Встреча без масок

Вечер опустился слишком быстро, будто сам мир торопился подтолкнуть меня в ловушку. Я перебирала одежду долго, но в конце концов остановилась на простом чёрном костюме. Без платьев. Без лишнего блеска. Его слова в письме я запомнила слишком хорошо: «Не наряжайся. Это не бал». Значит, это проверка. Мантия лежала на плечах, волосы я убрала назад, оставив лицо открытым. Если он хотел видеть не маску, то пусть. Хотя… не факт, что это будет моё настоящее лицо. Особняк, куда меня пригласили, дышал пустотой и камнем. Эльф вёл меня молча, и каждый шаг по мраморному полу отдавался в висках гулом. Когда двери библиотеки распахнулись, я почти усмехнулась. Конечно. Огромный зал, книги от пола до потолка, каменные змеи, свечи, горящие ровным холодным пламенем. — Мисс Гонт, — его голос прозвучал так мягко, что мог бы показаться дружелюбным, если бы не холод в глазах. Я обернулась. Том Риддл был всё тем же: безупречная осанка, сдержанная улыбка и взгляд, от которого хотелось держать палочку под рукой. — Господин Риддл, — я позволила себе лёгкий кивок, больше насмешливый, чем уважительный. — Не бал, так не бал. Обстановка, впрочем, всё равно театральная. Уголки его губ дрогнули. — Я ценю тех, кто умеет слушать. Это качество редко встречается у тех, кто привык считать себя выше остальных. Я села за предложенный стол. На нём — бокал вина, но он сам не прикасался ни к чему. Лишь смотрел. Слишком пристально. — Скажите, — начал он тоном, будто речь шла о пустяке. — Что вы думаете об Ордене Феникса? — Болтливое сборище героев, которые больше говорят о жертвах, чем делают, — ответила я спокойно. — Их удивительная живучесть поражает. Но, возможно, дело в удаче. — Или в предателях, — тихо заметил он. — Вы ведь там… наблюдаете? Я усмехнулась. — Иногда наблюдать куда полезнее, чем слепо следовать. Его глаза блеснули. Он подался вперёд, и в голосе стало больше стали: — Вы умеете носить маску, Мелисса. Но я хочу видеть лицо под ней. — Осторожнее, — я встретила его взгляд, не мигая. — Настоящие лица порой страшнее любой маски. Он молчал несколько секунд, и воздух между нами натянулся, словно струна. А потом Риддл рассмеялся — тихо, коротко, но искренне. — Да, — сказал он. — Возможно, именно поэтому вы мне интересны. Он встал, подошёл ближе и почти коснулся моей щеки — но остановился. — Но время ещё не пришло. Когда я покидала особняк, шаги были ровными, лицо — холодным. А внутри всё горело. Это не свидание. Это партия. И он сделал первый ход. Я только не знала, пешкой ли он меня считает — или уже ферзём.