Часть 3

Петуния

      — Миссис Дурсль, когда вам уже надоест тратить ваше и моё время на эти бессмысленные визиты? — Снейп был как всегда очарователен и дружелюбен, не поднимая взгляда от книги, которую ему принесла Петуния, чтобы скрасить его одиночество.       — Когда ты соизволишь встать на ноги и покинуть больницу, я надеюсь, — Петуния уселась в неизменное кресло для посетителей, в котором сидела чаще, чем на диване в собственной гостиной.       Она навещала Северуса раз в несколько дней, иначе появлялось тяжёлое, давящее чувство в груди, заставляющее её переживать сверх меры, всё ли с ним в порядке. Вернон даже не замечал её отсутствия, возвращаясь с работы и падая на диван перед телевизором с очередной бутылкой пива. Дадли сперва спрашивал, куда уезжает мать, но, не получив прямого ответа, снова отстранился. А Петуния… Она не знала, как объяснить то, что она буквально сжигала все свои сбережения и даже таскала деньги у всё равно ничего не замечающего мужа, чтобы оплатить лечение друга её покойной сестры. Они со Снейпом буквально были друг другу никем, но обещание, данное призраку, связало Петунию по рукам и ногам этой их богомерзкой магией! Иначе она не могла объяснить, почему два дня в неделю проводила по несколько часов в такси, чтобы проверить состояние своего навязанного подопечного.       Снейп был груб. Как только к нему вернулся голос, он тут же послал Петунию, как та того и просила, в надежде, что это позволит ей бросить неблагодарного мужчину на произвол судьбы. Но, увы, через два дня она снова вернулась, пусть и не хотела того.       Снейп тогда ей долго высказывал, в не менее грубой форме, всё, что он думает о ней, о её умственных способностях и обо всей ситуации в целом. Кажется, Петуния выслушала самую длинную тираду с ни разу не повторившимися эпитетами, характеризующими её крайне нелестным образом. И к своему удивлению, не испытала раздражения от этого потока грубости, не хлопнула дверью и не бросила Снейпа на произвол судьбы. Напротив, она была рада даже этому раздражению, которое означало для неё то, что он выбрал жить. Выбрал злиться и спускать на неё пар, выбрал постараться поправиться скорее, лишь бы избавиться от её общества, а не лежать безучастным пластом в ожидании смерти. Это однозначно было хорошим знаком.       — Вы ведь так и продолжите докучать мне? — спросил он у неё спустя несколько недель регулярных визитов.       — К твоему сожалению, да, — пожала плечами Петуния.       Между ними установилось негласное правило общения с тех пор, как Снейп выпустил пар и смирился с тем, что его спасла маггла, пусть и не объяснив причины. Он обращался к ней подчёркнуто вежливо, на «вы» и «миссис Дурсль», пусть и заворачивая в сладкую обёртку утончённые издёвки, а она, напротив, отбросила все формальности и просто обращалась к нему на «ты» и по фамилии, при этом не издеваясь и не припоминая ему прошлого.       Это общение было странным. Они ничего не знали друг о друге, не доверяли, старались не говорить о своей жизни и просто общались на безопасные темы вроде здоровья Снейпа и прогнозов врачей. Но почему-то, сидя в неудобном кресле в больничной палате, Петуния чувствовала себя куда более живой, нежели в любимом фартуке на кухне своего дома, где она ощущала себя куклой в пластмассовом мире, без цели и смысла жизни. Её старые мечты о самом красивом саду в посёлке, о самой идеальной семье, о значимой роли в жизни их городка, — все они рассыпались в прах с отъездом из Литл-Уингинга. И всё из-за этой дурацкой войны между волшебниками! Но вот она здесь, вытаскивает с того света одного из них из-за неосторожного обещания. Жизнь порой принимает очень странный оборот.

* * *

Северус

      В один из дней Петуния заявилась в больницу с синяками под глазом и на щеке, которые были неумело замазаны тональным кремом. Северус, в чьи развлечения между процедурами и попытками встать на ноги входила лишь маггловская литература и подсчёт трещинок на потолке, заметил это изменение сразу. И без того некрасивое лошадиное лицо его спасительницы приобрело асимметрию из-за припухшей щеки.       — Отвратительно выглядите, миссис Дурсль, — вместо приветствия заметил он.       — Сказал лежачий больной, — съязвила в ответ та, придвигая кресло ближе к изголовью кровати и усаживаясь в него. — Ещё ценные замечания будут? — она поставила на колени сумку и как ни в чём не бывало начала копаться в ней, выкладывая на тумбочку новые книги.       — Этот тон вам не идёт, — пожал плечами Северус, откладывая книгу в соседнюю стопку. — Это сделал ваш муж?       — Нет, я просто неудачно упала, — отвела взгляд Петуния, пытаясь скрыть правду за неумелой ложью.       — Вы же помните, что мой отец был алкоголиком и поднимал руку на мать? — будничным тоном поинтересовался Снейп. — Вы думаете, я не узнаю подобный синяк?       — Не стоило сегодня тебя навещать, — Петуния буквально бросила последнюю книгу на тумбу, руша аккуратные стопки, и вскочила с места, намереваясь уйти, но Северус остановил её, поймав за запястье.       — Петуния, — он впервые назвал её по имени. — Если ваш муж вас бьёт, обратитесь за помощью, — он отпустил руку Петунии, и она отошла на шаг, потирая запястье. — Я знаю, чем это может закончиться, так что не совершайте ошибку моей матери. Не молчите.       Он, конечно, тут же пожалел о своих словах, сказанных в секундном порыве искренности, потому что Петунию прорвало, и она решила вывалить на Снейпа всю историю своей жизни и в особенности, как изменился её муж после года в изоляции. Северус не хотел знать ничего из этого, ему было совершенно наплевать на её жизнь и её проблемы, но он решил промолчать и не перебивать — всё же он был обязан ей жизнью, хотел того или нет. Так что выслушать о её невзгодах было малой платой. Сказать слова поддержки — чуть большей, учитывая несвойственность таких слов для Северуса, но с этим он тоже справился.       Он наконец был свободен от всех обетов и клятв и мог жить дальше, только для себя. И за это стоило благодарить плачущую перед ним магглу.       — Зачем вы спасли меня? — спросил Северус в удачный момент в её повествовании. — И как вы вообще оказались на том кладбище? И почему не бросили меня умирать?       — Во всём виновата Лили! — очень по-детски возмутилась Петуния. — Я решила навестить её могилу, выплакаться и спросить совета, когда она внезапно появилась передо мной.       Северус удивлённо расширил глаза.       — В каком смысле «появилась»? — уточнил он.       — Она парила передо мной, жемчужно-прозрачная, и говорила со мной. Это точно была Лили! Я узнаю её голос даже после стольких лет…       Северус сидел в растерянности. Лили была призраком, но ни разу не навестила его?       — Но у неё было мало времени из-за какого-то камня, — сбивчиво попыталась объяснить Петуния. — И она взяла с меня обещание спасти тебя.       Северуса словно обухом приложили. Камень, ну конечно. Мальчишка Поттер использовал Воскрешающий камень, чтобы хоть раз в жизни поговорить с родителями. А Лили…       — Я пообещала выполнить её просьбу ещё до того, как узнала, в чём она заключается. Так что теперь не могу тебя оставить, как ни крути.       — Магическая клятва? — уточнил Северус глухо.       — Она может заставлять меня чувствовать себя погано, если я долго не навещаю тебя? — поджала губы Петуния, явно недовольная таким раскладом.       Северус кивнул, и она закатила глаза с тихим стоном.       Хитрая лисица! Лили даже с того света связала его ещё одной клятвой через свою сестру, от которой ему теперь так легко не отделаться.