Поговорим о женщинах, которых нужно держать в строгости

В тексте первой книги есть одна странная реплика Рокэ Алва, которая словно выпрыгивает на читателя из ниоткуда. На ютубе есть замечательная блогерка Eliot Lilith, чьи ролики мне очень нравится слушать. В одном из них она гекзаметром пытается измерять степень кринжа, которым наполнены многие реплики Рокэ Алвы, в том числе и его высказывание о том, что женщин нужно держать в строгости. Цитата: "— Врете. Хотите, но боитесь… Ладно, идите. — Рокэ повернулся к Ричарду: — Можешь считать это уроком, Дикон. Никогда не надо мчаться на зов, даже к королям. Королей, женщин и собак следует держать в строгости, иначе они обнаглеют. Уверяю тебя, нет ничего противней обнаглевшего короля…" Только при повторном перечитывании у меня вдруг сложился этот паззл - к чему здесь эта фраза. Тут нужно учитывать контекст. Мы читаем чуть раньше сцену описания визита Ричарда к знаменитой куртизанке Марианне, которая, как мы знаем, должна Алве денег и ее утехи с Ричардом Окделлом это оплата данного долга. Сам герцог Алва и послал своего оруженосца к этой даме. Хотя мы и не знаем, что было в той записке, которую написал Алва и которую отправил с Ричардом. "Ричард с поклоном передал женщине письмо, запечатанное синим воском с оттиснутым на нем вороном. Марианна вскрыла печать, пробежала четкие строки и передала мужу. — Прочтите, сударь. Тот прочел и улыбнулся. — Какой милый человек, не правда ли, дорогая? — О, да. Ричард, я ведь могу вас так называть? Господин Первый маршал ждет ответа на свое письмо и заверяет, что вы любезно его доставите, но мне нужно немного подумать, а пока, если вы не возражаете, мы пообедаем". Далее мы видим, как Марианна соблазняет юношу, вовлекаяв его первый сексуальный опыт с другим человеком. Однако далее следует еще одна загадочная сцена. Ричард остается у Марианны на ночь. А наутро ей приносят розы от какого-то неизвестного дарителя. "Утром его снова не отпустили, да он, правду сказать, не слишком стремился уйти. Марианна предпочитала завтракать в постели, они там и позавтракали, хотя Дику стало не по себе при виде вошедших с подносами слуг. Кто-то прислал баронессе две корзины роз, на этот раз алых, она быстро написала записку, передала камеристке и со смехом сказала Дику, что ее нет и не будет до завтра". Остается загадкой, кто прислал эти розы и что было в записке, которую она написала в ответ. Однако, очевидно, что ее что-то веселило в этой ситуации. Она снова соблазняет Дика и он остается у нее до вечера. Там есть еще один момент (Марианна тролит мальчика)? Я имею в виду вот этот эпизод: "Он начал что-то объяснять про своего эра, Марианна погладила прыгнувшую на постель собачку и спросила, когда герцог Окделл не лжет — когда говорит, что ему нужно домой, или когда жалуется, что его никто не ждет". То есть как выглядит эта ситуация: Ричард порывается уйти, вернуться к своему эру, а смешливая Марианна говорит ему, что он лжет (она только не знает, когда он лжет) - ему или нужно домой или он обижен, что его там никто не ждет. Отличный троллинг, баронесса. Вы и правда обнаглели. "Он снова сказал, что ему пора, но Марианне слова были не нужны, она знала, чего хочет, и он захотел того же… " Далее, уже к вечеру Ричард возвращается в дом своего эра. Мы знаем, что Хуан сказал ему, что Алвы нет дома (потом мы узнаем, что это неправда, герцог изволит быть дома и изволит напиваться). Но что интересно в тексте есть указание, что Хуан недоволен (интересно, чем же?) "Затем были разноцветные суматошные улицы, звон колоколов, особняк с Вороном на фронтоне, недовольное лицо Хуана. Тот казался еще более хмурым, чем обычно". Запомните недовольное лицо Хуано. Оно еще встретится нам в самом скором времени. Возможно Хуан недоволен, что его хозяин уже сутки напивается в своих апартаментах? Но зачем Хуан врет Дику, что герцога нет дома? И чем, черт побери, Хуан недоволен? И чего же герцог Алва напивается? А еще и песни странные поет. У него, конечно, может быть тысячи причин (Алва личность крайне скрытная и загадочная) и все же.... Вот мы и подошли к странной фразе про собак, женщин и королей. Откуда выпрыгивает эта наглая женщина, которую надо держать в строгости? Не мог ли герцог Алва посчитать, что Марианна, задержавшая Ричарда так надолго, немножечко обнаглела? Мне кажется, вполне. Не могла ли Марианна (возможно что-то поняв своей профессиональной интуицией) немного потроллить герцога Алву, который так явно пренебрегает ее обществом? Мне кажется, вполне. Вообще поведение Алвы во всей этой сцене "пьяные песни и пьяные претензии своему оруженосцу" выглядит довольно странным. У меня оно вызывает стойкие ассоциации с ревнивой истерикой. "Перед герцогом стоял кубок, на ковре валялись пустые бутылки. Хуан соврал, Алва никуда не уезжал, просто он был пьян. Дикон двигался очень тихо, но у герцога было чутье кошки — он мгновенно поднял голову. — Заходи и садись". "Маршал кивнул, но пить не стал и, вновь склонившись над струнами, запел на неизвестном Ричарду языке, звонком и гордом. Непонятная и одновременно понятная песня кружила как в водовороте". "Рокэ Алва пил и пел, Ричард Окделл пил и слушал". И вот эта самая фраза. "— Можешь считать это уроком, Дикон. Никогда не надо мчаться на зов, даже к королям. Королей, женщин и собак следует держать в строгости, иначе они обнаглеют. Уверяю тебя, нет ничего противней обнаглевшего короля…" Фраза то довольно оскорбительная, причем под замес попали и безвинные короли и собаки. А вот к обнаглевшим женщинам у Алвы вполне могли быть претензии, как мы видим. Я предполагаю, что той самой обнаглевшей женщиной, которую надо держать в строгости, в данном конкретном случае является Марианна. Затем Алва поет оруженосцу песню про "Ветер…Ярость молний, стойкость скал", которую Ричард считает Алва и не должен знать. Герцог напоминает Ричарду, что тоже является Человеком Чести. А то, что следует далее, еще больше напоминает мне какую-то ревнивую истерику: "вашего драгоценного Штанцлера", "я смею все", "не не нужно ничьей милости, но и от меня милости не ждите", "правильно, вы ее лопаете нежданной", "вы были рады, Окделл, когда я раз за разом прогонял от вас волка. Рады и счастливы". Сначала герцог говорит, что от него милостей не нужно ждать, потом практически начинает упрекать юношу, что он, герцог Алва, оказывает ему, Ричарду Окделлу, милости, а тот их лопает и рад/счастлив, когда он, Алва, прогоняет от него волка, и почему Ричарду так дорог его драгоценный Штанцлер, ему что там медом намазано? А далее герцог почти прямым текстом говорит Дику, ну посмотри на меня, я же лучше собаки, я же душевнее. Как еще интерпретировать вот эту его реплику: "у Добра преострые клыки и очень много яду. Зло оно как-то душевнее". А кто у нас Зло? Ну, ясен перец, что сам герцог Алва. Зло, отгоняющее от бедового мальчика волка раз за разом и не желающее никому делать милостей, но почему-то делающее милости этому самому бедовому мальчику, который лопает эти милости нежданными и уходит куда-то, где ему словно медом намазано, не замечая, что герцог Алва, ой простите Зло, как-то душевнее. Ой, я не могу)))) А затем герцог Алва как самое настоящее Злодейское Зло...поет мальчику песню о Ветрах Далеких. А наутро Ричард просыпается в своей постели и даже без одежды. Я теряюсь в догадках, кто же помог мальчику добраться до постели и раздеться? Ну, будем считать, что конечно верный Хуан, который внезапно настолько добр, что еще и принес мальчику отвар горичника (от похмелья). Причем сам Ричард отмечает, что раньше за Хуаном такая доброта не водилась. "Сделав еще одно усилие, юноша поднял голову и столкнулся с неодобрительным взглядом Хуана, державшего поднос. Раньше кэналлиец так себя не утруждал". И да, Хуан по прежнему смотрит на мальчика неодобрительно. За что же он его не одобряет? За походы Ричарда к куртизанкам? Так его туда сам герцог Алва послал, на свою беду. За то, что Ричард напился? Так его сам герцог Алва и напоил, зачем-то. Может быть Хуан не одобряет чего-то в поведении своего герцога? Но как это связано с Ричардом? Дайте подумать....))) Однако чудные дела творятся в особняке на улице Мимоз. P.S. Рокэ в своей ипостаси пьяного ревнивого (и очень душевного) чудовища невероятно прекрасен. Люблю его!