Глава 7 "А жить то нужно где-то!"

Для начала они просто прошлись по деревне, «чтобы ты увидела, как все выглядит в целом», — сказал Се Лянь. Да, домики были не богатые, но видно, что латалось почти все вовремя. Правда, мусора иногда попадалось много – видимо они собирали все в одну кучу, чтобы потом что-нибудь с ним делать. В целом, впечатление было лучше, чем ожидалось от древней китайской деревни. — Ваше высочество, – начала, было, Хари Ма. — Тсс, не при деревенских — поправил Се Лянь — Ой, извините … наставник Се. Так можно? — быстро перестроилась Мари. — Если хочешь, можно и так, — пожал плечами наследный принц. — Но ведь теперь это очень надолго, поэтому привыкайте, — искренне улыбнулась новая ученица. «Такое ощущение, что я что-то забыла». Очки! Хари Ма была без очков, поняв это только, когда сделала привычный жест. — Они тебе больше не понадобятся, твои стекла. «А ведь, правда: я вижу все идеально. Вот почему свет показался мне слишком ярким — мои стекла затемнялись на ярком свету сами. Ну, ничего, глаза быстро привыкнут». — Так вот, наставник Се, — подопечная решила вернуться к начатому, — я знаю, что вы живете и в храме тысячи фонарей, а также в небесном городе и бываете здесь. Я не хочу обременять своим присутствием … — Что ты имеешь в виду? — не понял Се Лянь. — Нужно … нужен дом или комната для проживания. Можно ли договориться с деревенскими жителями? Какую-нибудь старушку… Отработаю как смогу. Можно помочь по хозяйству, если что нужно сделать. Так будет лучше, потому что ночевать где-то нужно, а день – для работы, занятий, чем необходимо, помощи. — А ты довольно быстро делаешь расчеты на будущее, — Се Лянь специально говорил медленно, чтобы Мари его успевала понимать. Наследный принц понял, что девушка может говорить, пусть и с ошибками, а значит — общение возможно, нужно просто расширять словарный запас и поправлять произношение. — Мне теперь жить в этом мире. Без планирования нельзя. — Удивлен, что, придя из другого мира, ты знаешь наш язык. — Кроме родного языка я знаю еще два живых и один древний мертвый языки. Все они пишутся не так как ваш. Там один звук — одна буква. — Тогда тебе будет необычно написание иероглифов. — Не совсем. У меня выше начального, почти средний уровень японского моего времени. А многие иероглифы в Японию из вашей и соседних земель пришли. Только разное чтение … звуки. Как мое имя. Первый иероглиф в японском про… – девушка вспоминала слово, – произношении нужно читать, — выдохнула она. «Она еще и знает язык, схожий с нашим» — отметил удивленно про себя Се Лянь. За разговором они дошли до одного из домов, который, как оказалось, принадлежал старосте деревни. Дом был чуть больше остальных. Во дворе дома они увидели человека с метлой, сметающего листья. — Здравствуйте! — Се Лянь сложил руки в приветственном жесте. «Ага, мне нужна женская версия» — отметила про себя Хари Ма и повторила жест в отзеркаленном виде. — Добрый день, уважаемый даос Се, — человек поклонился, — что привело вас в мой скромный дом? — Мы ищем, нет ли у кого свободной комнаты в деревне. Моя ученица, — Се Лянь показал на Мари, — ищет место для проживания. Девушка еще раз поклонилась: — Можно небольшую, чтобы столик и кровать была. Помогу чем смогу по хозяйству. — Как тебя зовут, дитя? — старика заинтересовал акцент и манера говорить девушки. — Хари Ма, господин, — не поднимая глаз, ответила девушка. — До господина мне еще далеко, — засмеялся староста. — Там, откуда я родом, господин — это хозяин ситуации. Сейчас только вы можете помочь мне, наверное. — Ну что же, есть такой дом. Пойдете назад по дороге — через два дома от нас живет госпожа Синь Янг. Хотя, она больше любит, когда её называют тетушкой Синь Янг. У неё двухэтажный дом, но хватает и дворовых построек, так что работа найдется всегда, — под-мигнул Хари Ме старик. — Спасибо. Поклонившись на прощание, Се Лянь с ученицей отправились в указанном направлении. Вблизи дом тетушки Синь Янг оказался не таким уж маленьким, по мнению Хари Мы (хотя у нынешнего старосты дом был такой же). Вот ветхости местами было хоть отбавляй, но это касалось только покрытия стен. «Если отштукатурить, то получился бы хорошенький домик. Интересно, а что возможно сделать в плане ремонта в этом мире? Опыт штукатура, если что есть» — подумала Хари Ма — Госпожа Синь Янг! — позвал Се Лянь. — Иду! Подождите! — из глубины двора показалась женщина невысокого роста, достаточно полная, чтобы ее походка напоминала утиную, — уважаемый даос Се! Здравствуйте! Что привело вас в мой скромный дом? Входите, — она сделала жест рукой. Се Лянь и Хари Ма прошли через то, что осталось от ворот и остановились посреди двора. — Госпожа Синь Янг, староста сказал, что к вам можно обратиться по поводу комнаты для проживания. Это для моей ученицы, — наследный принц показал рукой на Мари. Девушка поклонилась с приветственным жестом. — Неужели такая молодая и красивая решила искать свое дао, уйдя от обычной жизни? — всплеснула руками женщина, — бедное дитя. Хари Ма решила ответить: — Вы позволите? — взглянула она на наследного принца и тот кивнул. — Мои родители теперь далеко отсюда и только боги смогут до них добраться. Поэтому я и решила покинуть свои родные … земли, чтобы найти свой дао. Так случились … сложились обстоятельства, что теперь мне жить здесь, постигать мудрость и получать новые знания у настав-ника Се, — девушка выдохнула, и смогла наконец-то выровнять дыхание, сбившееся от вол-нения, но глаза не поднимала и стояла, чуть наклонив голову вниз. — Где ты жила до этого? — Далеко, очень далеко на севере в большом городе. — Значит, теперь будешь осваивать новую для себя жизнь в деревне. — Да. — Кивнула девушка. — Хорошо, тогда пойдемте за мной — я покажу комнату. — Спасибо. — Поклонилась Хари Ма. – Не стоит благодарности. Я вижу, что ты трудолюбивая и добрая девушка. А работать по хозяйству — это для тебя не проблема? — Нет, нет, я привыкла, — заверила её Хари Ма. Комната была на втором этаже. «С каждым днем мне все сложнее подниматься наверх, — сказала тетушка, — так что выбирай любую из двух». Они были почти одного размера, но девушка специально выбрала ту, что поменьше, размер которой был один на полтора джана. Из убранства были основа для кровати, столик и полочка на стене. На последней стояла подставка для палочек благовоний, впрочем, давно прогоревших. Окно выходило в сторону храма Водяных Каштанов, но была видна только дорога к обители и кусочек стены забора. — Ну как? Темновато, правда — замешкалась тетушка Синь Янг, — но у остальных комнат окна выходят на другую сторону и там еще темнее. — Всё в порядке, спасибо. Меня устраивает. Только, — Хари Ма задумалась, — нужно почистить тут все. Могу попросить щетку, ведро и тряпки? Тогда вечером смогу уже перенести вещи. И еще, если не трудно что-нибудь из старой одежды, чтобы не испачкать… — девушка развела руками, показывая на себя. — Конечно-конечно, пойдем вниз, дорогая и я покажу, где все лежит. //комментарий от автора: Джан=3,5 м// Пока Хари Ма наводила чистоту в комнате, Се Лянь решил переговорить с хозяйкой. — Она прибыла издалека, больше года пути, если ехать повозкой. Жить будет в деревне много лет и в целом, хочет остаться здесь. Поэтому нужен тот, кто научит её нашему образу жизни. Поможете, госпожа Синь Янг? — Тетушка Синь Янг, — поправила его хозяйка, — мне так больше нравится. Конечно, помогу. Вы столько сделали для нашей деревни. Я помогу девочке адаптироваться. — Спасибо. Там, где она жила были другие порядки и обычаи и нравы. Но она схватывает все налету. Поэтому пусть помогает вам по хозяйству. И не жалейте ее — у неё много сил, что за троих справится, — хитро добавил Се Лянь. Около трех часов ушло на то, чтобы отмыть комнату. Тетушка дала старый халат и передник, поэтому красивый ханьфу, подаренный Хуа Чэном, остался чистым. Хари Ма сосредоточенно трудилась, убирая свою новую комнату. Щетка скребла по полу, поднимая клубы пыли, а тряпкой неустанно вытиралось все, до чего можно было дотянуться. Закончив с уборкой, девушка села на пол, скрестив ноги, и закрыла глаза. Она сделала глубокий вдох и выдох, вдыхая запах свежести и перемен. И в тот момент она поняла, что этот дом — это, не просто стены и крыша, а место, где зарождается новая жизнь, ее жизнь. Мысли ее были заняты размышлениями о путешествии во времени, о родителях, о всех остальных, которых она оставила позади, и о новом пути, который ей предстояло прой-ти на этой, теперь второй родной земле. Се Лянь принес ящик: «Чтобы складывать вещи», — сказал он, а тетушка достала матрас из кладовой. — Спасибо, на первое время мне хватит, — решила Хари Ма и отправилась в храм Водяных каштанов за оставленными там вещами. По возвращению в дом тетушки Синь Янг, девушка зашла в комнату и замерла в удивлении, потому что та преобразилась: матрас был заменен на новый с чехлом из плотной красной ткани, такой же была и подушка; на стене висел свиток с каллиграфией «терпение». Свиток словно напоминал о нелегком пути, который ей предстояло пройти. Занавески с рисунком кленовых листьев колыхались на ветру, отбрасывая золотистые блики на стены. На столике под окном лежали чистые листы бумаги и оставшиеся три сокровища[13]. Дойдя до кровати, Хари Ма села, чувствуя, как по щеке катиться слеза – так ее тронула забота новых наставников и тетушки Синь Янг. — Спасибо, что верите в меня, — прошептала она, заворачиваясь в одеяло. Стало понятно, что ее новый дом — это место, где она сможет расти, учиться и чувствовать себя любимой. Это место, которое она будет беречь, и хранить в своем сердце всегда. Завернувшись в одеяло, Хари Ма закрыла глаза и погрузилась в сон. Ей снились яркие звезды, пылающие красные клены и бабочки, порхающие над белыми цветами. В своих снах она была свободна и счастлива, как никогда прежде. [13] Четыре драгоценности рабочего кабинета: кисть, бумага, тушь и тушечница. Эти предметы считались символами просвещенного человека.