Жизнь неумолима

“Аленка”… это имя давно не покидало голову Саши. Когда-то мысли о ней приносили ему радость, но последние пару лет он уже не испытывал от них ничего хоть отдаленно приятного. Каждый раз образ любви всплывал в его голове вместе с воспоминаниями о всех тех муках, которые ему довелось пережить из-за своих чувств. Он постоянно ощущал себя под гидравлическим прессом, который со временем лишь усиливал давление и не собирался останавливаться, пока не сломает свою жертву до конца. Саша снова шел по улице перед школой. Именно здесь он когда-то впервые встретил ее… Тогда она еще была активной, веселой, креативной девочкой, но постепенно все изменилось. Шатен не знал, что на нее повлияло - то ли ей вскружило голову осознание своей исключительности, как принцессы целого мира, то ли это просто возрастные гормональные изменения, но так или иначе теперь она относится к нему как к мусору. Ну или скорее инструменту, которым можно воспользоваться, чтобы сделать грязную работу. А он ведь раньше был и не против, лишь бы ощутить немного внимания… Теперь Саша уже не был так влюблен в Аленку, как раньше. Слишком низко она пала в его глазах. Но его сердце все еще билось быстрее при ее виде. Просто не так активно. Абрикосов чувствовал себя истощенным, у него больше не было сил ни любить, ни ненавидеть, ни жаловаться, ни исправлять ситуацию. Он уже пролил слишком много слез. Теперь ему лишь хотелось, чтобы все это наконец закончилось. В прочем, сейчас Саша не чувствовал себя таким измученным, каким он был, к примеру, неделю назад. Ему все еще было плохо, конечно, но он ощущал необычное по последним меркам спокойствие. Его даже удивило свое новое состояние. Однако о причинах у него не возникало вопросов. Вдруг ему в голову пришла одна необычная идея. Сначала он ненадолго застыл на месте от удивления, но этот всплеск моментально сгладился. “А почему бы и нет… напоследок, так сказать…” - промелькнула мысль в его голове. Саша сменил направление своей ходьбы. Посмотрев на часы, он немного занервничал и ускорился. Было уже 20. В его планы не входило слишком долго задерживаться на улице. По пути шатен попал под небольшой листопад. Уже кончался август. Скоро все пойдут в школу, а Аленка - в волшебный колледж. Идеальное время для Сашиной задумки. “Но что именно мне ей сказать?” вдруг подумал он. И действительно - его неожиданная авантюра была совершенно не продумана. Абрикосов сначала почувствовал прилив тревоги, но быстро подавил его. “Да что там говорить-то, и так все ясно”, решил он. Прошло около десяти минут, после чего он добрался до дома Аленки. Давненько его здесь не было. Саша собрался с мыслями и позвонил в домофон. Оттуда послышался голос рыжей: - Да? Кто это? - Привет, это Саша, - робко сказал тот. - О, привет! Что пришел? - ответила Аленка с притворно заинтересованной интонацией. Абрикосов уже достаточно слышал ее, чтобы научиться безошибочно определять данное выражение голоса. - Да я просто спросить хотел… может, погуляем завтра? Мне нужно тебе кое-что сказать. После этих слов Саша почувствовал, как его грудь наполняется чем-то теплым, а сердце от волнения начинает колотиться быстрее. Неожиданно для себя он ненадолго ощутил надежду, за которую подсознательно ухватился. Да, он уже все решил, но кто знает, может, сейчас что-то изменится? - Ой, у меня… эм… дела завтра. Да и послезавтра… а потом уже надо выезжать в колледж… Знаешь, лучше как-нибудь обсудим это по телефону. Кстати, ты чего к дому пришел? Мог бы позвонить просто, - запинаясь сказала Аленка. - Ты не отвечаешь на мои звонки. - А, ну, да… понимаешь, у меня столько дел, на разговоры вообще не хватает времени… короче, я тебе как-нибудь напишу. - Ладно… - немного разочарованно произнес Абрикосов. Он хотел еще что-то сказать, но в этот момент собеседница повесила трубку. Саша медленно повернулся и посмотрел на небо. Начинало темнеть. Вдруг к его горлу подступил комок. Он опустил голову, потупился немного в землю, и тут по его щекам потекли горячие слезы. Шатен некоторое время пытался сдерживаться, но довольно быстро полностью оказался во власти своих чувств. Почему все сложилось именно так? Могла ли его жизнь пойти по-другому? Абрикосов не знал. Да ему уже было не важно. С минуту порыдав на месте, он вытер лицо, собрался с мыслями, и грусть снова отступила на задний план, а ее место заняла холодная решимость. Он последний раз взглянул на дом Аленки, поборол последовавший за этим приступ печали, развернулся и быстро пошел оттуда, уже не оборачиваясь. Саша вернулся в свою квартиру и закрыл за собой дверь на оба замка. Он посмотрел на часы. Было 20:25. Родители вернутся еще очень нескоро. К тому времени его неприятные чувства полностью ушли на задний план, снова сменившись необычайным спокойствием. Тут в голову Абрикосова начали лезть образы прошлого. Их с Аленкой прогулки и приключения, личные разговоры и беззаботные шутки, возвращение из сказочного мира и прощание перед ее отъездом в волшебный колледж. Пожалуй, тогда она последний раз проявила к нему хоть какую-то нежность. Но все это было уже не важно. Саша зашел в ванную комнату, закрыл дверь на засов и стал раздеваться. Он вынул из кармана небольшой листок бумаги, в который раз пробежался по нему глазами и положил на полку. С той же полки он достал лезвие от бритвы. Абрикосов многократно проверял его на себе, но на всякий случай все же в очередной раз провел им по покрытой шрамами внешней стороне левой руки. Данное действие давно стало для него привычным, но на этот раз резкая боль пустила по его спине небольшие мурашки. Впрочем, он знал, что дело скорее не в ней. Как и всегда, получившаяся линия быстро стала красной. Саша удовлетворенно отложил лезвие в сторону, начал наполнять ванну водой и медленно лег в нее. “Неужели это конец?” подумал он. Жизнь снова начала проноситься перед его глазами. Все радости, страдания, учеба, отдых, любовь, ненависть, Аленка… это имя слишком долго не покидало его голову. Но теперь Саша все твердо решил. Довольно быстро он отогнал мимолетный страх и потянулся к лезвию. Взяв его в руку, он снова ненадолго застыл в небольшом ступоре, сдерживаемый остатками инстинкта самосохранения, но без труда смог отбросить их на задворки затухающего сознания. Лезвие впилось в его руку с внутренней стороны. Абрикосов снова ощутил резкую боль, но теперь уже совершенно не смущался. Он несколько раз повторил одно и то же движение с левой рукой, быстро перехватил в нее свой инструмент и стал кромсать правую. Кожа легко расходилась, а вода становилась все краснее. Сделав достаточно порезов, он отложил лезвие в сторону, несколько секунд посмотрел на результат своей работы и опустил руки в воду. На удивление Саша уже не ощущал никакого ужаса или сомнений, лишь спокойствие и легкую меланхолию. Ни о чем больше не думая, он медленно закрыл глаза и продолжил неподвижно лежать, пока сознание постепенно вытекало из его тела вместе с кровью. Конец.