Глава 4

Уже прошло пару дней после того инцидента. Я ухаживала за всеми как могла, хотя мне самой требовался уход. У Сесилии всё ещё болит голова, у Альберта рука и проблемы с концентрацией внимания, а Оливеру повезло, он восстанавливается довольно быстро. Если верить ему, то у него уже ничего не болит, а только сердце болит за моё состояние. Подкат я не оценила, не то время он выбрал. За Брамса никто не спросил, они даже не знают что он существует. Вернее парни не знали, а Сесилия мне кажется знает намного больше чем говорит. Несмотря на головную боль, уборщица попросила меня прогуляться вместе с ней по саду. Наверное хочет поговорить со мной наедине. А ведь мне ещё стоит объяснится, кто это ко мне приходил. Сначала мы молча ходили по саду, я аккуратно придерживала её за предплечье. Каждый думал о своём. Прервала тишину Сесилия: — Ты должна будешь объяснится, кто это такой к тебе приходил. Я кивнула, думая чтобы такого наплести, чтобы звучало как правда. — Но сейчас не совсем об этом. Ты видела Брамса? Она остановилась серьёзно посмотрев на меня. Она всё знала с самого начала. — Раз уж это так, то ты имеешь право знать кто такой на самом деле Брамс. Ну то что он способен убить, это мне уже известно и то что у него психические проблемы тоже. Перед тем как начать свой рассказ, Сесилия прошлась глазами по территории, видимо хотела убедиться, что никто не подслушивает. — Брамса считали странным ребёнком, он был не такой как все. — Но ведь дети все по сути странные, они живут в своём мире. — Нет Морриган, тут ты права только частично. В возрасте восьми лет у него была подруга с которой он общался, её звали Эмилия Криббс. Однажды она пришла к нему на день рождения, но вот домой к себе девочка больше не вернулась. Возникла небольшая пауза, но уборщица продолжила: — В лесу нашли тело Эмилии с проломленным черепом. Как раз когда хотели допросить Хилшеров, в поместье вспыхнул пожар, для всех Брамс был мёртв. Потихоньку я начала догадываться, пожар вспыхнул не случайно, а специально. — У Брамса обгорело лицо, ну а супруги Хилшеры спрятали своего сына в стенах. Чтобы защитить его... Трагедия действительно тяжёлая. Значит всё это время я и другие живём с потенциальным убийцей психом... Хотела сбежать от одной проблемы, как тут другая. Мда уж, знала бы Сесилия, что перед ней сейчас тоже убийца. Также Сесилия сказала, чтобы я ничего не боялась. Брамс не причинил мне вреда, а это уже многое значит. Потому что с прошлыми нянями он долго не церемонился. По сути я должна сбежать, но боюсь тогда остальные жители этого дома отсюда никогда живыми не выберутся. Мы остановились у могилы Брамса. Хилшеры разыграли хороший спектакль, Брамс оказывается с самого детства очень хитёр и умëн. Весь дом в страхе держит, собственные родители боялись его. Значит и мне стоит бояться его, но мне хочется узнать его поближе. Он оказался добр по отношению ко мне, защитил меня. Но он убийца с рождения, такая уж у него роль в этом мире. Мы зашли обратно в дом, не сомневаюсь что Брамс за стенами следит за каждым моим шагом. Как он живёт в стенах? Наверное там есть какая-то комната, а то и не одна. Ещё за обедом мне нужно будет придумать объяснение, о произошедшем вчера. Меня не донимают вопросами, но чувствую угрызение совести, они ведь частично из-за меня пострадали. Я зашла к себе в комнату, от испуга чуть не вскрикнула. Кукла сидела на краю моей кровати, а на его коленях лежала ромашка. Видимо это Брамс оставил для меня. Взяв цветок в руки, я не смогла сдержать улыбки. Приятно чувствовать себя значимой для кого-то, даже для психа. На тумбочке у меня стоит чашка с водой, ромашку решила положить туда. Так, стоп. Я не могу проявлять симпатию к человеку, который является угрозой для общества. Я его даже толком не знаю! — Как же тяжело... — сидя на кровати, я облокотилась на колени, а ладонями прикрыла лицо. Тишина стояла в комнате, но мои уши уловили чьё-то слабое дыхание. Я повернула голову в правую от себя сторону. Дыхание исходило из стены. Не сложно догадаться кто это. Видимо он подошёл вплотную к стене, поэтому так чётко слышу его. — Что, так интересно посмотреть мою реакцию на твой подарок? — Решила обратиться к нему, со стороны выглядит так, что я разговариваю со стеной. — Мне понравилось, спасибо. Разум мыслит одно, а душа делает по-своему. Даже несмотря на все мои мысли сказанные о нём, я всё равно буду тянуться к нему. Потому что он мне тоже интересен и не безразличен. — А теперь извини, но можешь уйти? Мне нужно сменить одежду. В комнате повисла гробовая тишина, он ушёл. Все жители поместья собрались в светлой гостиной. Последние дни погода была дождливая, но к середине дня солнце выглянуло. Комнаты в доме не казались такими мрачными. Даже настроение улучшилось немного. На диване расположилась Сесилия, попивая чай с каким-то лечебным отваром. Альберт тоже был сидел рядом с ней, разминал свою руку. Оливер сидел на другом диване, а я прижигала его порезы на лице. Альберт обратился к ко мне: — Морриган, ты можешь нормально рассказать, кто этот вчерашний человек и куда он делся после того что произошло? Они жаждали ответов и я их не осуждаю за это. Сама бы так себя вела, хотя нет, я бы вела себя хуже. Они ещё вежливо спрашивают, я бы пыталась любыми способами выбить ответ, возможно даже радикальными методами... Они хотят знать ответ, но это не значит рассказать им правду. Я скажу то, что они хотят услышать. — Этот мужчина, его зовут Отто. Он... Мы были в очень близких отношениях. Из-за некоторых сложностей в жизни, расстались. Мы договорились остаться просто друзьями, но ещё в Америке, он пытался вернуть меня. И его прибытие сюда, тоже по этой причине. Меня внимательно слушали, даже посочувствовали. А вот я соврала. Ради себя, ради того чтобы защитить свою жизнь. — Как ты справилась с ним одна? У него были же шприцы с раствором. И как он ушёл в итоге? — Подал голос Оливер. Сесилия многозначительно посмотрела на меня, она хочет чтобы я соврала. Но она ещё не знает что всё что я говорю – ложь. — Я сумела выхватить шприц и пригрозила им. За ним ещё приехали его знакомые и забрали. Они сказали мне что, он последние месяцы в неадекватном состоянии. Альберт и Оливер возмутились, мол каких только мразей Земля терпит. Сесилия их поддержала, а они даже извинились, что не смогли оказать помощь, только ухудшили ситуацию. — Морриган, даю тебе слово, что подтяну свои рукопашные способности. Чтобы в следующий раз защитить тебя. — Какие кулаки Оливер? Ты даже пыль не можешь смахнуть с предметов. — Сесилия как всегда опускает его на землю с небес фантазий. Мы посмеялись и я пошла к себе в комнату. Пронесло, они поверили. Надеюсь в моём рассказе нет никаких дыр, чтобы после не было лишних вопросов и подозрений. Тело моего обидчика Брамс выбросил, в конце леса находится озеро, там и плавает Отто. Из вещей него была маленькая черная сумка, но там ничего такого не было, даже телефона. Это всё важно, но есть ещё не менее важное. Я соврала о Брамсе, потому что Сесилия предупредила меня кто он, или потому что я сама захотела защитить его? Не получается разобраться в своих чувствах, всё так запутано. Кукла ещё находилась в моей в комнате. Интересно, нужно мне ещё выполнять правила? Продолжать таскаться с куклой, или скорее таскаться с настоящим Брамсом. Через несколько дней все уже оправились. Брамса с тех пор не видела, но иногда разговаривала с ним через стенку. Так то он как обычно наблюдал за мной. Было желание снова увидеть его, коснуться его массивных рук, его фарфоровую маску и то что находится под ней. В душе я злилась на Брамса, своим существованием заставляет меня думать о нём каждый день. Ну почему он такой? Или это я такая? Хотелось увидеть его прямо сейчас и высказать все свои мысли, нет, не через стенку, а лицом к лицу. Стук в дверь. — Да?! За дверью показался Оливер, он удивленно посмотрел на меня. — Ты чего? Злая какая-то... Я извинилась. Как-то неудобно вышло. — Сесилия и Альберт уехали в город, так что мы в доме главные. Последнее время Оливер часто находится рядом со мной. Чувствую он не ровно дышит в мою сторону, но что я могу сделать? Жизнь жестокая, придётся ему смириться, со мной у него нет никаких шансов. Он хотел ещё что-то мне сказать, но передумал. Видимо хотел снова напомнить о приглашении на свидание, но увидев скверное настроение, Оливер лишь сказал что будет во дворе, проверит ловушки для крыс и ещё чего-то поделает. Ушёл наконец-то. Я тоже делом занималась, где-то убирала в доме, смахивала пыль с картин, предметов. Рассматривала вещи, весь замок состоит из антиквариата, музей, не иначе. Это помогло мне на время забыть о своих думках. Ближе к вечеру я зашла к себе в комнату, каково было моё удивление, увидеть лежащего Брамса прямо на моей кровати. Он привстал и подошёл ко мне. Между нами было короткое расстояние, да так что его нос касался моей макушки. Сама я смотрела на его шею, в лицо взглянуть не смела. Я поняла насколько сейчас мне неловко. Боюсь моё пылающее лицо выдаëт меня. Ни я, ни Брамс не решались коснуться друг друга, но то, с каким интересом он меня рассматривает... Рядом с ним чувствую себя нагой во всех смыслах этого слова. И ничего с собой я не могла поделать. Брамс коснулся пряди волос, заправив за ухо. Большим пальцем прочертил скулу, а после приподнял моё лицо, схватив за подбородок. Вот и всё, я утопаю в его невинных глазах. — Смотри на меня... Не отворачивайся. Его хриплый голос, услада для ушей. Я взяла его за лицо и своим лбом прижалась к его. Как он и просил, мои глаза смотрели только на него. Мои руки поглаживали бородку выглядывающая из под маски. Подушечки пальцев приятно кололо. Пальцами подела край маски с внутренней стороны, поняв что я намерена сделать, он резко схватил меня за кисти рук. От боли я зашипела и он тут же ослабил схватку. Я расстроено взглянула на него. — Я хочу видеть тебя, а не твою маску. Брамс с сожалением взглянул на мои руки и прижал к своим губам, вернее к губам маски. Он не был готов показать себя. Брамс резко поднял на руки. Его ладони касались моих бедер, а я руками упёрлась на его плечи. Сквозь ткань штанов которые на мне, я чувствовала его горячие ладони. Мне вдруг стало душно, когда это в комнате стало так жарко? Брамс упал на кровать, увлекая меня за собой. Теперь я лежала на нём. У нас обоих сбитое дыхание. Вот же... Он завёл меня словно механическую игрушку. За это хотелось ненавидеть и обожать его одновременно. Его руки залезли мне под футболку, ощупывая мою кожу в разных участках. Я же в свою очередь прижималась к нему всем телом, оттянула его кардиган, ногтями и губами касалась его ключиц, плеч, шеи... Внизу живота появилась тянущаяся боль, я инстинктивно расставила колени по обе стороны от его ног. Теперь Брамс одной рукой сжимал ягодицу под штанами, прижимал меня к выпуклому месту на его теле. Одежда начала мешать. Возможно всё и случилось бы, но вдруг послышался звук и голоса с первого этажа. Это видимо Альберт вернулся, уже вечер все-таки. Брамс обнял меня, он не хотел меня отпускать. — Прости, сейчас неподходящее время. Мне нужно идти, а то ещё зайдут сюда и увидят... Он разочаровано отпустил меня, ну а я чтобы хоть немного подбодрить, поцеловала в край его губ. Поправила одежду и волосы, вышла из комнаты.