2. Shine bright like a diamond

Когда я сажусь в такси, то обнаруживаю кучу пропущенных от Кирилла, поэтому вместо съемной квартиры решаю отправиться прямиком к нему домой. Отчим встречает меня в халате наизнанку, с растрепанными волосами, чашкой кофе в руке и сигаретой между губами, и тут же заключает меня в объятия, расплескав напиток по всему полу. — Черт, я обзвонил все больницы, морги, а затем и психушки, где мне, кстати, предложили место, учитывая, что звонил им уже под утро и был на взводе, — заявляет он, отстраняясь. Я чувствую укол вины. — Обещали трехразовое питание и хороший уход, и я даже задумался, учитывая, как в этот месяц задолбался на работе… Поэтому если ты снова решишь потеряться на всю ночь, знаешь, где меня искать. — Прости, — бормочу, забирая у него чашку с кофе, ведь мне жизненно необходим кофеин. Кирилл направляется в кухню, чтобы сделать себе новый, и я иду следом за ним. — Я перебрала с алкоголем, а затем… проснулась в квартире у незнакомца. — Он хоть был привлекательный? Если нет, то мы подадим на него в суд, — обещает Кирилл, заливая кипятком ложку молотого кофе. У него есть кофеварка, но он постоянно ленится ее мыть, поэтому я с детства привыкла отплевываться от этой кофейной жижи и даже уже не представляю, как пить кофе без нее. — А если серьезно, то… ты в порядке? Он… — Он оказался джентльменом… хоть и мудаком, — отвечаю, решив избавить его от необходимости произносить вслух предположение о том, что мною могли воспользоваться. Не хочу лишний раз тревожить. — Привез меня к себе, чтобы проспалась, но утром наговорил мне гадостей. Слова Касьяна все еще вызывают у меня раздражение, ведь я не просила его ко мне подсаживаться. Теперь меня еще и злит, что из-за его решения увезти меня к себе, пришлось поволноваться Кириллу, и он не выспался перед этим семейным ужином, который для него так важен. Они с его женщиной уже год в отношениях, и дело движется к свадьбе, но прежде она предложила познакомить детей. С ее стороны будет сын, ведь дочь живет в другом городе и не смогла приехать, а Кирилл позвал меня, поскольку я была и остаюсь для него самым близким человеком. Впрочем, как и он для меня. Мне было восемь, когда женщина, которую я с натяжкой могу назвать матерью, сбежала, оставив меня на попечение Кирилла, женившегося на ней по большой любви и официально удочерившего меня. Мы с ним были знакомы всего пару лет, и он запросто мог сдать в детдом или сбагрить другим родственникам, но… не сделал этого. С тех пор мы жили вдвоем, пройдя огонь и воду, ведь Кириллу на тот момент было двадцать шесть, он еще не был так успешен как сейчас, и некоторое время даже приходилось ютиться в коммуналке и снимать квартиру в неблагополучном районе. Да, он так и не стал для меня отцом, но… всегда был моим лучшим другом, которому я могла доверить все свои тайны. Вот и сейчас спокойно рассказываю о ночи с едва знакомым парнем, что вряд ли смогла бы обсудить с родными родителями. На самом деле я их почти и не знала. Мой отец умер, когда мне было только два года, а мать… Не хочу даже вспоминать о ней. Предательница и обманщица, бросившая всех в погоне за большими деньгами. Я презираю и ненавижу ее. — Хочешь, вернемся и напишем ему слово «гондон» на двери? — предлагает Кирилл, отпивая глоток из своей чашки. Я знаю, что он едва ли шутит. Хотя ему уже под сорок, отчим не утратил мальчишеского задора, что, пожалуй, и помогло построить бизнес в сфере развлечений для детей. — Ну, либо закидаем окно тухлыми яйцами… — Лучше ты поднимешься к себе в спальню и хоть немного поспишь, — фыркаю, забирая у него чашку. Глаза мужчины лукаво блестят, но он выглядит уставшим. — Не хватало еще, чтобы напугал будущую жену своим видом вампира, только выбравшегося из гроба после столетнего сна. — Разве вампиры сейчас не в моде? — хмыкает Кирилл, глядя на себя в зеркало. Он взлохмачивает волосы и распахивает халат, под которым только пижамные штаны. — Немного блесток, и я буду сиять! — Shine bright like a diamond… — затягиваю я, хихикая. Все же он умеет поднять настроение. — Но ты опоздал. Сейчас все тащатся по Дракуле, а для этого надо бы насадить кого-нибудь на пику. — Хм… я думал, в России за это нынче сажают, — отзывается мужчина, запахивая халат. Он обхватывает мою руку, чтобы сделать глоток из чашки, которую я у него отобрала. — Но знаешь, моя пика всё равно не для этого… Берегу ее для будущей жены. Я закатываю глаза, и он целует меня в лоб, а затем направляется к лестнице, чтобы подняться в свою спальню. Я решаю вздремнуть у него на диване и просыпаюсь как раз в тот момент, когда до семейного ужина остается каких-то полчаса, и Кирилл уже вовсю колдует в кухне, желая удивить будущих родственников. — Мог бы разбудить меня, я бы помогла, — замечаю, уперевшись плечом о дверной косяк и наблюдая, как он пританцовывает под песни Сабрины Карпентер. С недавних пор это его любимая певица. — Чем? Ты же ничего не умеешь, — напоминает Кирилл, и я фыркаю. Не так уж и ничего… Могу пожарить яичницу и сделать бутерброды. — Лучше сделай музыку погромче, а то я всё боялся тебя разбудить… О, и передай мне сотейник… ну, или как ты его называешь, «ковшик». Я хмыкаю, но молча тянусь за ковшиком. Могла бы обидеться, но на Кирилла невозможно злиться, ведь он никогда и ничего не говорит со зла. Просто он исключительно прямолинеен, что передалось и мне, из-за чего у меня всегда были проблемы в отношениях. Все парни говорят о том, что ждут от девушек прямоты, но никто на самом деле не готов ее терпеть. «Ты же девушка, должна уметь преподнести всё мягче», «Зачем вот так сразу в лоб, могла бы и намекнуть», «А вот моя бывшая умела сделать так, чтобы я даже и не понял, как пришел к этому решению», — и это лишь малая часть фраз, которые мне приходилось слышать. — Что готовишь? — решаю поинтересоваться, усаживаясь на диван в углу. Хотя я и так чувствую умопомрачительный запах мяса со специями. — Медальоны из телятины, запеченные овощи, греческий салат, брускетты с вялеными томатами, пару закусок, ну, и безе на десерт, — перечисляет Кирилл, заглядывая в духовку. Судя по тому, как заставлен стол, всё уже почти готово. — Кстати, оставил тебе немного крема, — с этими словами он протягивает мне миску, в которой взбивал белки для безе. Я улыбаюсь, ведь это напоминает мне о детстве. Если еще немного клюквы добавить, то и вовсе получается просто лучший десерт. — А клюква есть? — спрашиваю с надеждой, и Кирилл молча кивает в сторону морозилки. Не знаю, что там насчет ужина, но я уже полностью довольна этим вечером. — Надеюсь, Елена понимает, что отхватила идеального мужчину. Если она вдруг откажется от твоего предложения, у нас там за забором очереди стоят! Это почти не шутка, ведь когда мы переехали в этот дом за городом, к нам постоянно ходили знакомиться одинокие соседки. Я думала, такое бывает только в зарубежных фильмах, но не проходило и дня, чтобы кто-нибудь не наведался за солью или не притащил пирог. — Ну, она вне очереди… Поэтому я ее и выбрал, — хмыкает Кирилл, улыбаясь при воспоминании о своей избраннице. Она на несколько лет старше его, но выглядит намного моложе и ведет себя соответствующе… Прямо ему под стать. — Мне больше никто не нужен. То же самое он когда-то говорил про… женщину, которая произвела меня на свет, и я рада, что Кирилл наконец-то смог ее отпустить, хоть на это понадобилось более десятилетия. Вроде у него были женщины, но он никогда меня с ними не знакомил, ведь не относился к этому серьезно. — Черт, кажется, безе подгорают! — спохватывается мужчина, метнувшись к духовке. В этот момент раздается звонок в дверь. — Уже семь? О нет… открой, я сейчас. Я киваю и отставляю миску с кремом, чтобы направиться к двери, за которой уже ждет Елена. Мы виделись с ней несколько раз и вроде как даже друг другу понравились, поэтому и сейчас она широко улыбается мне, раскинув руки для объятий. — Мия, ты сегодня такая красавица! — восклицает она, и меня передергивает. Во-первых, от столь откровенного лукавства, а во-вторых из-за этого дурацкого имени, которым меня называет только Кирилл, а теперь и она, напоминая о той, что когда-то его дала… — Этот наряд тебе очень идет! Фыркаю, ведь на мне по-прежнему офисный костюм, который изрядно помялся и потерял вид, пока я таскалась в нем по городу и спала на диване. Планировала сменить его на что-то более подходящее, но не успела до прихода гостей. — Наконец-то я познакомлю тебя с сыном. Он паркует машину, — произносит она, оглядываясь назад. Я прослеживаю за ее взглядом и… замираю, увидев Касьяна, который идет к нам с букетом цветов. — А вот и он. Это мой сын Касьян, а это Мия — дочь Кирилла. — Приятно познакомиться, — бормочу я, решив не говорить о нашей с ним прошлой встрече. Не хочу лишний раз нервировать Кирилла. — Мне тоже… Мия, — выдыхает он, и я невольно морщусь. Из его уст это имя звучит еще противнее. — Именно так я тебя себе и представлял…