Глава 8. О, Капитан! Мой Капитан!

Люк, едва услышав звуки борьбы, спрятался в командном центре. Он забаррикадировал дверь, подтащив к ней стальной шкаф, и сжал пистолет в потных ладонях. Он ждал, зная, что его очередь сражаться за жизнь близка. Дверь содрогнулась от удара, металл прогнулся. Ещё удар — и она рухнула внутрь, разлетевшись в щепки и искры. — Стой или я выстрелю! — крикнул он, когда Адела вошла, проломив преграду с помощью паразита. Она на секунду остановилась. Чёрные щупальца как моток рыболовной удочки спрятались куда-то за спину, и увидела направленное на себя оружие. — Какой грозный мужчина…. — кокетливо протянула она, — Неужели ты выстрелишь в беззащитную девушку? — Ты не оставляешь мне выбора, — выдохнул он, напрягая палец на спусковом крючке. Раздался выстрел. В следующую секунду Адела рванулась вперёд. Люк не успел среагировать — она налетела на него, повалив на пол с глухим ударом и прижав к холодному полу. Её пальцы вцепились в капитанскую куртку. Как дикий зверь она сдирала одежду в поисках теплой плоти. Не смотря на всю свою дикость Адела выглядела чертовски привлекательно. Люк стиснул зубы, пытаясь вырваться, но её сила была нечеловеческой — она держала его, как стальной капкан. — Что тебе нужно от меня!? — прокричал Люк, срываясь на хрип. — О, ты ещё не понял, мой Капитан? — Адела села на него, двигая объемными ягодицами. Под обтягивающей тканью проступали изгибы, слишком совершенные, чтобы быть настоящими. Член Люка напрягся, отзываясь на её близость, и она это заметила. — Перестань! — выпалил Люк, пытаясь сбросить её, но она ловким движением достала из его штанов напряженный член и села, сжав внутри себя как заложника. — Ты мой, — прошептала она, ее голос был низким, почти рычащим. Она двигала мокрым влагалищем то вниз, то вверх, словно волны, поглощающие его сопротивление. Люк сопротивлялся, напрягая каждый мускул, но её доминирование было абсолютным. Его разум кричал "нет", но тело подчинялось, поддаваясь её власти. Жар нарастал, выжигая остатки воли, и наконец он сдался — его семя вырвалось наружу, горячее и неконтролируемое, наполняя её. Адела замерла, её тело содрогнулось, словно впитывая его капитуляцию. Её глаза вспыхнули ярче, зрачки сузились в вертикальные щели, и она издала низкий, удовлетворённый стон. — Наконец-то, — прошептала она, наклоняясь к его лицу. — Ты дал мне то, чего не могли дать другие. Люк лежал, тяжело дыша, его взгляд был пустым, разум раскололся, как зеркало. Адела бросила на него последний взгляд — смесь триумфа и презрения — и шагнула к выходу. Она оставила его жить, словно трофей, напоминающий об удачной охоте. Переступив через искорёженную баррикаду, она растворилась в коридоре, и шаги затихли в мёртвой тишине базы.