Часть 6

— Вы наряжаете меня так, будто прямо сегодня замуж выдаëте! — со смехом воскликнула Шарлотт, пока ее сестры кружились вокруг нее. Одна причесывала ее волосы, другая поправляла ее халат с такой серьезностью и сосредоточенностью, словно Шарлотт и вправду направлялась не в соседнюю спальню, а на важное мероприятие. — Я всего лишь иду ночевать к дедушке! — Пф! Всего лишь! Уж мне-то можешь не рассказывать, что вы там только тихо и мирно спать собираетесь, — Натали мягко погладила свой кругленький живот. — Знаю я, чем будете заниматься. — И потому халат на мне пробудет недолго, — ответила Шарлотт. — И вообще я собираюсь снять его сразу как войду в дедушкину спальню, так что, то как он на мне сидит вовсе не важно! Хоть весь измятый — все равно! Натали и Ванесса захихикали, но все же отступили. — Ладно, как знаешь, — сказала вторая. — Иди, но завтра обязательно расскажешь все в подробностях. Ничего не упусти. — А как же иначе, — улыбнулась Шарлотт, и при том сама машинально поправила свой халат на груди. Она сгорала от нетерпения. Сегодня ее вторая ночь вместе с Джозефом и ей очень хотелось, чтобы все прошло идеально. — Ну, я пошла, — сказала она и направилась к двери. Сестры за ее спиной продолжали весело хихикать и посылать ей воздушные поцелуи на удачу. Уже выходя за дверь Шарлотт обернулась к сестрам и со смехом отправила им поцелуй в ответ. Сегодня никаких секретов. Почти. Шарлотт не пряталась, не кралась в спальню дедушки тайком под покровом ночи. После объявления о помолвке утром больше незачем скрываться и, потому сейчас она шла к дедушке с ровной спиной и гордо поднятой головой. Шарлотт ощущала себя практически королевой. Будущая жена главы клана — и правда, чем не королева? По пути ей встретились оба ее брата. Они будто бы поджидали ее. Юноши сразу подскочили к ней и также весело чмокнули ее в щеки, не упусти возможности дотронуться до ее попы и низа живота. — Хулиганы! — со смехом воскликнула Шарлотт, когда те сразу же отскочили обратно. — Сегодня я как никогда завидую дедушке! — сказал Эдриан, глядя на сестру. — Такая девушка и не в мою постель, ах… — он приложил руку к своей груди и сделал вид, будто сейчас упадет в обморок от разбитого сердца. — У тебя есть Ванесса, дорогой, — ответила Шарлотт. — Она у нас одна осталась не обременëнная, — девушка в свою очередь положила свою ладонь на живот. Ей нравилось думать, что она уже беременна и всячески это демонстрировать. — Пригласи ее уже в свою постель и сделай, что должно — она только этого и ждет, поверь мне, — она подмигнула младшему брату и тот приосанился. — А знаешь, так и сделаю! Не все же веселье сегодня только тебе, — он расправил плечи и пошел по направлению к девичьих комнатам. — Наконец-то! — вздохнул Алексис с облегчением. — Неужели, чтобы его на это наконец сподвигнуть мне нужно было переспать с дедушкой? — Ты же сама знаешь, что он долго между вами выбрать не мог, — произнес старший брат. — Но теперь, когда твой выбор пал на деда, то он наконец-то понял, что его судьба Ванесса. Он на самом деле весь день об этом говорил после вашего объявления помолвки и собирался возлечь с ней по-настоящему. Так глядишь скоро не только твою свадьбу праздновать будем, — сказал он с улыбкой. — И это хорошо — больше свадеб — сильнее род. А теперь извини меня, меня ждет мой жених, — сказала Шарлотт и продолжила путь. Она искренне рада за Ванессу, та тоже с нетерпением ждала этого шага от их брата. И прекрасно, что сегодняшняя ночь будет потрясающей не только для Шарлотт. Будет, чем завтра поделиться друг с другом. А уж если и Ванесса скоро забеременеет, то на их семью точно снизошло благословение свыше. Три сестры — и все скоро привнесут в этот мир новую жизнь почти одновременно. Что может быть лучше? Через пару минут Шарлотт достигла своей цели. Она отворила дверь и вошла в спальню дедушки. Его самого в комнате не оказалось, но девушка сразу уловила звуки воды из ванной. Значит, он еще готовится к их встрече. Возможно, Шарлотт пришла немного рано, но так даже лучше. Она закрыла дверь (но не заперла) и подошла к кровати. Скинула с себя халат, повесила его на спинку стула рядом и забралась на постель. Девушка легла на бок лицом к двери ванной комнаты, подперла голову рукой и постаралась принять наиболее соблазнительную позу, чтобы когда дедушка… отец вышел из ванной и увидел ее, то сразу потерял голову и начал ее сношать. От этой мысли низ живота Шарлотт свело приятной истомой. Она раздвинула ножки и стала касаться себя пальчиками. Почему бы не подготовить себя заранее, чтобы желаемое случилось еще быстрее? С губ Шарлотт сорвался первый стон уже через минуту. Она прикрыла глаза и представляла, что Джозеф уже с ней. Возбуждение росло и, к счастью, ее любимый мужчина вышел из ванны уже через пару минут. — Ох… — выдохнул Джозеф, увидев в собственной постели свою внучку обнаженной и ласкающей саму себя. — Что дивное зрелище, родная? — Ах, — Шарлотт даже вздрогнула, поскольку уже успела погрузиться в наслаждение. Она открыла глаза и посмотрела на будущего супруга. — Я просто решила, что будет лучше, если мы перейдем к главному как можно скорее, — она улыбнулась мужчине ни на миг не прекращая работать пальцами. — Ты всегда была нетерпеливой, милая, — сказал Джозеф, подходя к кровати и нависая над юной невестой. Шарлотт медленно откинулась на спину. Пальцы не останавливались. Взгляд ее был прикован к лицу мужчины. В следующую секунду она почувствовала, как к ее мальчикам присоединились пальцы дедушки. — Хм, и правда, уже готовенькая, — довольно произнес он. — Долго же ты меня ждала? — дедушка прошелся подушечками пальцев по мокрым складочкам и погрузил один палец внутрь. — Недолго, но я так хочу, чтобы ты снова вошёл в меня, что намокла почти сразу, — Шарлотт отняла руку от своей киски и потянулась ею к члену отца. Тот уже тоже был готов. — Так почему бы нам не терять время попусту, если мы оба готовы? — Любовь моя… — Джозеф приблизился к лицу Шарлотт и увлек ее в глубокий поцелуй. Внучка с удовольствием промычала что-то невнятное. Губы мужчины и его пальцы в ней заставляли ее таять, но этого ей было чертовски мало. — Как не тяжко это признавать, но время и правда не на моей стороне, а потому его нужно использовать с пользой. — Опять ты за старое! — с легким недовольством произнесла Шарлотт. — Я совсем не то имела имела в виду! Ты здоровый и крепкий мужчина многим на зависть! Уверена, у нас с тобой еще много лет в запасе. Будешь нянчить наших детей, да еще и наших внуков застанешь! — в голове девушки мелькнула та мысль про их будущую дочь, которая разжигала в ней огонь еще сильнее. — А сейчас просто сделай, наконец, то, для чего создан твой член! Погрузи его в меня и вытрахай до потери сознания! — она приставила его орган к своему входу. — И чтобы ты больше не перевирал мои слова на свой лад! Джозеф ухмыльнулся. — Настоящая хозяйка, — произнес он и снова поцеловал Шарлотт. Та с жадностью припала к его рту. — То-то же! А теперь будь добр, сделай мне уже приятно и ребёнка! — девушка подалась бедрами навстречу мужчине. Проникновение ощущалось так, словно голодающему подали целый поднос вкуснейших яств и тот самозабвенно начал их поглощать и никак не мог насытиться. — Ммм, другое дело… — Шарлотт снова прикрыла глаза, обняла папу за плечи и тот начал двигаться, сразу задавая быстрый темп. — Хорошо… — жаль в комнате нет талантливого художника, способного быстро запечатлеть ее довольное лицо. Она бы точно повесила такую картину у себя над кроватью или добавила в качестве иллюстрации в свою будущую книгу. — Очень хорошо… — шептала она, растянув губы в улыбке. Если бы прямо в эту минуту началось землетрясение, то она все равно бы не встала с этой кровати и не выпустила член Джозефа из своей вагины. Его место там. — О, Шарлотт… — прохрипел Джозеф у ее уха. Дыхание мужчины участилось, но он ни на миг не сбивался с ритма. По интенсивности его движений даже и не скажешь, что ему уже за шестьдесят. Многие в его возрасте уже и не надеются удовлетворить молодую и полную силу девушку, потому и браки между дедушками и внучками не были особо частым явлением, а Джозеф за прошедшие сутки удовлетворил ее уже четыре раза. И при этом его член все еще крепок, как у молодого мужчины в самом расцвете лет. И раз так, то Шарлотт очень надеялась, что одним разом они и сегодня не ограничатся. Девушка посмотрела на Джозефа. Его лицо было близко к ней. Она чувствовала его дыхание на своей коже. Он смотрел на нее полным вождения взглядом и от этого взгляда сердце Шарлотт сделало кульбит, а губы сами произнесли: — Я люблю тебя, п… — в последний момент она смогла себя остановить, но опять захотелось надавать самой себе подзатыльников. Будет сложно. Очень сложно. — Я тоже люблю тебя, моя кровинушка, — ответил Джозеф, не обратив в пылу страсти на ее оговорку внимания. Вместо этого вновь припал к губам внучки, переплетая их языки. Шарлотт мычала и стонала. Ее руки жадно хватались за плечи мужчины, ноготки впивались в его кожу только увеличивая его напор. Шарлотт отдавалась с не меньшим пылом, двигалась бедрами ему навстречу. Смачные шлепки их тел друг о друга дополняли и без того богатую палитру издаваемых ими звуков. Теперь неважно, что их могут услышать. Семья знает. А завтра об их скорой свадьбе объявят в городе остальной родне. Наверняка, новость произведет фурор. Такая разница в возрасте! И без сомнений, будет много вопросов о том, как у молодоженов идут дела в постели. А дела тут идут великолепно, что многих охватит зависть. Джозеф работал в лоне юной невесты с упорством сравнимым по силам с молодыми юношами. Каждый толчок внутри нее приближал Шарлотт к небесам. Она прикусила собственные губы, чтобы в бессознательном наслаждение не ляпнуть лишнего и все равно с ее губ срывались едва слышные слова: еще, быстрее, хорошо, не останавливайся… Бессвязные звуки, но заставляющее Джозефа ускоряться. Он пыхтел, как паровоз на полном ходу. — Кончи в меня… — прошептала Шарлотт, чувствуя, что близка к оргазму. — Сейчас, родная… Еще немного… — отвечал ей Джозеф. И когда бедра девушки задрожали, дедушка окропил ее нутро своим священным нектаром. — Ох… — Шарлотт откинулась на подушку и выгнулась в спине, пока семя мужчины заполняло ее. И правду говорят, что оргазм — это маленькая смерть, и раз так, то она готова умирать раз по десять на дню. — Ну, каков жеребец, — довольно промурлыкала девушка, потянувшись за очередным поцелуем. — Ради тебя, девочка, я и не на такое способен, — они безудержно целовались, член был все еще в ней, и кажется, даже и не думал опадать. И все же Джозеф покинул ее теплое лоно. Шарлотт издала разочарованный стон. — Ну-ну, милая, я вовсе не собираюсь прекращать тебя ублажать, — Джозеф приподнялся и отполз немного назад, и когда его голова оказалась на уровне ее бёдер, он лёг, обнял ноги внучки и жадно припал к ее киске. Шарлотт глубоко вздохнула и улыбнулась. Еще не успевшее успокоиться нутро опять разгоралось. Нежные складочки, мокрые от смеси ее соков и спермы казались Джозефу вкуснейших блюдом и потому он с видом гурмана вкушал их, а растраханная дырочка охотно принимала его язык. Сейчас не было громких чавкающих звуков, как в прошлый раз, была неспешная дегустации. После энергичного забега такая перемена была хорошей передышкой. Шарлотт протянула руку к голове мужчины и стала поглаживать его, как гладят ласкового кота. Она с любовью смотрела, как отец, закрыв глаза, полизывал ее будто и правда был котиком, а не псом. Ну как не любить такого мужчину? И тут она заметила, что дверь спальни чуть приоткрыта, а из-за узкой щели выглядывает голова ее матери. Кларисса как и обещала, пришла посмотреть, как ее отец и дочь придаются любви. Из-за двери видна только часть ее головы, что называется «взглянуть одним глазком», но увидев, что Шарлотт ее заметила, она выглянула побольше, улыбнулась дочери, послав той воздушный поцелуй. Шарлотт сделала жест рукой, словно поймала поцелуй и поднесла ладонь к своим губам, принимая его. Кларисса улыбнулась еще шире, а Шарлотт указала пальцем на Джозефа и удобнее расположилась на подушках и закинула руки под голову, всем своим видом показывая, что весьма довольна происходящим. Глаза дедушки все еще были закрыты и потому он даже не догадывался об этом безмолвном разговоре между своими дочерьми. А те продолжали обмениваться знаками. Кларисса прикусила губу, любуясь, как ее самые родные люди стали одним целым. Когда-то она зачала Шарлотт от Джозефа, и те повинуясь зову крови, нашли друг друга, несмотря на годы молчания и лжи насчет их истиной связи. Когда обида на отца из-за того, что он не понял, что Кларисса забеременела от него прошла, та винила себя, что так и не сказала им правду. Что лишила Джозефа дочери, а свою малышку отца, несколько раз она порывалась сказать, но каждый раз ее что-то останавливало, однако видя, как Джозеф и Шарлотт были привязаны друг к другу, она надеялась, что они сами найдут дорогу к правде. Так и случилось. Её Шарлотт — ее маленькая умница, почувствовала, что Джозеф не только ее дедушка и сама начала этот судьбоносный разговор. Кларисса видела в глазах своей дочери такое счастье, когда правда открылась. Та только что провела ночь со своим любимым мужчиной, а на следующее утро узнала, что он всегда был гораздо ближе к ней, чем она считала. Шарлотт сказала, что хочет от него детей и эти слова были словно мëд для Клариссы. В свое время Кларисса была счастлива, несмотря на обиду, что носит под сердцем ребенка от самого важного мужчины в своей жизни. Все в точности как и писали в священных книгах — отцовские семя легко прижилось в ее утробе, поскольку она была для него родной и знакомой. Беременность проходила легко, роды тоже были легкими. Справедливости ради, все ее беременности прошли легко, но в случае с Шарлотт было нечто особое, она словно и правда ощущала на себе Благодать свыше. Каждый ее день с того момента, как она зачала был наполнен чем-то эфемерным, будто воздух словно стал чище, солнце нежнее, дожди теплее. А теперь, наблюдая, как к ее отец и зачатая от него дочь занимаются любовью она чувствовала тоже самое. Как Джозеф погружается лоно Шарлотт и изливает в него семя, породившее ее. Как их дочка двигается ему навстречу в порыве страстного желания стать всем его миром. И как теперь та лежит на подушках с видом королевы, у которой есть все, пока ее отец, как верный слуга, ублажает ее отлюбованное им же лоно… Клариса прислонилась виском к двери, не веря, что происходящее не сон, пока ее Шарлотт смотрела на нее в ответ. На губах девушки блаженная улыбка, из горла вырываются тихие стоны. Она приложила одну ладонь к низу своего живота, показывая, что получила еще одну порцию. Кларисса кивнула. Она знает. Она видела этот момент. И навсегда сохранит его в памяти. Тем временем Шарлотт зажмурилась и напряглась, ее бедра вновь пришли в движение. Кларисса поняла, что дочь близка к новой разрядке и сильнее сжала губы, будто боялась пропустить этот миг. Секунда, и Шарлотт с протяжным стоном снова расслабилась, а Джозеф поднялся и потянулся к невесте за новым поцелуем. Шарлотт с счастливым смехом обняла его, и тот приставил свой член к ее входу во второй раз. Девушка с готовностью и благодарностью его приняла. Пара тут же пустилась вскачь заново, а Кларисса облизала пересохшие губы. После такого зрелища ей самой нужно заполнить образовавшуюся пустоту внутри, и потому она осторожно прикрыла дверь и поспешила свою спальню. Ее брат-муж не оставит свою сестру в таком состоянии.