной мальчика забрал. А Герда, – монахиня задумалась, подбирает правильные слова: – Девочка со сложным характером. Она сразу взяла шефство над Мари. Вам ведь не надо рассказывать, какова жизнь в приюте? – Не надо. Не плачь. Другу ты можешь для начала написать письмо. Леди Сесилия знает адрес. Графиня закивала: – Да, конечно. Вернемся из главного дома и сразу напишем. – Вот видишь, все хорошо. А подругу твою я найду и заберу. Мне выделили охотничий дом, места много. Устроим двух девочек и няню. Сестра Агнес, согласны ли вы нам помочь? Приглядите за детьми? Монахиня замахала руками, так как говорить тоже не могла. Согласна она! – Спасибо, – с трудом произнесла простое слово. Агнес помогла мне умыться и одеться. На завтрак мы опоздали, сразу направились в учебные комнаты Освальда. Мальчишка уже корпел над книгами. Такой забавный, хмурит брови, тяжело вздыхает. Решил напугать пример, вдруг да сам собой решится! – Подождите за дверью, – Статтон нагло выставила мою воспитательницу в коридор. Хватило бы ей смелости так поступить с графиней? Вряд ли. Сесилия пошла на прогулку с подругой. Куда делся Аддамс я не знаю. Был и внезапно исчез. Гувернантка приказала сесть на стул, поставленный с краю ее стола. Очень неудобная посадка, коленки упираются в перекладину. Но кого это волнует? Женщина начала опрос. Спрашивала в разнобой, больше упирала на точные науки. С каждым разом вопросы становились сложнее. Мне кажется, Статтон перегибает. Наконец-то она устала. – Мало вызубрить материал. Надо понимать суть, – ни к месту высказалась учительница. Что ей надо? Я ведь все верно ответила, ни разу не ошиблась. Хотя планировала не показывать слишком высокий уровень знаний. Но закусила удила и из вредности ответила на вопросы экзамена старшей школы. – Вытяни руки, ладони вниз, – приказала гувернантка. Я подумала, это очередной тест. Моторику может проверяет перед тем, как дать мне перьевую ручку. Но она вдруг схватила деревянную линейку и со всей силы ударила меня по пальцам. Я задохнулась от боли. – Мариэль! – закричал Освальд. Мальчик отбросил книгу, вскочил, стул с громким грохотом опрокинулся. Я же не успела ничего сделать. Рядом материализовался Аддамс. Чарльз схватил женщину за горло, легко поднял хрипящую и начинающую синеть Статтон. Когда она начала закатывать глаза, маг отшвырнул ее к стене. Тетка сильно ударилась головой, зато пришла в себя, активно задышала. – То, что ты являешься любовницей Найджела, не дает тебе права измываться над детьми. Освальд, она тебя тоже била? – Била, – не стал скрывать Лестрейндж: – Но я мужчина. Папа говорил, девочек обижать нельзя. Женщины прекрасно все понимают без тычков и шлепков. Мариэль скромная и умная, она на отлично прошла тест. Ее не за что было наказывать! Эх, мой маленький рыцарь. А как быть вот с такими женщинами? Эта, пока ее не придушили, не поняла бы ошибки. Чарльз ей горло передавил, и хорошо, а то ору было бы. Явно ведь скандальная тетка. Опять все те же лица. Явились Найджел и Кэролайн. Оба встрепанные, и пахнет от них специфически. Поднялся шум и гам. Нас с Освальдом вытурили. Понятно, взрослые разговаривать будут. Желания подслушать не возникло. – Мариэль, пойдем, я тебя с Ветерком познакомлю. Так моего пони зовут. Согласилась. Сидела долго, почему бы не прогуляться. Но до конюшни мы не дошли. Леди Сесилия нас завернула. Пора обедать. Ну, от еды я не собираюсь отказываться. А то мало ли что произойдет, надо быть готовой. – Кто это? – спросила у Чарльза. Мы после сытного обеда с Освальдом играли в прятки. Он прятался, я искала, а новый учитель присматривал за расшалившимися подопечными. Вдруг услышала гневные крики. Басовито орал мужчина. Выглянула в окно, заметила быстро удаляющегося человека. Шел он к шикарному авто. – Это граф Пембрук. Морриган, он служит врагу твоей мамы. Я подобралась, внимательно посмотрела в лицо Аддамсу. – Что ты знаешь о моей семье? – Знаю. Я и ты – вот все, что осталось от некогда великого рода.