Сезон 3 Серия 18

      Сезон 3 Серия 18              Чёрт, холодно.              Я тихо шиплю от внезапного порыва холодного воздуха, который разбудил меня, дрожа от холода и зарываясь поглубже в спину Пятого, чтобы согреться, пока его руки крепко обнимают меня. Я понимаю, что он всё ещё спит, так как его дыхание всё ещё ровное и спокойное, он проводит по моим волосам, обнимая меня сзади.              Должно быть, я ворочалась во сне.              Я сонно моргаю, открывая глаза и вижу, что всё ещё темно, всё ещё ночь, единственный источник света это луна, проникающая сквозь открытые занавески окна спальни. Я тихо улыбаюсь, когда Пятый блаженно вздыхает мне в шею, притягивая меня ещё ближе к себе, и я краснею, чувствуя, как его обнажённая грудь прижимается к моей голой спине. Его ноги переплетены с моими, его нос уткнулся мне в шею, одна его рука обхватила моё плечо, держа мою руку на груди, в то время как другая на моих бёдрах.              Я пытаюсь снова закрыть глаза, чтобы уснуть, но внезапно слышу шепот, и всё моё тело напрягается. Тот же шепот, который оглушал меня в Академии, тот же шепот, который окружал меня в парке, и я впадаю в панику. Темнота не помогала, и мне стало очень страшно, когда голоса медленно становились громче, как будто они приближались ко мне. Мои глаза расширяются от ужаса, когда я чувствую давление на кожу моей руки, словно что-то хватает меня. Я хочу отстраниться, но понимаю, что не могу пошевелиться, заперта на месте. Моя грудь бешено вздымается и опускается, пока я смотрю в зеркало раздвижной двери шкафа передо мной, наполненная ужасом, когда вижу те самые чёрные когти, обвивающие мою руку сзади. То самое место, где я чувствовала давление чьей-то хватки.              Моё сердце бешено колотится от страха, когда я вижу, как тёмная тень медленно выползает из-за моего тела, и я застываю, пригвождённая к месту, не в силах двигаться, наблюдая, как оно смотрит на меня этими светящимися красными глазами с этой отвратительной широкой улыбкой. Я не могу пошевелить ртом, чтобы закричать, звуки застряли в горле, и я не могу пошевелить даже телом, чтобы отскочить от тени. Я закрываю глаза, плача про себя и молясь, чтобы оно исчезло, но чувствую, как что-то касается моей щеки.              Пожалуйста! Пожалуйста, исчезни!              …кричу я про себя, медленно открывая глаза, и мои крики заглушаются в сомкнутом рте, когда я вижу его прямо перед собой, отчаянно пытаясь пошевелить телом, чтобы убраться. Я кричу и кричу, плачу, а оно ухмыляется мне.              УБИРАЙСЯ! УБИРАЙСЯ!              Я зову Пятого, надеясь, молясь, чтобы он как-то мог меня услышать, почувствовать, что я в беде, или проснулся, когда эта тёмная фигура приблизилась ко мне.              Что ей нужно!?              Меня тошнило, я бесконечно плакала, но всё ещё не могла пошевелить конечностями.              ~ Ты Убила Меня.              Я отчаянно выдыхаю, когда внезапно слышу, как оно говорит, и меня чуть не стошнило, когда я узнаю ее голос.              ~ Теперь Я Забиру Твоё Тело.              Я пытаюсь отстраниться, но совершенно парализована, пока тёмная тень передо мной превращается в кого-то, кого я знаю и узнаю. Я кричу, когда оно бросается на меня, пытаясь схватить. Я быстро закрываю глаза, надеясь, что оно исчезнет, но когда открываю их, вижу только темноту.              Я ничего не чувствую.              Я ничего не вижу.              Я ничего не слышу.              — Пятый!? Кто-нибудь! Кто-нибудь! — кричу я, задыхаясь от того, что наконец могу говорить, но не могу двигаться. Я кричу и кричу, снова впадая в панику, когда чувствую, как что-то взбирается на моё тело. Я пытаюсь сорвать это с себя, но это похоже на то, как будто меня затягивает в глубину живьём. — Нет! НЕТ! — кричу я, смутно слыша голос вдалеке, прежде чем меня силой утягивает вниз.              Я просыпаюсь, моргаю, выскальзываю из кровати и сажусь, тихо стоная, разминая плечи. Я встаю и иду к двери, хватаю тонкий халат, который там висел, надеваю его и выхожу из комнаты. Я направляюсь к лестнице и спускаюсь в главный холл, иду к буфету и беру что-то полезное, прежде чем вернуться обратно в спальню. Он всё ещё спал, когда я бесшумно проскользнула обратно, подошла к кровати и вскарабкалась на него сверху, молча, он почувствовал меня, из за чего его глаза открылись. Моя голова падает набок, когда я рычу на него, полная злости и ненависти к мужчине, которого я люблю, и я двигаюсь, чтобы перерезать ему горло ножом, но его быстрая реакция останавливает мою атаку.              — Эстель! ПРОСНИСЬ!              Я слышу, как Пятый кричит моё имя, и его голос звенит у меня в голове, пронзительные крики вокруг меня затихают, и я открываю глаза, смотрю, и замечаю как свет немного ослепляет меня. Я хватаю ртом воздух, когда вырываюсь из темноты, отчаянно хрипя, кажется, что снова могу дышать. Мои лёгкие горят, как будто меня утопили, всё тело пылает, и я смотрю в зеркало. Страх накрывает меня, когда я вижу своё отражение… на нём злая ухмылка и тёмные глаза, из которых капают чернила. Я качаю головой, слыша, как кто-то зовёт меня.              — Эстель! — Это был Пятый. Он кричал на меня, и я быстро оборачиваюсь, чтобы посмотреть на него, мои глаза расширяются, когда я вижу кухонный нож в своих руках, прижатый к его шее, пока я сижу верхом на нём. Он скрежещет зубами, когда изо всех сил пытается удержать меня, чтобы я не причинила ему вреда.              Ведь он сильнее меня.              — Пятый! — Я прихожу в себя и быстро отстраняюсь от него, мои руки сильно дрожат, когда он смотрит на меня с беспокойством, но его глаза холодные и настороженные. Я быстро бросаю нож в сторону, пока он трёт шею, опасаясь меня, и я срываюсь с него. Я не понимаю, что происходит, и начинаю рыдать, плача в свои ладони.              Всё болит!              Моя голова, моя грудь, моя кожа. Всё горело, я закричала, нагнувшись над кроватью и держась за голову. — Я не… этого не было… я бы не… — я задыхаюсь, из за бысторой частоты дыхания, борясь с ним, словно чувствую, как когти душат меня, и я хватаюсь за шею. Я не могу вдохнуть воздух в лёгкие, и хриплю.              — Эстель! — Пятый быстро хватает мои руки, заглядывая мне в глаза со страхом и тревогой. За меня. В его глазах больше не было этой холодной маски, он искренне волновался за меня, и я видела эту мягкую любовь в его взгляде, что заставляло меня плакать ещё сильнее, зная, что я пыталась причинить ему боль. — Дыши, просто сделай глубокий…              — Прости! Мне жаль, Пятый! Она… она… я этого не делала это она! Это была она! — выпаливаю я, и он притягивает меня к своей груди, обнимая, укутывая нас обоих в одеяло, чтобы защититься от ночного холода. Я сильно дрожу в его объятиях, пока он крепко держит меня, моя голова прислонена к его плечу, когда я вдыхаю воздух в лёгкие.              — Кто это был, Эстель? — Я качаю головой, испуганная, но он отстраняется, чтобы посмотреть на меня, но моё внимание не на нём. Оно на тёмных пятнах, стекающих по его плечу. — Эстель, что случилось? Что-то происходит! Ты держала ебучий нож у моего горла!              Я дрожащей рукой тянусь, чтобы коснуться своих щёк и области под глазами, отдёргиваю пальцы и вижу тёмные чернила, стекающие по моим щекам, когда я плачу, и я паникую. Я смотрю на Пятого, и он выглядит таким же испуганным, его брови нахмурены. — Я знаю, что это была не ты. Это та тёмная фигура, которую ты видела? — Я дрожаще киваю, и он сжимает губы. — Кто это был? Чего она хотели?              — Она хочет моё тело.              — Ты одержима!? Почему!?              — Я убила её, — бормочу я, и мой разум проносится к взрыву, с которого всё началось.              — Эстель, кого!? — Пятый держит мои щёки, вытирая чернила с моего лица, когда я смотрела на него.              — Это была моя копия. Это была Эстель из этой временной линии.              

•┈••⋆ ☂ ⋆••┈•

             Мои дрожащие руки потянулись к чашке кофе, стоявшей рядом со мной, я не доверяла себе, что смогу удержать её, учитывая, насколько я нестабильна. Я потеряла счёт тому, сколько чашек выпила, лишь бы убедиться, что больше никогда не усну. Сколько часов я не спала? 24? 36? Я никогда не хотела закрывать глаза, боясь, что меня захватят и я причиню боль кому-то, кого люблю. Я боялась, в ужасе боялась даже на секунду закрыть глаза, боясь увидеть её.              Я свернулась калачиком в углу фойе, скрытая от всех, спрятавшись за прилавок кассы, сидя на полу рядом с Чэтом, который работал. Он позволил мне остаться с ним, позволил спрятаться без лишних вопросов. После того, что случилось прошлой ночью, я не могла смотреть в глаза Пятому, не могла смотреть ему в глаза после того, как пыталась убить его, даже если это была не я. Я не хотела причинять ему боль. Я не хотела быть ещё одним человеком, который причиняет ему боль. У него было слишком много таких людей, слишком много тех, кто вонзил ему нож в спину.              Я никогда не хотела причинять ему боль…              Я замираю, когда слышу знакомый вжух и вижу слабое синее свечение позади себя, зная, что Пятый близко, и слышу шаги, идущие к стойке регистрации. Это не первый раз, когда он умолял Чэта сказать ему, где я. Я смотрю на мужчину постарше и отчаянно качаю головой, но он хмурится. Либо он волновался за меня, либо устал от того, что Пятый спрашивает его каждый час, где я. Я со вздохом сдаюсь, когда он указывает вниз, за стойку, и прежде чем я успеваю убежать, появляется это проклятое синее свечение, и Пятый оказывается передо мной.              Он опускается на колени передо мной, чтобы остановить меня от очередного бегства. — Эстель… — я вздрагиваю от его прикосновения, и он быстро отдёргивает руку, вид разбитого сердца в грусти и на его лице заставляет мой желудок сжаться от боли. Я просто сворачиваюсь в клубок, дрожа от кофеина и недосыпа. Я перебираю пальцами волосы, голова раскалывается от боли. — Это нехорошо для тебя… — Я резко поворачиваю голову, когда вдалеке что-то ломается, и моё сердце бешено колотится от паники, так как я нахожусь на пике паранойи, думая, что Она снова идёт за мной. — Эстель, пожалуйста… — Я вздрагиваю, когда чувствую, как руки Пятого держат мои щёки, и мгновенно таю от его прикосновения, от его тепла, обнимая себя, когда он поворачивает мою голову, чтобы посмотреть на него. — Ты не причинишь мне вреда. — Он шепчет так, словно знал, что я собиралась предупредить его держаться подальше от меня, наклоняется ближе и проводит рукой по волосам, чтобы погладить мои щёки. Я скулю и плачу, глядя на него, в его глазах только тепло и забота. Он не ненавидит меня, не просчитывает и не осуждает.              Он волновался. За меня…              Я так испугалась. Я привыкла жить нормальной жизнью без всякой паранормальной чепухи или колдовства, переживая это только в книгах и фильмах.              Но теперь… я не знала, что делать, чтобы избавиться от Неё.              — Пятый… — выдыхаю я, и он выглядит сломленным, когда притягивает меня к себе на колени, чтобы обнять, крепко сжать. — Мне жаль, мне так жаль… — Я сжимаю его рубашку, зарывшись головой ему в грудь, плача в его рубашку, а он кладёт подбородок мне на макушку, качая меня в своих руках, которые держали меня.              Я закрываю глаза и слышу знакомый вжух, понимаю, что мы телепортировались куда-то, где потише, подальше от людей, и он целует меня в макушку, шепча, как мы можем решить эту проблему вместе.              — Что случилось с сумасшедший?! — Внезапно я слышу Клауса, открываю глаза и вижу, как он скользит по фойе, словно бежал, совершенно запыхавшийся, с широко раскрытыми глазами. — Эстель! — Он ахает, увидев меня, и бросается ко мне, садясь на пол рядом.              — Как…              — Я почувствовал, что что-то не так. Я не был уверен, кто, но это было по-настоящему плохо, и стало хуже, когда я не смог тебя найти, Эстель, — выдыхает Клаус, прерывая Пятого, который собирался заговорить, всё ещё пытаясь отдышаться, словно он обежал всё здание отеля в поисках меня. — Ты была одержама?! — восклицает он, и Пятый смотрит на своего брата в шоке.              — Как…              — Я узнаю симптомы одержимости, — снова прерывает Пятого Клаус, и мой парень начинает раздражаться.              — И как…              — Бен вселялся в Клауса, когда он прибежал, тогда ты забрал портфель у Куратора, и угрожал убить меня, — мой маленький убийца морщится от воспоминания из Далласа, которое я ему напомнила.              — Во-первых, перестаньте меня перебивать, вы оба, и во-вторых, мне так жаль, что я наговорил тебе всего того. Мне никогда не следовало говорить тебе такие жестокие слова. Я до сих пор чувствую вину за это, Эстель, — бормочет Пятый, а я просто киваю, совершенно потерянная, пока у меня гудят уши.              — Кем ты одержима? — спрашивает Клаус, и я смотрю на него с опаской.              — Сложно объяснить… — выдыхаю я.              — Ну, это не то чтобы тебя захватило какое-то злое существо, и это существо может быть твоим Доппельгангером, как объяснил наш дорогой младший братец прошлой ночью. Потому что, если это так, то, возможно, дорогой папочка может нам кое-что объяснить насчёт происходящего, а? — Пятый и я ошарашенно уставились на долговязого инфантила, который смотрел на нас с недоумением. — Что? Что я такого сказал?              — Иногда я искренне думаю, что если бы ты не напивался, то мог бы стать настоящим гением, — говорит мой парень, прежде чем поднять нас обоих, но я не могу устоять на ногах, и он быстро ловит меня. — Чёрт… — бормочет он, когда я хватаюсь за его пиджак, так как мои ноги дрожат. Видя, как я устала, он подхватывает меня на руки, держа по-дамски. — Как бы мне ни хотелось нанести визит старому приятелю, тебе нужно поспать, Эстель. — Я паникую и трясу головой.              — Пятый, нет…              — Дорогая, ты не спала, чёрт знает сколько. Ты испытываешь боль.              — Пятый, пожалуйста, я не могу! Я не хочу! — Он хмурится и садится на диван, усадив меня на колени. — Пожалуйста, не заставляй меня! — Я заливаюсь слезами, в ужасе.              — Эстель, я здесь с тобой. Я никогда не оставлю тебя одну. Я никуда не уйду. Я здесь. — Он крепко обнимает меня, позволяя мне положить голову ему на плечо, и я крепко сжимаю его руки, обнимающие меня. Он начал успокаивать меня, и я начинаю клевать носом от его прикосновения и тепла. Я пытаюсь бороться с этим и смотрю на Клауса, который сидит рядом с Пятым и держит мои руки.              — Пожалуйста… — бормочу я, на меня накатывает усталость.              — Эстель, мы оба здесь для тебя. Плюс мы на публике, я уверен, эта сучка ничего не попытается сделать. Не с нами рядом! — Клаус улыбается, и я не могу сдержать всхлипа с улыбкой, кивая. Я позволяю ему держать мои руки в своих, пока мой парень тихо напевает, убаюкивая меня, крепче обнимая меня.              — Моя милая девочка, просто прислонись ко мне сейчас. Ты заботилась обо мне, позволь теперь мне позаботиться о тебе, — шепчет Пятый в мои волосы, и я медленно закрываю глаза, позволяя себе уснуть. — Я люблю тебя, Эстель. — Я всхлипываю слезами, когда отключаюсь.              — И ещё, Синко, ты старше дорогого папочки?              — Клаус, заткнись.