Часть 60 Стёртые строки

— Это… дневник? — моргнув, тихо спросил Фран. — Я часто видел, как он в него что-то записывал. После странных происшествий… да и просто так. Но он всегда носил его с собой. Ни разу не замечал, чтобы Ло оставлял его где-то, — задумчиво ответил Люциус, водя хвостом от любопытства. — Может… заглянем одним глазком? Быстро посмотрим и положим на место. Фран не ответил — просто молча открыл потрёпанную записную книжку с пожелтевшими страницами. Почерк на них был красивым, но дрожащим, будто писавший не мог успокоиться. Чернила в некоторых местах стерлись или выцвели. На первой странице едва можно было разобрать несколько фраз, будто они были выцарапаны сквозь панику: «Я не знаю, где я появился. Это… …пугает. Я не помню ничего. Единственное, что я знаю — меня зовут Лололошка. Я…» «Мне нужно что-то делать. Я, конечно, уже сделал себе дневник (и, честно, им горжусь — выглядит, как будто я купил его в дорогущей библиотеке), но мне надо искать место для…» «Кто я? Есть ли здесь кто-то, кто меня знает?..» На следующих страницах почерк становился аккуратнее, строчки — более уравновешенными. Где-то между строк можно было прочесть: «…встретил Картера…» «…старика Бастиана. Похоже, он хороший человек.» — Это тот самый Бастиан, о котором ты мне рассказывал? — спросил Фран, не отрывая взгляда от страниц. — Ага. Хороший был дед. Чудаковатый, конечно… но у кого нет своих странностей? — хмыкнул Люциус. Фран лишь пожал плечами. Он продолжил листать, пока они не нашли более чёткий отрывок: «Не могу поверить… Картер мёртв…» «…представился Люциусом. Полубогом (что это вообще? Наверное, что-то вроде бога… только недоделанного?)» — В смысле — недоделанного?! — возмущённо заморгал Люциус. — Это он так меня тогда описал? Хотя… не удивительно, учитывая, каким самоуверенным идиотом я был. Стыдоба… Фран не обратил внимания на его жалобы. Его мысли были прикованы к дневнику. Почти на каждой странице повторялись одни и те же фразы: «Кто я?» «Почему я здесь?» «…я не понимаю…» Значит, он терял память ещё до того, как мы познакомились… — пронеслось в голове эльфа. — Ло, бедняжка мой. Клянусь, когда ты вернёшься, я не позволю тебе больше ходить одному. Никогда. Я всегда буду рядом… Но взгляд Франа зацепился за один фрагмент — строчку, от которой перехватило дыхание: «Люциус… Не верится, что я согласился ему помочь. Хотя, выбора у меня, похоже, не было...» «…невыносимо, что он каждый раз почти убивает меня…» «Весёлый гад! Хотя, что я… Нет, нет, Лололошка, что ты несёшь! Наверное, у него просто нехватка внимания в детстве… Он не виноват, что он… ну, такой...» «Может, если я покажу ему хороший пример, он изменится?» «...достаточно красив...» «...в моём вкусе...» Фран перечитал строчку ещё раз. И ещё. Мир будто на секунду пошатнулся. "В его вкусе?.. Люциус? В его... вкусе?!" — внутри вспыхнуло что-то горячее и липкое. Он судорожно пролистал пару страниц вперёд, как будто надеялся найти опровержение. Какую-то приписку. Шутку. Но там были только потёртые фразы, обрывки слов, всё так же пропитанные растерянностью и одиночеством Ло. "Нет... нет-нет-нет, это вырвано из контекста! Да! Он, может, имел в виду... не знаю, внешность? Или... или просто заметку для себя, как писатель? Вдруг он имел в виду вообще кого-то другого? А может, это про еду!?" Он захлопнул дневник чуть громче, чем следовало. Его руки дрожали, но он поспешил спрятать это за вымученной, будто приклеенной улыбкой. — Давай-ка лучше... мы не будем читать дальше, — выдохнул он, с неожиданной твёрдостью в голосе. — Уважим личное пространство Ло. Он аккуратно "положил" дневник в сундук — только вот на деле незаметно скользнул им в свою сумку. — Пошли на грядки. Ашра с Селести наверняка уже всё заканчивают. — А?.. Да... — рассеянно отозвался Люциус, всё ещё не до конца осознавая, что что-то поменялось.