Часть 2

В доме давно всё стихло. Шарлотт приоткрыла дверь своей спальни, и убедившись, что в коридоре точно никого нет, вышла. Девушка была одета только в длинный до самого пола шелковый халат. Она, как воришка, продвигалась по тёмному коридору, постоянно озираясь и прислушиваясь нет ли каких-то посторонних звуков. Она не хотела, чтобы кто-то из близких её сейчас увидел. Они узнают обо всём завтра, а сегодня пусть всё останется в тайне. К счастью, до нужной двери Шарлотт добралась без ненужных приключений. Она остановилась перед комнатой и глубоко вздохнула, собираясь с духом. Недавно она пару раз точно также останавливалась перед родительской спальней, когда хотела лишиться девственности с Джонатоном, но оба раза передумывала в последний момент. Она долго потом размышляла, что же её останавливало? Ведь Джонатан её родной отец и безмерно её любит. Он был бы счастлив помочь своей дочери вступить в настоящую взрослую жизнь. Но недавно поняла: она хотела отдать свой первый раз другому мужчине. Всё оказалось просто. И теперь тот самый мужчина ожидает её за дверью. Всё свершится сегодня. Шарлотт хотела сперва постучать, но решила, что это может привлечь чьё-нибудь ненужное внимание, да и вряд ли дедушка запер дверь. Они ведь договорились, поэтому девушка осторожно повернула ручку и дверь легко поддалась. Сердце тут же ускорило шаг. Она всё также крадучась вошла в спальню и, осторожно прикрыв дверь, закрыла её на засов. — А вот и ты, моя дорогая, — послышался голос у неё за спиной. По телу девушки пробежали мурашки — столько любви было в этом голосе! — А ты думал, что я не приду? — Шарлотт развернулась к мужчине и обиженно надула губки. Джозеф тихо хохотнул. — Вовсе нет, родная, — ответил Джозеф. — Сегодня под дубом ты была настроена так серьёзно, что я ни на секунду не сомневался в твоем решении. А ну, иди к дедушке скорее, — мужчина подозвал её точно так же как делал всё её детство: протянул руки для объятий, как для маленькой девочки. И раньше маленькая Шарлотт не раздумывая побежала бы в дедушкины объятия, но сегодня… — Не надо сюсюкаться со мной, как со своей внучкой, — притворно-серьёзным тоном сказала Шарлотт. — Я теперь почти твоя жена и хочу соответствующего отношения. — От того, что ты станешь моей женой моей внучкой ты быть не перестанешь, — тем же тоном сказал Джозеф, а потом задорно улыбнулся: — А ну, иди, прокачу свою малышку на жеребчике, — он вновь протянул к девушке руки. Шарлотт пару секунд продолжала держать серьёзное лицо, а потом сказала: — Только, если жеребчик будет лежать на спине и будет послушным и покладистым, — и быстро развязала поясок халата. В тот же миг шелковый халат соскользнул с плеч девушки на пол, и теперь, оказавшись полностью обнаженной, Шарлотт побежала в руки дедушки. Тот поймал её, заключив в крепкие объятия. Их губы соединились в поцелуе. Как же сильно Шарлотт ждала этого весь сегодняшний вечер! С того момента, как Джозеф сделал ей предложение и они договорились встретиться ночью, чтобы скрепить их союз она не могла больше ни о чём думать, как об этом. Она сгорала от нетерпения и вот наконец ожидание будет вознаграждено. Пусть свадьба состоится позже, но ничего не мешает двум любящим друг друга людям соединить свои тела и души уже сейчас, и если повезёт, привнести в семью новую жизнь. Невольно у Шарлотт всплыли в памяти сегодняшние слова дедушки, что «только жаль зачать у нас так и не получилось», сказанные про её мать Клариссу. «Но ведь мы не можем знать этого наверняка», — подумала Шарлотт, пока их с Джозефом языки переплетались в головокружительном танце. «Может быть я поэтому так сильно люблю его, потому что его крови во мне намного больше, чем все мы привыкли считать…» — и от мысли, что Джозеф гипотетически может оказаться её настоящим отцом у Шарлотт задрожали ноги, а внизу живота мгновенно стало горячо. Она сильнее прижалась к мужчине и сдавленно промычала ему в губы. — Хочу поскорее тебя в себе… — тихо произнесла Шарлотт, теперь оставляя на губах дедушки и вокруг них множество коротких поцелуев. — Хочу, чтобы твоё семя прижилось и пустило корни… Хочу… — она не успела договорить, потому что Джозеф вновь увлек её в долгий глубокий поцелуй. Его руки ласкали её тело спускаясь то вниз по спине и сжимая ягодички, то поднимаясь наверх и зарываясь в волосы. Чувствительная кожа отзывалась на каждое действие, заставляя желать ещё больше. — Ах, моя неугомонная… — также зашептал Джозеф. — Мой цветочек… Моя кровинушка… Всё, что захочешь, родная… Всё, что захочешь… — поцелуи перешли на шею девушки, а ладони крепко ухватились под ягодицами. Мужчина приподнял внучку над полом и понёс к кровати. Несмотря на возраст, Джозеф всё ещё был силён как бык. Или же это Шарлотт была такой лёгкой? Неважно. Важно то, что вскоре Шарлот оказалась лежащей в дедушкиной постели, а сам он навис над ней, продолжая осыпать её тело поцелуями. Ручки Шарлот потянулись к поясу халата мужчины. Джозеф отбросил халат на пол и посмотрел на внучку и только сейчас он понял насколько Шарлотт похожа на его Джозефину в молодости! Светлые вьющиеся волосы, голубые глаза. Конечно, у всех из клана Нарцисс были таковые. Это отличительная черта их семьи. Легко было определить глядя на человека из какого он рода. Например, медно-рыжие из клана Розетт. Или серо-русые из клана Эдельвейс. Но не в этом дело. Было что-то в том, как Шарлотт смотрела на него из-под опущенных ресниц, как двигалась. Может, Шарлотт в восхищении своей любимой бабушкой неосознанно копировала её движения и привычки, или просто их с Джозефиной гены настолько идеально сложились в Шарлот, что они смогли создать ещё одну Джозефину. Шарлотт даже была единственной из сестер, кто унаследовала маленькую родинку рядом с пупком от своей бабушки. И ведь характером она была почти как его любимая сестра. Однако Шарлотт есть Шарлотт. Похожая, но такая же единственная и неповторимая. И всё же обнаруженные сходства заставляли член мужчины быстро твердеть. — Что же ты так на меня смотришь? — спросила девушка, заметив, что дедушка долго не отрывает от неё взгляда. Её было приятно то, как он на неё смотрел, однако же ей нестерпимо хотелось наконец стать с ним единым целым. К своему удивлению, сейчас Шарлот не чувствовала смущения или чего-то подобного, а ведь это был её настоящий первый раз. Наверно, шалости с братьями неплохо к этому подготавливают. С другой стороны, она была не готова вступить в связь с Джонатоном, своим отцом. И снова в её голове мелькнула мысль о возможном отцовстве дедушки и опять при ней её лоно сжалось. «Надо бы поговорить об этом потом с мамой», — подумала она. «И почему мне не приходила такая мысль раньше?» Конечно, она любила Джонатана всем сердцем, но если есть хотя бы малейшая вероятность, что она может оказаться дочерью Джозефа, то ей очень захотелось, чтобы так она и было. Тогда это объяснило бы её чувства, как и то, что из всех внуков она всегда больше остальных была привязана к Джозефу, а он к ней. Кровь взывает к крови. И всё же как-нибудь потом она собиралась лечь с Джонатоном в постель. Может, когда точно будет уверена в беременности от Джозефа. Натали уже так сделала. — Думаю о том, какая ты у меня красавица, — после недолго молчания сказал Джозеф. Он не сказал о Джозефине, чтобы Шарлот не подумала, что он видит в ней только свою покойную сестру-жену, однако слова о красоте девушки тоже были правдивы. — И у этой красавицы теперь к тому же роскошная грудь, — напомнила Шарлотт о сегодняшнем сюрпризе. Она взялась за свои полушария ладонями и поелозила ими, чтобы обратить внимание дедушки на то, что её грудь тоже нуждается в ласке. Ей так хотелось, чтобы он наконец попробовал её на вкус! И Джозеф, конечно же, понял намёк. Его рот опустился на левый сосок и Шарлот удовлетворенно выдохнула. Её окутало тепло дедушкиного рта, словно она оказалась целиком оказалась в теплом коконе. Шарлотт с нежной улыбкой посмотрела на мужчину и положила ладонь на его затылок, мягко притягивая его к себе. — Которой она скоро будет кормить твоих детей, — продолжила она. Девушка не заметила, как член мужчины дернулся при этих словах. — Сколько ты хочешь? — спросил Джозеф, отпустив сосок. Его радует, что хотя Шарлот и получила его предложение только сегодня, но она уже планирует их совместное будущее. Хорошая и ответственная девушка. Джозеф не сомневается, что она будет прекрасной женой. — Чем больше, тем лучше, — ответила Шарлотт мечтательно. — Сам говорил наш род должен расти и процветать. Много сыновей и дочерей. Представь, как они будут любить друг друга, когда вырастут. Может, кто-то из них вступит в брак с детьми Натали и Ванессы. Какая большая и дружная семья будет! — говоря всё это возбуждение девушки только нарастало. — Очень хорошо представляю, родная, — улыбнулся Джозеф и наклонился к лицу внучки, запечатлев на её губах ещё один долгий поцелуй. Шарлотт обняла мужчину за плечи и машинально двинула бёдрами вверх. Её нижние складочки на секунду соприкоснулись кончиком члена Джозефа — тоже своеобразный поцелуй, и потому она не смогла сдержать стона. Ей был необходим его член внутри, чтобы поскорее воплотить эти слова в реальность. — Тогда что же ты ждёшь? — вопрошала девушка, чувствуя, что она уже вовсю течет. — Ты ещё не совсем готова, моя радость, — ответил мужчина. Шарлотт бы с этим поспорила. Ей казалось, что если Джозеф прямо сейчас не войдет в нее, то она испустит дух от разбитого сердца прямо сейчас. Ее лоно ритмично сжималось и разжималось внутри, требуя, чтобы его сию секунду заполнили, но ее дедушка вместо того, чтобы пристроить свой член у её входа приподнялся и отполз на кровати немного назад. Шарлотт уже хотела возмутиться, но не смогла больше проронить ни слова, когда язык мужчины прошелся по её половым губам. Это тоже как поцелуй, только в тысячу раз лучше. Шарлотт откинулась на подушку и шире раздвинула ноги. Она совсем забыла про такой вид ласк, хоть и не раз видела, как Алексис делал так с Натали. Они с сестрами и братьями никогда не стеснялись друг друга. Они часто предавались общим ласкам лежа, например, у реки неподалёку. Или сидя в беседке на заднем дворе. И иногда Натали и Алексис настолько сильно увлекались друг другом, что начинали заниматься любовью прямо там, а младшим только и оставалось, что удовлетворять себя и друг друга руками. А родители только улыбались и умилялись, если заставали своих детей за этим. Так крепнет семья — говорили они. Шарлотт наконец поняла, что чувствовала её старшая сестра, когда их брат лизал её там. Она хорошо помнит, как содрогалось тело Натали и как громко она стонала. И Шарлотт соврёт, если не скажет, что это было одно из самых красивых зрелищ, которые она видела за свою жизнь — её старшая сестрёнка с задранным вверх платьем, опущенным лифом, обнажающим ее грудь, раздвинутыми ногами и кудрявой головой Алексиса между ними, крепко обнимающий её за бёдра. Ей безумно хотелось оказаться на её месте, и она наконец-то оказалась… Теперь Шарлот точно также двигала бёдрами и стонала, впитывая в себя любое движение и влажный звук. А звуков было много. Её дедушка чавкал, как пёс жадно пьющий воду и мычал… Нет, рычал. — О, ты так вкусно это делаешь…- простонала девушка, приподнимая бедра навстречу лицо мужчины. — Вкусно? — переспросил Джозеф, слегка усмехнувшись. — Да-а… Очень вкусные звуки… Аппетитные… — сказала Шарлотт. Она лежала на подушках прикрыв глаза, ноги широко раскинуты. Джозеф посмотрел на розовые складочки внучки, истекающие её соками, смешанными с его слюной. — Потому что ты вкусная и аппетитная, родная, — сказал Джозеф, снова жадно прильнув к внучке. Громкое чавканье снова наполнило комнату, но через миг оно было заглушено стонами Шарлотт. Кажется, теперь её вовсе не волновало, что кто-то может её услышать и раскрыть их с дедушкой секрет раньше срока. Всё равно. Она только хотела, чтобы эта ночь не заканчивалась. Хотела провести в той постели остаток своей жизни, и конечно… — Я хочу трахаться, дедушка… Ах… — произнесла Шарлотт на выдохе. Её глаза закатились, когда внутри у неё всё скрутило от сладостного спазма, а ноги задрожали. — Что за слова, юная леди? — Джозеф изобразил строгость, будто отчитывал её за провинность. — Правдивые слова, — ответила девушка. Она часто дышала и всё ещё держала глаза закрытыми, чтобы прийти в себя после испытанного. Хотя нет, в себя она сможет прийти только после того, как получит желаемое. — К чёрту красивые эпитеты, дедушка! Я хочу трахаться! Трахаться! Трахаться! Трахаться! — Она открыла глаза и потянулась к мужчине, пытаясь затащить его на себя. — Ну же! — воскликнула она в нетерпении. Джозеф посмеялся, но навис над внучкой как она хотела. Похоже, теперь она и правда готова. — Вот ведь неугомонная, — с любовью сказал он и расположился между ног Шарлотт, приставил головку члена к её входу. — Давай же… — опять поторопила его девушка и повела бедрами ему навстречу, приглашая. Джозеф смазал головку в соках внучки и мягко раздвинув складочки начал проникать внутрь. Член входил легко, скользил по влажным стенкам как влитой. — Говоришь мужчины у тебя не было? — хмыкнул Джозеф. — Мужчины не было, — подтвердила Шарлотт, — а пальцы были. И причём только мои. Ни Алексису, ни Эдриану совать туда свои пальцы не позволяла. Только гладить… Ах… Хорошо… — выдохнула она, когда дедушка вошёл достаточно глубоко. Настолько её короткие и тонкие пальчики не доставали. Она снова подалась бёдрами вперёд и опять издала блаженный стон. — Как же хорошо… — О, это ещё не хорошо, родная, — ухмыльнулся мужчина, совершая первые толчки. — Тогда сделай, чтобы было хорошо-о-о… Трахни меня как жеребец трахает свою кобылку, — напомнила ему Шарлотт слова про жеребчика. — Жеребчик обычно трахает кобылку сзади, — сказал Джозеф, быстро набирая темп. Хорошо, что Шарлотт оказывается поработала над собой пальчиками. Не нужно беспокоиться о том, что в первый раз с мужчиной она может испытать не самые приятные ощущения. — Я знаю… — протянула девушка. — Значит потом ты возьмешь меня сзади, — сказала она и ухватилась за плечи деда и впилась ногтями в его кожу. Она снова прикрыла глаза и старалась как можно лучше прочувствовать движение члена внутри. То, как он скользил. То, как оттуда исходили не менее восхитительные хлюпающие звуки. Аппетитные. А эти шлепки, когда яйца мужчины соприкасались с кожей… Боги, как она давно хотела это испытать. С каждым новым движением удовольствие росло, заставляя забыть обо всем на свете. Сейчас для Шарлотт существовал только Джозеф и его член внутри. — Ох, дедушка… Ещё… — приговаривала девушка между стонами. Она открыла глаза и встретилась взглядом с мужчиной. Он пристально смотрел на неë и в его собственных глазах Шарлотт видела такую любовь, какой ни разу не видела в них раньше. Безмерное обожание, в котором хотелось утонуть. И в ответ на это в её сердце разгорелось такое сильное пламя, что девушка не знала, что с ним делать. Чтобы хоть как-то удовлетворить огонь она впилась в губы деда новым глубоким поцелуем, вновь переплетая их языки в влажном танце, а ее бедра задвигались навстречу мужчине с еще большим желанием. Шарлотт ощущала себя абсолютно счастливой, всецело соединившись с любимым человеком. Но внезапно счастье оборвалось, когда Джозеф вдруг остановился и вышел из её лона. — Дедушка? — встревожилась Шарлотт, почувствовав пустоту внутри. — Тш… Ты ведь хотела сзади, родная, — Джозеф встал на колени и взял внучку за бедра, с намекая, чтобы она повернулась к нему спиной. Наконец, поняв его замысел, Шарлотт широко улыбнулась и тоже поднялась на колени и нагнулась вперед, подставляя свою попку к паху мужчины. — Прелесть, как хороша, — удовлетворенно сказал Джозеф, оглядывая девушку. Он погладил ее бедра и ягодички, на что Шарлотт нетерпеливо поëрзала попой, призывая мужчину поскорее вернуться к главному. — Я жду… — произнесла Шарлотт и ещё разок вильнула попой. Джозеф, усмехнулся и, наконец, вновь приставил член к ее входу. Шарлотт блаженно промычала, наслаждаясь новым проникновением. Она подалась назад. Довольная улыбка не сходила с ее губ. — Мой жеребчик… — простонала девушка, когда дедушка вновь взял темп. Шлепки кожи о кожу стали громче. Джозеф держал руки на тонкой талии Шарлотт. С этого ракурса, когда не было видно ее лица и если бы он не знал, что перед ним находится его внучка мужчина подумал бы, что вернулся в прошлое и вновь оказался в постели со своей юной Джозефиной. То же телосложение, такой же длины светлые кудри. Возбуждение и страсть окончательно накрыли мужчину с головой. Он начал вколачиваться в девушку, словно и сам вновь стал молодым. Сил стало так много, что казалось он мог бы сношать эту прелестную девушку всю ночь напролёт. Стоны Шарлотт стали еще громче, иногда они вовсе походили на крик, благо его спальня находилась поодать от остальных спален, иначе их бы точно услышали. Девушка же наоборот, будто потеряла все свои силы и повалилась головой на подушку. Только ее бедра все еще были приподняты, поскольку удерживались крепкими руками деда. Ей казалось, что она теряет рассудок от резких толчков мужчины. Такого ей ни разу не удавалось достигнуть самостоятельно. Ее пальчики слишком коротенькие и тонкие, даже если использовать сразу три. Всё, что она испытывала до этого теперь казалось ей до ужаса блëклым и неинтересным, а сейчас она ощущала себя на небесах. Вот, что значит заниматься любовью с тем самым человеком. — Дедушка… я почти… о… — едва слышно произнесла Шарлотт, чувствуя, что близка к развязке. Ее глаза закатывались от ни с чем не сравнимого удовольствия, ладони сминали простыни и подушки. Бедра продолжали самопроизвольно двигаться навстречу. — Сейчас, родная… — Джозеф и сам был на пределе. Мышцы напряжены, сердце билось так стремительно, что в его в возрасте впору переживать, как бы оно и вовсе не остановилось в самый кульминационный момент. Он сильнее сжал талию внучки, движения его стали такими резкими, будто он уже был не человеком, а зверем, который берет свою самку во время гона. Еще один, два, три грубых толчка и Джозеф замирает, спуская свою семя в лоно своей любимой девочки. Шарлотт издала последний протяжный стон, тело ее содрогалось в от яркого оргазма и осознания того, что прямо сейчас в ней разливается живительный нектар, который скоро, как она надеялась, зажжет в ней новую жизнь. Перед глазами взрывались фейерверки. — О, я так тебя люблю… — сказала Шарлотт в полузабытье. Слова сорвались с ее губ сами собой, а значит были абсолютной истиной. — И я тебя люблю, моя хорошая, — Джозеф покинул лоно Шарлотт и опустился рядом с ней на спину, гулко выдыхая. — Ты заставила меня поработать… Шарлотт опустила попу и прильнула к боку дедушки и положила голову ему на грудь. Джозеф сразу обнял внучку. — Мы теперь будем трахаться каждый день? — невинным голоском поинтересовалась Шарлотт, будто спрашивала у родителей сладость. Джозеф не удержался и тихо посмеялся. — Конечно, мой дорогая. И сколько ты захочешь, — он поцеловал ее в лоб, как делал раньше, пока она была ребенком. Шарлотт блаженно улыбнулась. Она положила руку на низ своего живота и начала его легонько поглаживать, будто там уже был малыш. Их с Джозефом малыш. Она посмотрела на спокойное лицо своего дедушки. Он прикрыл глаза, стараясь успокоить тело после такого забега. До сих пор она не могла поверить, что все случившееся сегодня реально — дедушка сделал ей предложение и занялся с ней любовью, а его семя теперь согревает ее изнутри. Шарлотт продолжала поглаживать живот, молясь, чтобы оно прижилось. Завтра ее ждал еще один невероятный день. За завтраком они с дедушкой объявят о своей помолвке и о том, что уже возлежали на одном ложе. Ей не терпелось увидеть лица семьи, когда они услышат это. И конечно, она не забыла, что хочет поговорить с матерью о возможном отцовстве Джозефа, но даже если ее теория не подтвердится и Джозеф и правда приходится ей лишь дедушкой, а не отцом она не станет любить его меньше. Ей казалось, что она всегда знала, что именно этот мужчина был ее судьбой, и даже если бы бабушка была до сих пор жива, та бы сама хотела, чтобы ее муж и внучка сблизились как можно сильнее. Все-таки Джозефина любила Шарлотт не меньше, чем Джозеф и была счастлива видеть такую сильную связь между ними. Может быть она тоже о чем-то догадывалась. Этого, к сожалению, узнать уже не суждено, но Шарлотт уверена, что если бы от этой сильной связи она забеременела, то бабушка любила бы ее ребенка как своего. С этими мыслями Шарлотт закрыла глаза и поудобнее устроилась в объятиях дедушки. Сон очень скоро настиг ее.