Что шепчет ветер, играя с листвой?

В этот пасмурный день тяжёлое бледно-голубое небо давило на крыши небоскрёбов, словно вот-вот готово было накрыть всю землю своим ватным одеялом. Раскаты грома лишь на мгновение заглушали оживлённую городскую жизнь, но она не затихала ни на секунду. Люди спешили по своим делам, не обращая внимания на непогоду. Редкие порывы ветра путались в кронах зелёных беспокойных деревьев, бросая сорванную хрупкую листву под ноги. Листва шуршала под ногами неспешно гуляющих прохожих, создавая ощущение тревоги и дискомфорта. Среди прохожих были и неторопливые мечтатели, и суетливые трудоголики. Первые, казалось, были погружены в свои мысли и не замечали ничего вокруг. Вторые же спешили, мелькая перед глазами лишь своими быстро удаляющимися спинами, пытаясь успеть как можно больше. «У тебя есть с собой зонт?» — я слегка приподнимаю подбородок и перевожу взгляд на медленно плывущее над головой серое облако. Ветер усиливается, заставляя меня вздрогнуть от неожиданности. Кажется, погода вот-вот испортится, и это придаёт окружающему миру особую мрачную красоту. «Прости, но в карманах моих джинсов поместилась только пачка красного «Мальборо». Вытащить кролика из шляпы не получится», — он хлопает себя по карманам, словно убеждая меня в правдивости своих слов. Я едва сдерживаю вздох раздражения и желание закатить глаза так сильно, насколько позволяет человеческий организм. «Твоя дрожь от холода меня не устраивает, особенно когда она не связана с моим обаянием и харизмой. Предложение зайти ко мне всё ещё в силе и никогда не перестанет быть таковым», — я резко киваю, почти необдуманно, и мы меняем направление. В этом хмуром небе, среди серых облаков и усиливающегося ветра, я ясно вижу одно: в этом доме из согревающего меня ждёт отнюдь не чашка чая. Дойти до подъезда в целости и сохранности мы не успели. Крупный холодный дождь обрушился на город, словно театральный занавес, заволакивая всё вокруг своей серой густой пеленой. Ветер с ещё большей силой гнал облака, усиливая потоки воды, и я с трудом различала дорогу. Мы бежали, пытаясь укрыться от непогоды, но я понимала, что вымокну до нитки. Однако он любезно отдал мне свою толстовку. Когда мы наконец добрались до дома, я почувствовала, как меня окутывает тепло. Приглушённый свет согревал и создавал ощущение уюта. Здесь, вдали от дождя и ветра, мы наконец смогли перевести дух и осмотреться. Теперь мы никуда не спешили, и вся обстановка располагала к тому, чтобы осмотреть друг друга на предмет последствий непогоды. С его тёмных густых волос медленно стекали капли воды. После спешной прогулки его грудная клетка прерывисто поднималась и тяжело опускалась. Белая футболка облегала тело, как вторая кожа, демонстрируя рельеф мышц. В полутёмной комнате свет падал так, что подчёркивал каждую линию его фигуры. Я опускала взгляд всё ниже и ниже, исследуя каждый сантиметр тела, пусть и скрытого сейчас такой ненужной плотной тканью. Влажная футболка, небрежно брошенная на пол, оставила после себя дорожку из капель. Этот приглушённый звук нарушил тишину и отвлёк меня от мыслей, заставив взглянуть в глаза напротив. Я вопросительно выгнула бровь, с долей возмущения и скрытого любопытства глядя на него. Его взгляд был твёрд, но в нём мелькнуло что-то, что заставило меня насторожиться и одновременно расслабиться. Он медленно протянул руки, словно предлагая помощь, но в этом жесте было что-то большее - приглашение, вызов. Я не успела ответить, как он уже начал действовать. Его пальцы аккуратно коснулись ткани толстовки на мне, и я почувствовала, как она легко поддаётся его прикосновению. В следующее мгновение толстовка оказалась на полу, присоединяясь к судьбе футболки, которая уже валялась неподалёку. Я не смогла сдержать тихий вздох, наблюдая за тем, как он легко справляется с одеждой. Каждое его движение было выверенным, но в то же время наполненным какой-то невероятной силой. Я невольно отмечала каждую выделяющуюся мышцу его тела, каждую линию. Его руки были сильными и уверенными, но в то же время нежными, когда он касался меня. Я чувствовала, как моё дыхание становится всё более прерывистым, а сердце начинает биться быстрее. Я закусила губу, стараясь сдержать эмоции, но они всё равно прорывались наружу. В этот момент я поняла, что начинаю терять контроль. В воздухе повисла напряженная тишина, словно натянутая струна. Его ухмылка, полная вызова и легкой насмешки, казалась высеченной из камня. Он стоял, опершись о деревянный косяк проема, его руки были скрещены на груди, подчеркивая рельеф мышц предплечий. Я почувствовала, как его присутствие парализует меня, но не от страха, а от внутреннего огня, который разгорался все сильнее. «Ты настолько сконцентрирована на моей физической форме, что пропустила слова мимо ушей?» - его голос, глубокий и бархатистый, прозвучал с легкой насмешкой. Я не отвела взгляда, но внутри меня что-то сжалось. «Может быть, оценишь поближе?» - он поднял бровь, словно бросая мне вызов. Его глаза блестели, как два омута, в которых можно было утонуть. Я почувствовала, как кровь приливает к щекам, но не из-за стыда или смущения. Это было что-то другое, что-то, что заставляло меня двигаться вперед, несмотря на все внутренние барьеры. Я не собиралась краснеть и опускать глаза. Нет, сегодня я была готова принять его игру. Медленно, словно хищник, готовящийся к прыжку, я сделала шаг вперед. Каждый мой шаг был обдуманным и уверенным, а взгляд - острым и неотступным. Я чувствовала, как напряжение между нами нарастает, как невидимая нить, связывающая нас, становится все крепче. Быстрым взглядом осматриваю освобожденные от ткани участки тела. Легким движением руки касаюсь груди, медленно спускаясь ниже. Обвожу кончиком пальца кубики пресса, словно еще сильнее хочу выделить их рельеф. Продолжаю закусывать губу. Он наблюдает за мной, я отчетливо это чувствую. Его рука мягко ложится на мой затылок, давая ощутить всю силу и потенциал его тела. Пальцы мягко зарываются в слегка влажные волосы и натягивают их, отчего голова непроизвольно наклоняется назад. Он смотрит прямо в мои глаза, беря контроль над ситуацией. В воздухе витает напряжение, почти осязаемое, словно искра, готовая вспыхнуть. Я чувствую, как мои нервы натянуты до предела, и каждое его движение отзывается внутри меня, как эхо далекого воспоминания. «Даже у твоих дружков с универа, которые вьются около тебя как стадо недоумков, нет таких достоинств, я прав?» - неужели я чувствую раздражение в этом низком манящем голосе? А вот это уже довольно интересно. Я медленно веду рукой вниз, легко касаясь горячей кожи, словно боясь обжечься. На мгновение задерживаюсь на поясе джинсов и резко тяну молнию вниз. Его глаза округляются от удивления. «Хм...» - делаю вид, что задумалась, продолжая обводить рукой рельефные детали на его джинсах. Он в замешательстве смотрит на меня, пытаясь понять мои действия и предугадать следующий шаг. « Это был риторический вопрос, но если у тебя возникли такие сомнения, то я покажу тебе насколько они ошибочны» - он переводит взгляд на мои искусанные губы, словно пытаясь всем своим видом показать, что он победитель в этой игре. Я наклоняюсь ближе, чтобы наши лица оказались на одном уровне, и шепчу ему на ухо: «Ты даже не представляешь, что я могу сделать, чтобы доказать тебе свою правоту.» Его взгляд вспыхивает, и он без единого слова прижимается к моим губам, проводя языком по нижней губе и возвращаясь к верхней, пробуя их вкус. Я углубляю поцелуй, пытаясь передать в нём все оттенки эмоции, испытанные мной в этой комнате. Я чувствую смелость и лёгкую страсть, гордость и жадное желание победить, покорить и быть покорённой. Мои руки замирают на его поясе, не в силах преодолеть воображаемую границу между кожей и грубой тканью. Кажется, для него не существует границ или он перешёл их так давно, что хочется спросить: а были ли они вообще? Пока мои руки не слушаются, а разум контролирует ситуацию, он не теряет ни секунды. Одну за другой, чередуя аккуратность и резкость, он расстёгивает жемчужные пуговицы на моей слегка влажной рубашке. Шум в ушах мешает мне сосредоточиться на звуках вокруг, но я слышу треск ткани. Чёрт! С каждым новым звуком моё дыхание становится всё тяжелее, и я чувствую, как по телу пробегает дрожь предвкушения. Его пальцы нежно касаются моей кожи, и я ощущаю, как по телу растекается тепло. Он мягко отстраняется, заглядывая мне в глаза, пытаясь прочитать мысли. Затем его взгляд спускается ниже, оценивая проделанную работу. В глазах читается удовлетворение, а голос подрагивает от сдерживаемых эмоций. «Ты даже не можешь вообразить, как сильно я этого хотел», - произносит он, едва слышно, и его губы касаются моего уха, а зубы слегка покусывают мочку.