⪩  ꒦꒷꒰꒱ʚ✦ɞ꒰꒱꒷꒦ ⪨

Дождь, гроза, сырость... Всё это ещё сильнее наводило на тоску, разочарование, усталость. Новый черновик был уже исписан за пару часов. Слова или даже целые абзацы были перечёркнуты, а рядом написан новый текст. Но вскоре, писатель устал, разочарованно смотря на свои почеркушки. Любое слово казалось настолько ничтожным, что даже смотреть было противно... Не выдержав такой волны самобичевания, Гоголь разорвал лист черновика, выбросив клочки в пламя огня. ***Александр Сергеевич в это время уже зашёл в квартирку, где из освещения была пара свечек на столике в прихожей. Дверь в кабинет приоткрыта, а из неё слышно тихое бормотание... — Нет... Всё не так.. Скинув пальто с плеч, Пушкин вытер ноги о коврик. Слабо постучавшись пальцами о дверной косяк, Саша тихо спросил. — Николай? ***Гоголь, услышав знакомый голос, узнал персону в дверях. Но не повернув головы, писатель продолжал смотреть на огонь, а после и увидел силуэт рядом с собой. — Всё настолько плохо? Могли бы дать почитать.. Тихо вздохнул Пушкин, скрестив руки на груди, смотря на камин, где горело творчество Николая Васильевича... Гоголь, тяжело вздохнув, продолжал смотря на огонь, а само пламя отражалось в его очах. — Да, всё не так... В комнате повисло молчание, которое нарушил писатель через мгновение. — Я не в состоянии сейчас писать... Ничего не идёт, я не знаю, с чего начать. Несмотря на спокойствие в голосе, внутри Николая грызла злость по отношению к себе. — Ну, тут смотря на жанр или формат... Можно начать с ещё давних событий, например, за неделю до основного происшествия. Александр Сергеевич, даже не задумываясь, создал из одной мысли целый совет для Гоголя! Николай Васильевич всерьёз задумался над этим советом и словами... Как же он раньше не догадался? — Может быть, Вы правы... Мне стоит начать с самого первого события... Спасибо, Александр Сергеевич. Вы мне помогли. Проговорил писатель с небольшой улыбкой, посмотрев на своего друга. Поэт продолжал смотреть в камин. Один из клочков бумаги не спешил гореть, пока другие кусочки уже догорали или вообще сгорели... Пушкин же заметил это, поэтому, засучив рукав, потянулся к камину. Чтож сказать... Он не боится огня. Гоголь, увидев, как его друг тянется к камину, схватил Сашу за руку. — Александр Сергеевич! Немного тревожно произнёс Николай, продолжая держать за руку, а после и вовсе попытался оттянуть от камина. Клочок бумаги вскоре сгорел, на что гость разочарованно вздохнул... Хотелось почитать хотя бы кусочек от творчества Гоголя. — Хорошо... Услышав тихое согласие, Николай с облегчением выдохнул, а после отцепился от рукава Александра. Всё ещё вспоминая слова кучерявого, писатель посмотрел в сторону камина, над чем-то задумавшись... — Александр Сергеевич, мы уже давно знакомы, но... Вы верите во всю эту мишуру? Призраки, проклятия, нечистую силу?.. Наверно, это немного странный вопрос, ведь кто будет в это верить? Ладно ещё Бог или приметы... Но призраки? Только если пятилетний ребёнок поверит! — Ну, я не фанатик всего этого, но пару мыслей были. Спокойно ответил Пушкин, без какой-либо капли осуждения. Наверно, он один из единиц в окружении Гоголя, кто хотя бы немного верит в чертовщину... — ..Правда? Тогда.. Вы не против послушать одну из моих историй? Писатель имел множество историй с участием всякой прочей мишурой, поэтому хотелось рассказать хотя бы одну.. — Без проблем. Буду слушать внимательно и не перебивать. Обычной доброй улыбкой улыбнулся Пушкин, видя маленькую детскую радость в очах Николая. Всё же, приятно, когда тебя будут слушать внимательно и не перебивая... ***Тусклое освещение, теплота в комнате, приятная беседа и рассказы историй... Даже не смотря на свою боязнь грозы, Гоголь спокойно и уверенно рассказывал то, что хотел, лишь изредка отвлекаясь на гром вдали. Пушкин спокойно слушал своего друга. Как обещал: не перебивал, внимательно слушая слово из уст своего дорогого писателя, изредка кивая. — Утром, когда солнце уже взошло, я проснулся в своей спальне! Правда, ноги у меня были в грязи... Но ведь это доказательство, что всё это - правда! За окном уже почти что стемнело... Александр Сергеевич встал с кресла, где сидел пару минут. — Чтож, Николай Васильевич... Было приятно послушать историю и побыть в вашей компании, но уже темнеет, домой пора. Услышав о времени, Николай посмотрел в окно. Капли воды уже не били о стёкла с безумной силой, но гроза оставалась, заставляя сердце забиться в нарастающем страхе... — А, может, вы на чай останетесь? У меня есть ещё истории... Пушкин посмотрел на тревожный взгляд друга. Он знал о не единственном страхе Гоголя. Издав тихий смешок, ответ не застал себя ждать. — Помилуйте... Вы грозы испугались? Я, конечно, могу остаться, но... — Я сейчас чай сделаю, дайте минуту! Не дав договорить, Николай встал со своего кресла, чтобы уйти на кухню.