Гнев

Зал Малфой Мэнора погрузился в тишину, нарушаемую лишь хриплым дыханием Волан-де-Морта. Его лицо ещё сохраняло человеческую привлекательность, но ярость и безумие искажали черты, превращая их в маску ненависти. — Четыре… — выдохнул он, глядя прямо перед собой. — Четыре реликвии. Четыре основы моей силы. Его голос сорвался на крик: — И ВСЕ они исчезли! Пожиратели прижались к полу, не смея поднять головы. Даже Люциус, обычно гордый, дрожал. — Дневник! — палочка взметнулась, и в стене образовалась глубокая трещина. — Перстень! — огненная вспышка сорвала шторы с окон. — Диадема! — хрустальный светильник с грохотом рухнул на каменный пол. — ЧАША! — ударная волна прокатилась по залу, сбив с ног ближайших. Волан-де-Морт остановился, тяжело дыша, пальцы судорожно сжимали палочку. В глазах его впервые за долгие годы проскользнула тень страха. — И как раз теперь, — голос стал холодным и тихим, отчего он звучал страшнее крика, — появляется эта… Золотая Маска. Он смеет бросать мне вызов. Он смеет утверждать, что знает мои тайны. Лорд резко обернулся, взгляд пронзил коленопреклонённых слуг. — Найдите его, — прошипел он. — Найдите и приведите ко мне! Живым или мёртвым — не имеет значения. Но я должен знать, кто скрывается под этой маской. Он сделал шаг вперёд, и зал будто потемнел. — И запомните, — его губы искривились в жуткой улыбке, — если окажется, что кто-то из вас знал правду и скрывал её от меня… смерть будет милостью. В зале стояла тишина. Даже дыхание Пожирателей было едва слышно. А внутри Лорда впервые за много лет зашевелилось то, что он презирал больше всего — сомнение.