Часть 3

Начало июня, 983 год по Искровому календарю

Терпение Эграсселя лопнуло в тот день, когда Джон сломал руку. Разьяренной фурией он влетел в мастерскую Лололошки, где тот как раз разглядывал с лупой какие-то часы. Не успел полукровка опомниться, как перед ним по столу хлопнули чужие ладони. — Мне это надоело! — резко произнес Эграссель, пока ошалевший от неожиданности Лололошка не отставил часы в сторону, поправив очки. — Поговори с ним! — безапелляционно заявил эльф. — Поговори с кем? — уточнил Лололошка. Эграссель раздражённо дёрнул ушами. — С Джоном, разумеется! — он вдруг всхлипнул и прикрыл лицо руками. Лололошка взволновался и встал с места, обойдя стол, и аккуратно обхватил талию эльфа, прижав поближе к себе. — Что случилось? — внутри начало подниматься плохое предчувствие, и истерическое состояние Эграсселя не прибавляло оптимизма. — Джон сломал руку, — устало ответил эльф. От услышанного у Лололошки кровь застыла в жилах. — Очевидно, он пытался встать на руки. Этот ребенок... Он мог голову разбить! Теперь картина полностью сложилась в голове Лололошки, как пазл. И злость Эграсселя, и паника, и сам поступок Джона. Внутри засело кислое ощущение. «Неужели моя вина?» - хмуро подумал он, ведя Эграссу в дом. На пороге одной из комнат он столкнулся с совой в белом переднике с красным крестом. Врач. — Госпожа Фаррен, — опомнился Эграссель и мягко отстранился от друга. — Как он? — Левая рука сломана, — начала свой рассказ сова. — Весьма болезненный ушиб, я приложила компресс с холодной водой, но его скоро нужно будет поменять. — Есть возможность сменить на лёд? — спросил Лололошка. — Да, если у вас он найдется. Это будет даже лучше, — кивнула Фаррен. — Дальше... лёгкое сотрясение мозга, ничего серьёзного. Синяки, перелом левой ключицы.. — Подождите! — запаниковал Эграссель. — Когда я уходил не было никакой ключицы!? — Я обнаружила это после вашего ухода, господин Эграссель. В любом случае, при должном лечении мальчик быстро поправится, а в вашу сознательность я верю. Теперь поговорим о лечении... Лололошка бросил взгляд на Эграсселя, и тот кивнул ему, позволяя зайти внутрь комнаты и закрыть за собой дверь. Джон лежал в кровати с перевязанной рукой и частью тела, от этого зрелища почувствовалась боль. Саша лежала рядом, заплаканная. Лололошка подошёл и аккуратно сел на краешек кровати. — Доигрался? — спросил он, Джон бросил на него хмурый взгляд. Саша приникла к руке Первого, уткнувшись ему в бок, как котенок, и Ло погладил её по волосам. — Давай с тобой поговорим. Точнее, я поговорю, а ты послушаешь. Джон кивнул и поморщился. — Цыц, — пригрозил ему пальцем Лололошка. — Обойдёмся без лишних движений. С чего бы мне начать, — он поднял глаза к потолку, будто выискивая там что-то, и обратил внимание на притихшего мальчика. — Ты ведь понимаешь, что сделал неправильно? — Вес неравномерно перевёл на руки, — буркнул Джон. Лололошка моргнул. — Я не об этом. Но так-то да, ты прав. Я имею ввиду, что ты не должен был заниматься этими трюками. Ты хоть знаешь, сколько времени я потратил, чтобы научиться? Глупо ожидать, что у тебя получится с первого раза, да ещё и без должной подготовки, — он щелкнул надувшегося ребёнка по носу, Саша хихикнула. — Ты хоть понимаешь, как мы испугались? Эграсса чуть не плакал, — строго добавил Лололошка. — Ты мог себе шею свернуть, понимаешь? Больше никаких самостоятельных попыток таких трюков. — Лучше вообще никаких трюков, — тихо сказал вошедший Эграссель, сжимая в руках листы бумаги, с рекомендациями и рецептами от врача. — Я не выдержу ещё одного раза, — он устало вздохнул и присел рядом с Лололошкой. Саша тут же перебралась к нему на коленки и обняла за шею, утешая. Медленно на город опускались сумерки, окрашивая небо в мягкий оттенок лилового. Облака в свете заката казались розовыми и поразительно воздушными. Запела птица, все прислушались. — Эграсса, а кто это поет? — шёпотом спросила Саша. — Соловей, — тоже шёпотом ответил ей эльф. Соловей продолжал петь. Мелодия кружилась в воздухе, окутывая все тонкой дымкой печали и одновременно радости. Сложно было описать это пение - оно будто взмывало в воздух до самых облаков, заставляя невольных слушателей подняться вместе с ним. Мелодия проникала прямо в душу, раскрывая её всю нараспашку, и убаюкивала своей нежностью. В скором времени и Джон и Саша заснули. Лололошка помог переложить девочку рядом с братом, и они с Эграсселем покинули помещение, напоследок оглянувшись.